Глава 8

***

Варя.

“Господь нам дал любовь, Варвара. Мое сердце — камень, но увы, даже оно может кровоточить. Ты, единственная слабость, ошибка, которую уже не исправить, легче уничтожить. Жена, я могу простить тебя, если позвонишь первой. Не губи невинные души.”

Вздрагиваю, как от пушечного залпа, а перед глазами строки из СМС Влада.

Тут же прячу под подушку старенькую кнопочную модель. Еще черно-белый телефон с крохотным экраном, служивший для тайного общения с Раисой.

Филатов не знал о нем, но очень любил закалять мой характер на балконе. Зимой. И я писала сообщение прислуге, чтобы она спасла, открыла дверцу, не дала умереть от холода.

Трубка осталась со мной и на этот раз, маленькая совсем, легко умещается в чашу лифа. Я перепрятала аппарат сразу же, как только оказалась в доме похитителя.

Раиса… Что же Влад с тобой сделал?

Реки крови полились, и служанка стала первой, кто попал под безжалостную горячую руку мужа. Довольно смертей. Сердце сжимается от чувства вины, этой ночью я не сомкнула глаз. Сажусь на постель, обнимаю себя руками. Мразь.

Я ненавижу Филатова, лучше бы он умер, но теперь понимаю, что одновременно, люблю… Хотя, любовь ли это?

И снова телефон. Сознание отключается, трясущимися пальцами жму на кнопки. Звонок сбрасывается. Пробую еще раз, ничего не выходит. Связь есть, но какого черта?

Мне придется пойти на обман, я должна вернуться к Владу чего бы это не стоило.

Нужно одеться. Подхожу к платяному шкафу, распахиваю створку. Перебираю вешалки с нарядами, все больше и больше желаю наградить пощечиной Евгения второй раз. Он издевается надо мной или просто я ни черта не понимаю в юморе.

Вот розовое хлопковое платье с принтом, простите, но кала. А рядом белоснежная футболка с печатной наклейкой обнаженной груди. Большой груди, размера третьего, может пятого. Джинсы с декоративными вырезами, но не на коленях, на заднице. Остряк.

Достаю самое приличное- плюшевый сиреневый комбинезон с заячьими ушами на капюшоне и мягким хвостиком на заднице. Спасибо, что хотя бы белье вполне хорошее. Красивое.

Мрак. Смотрю на свой новый образ в зеркале, невольно закатываю глаза от возмущения. Я привыкла носить исключительно брендовую классику, тряпка, которая надета сейчас, неприемлема. Дикость.

Собираю волосы в гладкий пучок. Росс любезно предоставил мне бижутерию и элементарные гигиенические средства. Беру зубную щетку и мыло, топаю в ванную.

Я должна понравиться Россу, усыпить его бдительность. Тогда, появится шанс на побег. Не для моего счастья, за Баламута страшно.

В коридоре останавливаюсь и понимаю, что особняк пуст. Первым делом к входной двери. Заперта.

Жаль, но возвращаюсь к утренним процедурам. Переключаю воду с холодной на горячую и обратно, чтобы хоть немного убрать отеки с лица.

Аппетита, как всегда, нет, однако решаю задобрить похитителя и приготовить обед. Думаю, итальянская кухня будет в самый раз. Холодильник Евгения забит до отказа. Отодвигаю в сторону пачку зефира, чипсы, пытаюсь найти что-то съедобное.

На время забываюсь и чувствую себя главной героиней кулинарного шоу. Становится весело, ощущаю некий азарт. Глубокая сковорода на плите, в нее молоко, горстку зелени. А еще вот эту штуку и горох из баночки. Процесс идет, все кипит. Остается сбрызнуть оливковым маслом и посолить.

Немного жарко от пара, сдуваю с лица выпавшую прядь, тянусь рукой к светло-бежевому шкафчику. Достаю набор специй, расставляю на каменную столешницу. Позволяю себе тихо петь, но приходится вздрогнуть, а после, и вовсе перенять образ гипсовой статуи.

Я слышу скрежет замка за спиной, с силой сжимаю в руке деревянную лопатку. Пара секунд тишины.

— Степановна, фак! У нас канализация потекла? — доносится с порога громкий голос Евгения.

— Все в порядке.

Волнуюсь, но изображаю дружелюбный тон.

Мужчина прямиком идет в сторону кухни.

— А… Кушать готовишь?

Слышу эту фразу, начинаю раздраженно орудовать лопаткой по сковороде. Хамло.

Продолжаю размешивать блюдо, краем глаза замечаю большую мужскую ладонь, что ложится на столешницу справа.

Росс дергает меня за декоративный заячий хвост на комбинезоне и говорит ему очень жаль, знал бы, не стал обедать в ресторане. А я старалась, честное слово. Просто раньше, все хозяйственные дела вела Раиса, поэтому готовила я в лучшем случае тосты.

— Ты где был? — перевожу разговор на другую тему, выключаю плиту.

— Не ваше дело, — сухо отвечает.

Мужчина сторонится меня, сегодня он не так страстен и нежен, как вчера. Ледяная стена воздвиглась, между нами, после отказа близости.

Росс невозмутимо шагает в сторону лестницы, подбрасывает в руке связку ключей. Оставляет возможность смотреть только на его спину, облаченную в темную кожаную куртку.

Я щурюсь, тереблю плюшевую манжету комбинезона и немного злюсь.

Эмоции нарастают, закусываю губу, срываюсь с места, настигаю мужчину на первых ступенях лестницы. Мы оба замираем, когда мои руки обхватывают мужской торс, щекой прижимаюсь к спине Росса.

Чувствую свежий парфюм, бодрящий. Мне нравится этот запах.

Немного потеют ладони, после того как Росс, горячими сухими руками касается их сверху и резким движением сбрасывает с себя. Он делает шаг вперед — а я задерживаю. Тяжело дышит — крепче сжимаю руки на его талии. Почти рычит от недовольства — дрожу, но жмусь со всей силы.

— Отвали.

Мы снова замираем и мне кажется, будто сейчас я обнимаю вовсе не Росса. Тайфун. Сокрушающий тайфун заключенный во власти моих рук.

Мужчина невнятно бормочет, ударяет кулаком о деревянное перило лестницы и медленно разворачивается ко мне.

Приходится убрать руки лишь для того, чтобы потом вновь схватиться ими за Росса, точнее за края куртки. Сжимаю пальцы, напрягаю губы, ловлю на себе блестящий взгляд темно-карих глаз. Мужчина хмурится, как же непривычно видеть его таким.

— Тебя стукнуть надо чтобы ты ушла? По другому не понимаешь? — произносит без злобы, но становится обидно.

— Ты не посмеешь, Отброс!

Привычно отвечаю высокомерием и тут же стискиваю зубы. Я ругалась так на охрану Филатова, стрессовая ситуация, сподвигла вновь вспомнить оскорбления.

Росс плывет от улыбки и клонит голову на бок.

Вскрикиваю, когда мужчина подхватывает меня под колени и одним рывком поднимает на руки. Он движется в сторону кухни, а я отчаянно цепляюсь в его плечи.

— Ну так позвони своему Владику, пожалуйся, — на ходу говорит Росс. — Не хочешь? Или не можешь? Ммм? За идиота меня держишь?!

Усаживает задницей на кухонную тумбу, упирается руками по обе стороны от меня. Становится жарко в нелепом плюшевом костюме. Лицо словно волнами окутывает прерывистое дыхание Росса, такое же сильное, как мое сердцебиение. Он наклоняется ближе, недопустимо ближе. Соприкасаемся лбами.

— Ипнуть бы тебя, Степановна, прямо на этой столешнице.

***

Росс.

Она. Меня. Бесит.

Филатова как всегда в прострации, только ладошки. Тощие женские ладошки упираются мне в грудь, но не отталкивают.

Смотрю куда-то вниз, а кулаки все сильнее и сильнее сжимаются. Резкий удар по столешнице. Варя содрогается. Кухонные черепки подпрыгивают и со звоном возвращаются обратно.

— Жень, мне страшно.

Рукой дотрагиваюсь талии Варвары, чувствую дрожь в ее теле. Давлю, подтягиваю мегеру в плотную к себе. Легкие полны воздуха, с шумом выпускаю пыл через ноздри. Сам почти колом.

— Особняк напичкан заглушками. Даже не пытайся ему позвонить, а уж сбежать тем более.

— Увидел значит. Я… я не хотела разговаривать с мужем. Этот телефон пуст, разряжен.

— Да ну?

Маленькая, ушлая, синхронная копия Владика. Урод хорошо постарался, дрессируя девушку словно собаку. Она не психопатка, просто себе на уме.

— Жень…

Не успеваю ответить. Проворные женские пальчики зарываются мне в волосы. Еле уловимое дыхание на лице. Влажные губы робко касаются моих. Филатова всхлипывает, но продолжает свои деяния.

Перехватываю инициативу на себя, накрываю поцелуем нежные губы Вари. Не церемонюсь, проталкиваюсь языком так глубоко, что девчонка начинает сопеть. А мне нравится. Напор сильнее. Варвара почти заваливается на кухонную тумбу, успеваю придержать рукой.

Стягиваю резинку с темных волос, блестящие локоны распадаются по плечам девушки. Она запрокидывает голову. Резким движением возвращаю и вновь поцелуй.

Рукой спускаюсь к ее бедру, сжимаю через мягкий плюшевый костюм. Теперь обратно. Задерживаюсь на груди, нащупываю металлический замок комбинезона. Расстегиваю молнию. Губами к шее Вари. Она суетливо копошится в моих волосах, шепчет что-то. Похрен.

Мне жарко, Варе холодно. Девушка ерзает, попой двигает кастрюли, случайно роняет стеклянную кружку. Звон, осколки разлетаются по полу. Кидаю взгляд на пакость, потом снова на Варвару. Приподнимаю бровь.

Совсем горячо. Воздух над нами раскаляется до предела. Еще чуть-чуть и взорвется ведь, Филатова…

Женские ладони на моих щеках. Кобра тянется и стонет мне в губы. Касается кончиком носа. Гладит, щекочет, дразнит. Бьюсь коленом об чертову тумбу, давлю ботинком осколки.

Клянусь небесами, она доиграется. Я отдеру ее и здесь, и в любом уголке дома на свое усмотрение.

— Снимай комбинезон.

— Зачем?

— Трахаться будем! Ну?

Отстраняюсь на пару шагов. Неотрывно смотрю на Варю, снимаю куртку, бросаю на пол.

Жучка. Нельзя так нарываться. Я спокойный человек, но любому терпению есть границы.

Буржуазия в смятении. Что-то явно пошло не по плану. Сексом заниматься велят.

Варвара чуть не воет, пуская горькие слезы по бледным щекам. Меня передергивает, она снова кусает губы. А я не хочу целовать, ее ранки.

— Степановна, за мной! — максимально командирский тон.

Девушка ревет, покорно спрыгивает со столешницы. Я марширую в сторону лестницы, победоносно присвистываю, но на полпути оборачиваюсь:

— Куртку мою захвати!

Прямиком в змеиное логово. Становлюсь по среди комнаты Вари. Кобра серой тенью за спиной. Складывает вещь в комочек, аккуратно кладет на пуф. Растеряно пялится своими зелеными глазищами, перебирает пальцами на руках. Варенька…

Я просто хотел похитить жену Филатова, на время. Подождать пока из Владика полезет дерьмо, а после, вернуть. Хотел заставить гада проколоться, засадить его за решетку. Хотел так. Да.

Говорю Варваре чтоб показала мобильный. Девушка вздыхает и с видом будто на казнь привели, плетется к постели, мешкается.

- Быстрее!

Отодвигает подушку, достает аппарат. Трясущейся ручонкой подает. Нервно шагаю к ближе, выхватываю телефон, сажусь на кровать, жму кнопки. Тут же высвечивается сообщение с неподписанного номера. Щурюсь.

Не идеальное зрение и крохотный экран с муравьиную жопу. Напрягаюсь, но строки все равно плывут. Глубокий вдох. Блять.

— Прочти! И только попробуй соврать.

Для пущей важности добавляю, что схожу за очками и проверю. Тогда мало не покажется.

Варя корчит физиономию, однако выбора другого нет. Произносит слова и корежится, она не выносит хруста моих пальцев. Руки опять сжимаются в кулаки.

Я слышу сообщение, все больше и больше удивляюсь беззаконью. Таким людям как Филатов он не писан. Сучий патриарх.

Думаю, гипнотизирую светлый паркет на полу. Ситуация намного серьезнее чем я полагал.

Варя медленно нарезает круги по комнате, в пол голоса умоляет:

— Муж убил служанку. Я должна вернуться к нему, пойми. Все плохо кончится, если не отпустишь.

— Фиг тебе. И Владику твоему.

Спусковой механизм запущен. Молниеносно поднимаю глаза на Варвару. Госпожа охает, отшатывается в сторону, но гордо поднимает мордашку вверх, вытягивается струной. Ядовито щурится, бросает мне вызов.

Высокомерная Филатова в заячьем комбинезоне. Боюсь-боюсь.

— Тоже сдохнуть хочешь?

Не подбираю слова, говорю, как есть.

Варя чернеет. Она больше не контролирует выражение своей моськи. Переминается с ноги на ногу, насилует рукав одежки. Запрокидывает голову, думает, что так сможет остановить слезы.

— Люблю его… наверное. Очень сложно объяснить. — на выдохе шепчет.

Ступор в три секунды.

Чувствую горячую кровь в каждой жиле. Начинает бомбить.

— Люблю? Люблю! Да ты хоть понимаешь значение этого слова, дурочка?!

Вихрем подскакиваю с постели. Степановна щемится в самый дальний угол комнаты. Я к ней. Случайно роняю торшер. Грохот заполняет комнату. Филатова жмурится, втягивает голову в плечи. Вырываю чертов телефон из женских рук. С размаха об стену. Варя закрывает ладошками лицо. Обхватываю тонкие запястья. Слышу тоненький жалобный писк. Беру еще крепче, резким движением мегеру к себе.

И жалко мне ее и на хер послать хочется. А еще тискать, обнимать и никогда не видеть женских слез. Впервые в жизни испытываю интерес к юбке больше пары дней.

Чужая жена, да не простая — Владислава Филатова. Насильно украденная, запертая во временном пристанище без права выбора.

Сам себе удивляюсь к чему приводит чувство мести и инстинкт доминирования. Не над бабой естественно, над Владиком. Юсупов бы такое явно не одобрил, может в рожу дал, чтоб опомнился. Рядом с Варварой я начинаю забывать, кто такой Евгений Росс.

Варе больно, она не говорит об этом, но я прекрасно осознаю, что слишком сильно жму ее руки. Послабляю пальцы, девушка тут же отбегает и снова к стене.

— Прости, не прикоснусь к тебе больше. Чисто бизнес, ничего личного.

И голос какой-то хриплый и стремно. Опускаю голову, не желаю смотреть на Степановну. Натужно улыбаюсь, дабы разрядить обстановку. Глубокий вдох, быстрым шагом подальше из комнаты.

— Постой…

Варвара задерживает меня в коридоре. Крепко, насколько хватает душка, обнимает мою талию. Утыкается лицом в спину. Она задыхается и снова плачет.

Кожей чувствую жар и влагу от очередного всхлипа мегеры. Набираю грудь воздухом, смотрю в потолок.

— С ума свести меня хочешь? Ммм? Что блять за поведение?

Говорю спокойно. А внутри кошки скребутся.

Варвара будто мираж и близко совсем, а схватить не получается. Я не понимаю ее, хотя стараюсь, но она не раскрывается мне. Оно и ясно. Злой похититель, неотесанный варвар. Отброс. Какие уж тут разговоры…

Мы из параллельных вселенных, разных миров. Я — обычный дворовый тип, неожиданно получивший наследство, от родственника через три писты колено. Хотя и не дурак, смог правильно распорядиться финансами, но суть остается прежней.

Она — чопорная графиня. Местная элита, высшего ранга. Тяжелее помады в руках ничего не держала.

Варю трясет, сильно волнуется, сжимает кулачками мою футболку. Недвижимо стою, туплю на деревянные перила перед собой.

Варя копошится, стукается лбом о мою спину. Протяжный девичий стон и голос. Четкий, ровный, хорошо отрепетированный годами:

- У меня никогда не было семьи, только дедушка. Бывший военный, заботливый, но строгий. До совершеннолетия прожила будто в казарме. Хотя это намного лучше, чем потерянные года в браке с Филатовым. Семь кругов ада я прошла. Да что сейчас говорить, сам видел. Ты выдернул меня из его лап, но просто так муж с этим не смерится. Убьет ведь.

— Тысячу раз уже это слышал, — нервно перебиваю.

Порываюсь вперед, а девушка не отпускает.

— Я не хочу этого. Боюсь за тебя, мятежный плут.

Взгляд беспорядочно скользит по особняку. Зашторенные окна. Большая люстра на потолке. Бронированная входная дверь. Искусственное теплое освещение даже днем.

Тело реагирует на слова Вари. Вытягиваю руку, вижу сетку вздутых вен. Сжимаю в кулак и снова расслабляю. Вспоминаю Филатова. Блядский садист.

— И только поэтому сбежать хотела?

— Да.

— А как же твой ненаглядный Владик?

— Лгала, уберечь пыталась. Бесполезно. Я… я не знаю чувств, они забыты давно. Филатов напрочь отбил желание к жизни. Выбил. Кулаками. Для меня это всего лишь набор букв, наверное…

— Ипстись журавлям, а не мне. Варенька…

Становится легче, морально. Не то чтобы я негодяй радовался страданиям Вари. Не-а. Забрал. Вовремя.

Улыбаюсь, но девушка не видит моего довольного фэйса. Касаюсь ее рук, пришлось постараться, чтобы убрать от себя цепкие лапки мегеры. И снова выдыхаю, разворачиваюсь к Варваре.

Госпожа Филатова заревана, будто двойку из школы принесла. Всяко лучше, чем копить годами душевную тяжесть.

Дотрагиваюсь пальцами ее подбородка, приподнимаю лицо, пристально смотрю в блестящие змеиные глаза.

— Верю, но факт остается прежний. Останешься со мной, месяц, может больше. Потом, если захочешь, уйдешь. Потом. Не сейчас. Смекаешь?

Говорю максимально мягко, а внутри разгорается пламя. Азарт, мать его. Улыбаюсь еще шире, приподнимаю бровь.

Всегда ценю искренность, однако цель от этого не меняется. Я уничтожу Филатова. Сотру с лица земли, не поднимая и мизинца на своей руке. Очень люблю свое тело, особенно главную его часть- мозг.

План разработан до мелочей, он идеален, за исключением одной ошибки. Нелепой, сука и такой банальной. Поторопился. Только в одном случае Владик может догадаться у кого в плену Варвара, но думаю до этого не дойдет.

— Ты замечательный человек, Росс, будет жалко…

— Заткнись, Степановна.

В горле сохнет. Устаю от заупокойных речей Варвары, отпускаю ее мордашку, делаю пару шагов назад. Говорю девчонке чтоб прижала свой плюшевый зад с заячьим хвостиком и ничего не боялась.

Подмигиваю, быстро на первый этаж за водой. Ступень еще одна, ладонь скользит по деревянному перилу.

— Жень…

Тихий голос заставляет обернуться.

Холодная горделивая стать и едкий прищур ее глаз. Взлохмаченные темные волосы небрежно очерчивают лицо. Варвара медленно касается замка на комбинезоне и также медленно тянет вниз, не сводя с меня взгляда.

С силой сжимаю чертово перило. Огонь не скрыть, что разгорается все больше и больше при каждом выдохе. Девушка слегка улыбается, убирает за ухо локоны. Мои пальцы нещадно тарабанят по твердой поверхности.

Щеки Филатовой краснеют, и она отводит глаза в сторону. Чувствую, как пульс начинает работать на максилках. Просторный особняк на сто квадратов становится слишком душным.

Детка.

Сладкие губы Вари содрогаются. Я облизываюсь. Плюшевый комбинезон скользит по нежному телу, падает на пол. Вижу, то самое кружевное белье, что лично выбирал для Филатовой.

— Научи меня любить…