Глава 24

Эдалина не вышла провожать нас. Полагаю, чтобы не расстраиваться. Она из меня пытается леди сделать, а я упираюсь и лезу в простолюдинки.

Через черный ход вышли на задний двор. Там уже стояла крытая повозка с продуктами и лошадкой. В нее-то мы и залезли.

Внутри уже сидел Лесак Ворвик в лохмотьях, а что самое удивительное — он действительно был одноногим и с палкой-посохом.

— А где нога? — первым делом спросила я.

— На месте, — улыбнулся старичок. — Это лишь иллюзия.

— A-а! А то вдруг вам пришлось ее подогнуть и…

— Нет-нет! Мое немощное тело не выдержит подробной акробатики.

Незнакомый тип небольшого роста, жилистый, с крупными чертами лица сидел на козлах и, не смущаясь, разглядывал меня.

— Это Эдер, — представил его Тирс. Тип вместо приветствия хмыкнул и натянул на глаза шляпу.

«Наверно, меня испугался», — подумала, но принимать близко к сердцу не стала и уселась на скамеечку рядом с магом.

— Вот тебе шесть миритаров на безделушки, — протянул Тирс потертый мешочек. — Положи в сумочку.

— Обязательно, — хмыкнула я и стала запихивать кошелек в рукав. Плотная манжета на пуговице не даст ему выпасть, а пышные складки скроют местонахождение моих «сокровищ».

Лесак Ворвик, внимательно наблюдающий за моими хитрыми манипуляциями, переглянулся с викартом, потом с неприветливый Эдером, а потом все трое почему-то заулыбались.

— Что? Нужно в сумку? — поддела их.

— Под шляпку! — басом пробурчал Эдер.

— Мне так больше нравится.

Он пожал плечом и натянул поводья.

Больше часа мы ехали по мощеной булыжниками дороге. Я ойкала, хваталась за шляпку, чтобы она не слетела, но не ныла. А когда возчик резко затормозил, чуть не упала со скамьи.

— Да, это не скаперт, — иронично заметил Тирс, придерживая меня.

Время от времени он приподнимал полог и оглядывал окрестности.

— А можно мне? — я высунула голову и от увиденного растерялась.

Желая преподать мне урок и отучить от дурных затей, викарт выбрал самый удачный способ — показать воочию красоту и пошлость здешних подворотен. Я наивная полагала, что в магическом мире магия в большей или меньшей степени доступна большинству, однако, оказывается, сильно ошибалась.

На кривой почти средневековой улочке, неровно вымощенной растрескавшейся брусчаткой, щедро запорошенной пылью, как россыпь опят на старом пне, жались друг к другу грязно-желтые домики. Двух, иногда трехэтажные, с унылыми серыми фасадами. Из-за экономии места в округе не осталось ни одного деревца, что делало обстановку еще более сухой и безнадежной. Неприветливые, неприятные прохожие жуликовато осматривали наш фургончик, и их любопытные взгляды не обещали ничего хорошего.

— Ты же обещал ремесленную улицу! — я с досадой посмотрела на Тирса.

— Не все начинания успешны. Это неудачливые ремесленники. Едем дальше или не насмотрелась уже?

Кивнула, и повозка неспешно поехала дальше. Приоткрыв пальцем полог, я украдкой рассматривала жителей. Уверена, если бы не грозное лицо Эдера, управлявшего крытым фургончиком, не избежать нам неприятностей. Поэтому как только свернули и выехали в более приличное место, выдохнула с облегчением.

— Здесь лучше. Почему мы сразу не поехали сюда?

— Чтобы ты обратила внимание: этот добропорядочный район от той дыры разделяет лишь переулок. И ливрам не следует прогуливаться одним, — серьезный взгляд Тирса красноречиво свидетельствовал, что он не шутит.

— Спасибо. Я поняла.

Наша дорога лежала мимо те же неказистых домиков, но здесь она были чистенькими, обустроенными. Окна украшали горшки с цветами. Деловито сновали люди. Одна коза, привязанная к колышку в крохотном палисаднике, лениво посмотрела на нашу повозку.

— Хочешь пройтись и осмотреться?

Если честно, моя решительность давно улетучилась. Однако после всех стараний, которые «телохранители» ради меня предприняли, мое малодушие показалось бы черной неблагодарностью. Тем более что Тирс подбодрил:

— Мы будем идти рядом.

— А это не покажется странным?

— Провинциалы идут к постоялому двору, — он указал пальцем на широкий трехэтажный дом с яркой вывеской. — К нему и пойдем. А потом на твое усмотрение.

— Не бойтесь, Вера, мне не обязательно идти рядом с вами, чтобы принять меры, — напомнил леер Ворвик об особенности своей магии. — А в случае неожиданности Эдер увезет вас.

— А вы?

— Да что с нами будет?!

Было страшновато. Но заявить трем защитникам, что я боюсь — подобно объявлению о недоверии, поэтому согласилась. Однако, спускаясь на мостовую, не стала подавать руку Тирсу, чтобы он не заметил, как дрожу.

«Я сильная. Я ничего не боюсь…» — выдохнула я и сделала шаг навстречу неизведанному.

В ремесленном квартале кипела жизнь. По пыльной мостовой с визгами носились дети, торопились хозяйки с корзинами, иногда деловые мастера и подмастерья; громыхали телеги, груженные товаром; суетились покупатели, выискивавшие по вывескам нужные лавки… Из распахнутых дверей мастерских раздавались громкие стуки, непонятные шуршания, голоса… Я всматривалась в людские лица, в товары, выставленные в витринах, и с каждым шагом все больше ощущала себя чужой.

Не из-за того, что на меня настороженно смотрели, как на чужачку, а от осознания, что не умею шить, вышивать, делать что-то, что помогло бы мне выжить. У меня есть лишь большое самомнение и иномирские знания, которые к делу так просто не приложишь. Хватило пяти минут, чтобы принять решение: я сделаю все, чтобы вернуть поместье моих родителей и встать на ноги! Потому что теперь, имея примерное представление о жизнь простых людей Миритии, я не хоту быть средневековой наемной работницей.

Некоторые прохожие неприязненно разглядывали меня. Но Тирс в образе обедневшего хлыща, вальяжно вышагивающего рядом, и хромоногий Ворвик придавали храбрости. Эдера я не видела.

Так прошла несколько жилых домов, бакалейную лавку, еще жилой дом. Расторопный малец белил его фасад пеньковой кистью, мелькавшей так быстро, будто он был профессиональным маляром-штукатуром. Заглядевшись, я едва не наступила на бродившего под ногами гуся. Птица раздраженно загоготала, и из окна соседнего дома высунулась круглолицая, грузная тетка:

— Зенки раскрой, корова! — завопила она. Я отошла чуть поодаль и ответила:

— От коровы и слышу!

Мальчишка захихикал, и в него прилетела грязная тряпка, пущенная хабалистой теткой.

— Пшла, пшла, пока волосенки не подрала! — не унималась она.

— Твои-то кто повыдирал?! Вон, три волосины осталось! — не осталась я в долгу. И вроде бы ввернула пару фраз, но на нашу перепалку стали подтягиваться зрители, явно ожидая скандала. И не прогадали, взбешенная тетка заорала луженым голосом:

— Аты кургузая страхоморда! Пугалище!

Зрители захохотали, однако я не стала позерствовать и, вернув «комплимент»:

— Себя-то видела, красотка?! — ускорила шаг.

На развилке свернула направо, на оживленную, вроде бы приличную улицу, по которой самые обычные горожане спешили по делам. Прошла до сапожной лавки с большой вывеской, и тут на меня налетел тощий тип сомнительного вида, при этом больно толкнув плечом. А еще он будто бы невзначай задел рукой мое бедро. Мои телохранители были рядом, поэтому я не боялась и раздумывать: это было домогательство или попытка обобрать — не стала, а сразу, прямо сходу, огрела его сумочкой, попав аккуратно по темечку. Раздался глухой стук, напомнивший мне, что под старой кожей скрыто деревянное основание… Увесистое такое…

— Ой, — кажется, перегнула палку…

Тип начал медленно поворачивать голову. Я застыла от ужаса, но тут он покачнулся и упал на дорогу, взметнув с мостовой пыльную взвесь. Не дожидаясь скандала, я подхватила юбки и бежала наутек.

За спиной мне слышались злобные крики, насмешливый хохот, поэтому я боялась остановиться и бежала, бежала, благодаря Лесака Ворвика за магические путы, удерживающие негодяя. Однако вдруг кто-то преградил мне дорогу, схватил за руку и выпалил:

— Прогулка окончена! — не успела дернуться, перед глазами все поплыло, и я оказалась в повозке.

От испуга я не опознала Эдера. Только когда он ловко запрыгнул на место возницы, подхватил поводья и стегнул лошадку, заметила на его жилете знакомые рыжие вставки.

— Откуда вы родом, там все такие же ливры? — спросил спаситель, то и дело поглядывавший на меня. — Или это так викарту повезло? — по морщинкам у глаз я поняла, что Эдер не сердится, а подкалывает.

— А нужно было сделать вид, что не заметила? — ответила угрюмо.

— Нужно было позволить размяться викарту и пошалить Ворвику. И не обязательно мстить сразу.

— Да-да, месть — блюдо холодное. Но потом за него викарт выставит счет и будет каждый раз намекать, что я глупая раззява.

Эдер ничего не ответил, но в его взгляде проступило сочувствие к викарту.

— Я всего лишь хотела посмотреть на город. Я не просила приключений.

— Они сами тебя находят! — в повозку на ходу запрыгнул сивый щеголь.

— Где Лесак? — первым делом спросил Эдар.

— Душой отдыхает, — улыбнулся Тирс.

— Тогда его не ждем…

— Это как так?! Ждем! — вклинилась я.

Тирс многозначительно посмотрела на Эдера, мол, говорил же… Однако спорить мужчины не стали. Похоже, они думали так же, как я, но полагали, что взбалмошная ливра захочет скорее уехать из опасного места, и плевать мне на мага. Обидно, когда о тебе так незаслуженно думают.

Повозка куда-то свернула и остановилась. Я приготовилась ждать, но уже скоро послышался торопливый стук костыля, а затем вовнутрь ловко забрался Ворвик. Старичок выглядел счастливым и раскрасневшимся от удовольствия.

— Вера! У меня нет слов. Безрассудная храбрость! — затараторил он. — Но я волновался, что в испуге проснется ваш дар, и вы выдадите себя!

— Увы, — пожала плечами. — Но я очень благодарна вам. Если бы вы его не удержали…

— Я не при чем! — признался маг.

— Так это я его…?! — испугалась я. А спутники рассмеялись в голос.

— Нужно было еще скрутить мерзавца и привести в управу. Получили бы вознаграждение, — подколол Эдер, смеясь.

— Сейчас научишь, — прорычал Тирс.

Солнце закатывалось за горизонт, а повозка неторопливо везла нас обратно.

— … Пакостил я мелко. А как иначе? Людей много — приходилось быть аккуратным. Но на этой улице и в округе он больше не появится. Мокрые штаны мерзавцу будут припоминать до конца дней. Видели бы вы, Вера, его лицо, когда он схватился за обмоченные брюки!

— Как же вы смогли это незаметно провернуть? Народу полно ведь.

— Не каждый знает, что вода не только стекает вниз, но и…

— Поднимается вверх? — догадалась я.

— Верно, Вера! Я как всегда восхищаюсь вами. Вы не только храбры и умны, но и наблюдательны… — Лесак Ворвик относился ко мне очень тепло, но елки-палки, лучше бы мне соврали, что я еще и красивая! — Я лишь заранее капнул воды из лужи на скамью, куда ворюгу собирались посадить. Раз, — и никто ничего не заметил.

— Вы очень находчивы и дерзки, — похвалила я старичка, и он расцвел от комплимента. Но туг вмешался Тирс.

— И вы решили взять с него пример? — от пронзительного взгляда зеленых глаз я смутилась, как девочка-подросток. — А если бы нас там не было? Другую деревенскую дурочку прирезали бы в ближайшей подворотне.

— Но…я… я только хотела…

— Вера! Мерзавец должен получить по заслугам, но не вашими руками! — злился Тирс. — Вы же лиера! С вами военный маг, я и Эдер! Почему вам не пришло в голову, что по заслугам он должен получить от нас?!

— Просто я привыкла полагаться на себя, — ответила тихо, от смущения склонив голову.

Эдеру было весело, а вот Ворвик внимательно смотрел на меня. Я думала, что он тоже начнет читать наставления, но он задумчиво произнес:

— Вся в отца, — и сочувственно посмотрел на викарта.

Да что ж такое! Достала эта мужская солидарность, жалость к Райскому, будто я — чудовище какое-то! Нет-нет-нет! Никакой свадьбы!

Доставив нас к особняку Нормеров, Эдер не стал задерживаться. Ему еще предстояло довезти леера Ворвика домой. Но уезжая, он не удержался от шпильки. Приподнял шляпу и крикнул:

— В следующий раз бейте сильнее, связывайте и обращайтесь за наградой!

— Сейчас награжу кого-то! — зашипел Тирс и замахнулся, чтобы шутнику дать подзатыльник.

Эдер рассмеялся и стегнул лошадь. Закрыв за ним ворота, мы с Тирсом вошли в особняк. Слуги отпущены домой, и никто нас не должен увидеть.

Уже после, когда переоделась и нежилась в душистой ванной, я поняла, как сильно рисковала, и как мне повезло остаться невредимой после необдуманной выходки.