Часть 36

Испортить триаде завтрак чтением писем было идеей Сары, она напирала на то, что мужчинам следует дать возможность все обсудить без моего присутствия. Глупо спорить, но мне же интересно! Благодушный Тишка предложил онлайн-трансляцию. Ох, заманчиво, но и стремно: подслушивающий редко услышит о себе что-либо хорошее.

Ну и таки да, мужики в выражениях не стеснялись. Нет, с письмом они, в принципе, были согласны, но и последствия оценивали вполне здраво. Особенно вояки. Все служивые точно знают, что подальше от царей… Этот принцип работает во всех мирах, да.

Особенно страдал Седир Норрей. По большому счету в его жизни ничего не изменилось: как служил, так и продолжает служить. Ну, комендант теперь поразумнее, ну, жить стало посытнее. И слава всем четырем богам. Усталый офицер не был готов к переменам. Надо же, я и не предполагала, что именно эс-капитан больше всех страдает от моих инициатив.

— Слышали, как тот руш ее стрекозой называл? Не-ет, она не стрекоза, она оса. Даже шершень! Носится туда-сюда, зудит над ухом. И ведь не отмахнешься, мак-кергон у нее! Если бы не эта висюлька, непонятно за какие заслуги даденная, загнал бы на верхние ярусы, форму солдатам латать. — И завернул нечто похабное, по местным меркам. Пф-ф, ругаться здешнее солдафонство не умеет, хотя и старается, да.

— Седир! — Голос Витто был странно глух. — Думать можешь что угодно, а вот вслух не все стоит произносить. Не при мне. И не об этой женщине.

— А то что, на поединок вызовешь? Из-за занозы ядовитой?

— Сам знаешь, твоя магия против моей — ничто! Хотя могу и вызвать: у меня сегодня только четверть резерва, так что формально мы равны. Биттам подтвердит. Ты мне друг, Дир, как другу и скажу…

— Это я скажу, — комендант перебил Юттима уверенно и жестко. Я даже не сразу поняла, что недовольство его направлено совсем не на штатного мага, а на Норрея. — Ты, Седир, тут почти двадцать лет сидючи, не только телом замшел, но и мозгами. Эс-капитан, отставить злиться! Я понимаю, и магистр понимает, что выбора не было. Выживал как мог и солдат почти всех сберег! Но теперь у тебя появился шанс на выбор. Нина этот шанс прямо перед твоим носом левитацией повесила, а ты отмахнулся, потому что отвык вперед заглядывать. Ты так привык жить как вчера и позавчера, что чуть с недосыпа не слег. Забыл уже? Напомнить, что бывает с магами, которые теряют контроль? А ты его потерял настолько, что даже помощи попросить не додумался. И мы, остолопы, проморгали. Напомнить, кто заметил? А ты говоришь «оса». Кстати, то, что теперь все могут отдыхать, тоже ее заслуга. Нина придумала пополнить гарнизон ветеранами, раз свободных солдат нет. Мне генерал Шигеру Рой сам сказал. Знаешь, брат, если этой пигалице хотя бы не мешать, то через год, максимум — через два, «Лунный пик» станет самым завидным местом службы. Вот и думай, как это место не потерять.

Комендант говорил что-то еще, а я жалела, что не вижу лица эс-капитана. Стало немного понятнее, почему он так сопротивляется дополнительной работе солдат, — не привык, что у них есть свободное время. Бедняга и со своим свободным временем не знает, что делать. Эх, ему бы хобби.

— Знаешь, Дир, — голос Витто ворвался в мои грустные размышления, — меня тоже напрягают перемены. Особенно досаждает, что я никогда не могу предугадать ее реакцию на самые обыденные вещи. А еще у меня появилась надежда, что я все-таки выживу, а не выпаду однажды из пелены мгновенно иссохшим трупом. И доделаю этот брыщев артефакт переноса.

— Так-то оно так, — опять завел шарманку эс-капитан, — но все равно, раздражает она меня, неправильно это, что баба, да еще без магии, мужиками командует.

Так, пожалуй, на сегодня хватит откровений. Вывод один: я все делала неправильно. Перла вперед с энтузиазмом локомотива, а у мужиков чувства-с прищемило. Занятость — не оправдание. Если уж рассчитывать на помощь этих мужчин, то пора завязывать с тактикой «шок — это по-нашему». А жаль, мяукнула в душе Львовна, у нас хорошо получалось. Хорошо-то хорошо, но окончательно смириться с действительностью не помогает. Для пользы дела нужно попытаться хоть чуточку мимикрировать. И подкорректировать манеру взаимодействия с троицей «властных героев», Сара мне в помощь. С этой мыслью и вернулась за офицерский стол, всем видом демонстрируя смирение в ожидании вердикта по поводу письма королю.

— Нин, ты авантюристка, — комендант озвучил диагноз странно высоким голосом с упором на «авантюристка», — и фантазерка. Но написано складно. — Неожиданно ухоженные пальцы побарабанили по письму.

— Бери выше, Рамат, я аферистка. — И тоже побарабанила. — А еще — подтасовщица фактов. Иначе мы внимания, а значит, и помощи от короны не дождемся. Королю Фрацваену сейчас не до захолустного форпоста, в котором и так работают надежные люди.

— Нина, какая торговля в военной крепости? Ярмарку еще пообещай. Действительно аферистка. — Раздосадованный Седир не удержался, вставил свои четверть цаля.

— Прежде чем вы хором начнете на меня ругаться, скажу, что отлично понимаю — в крепости торговать никто не даст. Не в ближайшее время, по крайней мере. — Бедный эс-капитан-наиб аж воздухом подавился, бедняга. — У меня другая цель: хочу добиться от казначейства четкого расклада по финансированию, мы ведь сейчас живем на то, что дэс-капитану в столице выдали. А вдруг больше не положено? Или положено через год. От законников — по юрисдикции. Вдруг владельцы крепости, если оные имеются, против обновления? Да и зачем нам четверым делать такие подарки незнамо кому? — Намек на то, что я всех троих мужчин считаю соратниками, сорвался с губ сам собой, как будто нашептал кто-то умный. — И самое главное, я хочу добиться от ковена хоть какой-то помощи Витто. Крепость существует потому, что существует Переправа, а Переправа — это наш магистр. От прошений толку не будет, это уже понятно, а вот если государь заинтересуется да надавит на свои кадры, то с божественной помощью и толикой шантажа мы получим хоть что-то. Так как, господа, отправляем мой опус как есть или дополнения имеются?

— Отправляем, Нина, — решил за всех комендант. — Как я понимаю, о рушах ты тоже писать будешь. Позволишь взглянуть? — Мой кивок начальство удовлетворил. Неужто так доверяет?

— Ну а на сегодня какие внештатные ситуации ты нам приготовила? — Эс-наиб сидел насупившись и возил ложкой в каше.

— Не знаю, — сама удивилась, как беззаботно это получилось сказать. — По плану у меня визит рушей после ужина, а днем — грибы. Кстати, господа маги, кто сегодня сможет помочь нам на кухне?

Вояки дружно кивнули на Витто, дескать, сам проболтался про четверть резерва. А я что, я ничего, мне об этом знать не положено. Магистр так магистр.

Хороший получился день, спокойный. Чужаков в крепости не появлялось. Солдаты упоенно возились с тестом, создавая запас на будущее. Галана училась готовить грибочки и наслаждалась вниманием. Витто посиживал над книгой и чаем в светлом углу трапезной, время от времени откликаясь на зов и превращая тонкие полоски сырого яичного теста в полноценные макаронные изделия. Да так по-свойски себя вел, что Дюш, обычно такой сдержанный и деликатный, заговорил с ним о лошадях, об их содержании в крепости. Магистр отвечал охотно и сетовал, что скучает по своему копытному другу. Не забыл, видать, подколку про поездку в деревню. И ведь поедет же, и лечить этого Изика станет.

— Нечего там лечить, — вклинился в полуосознанный поток мыслей недовольный Тишка. — Пусть раскается и отмолит как следует, как другие делали…

— А что другие, Тишуль? — А в ответ загадочное молчание. Хи-хи, кое-кто начинает постигать азы маркетинга.

*****

В самом начале ужина Биттам сделал-таки краткое объявление-инструкцию для солдат. Дескать, придут подгорные друзья госпожи Нины. По важному делу. Грибочки, которые вы сейчас трескаете, — от них. Тепло в казармах — тоже. Будьте сдержанны и вежливы, если вам доведется с ними столкнуться. Не перешептывайтесь и не глазейте, у них отличный слух и ночное зрение.

— Не слышу ответа, — комендант рявкнул так, что я, будучи на кухне, чуть не рассыпала цукаты, которые мы с Байданом упаковывали в чистый полотняный мешок.

— Будь исполн-но, вашмилсть!

Шушукались, конечно, даже к братьям подкатывали с расспросами: а что, правда руши? А те уродские тени, про которые караульные сказывали, это они были? А что, правда такие страхолюды? Охрани пресветлый Раштит нашу госпожу от напасти! И далее по списку отсебятины и небывальщины. Дюш и Тит держались молодцом, всячески нахваливая подземных друзей и резко пресекая совсем уж бредовые домыслы. Этот момент, я так думаю, стал переломным в отношении гарнизона к моим братьям. Их, таких разных и благополучных, окончательно приняли как своих, а не просто как приложение к госпоже. А уж когда Тишка проговорился, что мы были в рушевской пещере…

Нынче руши пришли на зов быстрее, договаривались же. Мои вояки неприятно удивились количеству гостей и, кажется, пожалели, что разогнали любопытствующий личный состав. Помимо Рорира и Борира, пришли обещанные старцы. Таприр и дедушка Рорира, Некрир. Обожаю этого старика. Его теплые объятия были полны ласковой симпатии. А еще напоминали о названом предке Николае Арефьеве, даря светлую грусть.

А вот с новыми рушами я еще не сталкивалась. В их именах отсутствовал суффикс «рир», что говорило о том, что эти разумные сквозь скалы ходить неспособны. Они представились по-свойски, сокращенно. Дор, Тим и Сач. Несомненное внешнее сходство новых знакомцев говорило о близком родстве. Братья, судя по возрасту. Они были удивительно дружелюбны и рвались в бой.

— Мастера камня, — с нескрываемым пиететом шепнул Таприр.

А я думала, что они все умеют. Ну, если маги. Эти, по словам старца, были суперспецами. Господи, чем же я с ними расплачиваться буду, с такими крутыми? И у дедушки Некрира не спросишь, у всех же слух…

— Рор сказал, что нужно мыльни восстановить. Показывай, хозяйка. — Кажется, это Дор сказал. Такие одинаковые! Да еще свет этот искажающий!

Бассейны произвели на рушей неизгладимое впечатление.

— О, наша работа, только древняя…

— Не, не наша, смотри — все под рослого человека сделано…

— Да наша, чуешь воду? Точно как в нашей пещере, в дальних мыльнях…

— Правильно! А дальние мыльни кто строил? Правильно! Древние маги. Поэтому их и забросили, что неудобные. А вот этому молодцу, — кивок в сторону рослого Дораша, который болтал с хорошо знакомым Бориром, — в самый раз будут. — И уже вопрос ко мне: — Так что делаем, хозяйка?

Что-что, возрождаем.

— А много работы?

— Да нет. — Один из братьев ловко спустился в яму бассейна, не пользуясь ступенями, просто скользнул, как ящерка, и уже на дне. — Сливы восстановить, но не думаю, что их глубоко зарастили, водоток вернуть. Ну и вентиляцию. Часа на два работы.

Сколько-сколько? Да я думала, что тут на неделю проблем!

— Тогда, если, конечно, возможно, этот — погорячее, тот бассейн обычный, ну чтоб и ребенку хорошо было, а дальний, который маленький, отгородить.

Руш понимающе хмыкнул:

— Для себя мыльню хочешь, хозяйка?

— Для женщин, — отрезала несколько жестче, чем следовало, но больно уж неприятен был намек на мое изнеженное барство. Я же не прошу у себя в покоях мыльню устроить, индивидуальную. Ладно, этот руш меня совсем не знает, пусть его.

— Пойдем, детка, пойдем, они все сделают в лучшем виде. Не хуже, чем в доме у Сары будет. Кстати, где она?

— С-сдесь, уважаемый Некрир, с-сдравс-ствуйте. — Подруга соткалась из воздуха рядом с плечом старейшины как ни в чем не бывало, делая вид, что шагала рядом с ним по коридору все время. Дедусь шутку оценил лукавым хмыканьем.

— Это хорошо, драгоценная. Очень рассчитываю на вашу помощь. Времени у нас немного.

Сара изобразила сдержанную готовность действовать. Ха, уж я-то знала, как она ждала рушей. Наша всепроникающая дамочка уже обследовала весь обнаруженный Рориром комплекс жилых помещений и считала его очень большим. Сама порезвилась, а нам ничего не рассказывала.

— Вы должны это увидеть своими глазами. — И весь сказ. Жестокая.

Апартаменты. Часть найденных покоев была апартаментами. Часть — попроще. Но тоже очень комфортное жилье. Кстати, помещения были законсервированы на совесть — ни тлена, ни затхлости, ни даже пыли. Удивительно.

Как показала практика, руши отлично умеют взаимодействовать с наземными магами. Те покои, что были найдены первыми, как и предупреждал Витто, имели-таки пару охранок. Их легко обнаружила Сара, а магистр аккуратно снял. Одна была на письменном столе, оказавшемся абсолютно пустым, вторая — на том самом шкафу, который в прошлый раз так манил меня приоткрытой дверцей.

— Ерунда, — резюмировал Витто, — охранки от не в меру любопытной прислуги. Хотя крапивница может лишить сна на трое суток, если не повезет.

В шкафу — мужская одежда. Хорошо сохранившаяся и катастрофически устаревшая. Это даже мне, иномирянке, очевидно. Мужики пытались найти тайник в столе и фыркали на мои восторги. Что бы они понимали! Камзолы из отличной шерсти вполне годились в переделку, только руки приложи. А резные пуговицы? А вышивка? А цвета! Приглушенные и в то же время нескучные. Один этот малахитовый чего стоит, а темно-багровый! Мастерицы из подгорного царства оценят. Самой-то мне некогда аппликации стегать.

Стол, кстати, не хранил в себе никаких намеков на личность владельца, хотя тайник был найден. Пустым. Ну и ладно, нас ждут другие комнаты. В некоторых попадалась одежда. Даже отдавать жалко. На женских юбках столько великолепной ткани! Хотелось все бросить и начать мастерить стеганое одеяло. На пэчворк меня, конечно, не хватит, а уж прямоугольные лоскуты красиво разложить… Но рушанкам нужнее. Изредка попадалась посуда, большей частью фарфоровая, на данном этапе — неинтересно. Еще пара деревянных, явно дорогих разрисованных игрушек — солдатиков.

Все комнаты обжиты. И при каждой исправные удобства. Добротная мебель аккуратно расставлена, стены гладкие и хорошо покрашены, а иногда — затянуты плотной узорчатой тканью. И очень тепло. Гулкое ощущение, что люди, их покинувшие, собирались вернуться. Интересно, почему они ушли?

Исследовательскую вакханалию прекратил мудрый Некрир:

— Детка, здесь больше полусотни комнат. Ты уверена, что стоит срывать сохранные чары со всех?

Действительно, это мы что-то увлеклись. Оторвать впавших в азарт магов от вскрытия очередной комнаты стоило некоторых усилий. Мои джентльмены уже вполне освоились с Рором и Бором и работали слаженной командой. Вот что значит общий интерес.

— Господа, предлагаю остановиться на десятке комнат поскромнее, чтобы было где поселить гостей. Такие легко укажет Сара. А исследования отложим до лучших времен.

— Скучная ты, Нинка. — Рор раз за разом норовил меня приобнять, да так, чтобы это все заметили. — Разве тебе не любопытно, кто закрыл это великолепие?

— Страшно любопытно, Рор. А еще мне интересно, как нас накажут, если у этого, как ты говоришь, великолепия обнаружится хозяин.

— Не думаю, Нина, — Витто поманил меня к очередному шкафу, вынуждая покинуть расшалившегося руша, — что наказание последует. Этим заклинаниям больше двадцати лет. Год-два — и они сами бы развеялись. Мы бы не смогли так легко войти, если бы чары уже не ослабли.

— Ну, что больше двадцати, мы и так знаем. Седир служит двадцать, а для него это тоже открытие. Это и без магии очевидно.

И зачем было отзывать меня к абсолютно пустому шкафу?

— Наверное, вам непонятно, потому что вы с изнанки. Заклинания ставились меньше чем на двадцать лет, упор был на надежность, а не на длительность. Думаю, остальные со мной согласятся, хотя это интуитивная догадка. Тот, кто их кастовал, сил не пожалел. Значит, планировал вернуться. И не вернулся.

— Это что, был задан срок годности с больши́м запасом, но вышел? А могущественный автор уже не вернется, потому что не мог или больше не интересуется?

Отлично, но я подожду вердикта законников, мне так надежнее. И помолчу о своих выводах.

— Забавная трактовка, Нина. — Витто неожиданно тепло улыбнулся, и все тайны резко утратили привлекательность. — И да, суть вы уловили верно.

Зависнуть окончательно и понежиться в этой улыбке не дал противный Рор, потащил обсуждать, какие покои оставляем, а что закрываем до времени. Оставили пять двухкомнатных. Остальные решено было закрыть. Вот тут в силу вступила тяжелая артиллерия — старцы. В неверном свете лампионов ненужные дверные проемы подернулись серой пленкой, поблескивающей слюдяным блеском, а потом хоп — и камень, неотличимый от стен вокруг.

И все? Зачем было огород городить с приглашением великих? Наверное, обиженное недоумение отразилось на моей моське, потому что Витто, пристально наблюдавший за манипуляциями Некрира и Таприра, развеселился.

— Они не только внешние проходы зарастили, Нина, они восстановили все потревоженное, включая магию сохранности. Никогда не видел, чтобы с камнем работали так быстро.

Биттам и Норрей тоже были под впечатлением. Но мне было уже все равно: ни братьев, ни Борира рядом не наблюдалось. И это удивительно! Тишка тут же откликнулся:

— Мы на кухне, вама. Здесь такое! Веди всех сюда.

Пришлось сочинять повод для похода на кухню — вручить цукаты, не выдавать же наш с боженёнком междусобойчик.

До кухни по коридорам и пандусам топать минут десять, не стоит упускать возможность прояснить у старших рушей пару моментов. Один волновал меня, второй — командиров. Хотела начать с вояк, но не успела, дедусь заговорил сам:

— Дай-ка мне камень вызова, детка, его пора подпитать. Сегодня отклик был совсем слабый.

— Быть может, это я плохо позвала?

— Да нет, детка, нет. Камень же не просто твой зов передает. Ты позвала, артефакт сработал. Ведущий рир прокладывает тоннель, как моряк по свету Небесных Сестер. — А, это я знаю, крупная такая парная звездочка, она здесь ориентиром служит, как наша Полярная.

— Но магия Переправы глушит сигнал, — подхватил объяснения Рор. — Я услышал тебя, и мы пошли в столицу. Там, в дворцовом храме, камень-маяк теперь работает постоянно. Знакомый путь, тоннель пробивать совсем просто. Мы так торгуем с твоей легкой руки. Грибы носим, стекло.

— Не поняла. А как же позвать? Без зова ходите?

— Так нам специального человека выделили. На него артефакт настроен. Он зовет через каждые три дня, если ничего срочного.

— Слушай, а вдруг камень из храма утащат?

— Из дворцового храма-то? Да тот храм сигналками увешан, как степной шаман — амулетами! Это статую-то Рушата сопрут? Которую я сам на метр в монолит скалы врастил? Не смеши. Да и у короля личный камень есть, позовет, если что.

— А кого к вам приставили?

— Маг Лартис какой-то. Приятный такой. Бесится, что секретарь короля, Отто, за ним присматривает. Хитрый настырный манул этот Отто! Завел тетрадку! Такой недоверчивый! Принес грибы — записал. Забрал крупу — записал.

Аж рассмеялась, так тепло на сердце стало. Моя школа!

— Это он не вам не доверяет, дружище, это он вас от обмана так оберегает. Спросите — и Отто с удовольствием объяснит. Почему все-таки через столицу?

— Ты не поняла? До столицы путь известен, тоннель почти не закрывается. Идти легко и быстро. А от столицы уже по твоему маяку, вдоль Мирувы. Так проще, хоть и некоторый крюк получается. А напрямую, как в первый раз, идти трудно. Переправа зов глушит, вот артефакт и разряжается быстро.

— Правильно ли я понял, — весьма заинтересованный дэс-капитан оттеснил меня от рушей, — если Нина не позовет, то прийти вы не сможете?

— В крепость — нет. Даже если Нину принудят позвать, а она внутренне этого не захочет, то направляющего сигнала не получится, вроде как маяк не сработает. Но мы все равно ее засечем! — Последние слова прозвучали с неприкрытой угрозой, которую расслышали все.

Ничë се у риров специализация. Не только скалы и пространство раздвигать, так еще и радар постоянно включен. Ужас.

— Не волнуйтесь, комендант, ваша крепость в полной безопасности. — Таприр примирительно тронул Биттама за плечо. — Вы же в этом хотели убедиться? Мы не ходим куда не зовут. Даже к степнякам, хотя к ним есть постоянный путь. Некрир дружит с шаманом Халахом.

— А почему не ходите?

— Потому что без ориентира легко отклониться от цели. Отклонился на пару шагов — и проскочил. А проскочил, значит, есть риск не вернуться, погибнуть в камне. Мы же выгораем так же, как и ваши маги.

Хотелось еще откровений, но мы пришли. Не-ет, это не наша кухня! Наша — маленькая и неудобная, как может быть неудобным длинное и узкое помещение. А это… это… в два раза больше, то есть шире!

Борир стоял по центру с видом усталого победителя.

Ровно по линии трех наших печей, которые ранее казались вросшими в исчезнувшую стену задними спинками, открылось еще одно, практически зеркальное пространство. И разделочный стол, и раковина-мойка, и тумба-стойка для печь-камней. А еще, сама себе не верю, еще один очаг на четыре духовки! Даже голимое отсутствие утвари уже не огорчало. Все, теперь бы дождаться расклада по финансам, и можно кухарок искать. Утварь прибудет с обозом уже завтра. Дораш в этом уверен настолько, что даже эс-капитана предупредил.

Сара с хитрым видом маячила поблизости, намекая, кому, собственно, я обязана этой радостью. Маги, уже не сговариваясь, обследовали новое пространство на предмет волшебных нежданчиков. Все чисто.

Оба мешочка, вместивших ведро тыквенных цукатов, терялись на фоне масштабности подарка, преподнесенного рушами, но те, кажется, так не считали.

— Нинка, я тебе за четверть мешочка этих штучек еще баул грибов притащу! И Раштиту твоему помолюсь. — Рор пришепетывал, пробуя на зуб и посасывая новую сладость. — Но не думай, что наши женщины забудут тот странный овощ, который ты приносила к нам в пещеру. Они ждут.

Можно подумать, что я не жду! Да я как ворон крови… Быстрее бы от кухни освободиться. Нескоро, ох, нескоро, меня к плите потянет.

Эхо восторженного дружного вопля долетело со стороны казарм. А там проход к мыльням.

— Вода пошла, вода пошла…

Весь личный состав, свободный от дежурств, торчал в подвалах. Кот на крышу — мыши в пляс. Троица братьев-камневедов совсем не возражала против публики. По-моему, им даже нравилось это восторженное наблюдение.

Вода действительно пошла.

— Вот сейчас бассейн заполним, хозяйка, чтобы ополоснуть, потом отрегулируем баланс притока и слива, и можно пользоваться. Этот — последний. Маленькая мыльня готова. Горячий уже наполняется. Пойдем, покажу, как напор и температуру воды менять.

Эта часть подвала преобразилась, а я, сбитая с толку обилием впечатлений, только сейчас заметила. Вырос каменный парапет-скамья, на котором можно сложить одежду. Теплый и горячий бассейны разделила гладкая каменная ширма, над которой клубился пар, притягиваемый невидимыми вытяжными отверстиями.

Ополаскивать таким долгим способом не понадобилось. Витто подцепил магией струю воды, бьющую из стены, и прошелся ею по всей поверхности еще почти пустого бассейна. Как из брандспойта. Это заняло пять минут. Хорошо, что не понадобилось ждать. Наполнить, слить, опять наполнить — слишком долго! Обрадованные братья приступили к окончательным испытаниям. О! А этот широкий тонкоструйный водопадик вместо душа? Здорово! У Сары такого не было.

В женскую мыльню теперь вел отдельный ход. Сразу из жилой части. Не придется проделывать весь путь сквозь мужское царство. Лепота! Отличная мыльня! Как в бассейне у Сары, есть горячая зона, есть попрохладнее. Потом обследую, а то один из мастеров дожидается, чтобы торжественно зарастить проход в женскую часть со стороны казарм. Все-то они продумали, эти дети великого Рушата, славного бога тверди!

От оплаты братья отказались. Спасенный тогда в пещере маленький Осинчик был сыном одного из них. Мальчишка давно забыл о боли и испуге. Его перелом зарос уже к утру. Удивительное дело. А целительница молчит, как заколдованная. Но ребятишки видели, как гостья с поверхности хлопотала и мастер Грен, который лангету делал.

Перед расставанием пообещала оставлять рушам письменные весточки через Отто. Это же проще, чем внезапно срываться и мчаться по первому зову, ведь правда же?

А еще удивил комендант: может, рушам удобнее ходить под степью, а потом по поверхности через Переправу? Мы, дескать, всегда рады.

Руши уходили торжественно, под благодарственные выкрики солдат.