Часть 3

Наверное, отцовская забота в понимании Ваена — это нечто иное, чем мои представления, тут я не эксперт, ибо выросла безотцовщиной. Но… А, да ладно, дело прошлое, что уж тут рассуждать. Вот только определение «бастард» для законнорожденного рвало стереотипы. Если бастард — законный ребенок, то кто тогда приплод от блуда? Спросила. Оказывается, правильно говорить вей-бастард, то есть «благословлённый», но эту хитрую приставку я, наверное, прошляпила, когда Гунар давал спешные объяснения.

Приготовить обед на одного человека из припасенных заготовок — дело плевое даже в таких условиях. Кто из советских студентов, прошедших общагу, не варил тайком на электроплитке? Грибной супчик на домашней лапше испускал такой дух, что генерал Шигеру Рой, глотая слюну, скомандовал отбыть для приема пищи. Так мы остались с его величеством наедине, дожидаться, когда сварится суп и приготовятся паровые рубленые котлетки. Меньше всего я была готова к тому, что король отложит книгу и заведет светскую беседу.

— Ваш дядюшка, Нина, отменный рассказчик. Признаться, я расспрашивал о вас и вашей странной компании.

— Неужели принц Роллитваен не поведал о своей жизни с нами? — Признаться, эта мысль оказалась весьма неприятной. Нет, я уверена — наш друг скрыл все, что нужно скрыть, но величество болен, а не глуп и наверняка сопоставил свои наблюдения с недоговоренностями.

— Совсем немного, в основном о том, как ему спокойно рядом с вами, — король тихо засмеялся. — У вас такая живая мимика! Не представляете, как приятно видеть искренние эмоции. О, я вас, кажется, смутил, простите, — и резко перевел тему: — Сын много говорил о вашей неуемной деловитости.

И только? А про наши бесконечные терки, когда я насаждала демократию?

— Ваен тоже весьма энергичен. — Мама всегда говорила: не знаешь, что сказать, сделай комплимент, да. — Суп готов. Подать вам сюда, в постель, или рискнете встать? Извините, что не подумала о сервировке. Мы дома привыкли есть по-простому.

— Я присяду к столу, дорогая, и не беспокойтесь о ерунде! Пахнет так вкусно, что я готов поесть прямо из кастрюли. Уж поверьте, во время болезни быстро учишься отделять действительно важное от чепухи.

Беседовать с трапезничающим величеством оказалось на диво приятно, королей, все-таки как-то иначе воспитывают и обучают: на последней ложке лапши в тарелке пациента я уже закончила рассказ о суповом бизнесе, пока подавала котлетки — выложила историю с департаментом и даже повосхищалась справедливостью и организованностью представителей власти. К чаю пошел рассказ о пире с барбекю и знакомстве с кочевниками, ну и об истории Киры, куда же без этого.

— Получается, дорогая, что я дважды должник перед вами и уважаемым целителем.

Да? А ведь точно. Кирин поводок нейтрализовали и сейчас вот вылечили, получается, что да, дважды, и оба раза невольно, о чем со смехом было сообщено озадаченному величеству.

— Словами не передать, как я признателен…

Слава богу, поток совсем ненужных благодарностей прервало появление наших, надеюсь, сытых сотоварищей и еще одной персоны. Дамы. Ух ты! От зависти к ее элегантности у меня аж зубы заломило.

— Ваше величество! — Так во-от как должен выглядеть настоящий реверанс. — Ваше величество, я не посмела поверить, что вам лучше, примите мою искреннюю радость! — и все это, не вставая с полуприседа. Ужас!

— Априлда, дорогая, поднимайтесь же! — М-да, это уже не мой милый собеседник — монарх отвечает своей подданной. — Приятно, что в жизни есть нечто постоянное. Вы по-прежнему образец изящества и тонкого вкуса!

Пока гостья и король предавались куртуазной велеречивости, спросила Тишку, как их покормили, не обижали ли на кухнях.

— А мы в столовой при казарме ели, вама. Ты готовишь вкуснее, но там дают та-акие порции. Дораш захотел стать гвардейцем, но ему не светит, он только по росту подходит.

Ну так да, Дюш у нас высоченный. А надо быть взрослым и, по моим наблюдениям, обученным магом и воином. А Ванька не дал пофантазировать о будущем Дораша, ухватил за локоток и потащил к сказочной даме.

— Вот, госпожа Априлда. Позвольте вам представить мою близкую подругу, помощницу целителя Гунара Готтара. Нина Корреш. Очень рассчитываю на вашу помощь. — И оставил меня в центре комнаты, практически один на один с этой удручающе ухоженной женщиной! Остальные рассосались по углам. Аж захотелось ногой топнуть от досады. Мысль, что теперь могу не только топнуть, но и в присядку пройтись, ножки-то здоровые, неожиданно утешила, разогнав неловкость. А на сияющую улыбку Тишки просто невозможно не ответить. Здорово, что ты меня украл, солнце, благодарствую.

Госпожа тем временем посматривала очень неодобрительно.

— Кожа отличная, данные неплохие, над осанкой поработаем. Хм, ну уж прическу-то можно было соорудить поинтереснее, ваша горничная совсем безрукая, что ли? — Походила еще, легонько коснулась ткани жакета. — Очень недурно. А его высочество Оннарваен мне таких ужасов наговорил.

— Нина, Нина! — Король даже нашел в себе силы встать со стула и подойти. — Не надо злиться. Априлда — модистка моей покойной супруги. Ваен поторопился, но я согласен, тебе необходим более подходящий туалет.

— Давайте уточним, ваше величество. Это зачем-то нужно Ваену, не мне.

— Ну, ну, милая, не надо обижаться. Считайте, что это приказ монарших особ.

Даже Гунар, кажется, одобряет этот акт насилия. Ладно, стерплю. Но потом дорогие названые родственнички получат полные уши моего мнения по поводу манипулирования и эмоционального шантажа!

А дама хоть и смотрит доброжелательно, но надменное пренебрежение даже скрыть не пытается. И глаз не отводит.

— Благодарю ее милость Априлду за готовность помочь. Но, справедливости ради, поясните, чем так плох мой костюм? Ткань отличная, крой удобный и практичный. И я в нем себе нравлюсь! Что еще нужно для помощницы целителя? Прическа? Этот низкий узел очень удобен, когда приходится надевать шляпку. А горничной у меня нет!

— Какая интересная деталь, — даму явно шокировала подробность про горничную, но она быстро взяла себя в руки и подлетела разглядеть нахлобученный аксессуар, — никогда ничего подобного не видела. Обычно женщины вашего уровня носят чепцы.

— Женщинам моего уровня никто не догадался объяснить, что чепчик — это не единственный вариант. А могли бы состояние сколотить. — Зачем я это говорю? Можно подумать, мое мнение кому-то интересно.

— Вот сейчас, когда весь ансамбль собран в соответствии с замыслом, готова признать его достоинства! — Казалось, дамочка сама удивлена. — Вы правы, этот наряд совсем неплох, но не годится для дворца. Кстати, кто его вам сшил?

— Сшила знакомая портниха, а придумала я сама.

— Ну что ж, ваш вкус недурен, это обнадеживает. — Леди еще раз пробежалась по мне цепким взглядом и, кажется, измерила до микрона. — В моих запасах, пожалуй, найдется то, что подойдет идеально. Завтра утром я предоставлю вам перешитый наряд.

Отлично! Завтра утром меня здесь не будет! Раз мое мнение учитывать никто не собирается, отвечу взаимностью.

Априлда удалилась, исполнив перед этим весь церемониал прощания с королем. Марлезонский балет, ей-богу. Ни за какие блага мира не смогу это освоить. Подобные навыки — что-то генетическое, не иначе.

Ваен увел генерала под каким-то предлогом, король безропотно позволил себя усыпить, я напичкала его синей энергией. Хотела еще, чтобы наверняка, но Гунар не дал, сказал, что для запуска жизненных процессов более чем достаточно, а остальное организм пусть делает сам. Не ходят ведь здоровые люди с костылями?

— Вот посмотришь, уже сегодня нашего пациента будет трудно удержать в постели. А уж завтра — тем более.

— Нет! Никаких завтра. Ты сам сказал, что его величество здоров. — Мой тихий, но полный экспрессии ответ разбудил короля.

— Вас совсем не привлекает дворец, дорогая? — Пациент поднялся с кушетки абсолютно самостоятельно и, кажется, даже не заметил этого достижения. — А вашим подопечным было бы полезно. Да и вам новые знакомства не помешают. Сколько людей отдали бы правый глаз, только чтобы здесь зацепиться!

— Простите, ваше величество, если покажусь неблагодарной. Но пребывание тут меня тяготит.

— И даже новое платье — недостаточное утешение? — А вот зря он про платье. За дурочку из тряпочек меня держит? — Молчите, молчите, дорогая, все вижу. Эк вас Априлда задела. Признаться, не ожидал. А мы с Роллитваеном хотели вас порадовать. Мой опыт показывает, что ради оригинального платья дамы готовы очень многим пожертвовать.

Действительно, Нина, молчи! Он же не виноват, что для женщин в его окружении эффектное платье — способ обозначить свою исключительность. Хотя что мне известно об этих несчастных? Которые по недоразумению считают несчастной меня?

— Вот так и знал, что ты заупрямишься! — Вернувшийся с Шигеру Ваен даже по ляжкам себя хлопнул, обозначая, как сильно он раздосадован.

— Если знал, зачем затевал этот балаган?

Неважно, что я планировала новый гардероб и на прогулке с Сарой, даже хотела посмотреть, как наряжаются здешние дамы. Это мое исключительно личное дело! Сама выберу модистку, сама выберу фасон, сама оплачу! Са-ама!

— Нина, для дворца тебе срочно нужен новый туалет, — как слабоумной втолковывал прынц.

— Ваня, зачем мне дворцовый наряд, если уже завтра меня здесь не будет?

Повисла вязкая тишина, лишь Шигеру втянул воздух сквозь зубы. Кира и Дюш кивали, соглашаясь, они хотели привычной жизни. Гунар в досаде качал головой, король рассматривал меня сквозь прищур. Хорошо, хоть прынца-2 нет.

— Вам настолько претит пребывание во дворце дорогая? Почему? — Король хочет правды или манипулировать пытается?

— Например, потому, что ваш наследник позволял себе уничижительные замечания, и это в то время, когда я столько сил вкладывала в ваше здоровье. — Ну, раз хотите играть грязно, получите-не-обляпайтесь. — Амбициями не обладаю, ваше величество. Да и власть привлекательной не считаю, скорее она вызывает стойкое отвращение. Великосветский политес раздражает своей бессмысленностью, — изобразила утрированно-изящные взмахи руками, — это пустая трата сил, времени и средств. Можете счесть меня непроходимой простушкой, но я ответила честно.

— Вы, безусловно, не простушка, слишком быстро соображаете и имеете очень продуманную позицию. Что удивительно для столь юной особы, тем более для женщины с окраины. — М-да, почти прокололась, как есть простодыра, но величество был настроен благодушно. — А если я прикажу вам поселиться здесь? Для вашей же пользы.

Он издевается? Или действительно верит, что дворец — это предел мечтаний?

— Я буду несчастна.

— Отец, пожалуйста, не надо давить. Иначе она просто сбежит. — Хитрая улыбочка Тишки подсказала, кто вложил эту светлую мысль в голову высочества. — Не хочу чувствовать себя неблаго… — и замер.

— Вама! — Тишка легонько коснулся сознания. — Сюда идут. Много людей. Охрана нервничает. Да, Ваену показал, он сказал, что это герцог.