Глава 23

***

Росс.

— Эй, Месье, уберите свои лапы! Сам вылезу!

Пыльный, тесный багажник и мои метр восемьдесят пять, вообще несочетаемы. Отмахиваюсь от Мансура, чихаю, выпрыгиваю из тачки.

А за пару метров — Владик. Мальчиш-плохиш, в своем синем костюмчике. Хотя, солнце уже давно скрылось за горизонтом, и Филатов, преимущественно, выделятся лишь белым воротничком, на фоне ночного сумрака. Не суть.

Подтягиваю джинсы, а вокруг меня поле. Может пустырь, хрен его знает. За спиной две машины. Напротив — ярая прикентовка местного авторитета.

Прозревшего истину. Не знаю, что хуже осознавать Владу — наличие ветвистых рогов, поставленных жинкой. Или факт собственной глупости. Стареет волк. Упускает былую хватку. Столько времени я его водил за нос, балансируя на грани жизни и смерти. Сорвался. Всяко бывает. Жаль, что не в ту сторону.

— Ну, кто первый? Или кучкой, как всегда, пистить будете?

Не выдерживаю, утомляюсь смотреть на их невозмутимые рожи.

— От чего же? — Отвечает, вопросом на вопрос, Влад. — Видишь бункер справа? Мы туда вдвоем пойдем. Охрана останется здесь.

А это уже интересней, начинаю испытывать некий азарт. Я отнял у Владика самое ценное, а он вот, как решил. Ладно. Хотя, мне еще не известно, что скрывается за ржавыми металлическими дверьми.

— Ну идем, чё.

Киваю в сторону железной постройки, размером с двухэтажный барак, быстро шагаю. Не оборачиваюсь, но прислушиваюсь. Напрягаюсь.

Страшно ли мне? Нет. Жалею, что ввязался в эту авантюру и проиграл? Тысячекратно нет. Злюсь только на Вареньку. И сдохнуть, было бы гораздо приятнее, если знал, что девочка моя, теперь свободна. А значит, все не зря. Глупая Варенька.

У самого входа, Владик обгоняет, дышит так, будто марафон пробежал, а не плелся сотню метров. Тычет ключом в скважину. С противным сухим скрежетом распахивает створку. Ни хера не видно и, Влад тут же спешит щелкнуть выключателем. Под высоким потолком загорается скудная лампочка. Словно активизирует меня.

Так. Наглухо закрытый бункер, не считая двери. Генератор электричества. Железные столбы по бокам подпирают такие же железные выступы. Куча покрышек в углу и старенькая иномарка в центре. Всё. Вроде бы всё.

— Ай, Владислав Андреевич, годы идут, а ты не меняешься!

Громко смеюсь, хватаюсь за голову.

— Что ты имеешь ввиду?

— Руслана Юсупова помнишь? Ммм?

И Влад тут же скалится в ответ. Он сразу догадывается, что я не просто залетный миллионер из Греции, а хороший знакомый Юсупова. Конкурента Филатова в прошлом. И то, что я сделал, не просто так. Из мести.

— Конечно, помню. Я консерватор, не люблю новшества. Гореть будешь, Росс. Как и твой друг.

— Прелестно.

Недвижимо стою на месте, искоса наблюдаю, как Влад, стервятником начинает кружиться подле меня. Медленно, словно прощупывая со всех сторон. Ага. Давай.

— Ты совершил непростительную ошибку, Росс. Украл не только тело Варвары Степановны, но и душу. Испортил мою жену. С ума свел.

- Кто мне это говорит? Конченый самодур, с бабами воюющий? С головкой дружишь? В реалии хорошо себя чувствуешь?

— Заткнись. Заткнись, низшее отродье. Задурманил разум Варюше. Любовь нашу разрушил. Не склеить ее теперь. А знаешь, Росс? Давай по-честному. Здесь мы одни и никто не войдет, чтобы тут не случилось, таков мой указ. Они будут стоять на улице и ждать. Все. Кто останется в живых, забирает Варю, проигравший — очистится в огне.

Я морщу лоб, хочу сказать, что Степановна не игрушка, но не успеваю. Владик, как черт из табакерки, резко выпрыгивает из-за спины, брызжет в глаза какой-то дрянью.

***

Варвара.

— Руслан Тагирович, миленький, прибавьте скорость!

— Варвара Степановна, гашетка в пол.

Я стискиваю пальцы в замок и молюсь всем святым. Господин Юсупов слишком рассержен для пустой болтовни. Слишком сильно, давит своими огромными кулачищами, в руль серебристого спорт-кара. Он боец смешанных единоборств в прошлом. Много лет отставил на кровавом ринге. Так рассказывал Женька. Так указывают, стертые до шрамов, казанки Руслана.

— За двести гони, пожалуйста, только не пропусти поворот. Он совсем скоро.

— Двести двадцать уже. Ох, ты ж…

Резко в тормоз, скрежет шин по асфальту.

— Дальше направо.

Тыкаю пальцем в лесополосу березовою. Мы съезжаем с трассы, чуть медленней, ползем по колее.

— А муж у тебя выдумщик. Однако.

— Не говори о нем. Не могу, слышать даже имени.

В кармане оживает телефон. Не мой. Чертовой свекрови. Трясущейся рукой к аппарату, а душа не на месте. Мансур звонит. Жестом показываю Юсупову, чтоб двигался максимально тише. И колеблюсь. А если он скажет самое страшное? Нет, я должна ответить.

— Что случилось?

Зажимаю ноздри и шепчу в динамик. Телефон искажает речь, а уж шепот, тем более.

— Агата Вольдемаровна, хозяин заперся в бункере с Россом, и запретил нам входить. Я не знаю, что там происходит. Не контролирую ситуацию. Алло? Вас плохо слышно, алло?

— Правильно делаешь. Не смей нарушать приказ…

Всю передергивает от волнения, будто на стуле электрическом сижу, а не в кресле. Резко отключаю звонок. В сердце загорается слабый огонек надежды.

Руслан тушит фары, и мы, еще немного, двигаемся в темноте. Дальше нельзя. Бросаем авто на пустынной дороге, осторожно идем пешком. Видим по среди поля бункер и два десятка прихвостней рядом.

— Варвара Степановна, скажи, ты тоже умеешь драться? Или у тебя есть суперсила? Огнем не плюешься случайно?

Язвит Руслан, наперед осознавая весь тлен.

— Только йогой занималась и то, Женька заставлял.

— Это плохо.

— Наподдаешь им позже, бежим скорее!

Мансур — человек, но чисто по облику. Внутри нет. У него нет души и сердца нет. Он, словно ходячая машина для убийств. Робот. Начальник всех прихвостней, знающий, только четкие законы хозяина. А сейчас, Влада нет рядом, зато перед ним, госпожа Филатова. Законная жена. И он обязан слушаться.

Юсупов пытается остановить меня, но тщетно. Вырываюсь, шаг за шагом, уверенно приближаюсь к стае. Задыхаюсь, а шакалы тут же оборачиваются на меня.

— Госпожа…

— Пошел к черту, Тварь!

Если бы Влад стоял сейчас здесь, этот трюк не прошел. Спасибо тебе, Влад. Хоть что-то хорошее за семь лет брака сделал. Руслан за спиной. Мужчина удивлен, но все же не расслабляется.

— Мансур! Я приказываю вам оставаться здесь.

Третий штамп, по мозгу охранника, от последнего члена семьи Филатовых.

Руслан огибает меня с боку, успевает открыть дверь, как тут же отстраняется. Нас ослепляет пламя. Прямо на глазах, вспыхивает машина, посреди огромного бункера.

— Баламууут!

Надсадно кричу, полностью опустошая свои легкие. Хватаюсь за голову, чуть не падаю. Юсупов рычит, толкает меня плечом, врывается внутрь. Я за ним. Как горячо, Господи. Никого нет, только разгорающаяся тачка. Руслан метается по бункеру, я визжу.

— Ну, чё ты орешь, Варенька?

Голос. Синхронно поднимаем глаза в потолок. Женька. Сидит наверху, ножки свесил. И слов нет, и сил. Отшатываюсь, еле сохраняю равновесие, слышу возмущения Юсупова:

— Нет, ну я всегда знал, что ты придурок, но чтоб настолько!

— Я тоже рад тебя видеть, дружище.

— Ты один? А Этот?..

Женька расплывается в довольной улыбке и кивает в сторону горящей машины.

До боли, давлю ладошкой себе в грудь, с ужасом в глазах, смотрю на пламя.

— Да шучу я, нет там никого. Обосрался твой Владик и сбежал. Видишь? Во-о-он там, в углу говно валяется.

— К…как?

— Снова шучу… не срал он!

— Росс, блять! — Юсупов громко ругается и топает ботиком по железному полу бункера.

— Да вот, вот ваш Владик, по роже получил и в покрышки отдыхать лег!

Только теперь, я замечаю, проклятую спину, облаченную в синий пиджак. И меня охватывает ненависть. Я могу, отомстить за все. За все страдания и пытки, что учинял Филатов в прошлом. Смотрю на этого жалкого человека и только плюнуть хочется.

— Лови, Варенька!

Родной голос, будто отрезвляет. На рефлексах выставляю ладошки вперед, а Росс, как пожарный, спускается по трубе. В руки падает твердый квадратик. Что это? Я вижу красную бархатную коробочку и отшатываюсь в сторону.

— Женой моей будешь? Ммм?

— Ааа… но…

Нас, с силой, хватает по обе стороны, грозный Юсупов и тащит вон.

— Совсем сдурели? Вот-вот рванет!

Прохладный ночной воздух окутывает тело. Не так холодно, но меня морозит. Охрана на месте, не шелохнутся. Мансур сжимает кулаки, но имеет права и на пол шага двинуться.

Сейчас, жизнь Филатова полностью в моих руках. Одно слово разделяет его от гибели. Что ж, я прощаю тебя, Влад…

— Мансур, забирай хозяина из бункера!

***

Росс.

Вообще-то, все должно было закончиться, совершенно по-другому.

Стою я, значит, в бункере. Полон возмущения, только успеваю рот открыть, как Филатов, тут же, брызгает мне в морду аэрозолем. То ли дезодорант какой, то ли освежитель. Но запах, очень схож с одеколоном, которым пользовался еще при первом похищении Вари. Эдакий, холодный жест мести, со стороны Владика. Я бы, конечно, лучше перцовку взял.

Потом, униженный муж, скрутил мои руки, силком затащил в тачку. А на заднем сиденье — самовоспламеняющаяся хрень с таймером. Филатов бы вернулся домой и продолжал издеваться над Варенькой. Я приходил к нему, лишь, в ночных кошмарах. Да, с того света достал бы. Фиг ему, а не спокойная жизнь.

Но нет. Едкая жидкость попала в глаза, и я заорал. У меня и так зрение не ахти, а тут такое. В три погибели согнулся, ничего не вижу, больно сука. А Филатов ко мне, чтоб вырубить и сунуть в машину. Я реву блять, слезы сами из глаз катятся. Резко выпрямляю спину и, в аккурат, со всего своего, метр восемьдесят пятого размаха, головой бью в челюсть Влада. Не специально.

Филатов не ожидал такого, я тоже. Филатов в нокауте на грязном полу бункера, а я, кое-как растер глаза, чтоб хоть что-то узреть. Хватаю Владика, оттаскиваю в покрышки. Мало-ли?

Ребятки у него нервные, заметят хозяина в непотребном виде, обидятся на меня. По трубе карабкаюсь наверх, к потолку. Усаживаюсь на нишу, думаю, как поступить. Двадцать рыл за дверью бункера доверия не внушали.

А дальше — таймер на машине иссяк и авто охватило пламенем. Ну и Варенька с Юсуповым, очень вовремя. Всё.

***

Еще смутно вижу. Глаза, как песком засыпало. Плетусь позади деловитых напарничков. Напарничков, по спасению безумного Росса.

— Заедем в аптеку, капли возьмем. Баламут, перестань трогать глаза, еще хуже сделаешь. Ох, какие они у тебя красные. Жуть…

Морщусь, внимательно разглядываю Кобру.

— С лицом, что? С Филатовым подраться успела? Почему щеки расцарапаны?

И вроде хорошо, ведь мы беспрепятственно шагаем к авто, под надежным куполом власти бывшей жены Влада. Наиграно суровой. Зыркает на охранников так, что Мансур, наверное, яйца поджал. Однако, очень хочу вернуться обратно, и еще раз дать в торец Владику. Теперь специально.

— Не важно… Но Филатов тут не причем. Правда…

Говорит тихо, дергается, пулей залетает на заднее сиденье спорт-кара, громко хлопает дверцей.

Юсупов в удивлении поднимает брови, наблюдая за сия финтом.

— Это норма, дружище. Поехали уже отсюда.

Отмахиваюсь, умещаю задницу на кресло рядом с водительским. Я достаю телефон из кармана куртки, набираю номер.

— Любезнейшая, подскажите, ближайший вылет в Родос? На шесть утра? Замечательно. Бронирую три билета бизнес-класс. Остался один? В эконом? Хреново…

Юсупов разгоняет спорт-кар по трассе и хрипит мне под ухо, что на этот рейс, у него уже есть два билета. Он рассчитывал на возвращение только нас, и не подумал о пассии.

— Беру! — тут же кричу в трубку, как ужаленный.

Я указываю нужную информацию для брони, сбрасываю вызов и оборачиваюсь на Вареньку. Нет, теперь Саманту. А она на заднем сиденье. Бледнющая. Теребонькает в руках красную коробочку.

— Жень… ты серьезно?

— Конечно, Саманта Роус. После всего того, что между нами было… Ну, а дальше, ты знаешь. — Подтягиваюсь ближе, забираю из трясущихся ладошек футляр. — Пальчик давай, свой, красивенький. Согласна?

Госпожа мандражирует. Только обхватив ее запястье, смог, наконец-то, напялить украшение. Меланхоличная Саманта, снова в слезы. Касаткой воет, сопит. Кидается обнимать. На ходу, лезу с переднего сиденья к ней.

Юсупов делает вид, словно его вообще не существует.

— Я согласна. Господи, даже представить себе не могла, что все так обернется. Ты жив, я свободна…

— Не долго, свободе тебе радоваться…

И к черту все, главное губы Саманты. Сладкие, сука. Ядовитые. Мои.

Рукой к влажной от слез щеке. Нежной, бархатистой. Первое, робкое касание. Будто в первый раз, будто и не было ничего вовсе. И я, умудренный опытом, прожженный бабник, теряюсь. На тщетные пару секунд.

Я ласкаю губы возлюбленной женщины. Единственной, что растопила мое сердце. Я ласкаю, каждую поочередно. Очерчиваю языком тонкий контур. И миллиметра не пропущу, а Саманта стеснятся. Сбивчиво дышит, шепчет умоляюще:

— Подожди… мы здесь не одни…

— Он не смотрит.

И Юсупов даже тактично не кряхтит. Он все понимает.

Я очень голоден, голоден своей девочкой. Но не настолько отморожен, чтобы брать ее прям здесь. На заднем сиденье тачки. Хотя…

— Убери, убери руку из моих джинс, Росс…

Рефлекторно облизываюсь, а Саманта шлепает меня, как проказника. Ух, злющая училка. Я обнимаю ее за плечи, подтягиваю к себе. Саманта блаженно стонет и расслабляется.

Солнце прокрадывается за горизонтом. Виднеется город. Мы едем прямиком в аэропорт, и мне снова приходится отвлечься на звонок. Я поднимаю с тепленькой постельки Фархада, чтоб сраку свою волочил к нам. Он заберет ключи у Юсупова и отгонит спорт-кар в агентство. Алиев недоволен, и я его понимаю. Однако соглашается.

— Интересно, охранники успели спасти Влада?

Как бы, между прочим, вкрадчиво переживает Саманта.

— Вот сейчас замолчи. Нéхера атмосферу портить, а то, опять, говном завоняет. Только вспомни!

— Да, просто…

— Не просто. Успели, точно говорю. Как же они без своего хозяина!

Пока двигались к зданию аэропорта, Саманта, со своими разодранными щеками, успела заскочить в круглосуточную аптеку и купить, не слишком зрячему Россу, спасительные капли.

Теперь лучше, гораздо. Быстро-быстро моргаю, лежа головой у Кобры на коленках, а она, деловито закручивает флакон. Радостно объявляет, что прибыли, но снова корчится, когда видит у входа в аэропорт, Фархада.

Юсупов глушит мотор, он потом нас догонит. Сначала решит вопрос арендованной тачки. На ходу благодарю Фархада, снова помог. Почти бегом, тяну Саманту внутрь здания.

Волокита с оставленным багажом. Наши вещи в камере хранения. Пришлось выслушать кучу ненужных вопросов и подписать бумажки, дабы вернуть чемоданы обратно.

Внешний вид у нас, не такой свеженький, как при первом появлении здесь. Да и пофиг, что мы в грязи. Я, все еще, с красными глазами. Лохматая Саманта, как с кошками воевала. Главное вместе. Почти в одинаковых джинсах с дырявыми коленками и берцах.

Один Юсупов, чистенький, опрятный дяденька, запыхаясь, становится позади и тоже протягивает сотруднице документы на проверку.

— Счастливого полета!

Мы поднимаемся на борт авиалайнера. Руслан уступает свое место в бизнес-классе Саманте. За что я, по прибытию, отплачу другу бутылкой виски.