Часть 4

Ох, как нехорошо! Король у нас бодро нарезает круги по свободному пространству, наслаждаясь прямохождением. Предупредить? А откуда инфа, спрашивается? А не опасно ли демонстрировать заклятому вражине, насколько король окреп, не повлечет ли это за собой новую волну покушений? Ведь если захотят убить, рано или поздно убьют, аксиома.

И наследник где-то шляется, а сторонникам короля не помешало бы умножить численность «благородных сэров» на квадратный метр. Надо хоть величество в кровать уложить. Кажется, Ваен пришел к тем же выводам и пытается убедить папу лечь.

Дверь распахнулась без всякого стука, кто-то незримый прокричал:

— Его высочество, великий герцог ерон Дезгон! — Король тут же улегся.

Целая минута тишины. Простучали уверенные, нарочито медленные шаги, и в комнату вошел…

Что? Вот эта неудачная блеклая копия постаревшего и растолстевшего Бонапарта — герцог? Великий? Но лицо волевое, да. В этом не откажешь. Казалось, его заплывшие глазки видят только короля, но ни грамма не сомневаюсь, что этот типус срисовал всю картину. Выделил целителя, отметил присутствие раскосых степняков, пренебрег мною и Титом. И привычно швырнул ненавистью в сторону монарших родственничков.

— Мой дорогой венценосный брат, — ух ты, какой вкрадчивый тенор, — до меня дошли невероятно приятные слухи о том, что вы чудесным образом преодолели свои недуги! Я пришел убедиться в этом лично! Ах, дорогой брат, как чудесно — слухи в кои-то веки правдивы. Вы замечательно посвежели!

Король, которого сын затолкал под одеяло прямо в мягких туфлях, ибо прятать их было уже некогда (а зачем лежащему туфли у кровати?), сиял усталой благосклонной улыбкой. И куда подевался политик, который три минуты назад так ласково пытался принудить к повиновению одну строптивицу?

— Рад видеть тебя по-прежнему энергичным, дорогой кузен, — вот так, без всякого титулования, — кажется, это твой первый визит к одру болящего за последнее время? Сколько же мы не виделись? Два года? Три? Болезнь не позволяет мне припомнить точно. В любом случае твои искренние молитвы дошли до богов, и вот, я обрел надежду на полное выздоровление.

— Я так молился, так молился! И твой вей-бастард нашел чудо-целителя!

Фу-у, и они хотят, чтобы я так жила? Да я лучше в степь сбегу! К деду Халаху. Пинетки вязать. Или в пещеры к Некриру, если позовет. Всегда хотела поучиться работе со стеклом.

За спиной великого герцога топталась целая рать разряженных товарищей с печатью глумливой надменности на лицах. Среди них особой статью и скромностью костюма выделялся средних лет мужчина. Ох, не понравился мне его взгляд! Смотрит, как будто жертву выцеливает. Фибула мага на его плече, если не ошибаюсь, такого же достоинства, как и у Гунара, выглядела как-то зловеще. И чего он так на Киру нашу уставился? Кто он вообще?

— Ваен сказал, что это правая рука герцога.

Ладно, учтем. Помнится, Ванька упоминал, что герцог всего-то двоюродный брат короля. И что волею судьбы он лишен обоих отличительных признаков Кергонов — разноцветности глаз и сильной магии. Так, значит, правая рука имеет сильную магию?

Дядюшке, раз уж его идентифицировали как целителя, следовало бы разогнать эту толпу, чтоб воздух не портили, а то надушились все, как проститутки. А-а-ащщ! Но не судьба. От свиты герцога отделился некий субъект и почесал прямиком к величеству. Гунар воспринял это спокойно. Коллега-целитель?

— Тиш, миленький, смотри в оба! Чтобы не навредили.

— Смотрю, вама, Ваен уже приказал. Я сделаю так, что истинного здоровья этот тип не увидит.

Ну, и в поликлиниках анализы, случается, путают…

— Только Гунару скажи, что именно ты подменяешь, ему надо знать, как отвечать на вопросы.

— Я покажу…

Ваен подпустил чужого целителя к отцу, тщательно изображающему усталость. Ну дает этот пришлый! Вона какие пассы руками наяривает, что твоя танцовщица фламенко, только кастаньетами не щелкает. Аж засмотрелась. О, наконец отступился, а то я перенервничала. А почему мы такие недовольные?

— Он не понимает, почему король так хорошо выглядит, — хихикнуло в голове. — Хи-хи, увидел гнилую печень и перегиб основного энергетического столба. — Что, такой и впрямь есть? А я думала, экстрасенсы про эти самые столбы напридумывали.

— Тиш, только не перебарщивай, ладно? Это не Киру за косу дергать по утрам, это судьбы людей.

— Не, вама, не беспокойся. Сиштира подсказала, как правдоподобно.

— Ты помирился с сестрой?

— Не то чтобы, — я отчетливо поняла, что Тишка сейчас чешет в затылке, — просто ей нравится советовать, как младшему.

У этих богов память как-то иначе устроена, что ли? Тишка сидит дома и в пантеоне не отсвечивает, признает старшинство, а потому не раздражает? Ну, раз так, может, и поладим.

Гунар и свитский целитель с загадочно-умным видом обменялись десятком фраз на профессиональном «птичьем» языке. Ничего не поняла, но чужак, кажется, остался доволен разъяснениями.

Зато тот, который правая рука, не на шутку беспокоил. Уж очень часто посматривал на моих степняков. В его лице, кстати, тоже было что-то такое… то ли скулы эти, то ли переносица специфическая, но и в нем угадывалась степная кровь, пусть едва-едва и только вот так, когда есть с кем сравнить. Ишь, глаз с Киры не сводит!

А вот и прынц-2 нарисовался. Подобострастно раскланялся с герцогом, высокомерно окинул взглядом свиту, поморщился при виде меня. Да наплевать! Тот, который рука, воспользовавшись некоторой ротацией в свите, которая уступила дорогу Оннарваену, вдруг оказался рядом с Кирой и, глядя ей в глаза, произнес:

— Ортхар ращхыр! — Степнячка напряженно молчала, не отводя взгляд. — Ортхар ращхыр! Храд!

Амазонка побледнела, как-то дернулась, и я поняла — сейчас бросится атаковать! Но между ней и герцогским прихвостнем встал Дораш.

— Моя сестра не понимает, она выросла в городе, — и даже учтиво склонил голову. — Чем мы можем быть полезны уважаемому магу?

— Абсолютно ничем. Твоя сестра — красавица! — и отошел за спину герцога.

Я понимала, что сейчас случилось что-то очень важное. Важное и страшное, грозящее кровопролитием, но обошлось. Дораш, прирожденный дипломат, спас положение. Радость моя!

А на основной театральной площадке отыгрывал свой спектакль Гунар. Взял короля за бледную руку, постоял так с полминутки, побормотал на местной латыни, изобразил озабоченность и произнес в никуда:

— Его величество устал…

— Ах, — всполошился герцог, — действительно! Нужно дать покой больному! Мы оставляем вас, венценосный брат, с надеждой вскоре насладиться вашим обществом в более подобающей обстановке!

Не поняла. Про обстановку — это издевка такая?

И опять марлезонский балет с подскоком, в котором прынц-2 принял самое деятельное участие. Хоть какая-то от него польза.

Ушли!

Твое ж волшебное число «пи»! Чуть не села, где стояла. Такое напряжение чревато инфарктом!

— Дю-уш? Что этот тип хотел от нашей Киры? Он ее оскорбил?

— Нет. Он сказал: «Сделай месяц». «Сделай месяц. Немедленно».

— Это кодовое слово. Помнишь, ты называла его «слово-фас»? — Кира говорила так бесцветно, что я испугалась, охнул Гунар. — Это была команда на убийство короля. Сделать месяц — перерезать горло, так говорят наемники.

— Что?! — зарокотал мужской хор.

— Что? — завопил фальцетом Оннарваен.

— Молчать! — Вот он, глас истинного монарха. Король уже был на ногах. — Нина, я правильно понял, команду отдал магистр Асгейрр?

— Да, ваше величество. — Как хорошо, что в обед мне пришла блажь разболтать историю Киры. — Похоже, именно этот человек был заказчиком заклятья, которое так вовремя сняли с моей приемной дочери. — И добавила чуть слышно, ибо догадка пугала: — А может быть, и исполнителем.

— Я правильно понял, вы думаете, что магистр способен наложить этот самый поводок?

— Потому что в нем есть кровь степняков. Это практически незаметно, но если как следует присмотреться…

— Ты думаешь, что Асгейрр может иметь способности шамана наряду с обычными магическими? — Гунар тяжело опустился на кровать короля, не замечая, как непочтителен. Так сильно его поразила вероятность слияния двух магий в одном человеке.

Что ж, понимаю дядюшку: если эта страшная догадка верна, то магистр очень опасен. Очень!

— Тогда…

Слушать умные гипотезы некогда, это пусть пожилые мальчики развлекаются.

— Ваше величество, — ой, реверанс сделать забыла, — думаю, что счет идет на часы и, возможно, будет новое покушение. Вас нужно срочно отсюда переселять…

— Генерал! На этих окнах существует какая-либо магическая защита? — На умном лице Шигеру отразилось понимание, Оннарваену, который опять было завел волынку о непочтительной девке, он просто бросил: — Заткнись!

— Арбалетчик с комфортом может устроиться на том дереве или во-он на той крыше. — Кира не дала королю подойти к окну, держась все время между стеклом и монархом. — Арбалетный болт часто бывает эффективнее любого заклятия.

— Не устаю вам поражаться, дорогая Нина, сын не зря вас нахваливал.

Вот сейчас реверанс соорудить не забыла. Черт, как раздражает ентот политес! Проблемы надо решать, а не вприсядку скакать!

— Нин, делать-то что?

— Нам нужны люди. Кто сейчас занимается новыми покоями?

Ваня и Ши уставились друг на друга, потом на Оннарваена.

Понятно — никто!

Ваен стоял, виновато понурившись, только разве это его ответственность? А наследничек чем занимался столько часов? Величеству не на кого положиться, пока валялся в бессознанке, приближенных у него не осталось. Либо разбежались, либо выдавили. Принц же имеет хоть какой-то вес. И даже прислуге не распорядился, наследничек?

Ну что ж, сама так сама. А могли бы жить спокойно, да-да.

— Ваен, Дораш, хватайте любых крепких лакеев и гоните в то крыло. Оборудуйте три спальни и помещения для прислуги. Удобные помещения! И об отоплении позаботьтесь, чтоб с запасом. Кира, ты знаешь, что делать. Дядя, на тебе поддержка Киры, если что. И не подходи к окнам, родной, пожалуйста. Генерал, вы со мной.

— А я, вама, а я?

— А ты, солнце, наши глаза, уши и детектор лжи. Кстати, ты почему того магистра не засек? — Душу ошпарило Тишкиной виной. Бедняжка. Ну уж этого обнять я время найду!

— Он очень тихо думал. Остальные шумели на все лады, вот и не заметил.

Плохо, слишком привыкли полагаться на Тита. А вдруг этот серый использует что-то из ментальных шаманских практик? Но не время пугаться, надо идти.

И мы пошли.

Тактика была проста, как комбинация из трех пальцев. Я интуитивно выбирала кого-либо из попавшихся навстречу слуг. Генерал давил авторитетом и произносил два слова. «Король» и, через длинную паузу, — «Герцог». Тит отслеживал реакции «жертв». Чаще всего на короля реагировали небрежным раздражением, а на герцога — страхом и подобострастием. Из трех десятков лакеев, до недержания боявшихся Шигеру (и Тита не надо спрашивать, так они тряслись), нашлась пара мужчин в возрасте, которые королю искренне сочувствовали. Их тут же завербовали в новый штат величества. Оплата соответствующая. И без слов было понятно, что генерал сумеет убедить их бывших хозяев не роптать.

Этот же миниатюры мы отыграли на кухне. Но там было проще, народ кучковался густо. Выбрали женщину за пятьдесят, которая о короле думала с материнским теплом — когда-то он помог ее молодому мужу, выручив от несправедливой расправы. И еще одну женщину, которая содержала лежачего отца и сочувствовала государю, полагая, что он страдает так же.

Предложение взять на себя заботу о его величестве обе восприняли с искренним изумлением.

— Да не умеем мы изыски готовить, нас только к чистке овощей допускают. — Та, которая о муже пеклась, матушка Аглая, осторожничала, но ей очень хотелось отплатить королю. Это мне Тит нашептал. Она аж лицом посветлела, когда узнала, что король поправляется.

— А изысков и не нужно, нужно сытно, вкусно и большими порциями, а не эти ваши пипеточные деликатесики на двадцати тарелочках.

На фразе «эти ваши» генерал хмыкнул и невербально пообещал мне допрос с пристрастием. Да чего уж, надо полагать, Шигеру тоже теперь наш.

А второй, которая назвалась Мираной, пришлось пообещать, что ее папу посмотрит сам королевский целитель.

— И необязательно, — ворчал Тишка. — Скажи, чтобы отец начал молиться как следует, тогда болеть не будет. И впредь пусть богов не хулит. Наказание это, Гунар не поможет.

Ладно, решим позже, но обещание есть обещание.

Я внаглую рекрутировала крепкого поваренка и пошла грабить кладовые. Кабош, как и предсказывал Ши, глаз поднять не смел. Как только мой золотой бейджик увидал, так все бородавки на роже подпрыгнули. Так-то, вот до тебя еще слухи о здоровье короля дойдут, бандану свою сгрызешь, да-да. Под эти сладкие мстительные мысли я отбирала утварь на первое время и продукты, продукты, продукты.

Ну что ж, рейд продразверстки удался!

Откуда Шигеру выудил серебряный кулон для матушки Аглаи, не знаю, но теперь уверена, что все экспроприированное и еще немножко сверху будет доставлено по назначению. Правильная женщина, соль земли, как говорится.