Глава 36

— Ты думаешь, почему я тяну время? Почему Совет никак не соберется? — его голос звучал ровно, но в нём дрожала та самая усталость и гордость, что я замечала последние недели. — Я тяну, потому что настройка требует времени. И тишины. И чтобы никто не знал, на чью сторону склонится Ключ.

Он сжал пальцы. Чешуя хрустнула, звук был похож на треск сухого льда. Он даже не поморщился.

— Да, Тайа. У меня течёт кровь, которую мои предки запирали веками. И я подумал. А почему бы и нет? Мои предки веками хранили этот ключ, но ни разу им не пользовались. Один шаг. Один ритуал. И я перестану быть Хранителем. Я стану тем, кто решает, кто будет дышать в этом королевстве.

Он шагнул ближе. Запах табака смешался с чем-то острым, металлическим, похожим на грозу перед ударом.

— Ну что? Теперь ты остаёшься? Моя будущая королева передумала уезжать?

Я все еще не верила своим глазам.

— Ты… можешь обернуться? — голос вырвался шёпотом. Горло сжалось.

— Почти, — уголок его губ дрогнул в подобии усмешки. Гордой. Опасной. Но при этом в его голосе слышалась досада. У него что-то не выходит. — Ключ требует индивидуальной настройки. Моя родовая магия должна его настроить. И, скажем так, иногда это очень больно. Я никак не могу подобрать нужные значения магических переменных. Ладно, это слишком тяжело для тебя. Не стану утруждать подробностями.

Ройстер сглотнул.

— Так что, пока семейки грызутся за трон, я становлюсь тем, кто этот трон заслуживает по праву рождения. И мне, возможно, понадобится помощь. Ты ведь тоже обладаешь родовой магией. Если ты мне чуточку поможешь, то дело пойдёт быстрее…

Он протянул руку. Не чтобы схватить. Чтобы предложить. Чешуйчатые пальцы дрожали. Но голос оставался стальным.

— Выбирай. Свободу в глуши. Или корону, которую я выкую для нас обоих.

Я смотрела на него, потом на его руку.

— Разве корона на голове, — начала я, а голос мой стал хриплым. — Сделает тебя любящим мужем? Тем, кто готов обменять всё ради меня. Я бы так и сделала. Или что? Корона запретит тебе изменять? Что изменится? Ты как плевал на меня, так и будешь плевать! Только на этот раз на тебе будет корона!

Я направилась к двери.

— Мне плевать на твои игры! На власть! На твои амбиции! Я хочу покоя и тишины! Я её заслужила! — произнесла я, рывком открывая дверь.

На этот раз он не стал меня останавливать. И я была этому рада. Спускаясь по ступеням, я чувствовала, как каждый шаг отрезает нить. Не рвёт с грохотом. Перерезает тихо, точно. Как лезвие, которое знает своё дело.

В холле Гордон стоял у двери, держа плащ. Его лицо было непроницаемым, но глаза метнулись к лестнице, потом ко мне. Я прошла мимо, не останавливаясь.

Ни слова о платке. Ни слова о крови, которую он забрал. Ни слова о том, как чужая тень проходит сквозь заколоченные окна, оставляя на подоконниках цветы! Пусть догадывается сам! Мне плевать! Плевать, кому достанется этот проклятый ключ!

Карета ждала. Та же чёрная глыба, те же лошади, фыркающие в морозный воздух. Я села внутрь. Кожа сидений холодила сквозь ткань платья. Дверца захлопнулась, отрезая свет фонарей, голос Гордона, запах чужого дома.

— В поместье Несвитов, — сказала я кучеру.

Колеса тронулись. Стук копыт по мостовой отбивал новый ритм. Не бегство. Возвращение.

Я откинулась на спинку, закрывая глаза. За веками проступал не образ мужа в безупречном фраке.

А тень в серебристой маске. Запах дыма. Холод стали у горла. И странное, пугающее тепло, которое разливалось внутри, когда я думала о том, как он смотрел на меня сквозь прорези. Не как на собственность. Как на единственную в мире, ради которой можно нарушить все правила.

Пусть рушится фасад. Пусть Совет гудит без короля. Пусть мракорсы воют на луну. Я больше не буду это терпеть!