Глава 19

Рома

Сидя за рабочим столом, я думал о Вике. У меня была «незабываемая» ночь. Она явно ничего не помнит. Не просто так же она вела разведку, я в отличие от нее не пил, не меня же она проверяла. Ее женские уловки до такой степени выглядели наивными, что это вызывало во мне бурю веселья.

Невыносимую я впервые видел пьяной. Терпеть не могу пьяных баб, но Вика даже в таком состоянии доставила мне радость. Правда не ту, о которой она думает. То, что она выпила после нашего телефонного разговора, тоже говорит о многом — Вика глубоко переживала нашу с ней ссору.

Я ушел также неожиданно, как и появился. Представляю ее лицо, когда она проснулась и не нашла меня. Подумала, что у нее были галлюцинации? Ничего, пусть помучается, повспоминает, чтобы не возникало больше желания так напиваться.

Время уже ровно девять утра, а её ещё нет. От Невыносимой можно ожидать чего угодно — гордая птичка могла и отказаться ехать с моим водителем. Пусть добирается хоть на метро, лишь бы в таком состоянии не садилась за руль! Позвоню парню, узнаю, что там творится. Надеюсь, розами она его не отхлестала, я не подумал, надо было брать без шипов.

— Витя, где моя помощница? — смеясь, спросил я его.

— Едем, Роман Владимирович. Через минут десять будем на месте. Ненадолго застряли в пробках. Поверьте мне на слово, я и сам мечтаю скорее довести вашу помощницу.

— Почему? Что она тебе наговорила? — интересуюсь я у своего водителя.

— Ничего. Она всю дорогу сидит и испепеляет меня взглядом, а я понять не могу, в чем перед ней провинился.

«Это она на меня злиться. Терпи Виктор» — подумал я улыбаясь. Надеюсь, запал иссякнет пока доедут.

— Цветы приняла без боя?

— Здесь все прошло, как вы и планировали. Мне кажется, что даже обрадовалась, хоть и пытается не показывать.

— Я вам не мешаю общаться? — услышал я недовольный голос своей помощницы.

— Нет, — радостно ответил парень, а я стал переживать за цветы. Если Витя продолжит, может схлопотать.

— Ладно, когда подъедешь, припаркуй автомобиль и можешь быть свободен до завтра. Будь на связи!

— Спасибо за отгул, Роман Владимирович!

— Не за что. Ты сегодня заслужил это, — такого позитивного настроения у меня давно не было.

Работа не движется с мертвой точки. Я сижу и жду, когда явится Невыносимая. Её гордое поведение и несносный характер провоцируют мужчин. Любой на месте моего водителя пытался бы ее довести, поэтому судить строго Витю не стоит. Парень он хороший.

Понять природу своего настроения несложно — все дело в Вике или скорее в тех словах, что она произнесла. Гордая птичка прошлой ночью попалась в силки. Ещё немного, и я укрощу тебя, Невыносимая. Я знаю, за твоим дерзким характером прячется самая прекрасная девушка на свете. Я помогу тебе раскрыть себя настоящую, и уничтожу твою маску гордой грубиянки. Раз она ничего не помнит, приколюсь над ней…

Это же надо было так напиться, чтобы не закрыть за собой дверь в квартиру? Хорошо, что это я обнаружил, а не какой-нибудь вор. Не зря говорят: «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. В трезвом состоянии она ни за что не призналась бы мне в своих чувствах. Было очень неожиданно для меня такое услышать. Она очень хорошо скрывала свой интерес ко мне.

Одно заявление меня смутило и заставило о многом подумать. Что Вика имела в виду, когда сказала, что всё знает и очень мне сочувствует? А затем еще добавила:

— Ты совсем не тиран, Тихомиров! Они даже не представляют, какой ты замечательный, нежный, внимательный, добрый, — уверено заявила она со слезами на глазах.

Кто ей, что говорил интересно!? С этим я ещё разберусь.

Витя сказал, что приедут через десять минут, которые уже истекли, но Вика так и не поднялась. Достаю мобильник, пересматриваю фотки, которые вчера ночью сделал, включив ненадолго свет. Невыносимая даже не поморщилась не то, что проснулась. Прикольные снимки получились. На одной из них запечатлен самый нежный и смачный поцелуй года. А вот на этой, мне она кажется самой прикольной, Вика обнимает меня голого с такой силой, будто я сбегу. Даже ногу на меня закинула для надежности захвата.

Нелегко было сдержаться и не полезть к ней, но не сторонник секса по пьяне. Близость должна быть максимально страстной и запоминающейся для обоих партнёров. Не испытываю полного удовлетворения в сексе, если не доведу девушку до дикого оргазма.

Слышу, как открывается дверь в приёмную. А вот и Невыносимая! С серьёзным выражением лица и букетом цветов в руках грозной походкой направляется в мой кабинет.

— Доброе утро! Выспалась? — стараюсь говорить серьезно.

— Доброе! Выспалась отлично. Ты мне скажешь, где ключи от моего автомобиля?

— Вот, возьми, — кладу их на стол перед собой. — И никогда больше не смей напиваться, тем более, как сделала это вчера!

— Я вообще не пью! Я знаю всё о вреде спиртного, ни капли больше не выпью, что бы ни случилось! Просто вчера захотелось!

— Захотелось? Или не знала, как заглушить боль? — улыбаясь, спросил Невыносимую.

— Боль? — выражение лица менялось со скоростью света, сначала оно было испуганным, но тут же Вика взяла себя в руки и стала разыгрывать недоумение. — Не было никакой боли! Не знаю что я тебе там вчера, будучи в неадекватном состоянии наговорила, но даже не сомневайся, это был пьяный бред.

Вика подходит ко мне, чтобы забрать ключи от своего «Peugeot», кидает взгляд на мой телефон, который не успел перейти в спящий режим, он лежит рядом с её ключами, глаза ее от шока становятся в два раза больше.

Ну конечно, я забыл выйти из фотогалереи, и моя помощница видит перед собой один из вчерашних снимков. Молчит, но недолго.

— Зачем ты меня фотографировал в таком виде?! Удали их немедленно! — кричит возмущенно она.

— Не удалю! Мне очень нравятся эти фотографии, ничего пошлого я на них не вижу.

— Значит ты ослеп! Мы тут голые, Тихомиров!

— Если ты перестанешь об этом кричать на всю компанию, об этом никто не узнает. Всё хорошо, тебе не за что переживать, это наши фотографии, и они за семью замками, поверь мне на слово, — успокаиваю ее. — Вика, скажи мне, что ты имела в виду, когда вчера ночью произнесла: «Я всё знаю, сочувствую тебе до боли в сердце?».

— Я говорила такое? — растерялась она.

— Да! И даже не думай лукавить. Кто тебе обо мне что наговорил?

— Скажу только в том случае, если ты посвятишь меня в то, что мы вчера с тобой ночью делали и что я тебе говорила.

— Договорились.

— Обещаешь рассказать правду? Я почувствую, если ты опять станешь меня разыгрывать, как сделал это утром со своим исчезновением!

— Ладно…