Глава 45

Марфа

— Спасибо, что напомнил про квест, Вань. — Я отползаю чуть дальше от развалившегося на моей кровати полуголого Сатановского. — И… это… может, оденешься уже?

Мне очень неловко находиться рядом с ним — тело мурашками покрывается от одного его вида. Я и не сразу поняла, чего он ввалился ко мне и орет во все горло.

— А что, разве не нравится? — Сатана заводит руки за голову, отчего бицепсы на руках становятся еще мощнее. Я заставляю себя отвести взгляд от темной полоски волос внизу живота. И главное, вид у Вани такой самодовольный, что хочется запустить в него чем-нибудь! — Мартышка, я вообще у себя дома. Что хочу, то творю.

Еще и похлопал рукой по простыне рядом с собой.

— Это твой дом, конечно, Вань, но ты в нем не один. И да, мне не очень… привычно видеть тебя… таким.

Не знаю просто как у меня получается еще слова культурные подбирать!

— Где твоя благодарность, а? — Сатана хмурится, потом садится на кровати и кладет себе свой ноут на колени. — Смотри, мартышка, ты последняя сдала из моего курятника.

Я усмехаюсь точному определению нашей группы и смотрю на экран.

— Бабы жалобы накатали на меня хранителям, — зевает Сатановский. — Почти все. Вот мозг у них есть? Они как со мной собираются дальше играть?

— Чистякова тоже наябедничала? — интересуюсь я подругой. От нее так до сих пор тишина.

— Кстати, нет, — словно удивляется Ваня. — Интересно, почему? Я же ей как бы вообще нанимался…

— Наверное, она знает про Самиева, — предполагаю я. — Ее папа же партнер твоего дяди, если я не ошибаюсь.

— Да, наверное, так, — он кликает на аватар Чистюли на своем ноуте и на экране открывается… квиз Надьки.

— Ого! Это что ж, ты видишь, кто как задания выполнил?

— Только четверть задания, — задумчиво протягивает Ваня, а сам быстро пробегает взглядом по описанию квиза. И как-то недобро ухмыляется. — Интересно…

— Что интересно? — я читаю первые строки, но не вижу в них ничего ужасного.

— Да так… показалось, наверное!

Ноут закрыт, мы больше не говорим об игре, я нервно кручу краешек длинной футболки, не зная, как выпроводить Сатановского из своей комнаты в его доме. Пауза затягивается, я на всякий случай отодвигаюсь от него еще дальше, а потом как ужаленная вскакиваю. И мне уже по фигу, что живая гора тестостерона опять движется ко мне.

— Одежда! Ваня! Мы же машинку вчера не выключили! — ору в голос и вихрем слетаю на первый этаж. Сатановский что-то кричит в спину, но я не слышу.

На первом этаже тишина, я не сразу соображаю, куда бежать дальше — кажется, постирочная у них недалеко от котельной… Точно! Открываю дверь и сразу вижу аккуратно сложенную мою кофту, под ней джинсы и белье с носками. Неужели Сатановский все вытащил? Невольно заливаюсь краской, но рефлексировать некогда особо, нужно одеваться, пока сюда хозяин дома не заявился. Вещи и правда чистые, сухие, все идеально отстиралось.

Я едва успеваю натянуть штаны, как в дверях появляется Ваня.

— Любовь Андреевна позаботилась, — неодобрительно смотрит на меня Сатановский. — Но в моей футболке ты мне нравилась больше. Ладно, мартышка, давай одевайся и на пробежку.

— Куда?

— Спорт, Марфа, хорошо снимает напряжение, — наставительно сообщает мне полуголый Ваня и наконец-то уходит.

Через десять минут мы вместе выходим из дома, я сразу же надеваю перчатки, потому что холодно, а Сатановский набрасывает на голову капюшон своей толстовки и, махнув мне рукой, скрывается за домом. Надо же, и правда решил бегать? По своей даче?

Я не торопясь иду следом, по дороге разглядывая красивые ухоженные дорожки, кустарники, останавливаюсь около пруда и не без удивления вижу в воде огромных рыб.

Здесь очень красиво и ухожено. В этот дом Самиев явно вложил часть себя и будет грустно, если отсюда уйдет жизнь. Интересно, что Ваня будет делать со своим поместьем?

Сатановского я вижу только как точку где-то очень далеко — территория и правда огромная. Погода портится, но я не тороплюсь обратно в дом, я иду к Ване.

А он разгорячен, отжимается на турнике, здесь целая спортивная площадка с баскетбольным кольцом, а дальше…

— Валера любил теннис, а я больше по футболу, — пожимает плечами Сатановский.

— Поэтому тут два поля? — я даже не пытаюсь скрыть, насколько я удивлена. — Вань, тут вообще какая территория?

— Гектар, кажется, может, больше. Пошли завтракать, мартышка. Или хочешь повисеть, — он кивает на турник. — Я поддержу, если что.

И уже тянет руки к моей заднице! Еле успеваю увернуться.

— Завтракать!

В доме тепло и очень уютно. Я только сейчас вспомнила, что обещала маме вернуться домой сегодня. Но как же не хочется!

— Поможешь мне? — спрашивает меня Сатановский после завтрака. — Хочу разобрать документы в кабинете.

— Конечно! — вообще-то я хотела добраться до третьего этажа, там я еще не была, но это подождет. Я и правда хочу помочь Сатановскому, который после прогулки ведет себя на удивление прилично. Только изредка ловлю его тяжелый взгляд на себе. Хоть и успокаиваю себя, а дрожь по телу нет-нет, а пробегает.

В кабинете Валеры совсем другой вайб — здесь хочется вытянуться в струнку и без промедления выполнять указания. Для меня Самиев был классным дядькой, но вообще-то он управлял большой фабрикой и вряд ли был таким уж няшным.

— А что делать, Вань? Нужно что-то найти?

— Просто сиди рядом и все!

Сатановский вываливает из ящиков уймы разных документов и начинает их медленно разбирать. Что-то прочитывает вдумчиво, что-то отправляет в мусорную корзину. Я от нечего делать рассматриваю фотографии, которые стоят на столе и рядом на книжных стеллажах.

У меня в руке фото с черноволосым ребенком, годика два, не больше. Его держит на руках красивая светловолосая женщина. Мама Вани и сестра Валерия Васильевича. Жаль, что я так никогда ее не узнаю!

У Сатановского вибрирует мобильный, телефон лежит недалеко от меня, так что я прекрасно вижу экран.

Лана.

Быстро проверяю свой телефон. Может, пропустила вызов от сестры?

Нет.

Мне неприятно, что она ему звонит. Как будто ворвалась в наш уютный мирок непрошенным гостем. Непрошенным ведь?

Сатановский так увлекся чтением каких-то документов, что не слышит жужжания. Наверное, мне нужно сделать вид, что тоже не слышу, но вместо этого тормошу Ваню за плечо.

— Тебе Лана звонит. Ответишь?

Мне все равно, что он ответит. Мне правда все равно!

Иван тянется к телефону и… нажимает на отбой.

— Занят я.

Отворачиваюсь к окну, чтобы не было видно, как я улыбаюсь. Наверное, я плохая сестра. Теперь уже мой мобильный начинает трезвонить, еще не взглянув на экран, я знаю, кто.

— Что, и тебя достает? — интересуется Сатановский.

— Может, случилось что? — смотрю на экран и понимаю, что не хочу отвечать. Я очень плохая сестра.

Ваня решает все быстро — отбирает у меня мобильный, нажимает на отбой и бросает его на диван.

— Никого нет. Иди сюда, мартышка.

Он протягивает ко мне руки, тянет к себе. И в этот момент что-то едва уловимо меняется — я уже не чувствую себя просто гостем, у меня словно появилось полное право здесь находиться. Сатановский вряд ли догадывается, что у меня в голове — он подхватывает меня и аккуратно усаживает на стол, прямо на свои неразобранные документы.

— Ничего, Валера простит, не дергайся, мартышка. Сиди так. — еще и придерживает меня за бедра, словно боится, что я соскочу.

— Вань. Мне не нравится мартышка, — строго смотрю прямо в его черные глаза, хотя у самой душа уже в пятках. — Я — Марфа, Сатановский, понятно? Марфа Боголюбова. Зверинец для своих телок оставь! Кошечки там, зайки, мартышки, лягушки…

Сатановский ржет во весь голос, но меня не отпускает. Его смех обрывается так внезапно, что я едва успеваю переключиться.

— Нет никаких телок, Марфа, — говорит он скорбным голосом. — Вообще никаких. Ни одной! Только ты.

— Да хорош врать! — стучу кулаком по его плечу, а Сатана даже не морщится.

— Никого, Марфа. Даже в мыслях никого. Ты как вернулась, все наперекосяк пошло.

— То есть?

— Да уже не важно, забей. Иди лучше ко мне, Марфа.

Выставляю руку, потому что еще чуть-чуть и я впечатаюсь в грудь Сатановского.

— Вань!

— А? — Он отводит мою руку в сторону и прижимает меня к себе. Наклоняет голову и напористо целует в губы. Чуть прикусывая, лаская, заставляя расслабиться и смириться уже. И сделать наконец то, в чем даже себе не признавалась — забраться руками под его футболку и в наглую облапать Сатану. Ну а что? Ему можно меня за задницу хватать, а я?

Не ожидал от меня такой прыти — смотрит бешеным взглядом, а потом одним движением стягивает с себя футболку и отбрасывает в сторону.

Ого! Брейк! Нужен перерыв. Елозю по столу, пытаюсь спрыгнуть, да разве он отпустит?!

— Вань? — кладу ладонь на его грудь и слышу как под пальцами стучит его сердце. У меня крышу сносит от этого звука.

— Чего? — чувствую его руки на пуговицах своей кофты. Еще чуть-чуть и сама буду топлесс.

— Лана. Она…, — лицо Сатановского темнеет, чувствую, сейчас взорвется, потому дальше выпаливаю скороговоркой. – У тебя к ней точно все остыло? И не смей мне врать, понятно?

— Твою ж…, — запинается, словно сдерживает себя из последних сил. — Давно уже остыло. И к ней, и к другим. Только вот от тебя пригорает!

Слышится треск ткани, кажется, пуговица оторвалась от моей кофты… Но я этого не вижу, потому что мои глаза прикрыты, а кожа на груди покрывается мурашками, когда ее касаются губы Вани…