Глава 21

Я так и не нашла в архивах эль Брао информацию о Реджине. Коста устроился за письменным столом, изучая папку, которую принес с собой, и предоставив мне полную свободу, но его присутствие отвлекало. Он то и дело прерывался, чтобы подойти ко мне и поцеловать, обнять, или подать коробку с верхней полки и поцеловать снова, и если бы служанка не позвала нас обедать, то кто знает, чем бы закончилось изучение старых бумаг.

Диер, которого я расспросила за обедом, тоже не дал мне четкого ответа.

— Мы ведь не живем в Виларе, эльена, — немного расстроенно сказал он. — Потому бумаги в некотором беспорядке. Ох, кто бы знал… Я бы первым сюда примчался!

Ники, проголодавшись, с аппетитом уплетал все, что предлагали: кашу, котлетки, овощи, и Диер смотрел на него с таким умилением, точно приходился ему родной бабулей. После обеда сын наотрез отказался уезжать, и Коста захотел показать нам остальную часть белого замка. В огромной библиотеке Ники так и застыл, открыв рот, в фехтовальном зале запрыгал от восторга, а вот в картинной галерее заскучал и потребовал отвести его назад к щенку.

Детская комната оказалась просто восхитительна: на голубых стенах были нарисованы облака, под потолком летел парусник, а в шкафу хранились несметные игрушечные сокровища в виде мишек, солдатиков, мячей и деревянных конструкторов. Ники захотел побросать щенку мяч, и я предложила выйти на улицу, хотя и Диер, и Коста готовы были позволить ему играть хоть в обеденном зале посреди хрусталя и фарфора.

Время пролетело незаметно, и сумерки окутали белый замок дымкой тумана, который был розовым как яблоневый цвет. Я не волновалась насчет ужина для постояльцев, его могут подать и без меня, так что позволила себе расслабиться и самой побыть гостьей. Клоунов и оркестр распустили, оставив лишь скрипача, который играл где-то вдали нежную мелодию. Диер тактично растворился, не забыв усыпать стол лепестками роз, и теперь мы сидели за столом втроем, точно настоящая семья.

— Быть может, останемся здесь? — предложил Коста, накрыв мою руку своею. — Ники совсем разморило.

Мой малыш и правда клевал носом, а щенок так и вовсе уснул, распластавшись на полу.

— Мне надо вернуться, — мягко отказалась я. — Но этот день был чудесным. Спасибо.

— Каждый день может быть прекрасным, Элис, — ответил Коста, перебирая мои пальцы. — И ночи тоже…

Я улыбнулась ему, и Коста, почуяв в моей улыбке обещание, многозначительно приподнял бровь.

— Мне надо домой, — быстро повторила я.

— Как скажешь, — не стал он спорить.

Косте пришлось нести Ники на руках, мне же досталась корзинка со щенком, который даже не проснулся, когда его переложили на мягкую подстилку, лишь подергал во сне лапками, как будто снова бежал за мячом.

Мы устроились в экипаже, и все было так хорошо, что меня кольнуло предчувствие беды. Не может моя жизнь быть похожей на сказку. Чем я такое заслужила? Меня как будто нарисовали на чужом портрете, на месте, которое не должно было стать моим.

Признание в любви Коста спрятал в архиве, и я немного об этом жалела. Я бы перечитала его еще раз, хотя и так помнила каждое слово. Коста сидел напротив, держа спящего Ники на руках, и светлые глаза мерцали в полумраке.

— Можно я приду к тебе ночью? — тихо спросил он, и меня тут же бросило в жар.

В груди будто стало тесно, а в голове замелькали обрывки фантазий, которые наверняка воплотятся в жизнь, стоит мне лишь согласиться.

— Правда, тебе придется отменить невидимую линию, — усмехнулся Коста, и я сумела вдохнуть.

— Я не хочу спешить, — выпалила я, боясь передумать. — Мы и так… поторопились.

Коста глянул на спящего Ники и ласково погладил его по румяной щечке.

— Хорошо, — спокойно согласился он. — Подождем.

— Ты всегда будешь соглашаться со мной? — отчего-то рассердилась я. — В архив — пожалуйста, домой — поедем, без постели — ладно…

— Нет, конечно, — ответил Коста. — Чует мое сердце, нас ждет жизнь, полная споров, скандалов и бурных примирений. Но ты сегодня такая ласковая, Лисичка, что мне хочется быть сговорчивым. Тем более ты вправе отказывать мне.

— Да, — буркнула я, чувствуя себя совершенно несчастной. Фантазии пожухли, как осенняя трава.

— Вообще-то я собираюсь ночью в обход, — добавил Коста. — Раз уж ты не хочешь помочь мне изловить некроса, придется делать это самому.

— И куда ты пойдешь? — спросила я.

— Хочу проверить еще несколько мест в Виларе, где были совершены убийства, — он постучал костяшками пальцев по папке, которую взял с собой, и я заметила на ней печать пристава.

— Убийств было несколько? — ахнула я.

Ники вздохнул и поерзал на руках у Косты.

— Полагаю, что последнее было совершено прошлой ночью. Элис, повторю, не общайся с мэром, особенно наедине.

— Я понимаю, что Руперт тебе не нравится, — фыркнула я. — Но выставлять его убийцей…

— Он мутный, — сказал Коста, повторив характеристику, которую когда-то дала мэру Реджина. — Его секретарша пропала, а он и в ус не дует. Сказал, что Вайолет уехала на свадьбу. Но тогда Патрик, помощник пристава, наверняка бы знал. Он болтает с ней каждое утро. Я был в комнатушке, где жила Вайолет, и не нашел никаких признаков сборов. Хозяйка дома сказала, что девушка не предупреждала ее об отъезде.

— Вайолет пропала? Как же так…

Мне отчего-то казалось, что помощница Руперта меня недолюбливает. Хотя внешне она вела себя безукоризненно и любезно, и я не испытывала к ней неприязни. У нее всегда было угощение и цветные карандаши для Ники, и она позволяла ему рисовать за ее столом, пока мы с мэром болтали.

Мы подъехали к черному дому, и Коста умудрился и выйти из экипажа с сыном на руках, и помочь выбраться мне. Щенок даже не шелохнулся, измотанный играми.

— Оставлю его внизу, — неуверенно сказала я. — Попрошу слуг присмотреть. Ники наверняка будет настаивать, чтобы щенок жил в его комнате, но не думаю, что это разумно: лай, шерсть, блохи…

— Ты ведь не думаешь, что я подарил бы нашему сыну блохастого пса! — возмутился Коста.

— Ты не можешь знать точно, — заметила я.

— Я эльен, у меня магические способности, забыла? На этой собаке ни одной блошки, зуб даю.

— Не разбрасывайтесь зубами, Варден эль Брао, — усмехнулась я, проходя в дверь. — Как думаешь, твой слуга найдет письмо о Реджине?

— Если оно есть в архиве, то Диер сделает это. Он готов в лепешку расшибиться, чтобы заслужить твою благосклонность.

Я передала корзинку со щенком одной из служанок, приказав позаботиться о нем. А потом мы с Костой поднялись в комнату сына и уложили его спать. Гувернантка недоуменно пялилась на эльена, но я не стала ей ничего объяснять.

Выйдя из детской, я свернула к лестнице, хотя соблазн был велик — спальня так близко. Спустившись вниз, расспросила про ужин. Вроде бы обошлось без проблем, хотя Мадлен попросила подать еду ей в комнату. Видимо, ухаживания капитана зашли в тупик.

— Мэр приходил, — добавила служанка. — Хотел поговорить с вами, эльена.

— Мило, — прокомментировал Коста. — Принесите мне кофе покрепче, пожалуйста.

— Мне чай, как обычно, — сказала я. — Значит, собираешься не спать всю ночь? — спросила, садясь за стол.

Кивнув, Коста задумчиво прошелся по залу и обвел помещение взглядом. Серые глаза замерцали, как холодные звезды.

— Чисто, — непонятно пробормотал он.

— Разумеется, чисто, эльен, — слегка обиделась я. — Мой дом соответствует самым высоким стандартам. Чистота, сервис, кухня…

— Привидение, — задумчиво добавил Коста. — Я знаю еще кое-что интересное об алой даме, — добавил он, остановившись возле камина, и, понизив голос, продолжил: — Это семейный секрет, Элисьена. Я не хотел говорить, но раз уж ты вроде как согласна стать моей женой, то слушай. Это касается Лувия Заккари Кристиана эль Брао, любовника алой дамы.

Он подошел ко мне и сел рядом, и я вся превратилась во внимание. А Коста вдруг вскочил со стула, подбежал к камину и, сделав взмах рукой, потянул что-то невидимое.

— Ага! — воскликнул он, пятясь, и из камина показалось алое платье Реджины, обмотанное сияющей сетью. — Попалась!

— Нет!

Я выскочила из-за стола, опрокинув кружку с чаем. Сияющие сети в руках Косты стали яркими, как солнечные лучи.

— Алая дама, — протянул он с торжествующим удовлетворением в голосе. — Надо же.

Сгреб все нити левой рукой, а правую поднял, сложив пальцы в заклинающий знак.

— Коста, нет! — вскрикнула я.

— Неси меч, Лисичка, он на шкафу в моей комнате! — приказал Коста и заговорил на эльенском, который мне так и не довелось выучить: — Армедес…

Воздух дрогнул от его слов, загустел, краски стали бледнее, а контуры четче. Я видела фигуру Косты сияющей, точно его вырезали из звезд. Платье путалось в ногах, перед глазами мельтешили искры.

— Эль Брао… — произнес Коста.

В старой книжке с заклинаниями, которая была у дяди, говорилось, что эльен обязательно должен использовать свое имя, вроде как вплетая собственную суть в волшебные слова.

— Меч, Лисичка! — выкрикнул Коста.

Нет уж. Я подбежала и заслонила собою камин. Реджина шипела позади то ли от боли, то ли от невозможности выпутаться из уз. Светлые нити были натянуты до предела и подрагивали от напряжения.

— Элис, — голос Косты был обманчиво мягок. — Отойди.

Я мотнула головой. Каков подлец! Специально расставил свои ловушки и подманил Реджину загадками!

— Если ты это сделаешь, я никогда тебя не прощу, — выпалила я. — Я не выйду за тебя, Коста, так и знай. Клянусь! Клянусь нашим сыном!

— Думай, что говоришь, — рассердился он. — Никогда не клянись Ники. Ясно?

— Ясно, — ответила я. — Только это особый случай. Реджина хорошая! Она моя лучшая подруга!

Коста вздохнул и опустил руку, но на кончиках пальцев пылало белое пламя. Такой же яркий свет струился из его глаз, и Коста сейчас казался героем, сошедшим со страниц книги о великих деяниях.

— Лисичка, маленькая, она обманула тебя, — ласково произнес он. — Некрос лжет, путает, сулит золотые горы…

— Элис, позволь ему, — слабо прошептала Реджина из камина. — Так будет лучше для всех.

— Не говори со мной таким тоном, — приказала я Косте. — Я не безмозглая глупышка и давно не верю ни пустым словам, ни обещаниям. Я бы пропала без Реджины. Я бы не справилась. Ты удивлялся, как мне удалось превратить черный дом в элитный отель, и был прав — у меня бы не получилось. Но со мной была Реджина. Она поддерживала меня с самого первого дня! Она была рядом, делила со мной трудности и печали, помогала советами, утешала, наставляла и радовалась нашим успехам.

На моих глазах выступили слезы, потекли по щекам, обжигая. Реджина сказала, что мы с ней связаны — так и есть. Моя жизнь была бы совсем другой без алой дамы.

— Ты говоришь мне не клясться Ники? — вскинула я подбородок. — Хочешь правду, Коста? Хочешь узнать меня лучше, Варден эль Брао?

— Элис, не надо, — прошептала из-за плеча Реджина.

— Не было бы никакого Ники, если бы не она! — с отчаянием выкрикнула я.

Реджина вздохнула.

— Я думал, для зачатия надо лишь двое, — хмыкнул Коста, но белое пламя на его пальцах постепенно угасало. — Призрак там вовсе не обязателен.

— Когда я узнала, что беременна, то была в ужасе, — сказала я тише. — Я не знала, кто ты. Не знала ничего о детях. Выбор казался очевиден…

Щека Косты дернулась, как от удара.

— Я хотела избавиться от ребенка.

Сердце заболело, как будто в него всадили нож. Тягучая жгучая боль от невосполнимой потери, на которую я себя едва не обрекла.

— Не говори этого, — попросил Коста.

— Реджина мне не позволила, — упрямо сказала я. — Она уговаривала меня, поддерживала и даже ругала и грозила страшными карами. Я в неоплатном долгу перед нею, Коста, и расплатиться не смогу никогда. Потому что сейчас, стоит мне представить, что моего мальчика нет…

Мой голос сорвался, и я все же не выдержала и спрятала лицо в ладони. Никогда не прощу себе тех сомнений. Никогда не перестану быть благодарной. Иногда я просыпалась в холодном поту от кошмаров, в которых я все же шла к лекарям и брала то самое зелье.

— Ладно, — бросил Коста после паузы, которая, кажется, длилась вечность. — Что ж… Познакомь нас, Элис.

— Ты клянешься, что не причинишь ей вреда? — спросила я, вытирая щеки и шмыгая носом.

— Если уверюсь, что она не собирается вредить людям, — обтекаемо ответил он. — Это максимум, что я могу, Элисьена.

Я недоверчиво посмотрела в серые глаза, которые уже не сверкали, подошла ближе, намереваясь схватить его за руку, если что.

— Варден эль Брао, — официально произнесла я. — Позвольте представить вам Реджину Доксвелл.

Реджина медленно появилась из камина, перешагнула решетку и поправила алое платье, которое и без того было безупречным. Как всегда. Прикрыв глаза рукой, она пожаловалась:

— Не могу сказать, что мне очень приятно, эльен. Вы так и жжетесь.

— Мне тоже совсем не приятно, госпожа Доксвелл, — ответил он. — Не вежливо с моей стороны, но я был бы рад вашей полной и окончательной смерти.

— Мы тоже были бы рады! — торопливо сказала я. — Коста, это и есть мое незавершенное дело! Я хочу помочь Реджине упокоиться. Только не с помощью твоих мечей и очищающего пламени…

— Если это единственный вариант, то я согласна, — степенно произнесла Реджина.

Коста медленно обошел ее по кругу, разглядывая с головы до ног.

— Ваше пристальное внимание смущает, — неодобрительно заметила она. — Я полагала, что вы испытываете интерес к другой даме.

— Это интерес совсем другого рода, не обольщайтесь, — ответил Коста все тем же колючим тоном.

— Она ведь не некрос, так? — спросила я.

— Нет, — нехотя признал он. — Пока нет. Но тебе не стоит идеализировать алую даму, Элис. Она не тьма, но и не свет.

— Как и все мы, — упрямо сказала я.

Послышались шаги, и с лестницы, придерживая штаны, сбежал капитан. Он был босиком, а майка без рукавов обтягивала широкий торс, покрытый рыжеватой шерстью.

— Что это было? — воскликнул он. — Зачем нужен меч?

— Мы с эльеном поссорились, — буркнула я. — Но обошлось без кровопролития.

— Мы с Мадлюшей тоже никак не поладим, — вздохнул Курт и прошел к столу прямо сквозь Реджину.

Она поморщилась и пригладила кончиками пальцев прическу.

— Эльена, мне нужен совет духов, — требовательно произнес капитан. — Как заставить мою рыбку не сопротивляться судьбе?

Вздохнув, я тоже пошла к столу. Протерла разлитый чай салфеткой, а Курт придвинул к себе чашку кофе и, втянув запах, глотнул.

— А вы там что замерли, как соляной столб? — зычно поинтересовался капитан, обращаясь к Косте. — Как будто призрака увидели.

Реджина пожала плечами и тоже неспешно подошла к столу, сев рядом со мной по левую руку.

— Значит, вот как у вас это происходит, — пробормотал Коста, усаживаясь напротив нее.

— Гадание? — уточнил капитан. — Вообще-то я редко обращаюсь за помощью к высшим силам. Но сейчас чую, что не вытягиваю. Как будто с удочкой на акулу. А у вас что за ссора?

Я глянула на Косту, но он теперь как будто избегал смотреть на меня.

— Если не складывается, так сегодня Руперт приходил, — невинно добавил капитан.

— Все у нас складывается, — проворчал Коста. — Возникло недопонимание, которое мы в самом скором времени решим.

Он мрачно посмотрел на Реджину, и она снова прикрыла глаза рукой.