11

Мы сидели с отцом за столом, и я отпаивала его наспех приготовленным успокаивающим настоем. Он громко прихлебывал из чаши и утирал скупую слезу.

— Мариэлла, я думал больше никогда тебя не увижу… но как это возможно? Я видел твою могилку. Этот Мэрзот сказал уже после того, как тебя…

Спокойно глядя на папеньку, я рассказала ему все, что со мной произошло. От самого начала и до конца, не утаивая ничего.

Пока размеренно говорила, разглядывала его. Грязные спутавшиеся волосы, отпущенная косматая борода, потрепанное лицо с еще не сошедшими ссадинами и абсолютно дикий взгляд покрасневших глаз. На нем была надета старая запачканная рубаха, драный жилет и изорванные штаны в каких-то бурых пятнах. Довершали картину запекшиеся раны на костяшках его кулаков.

И еще интересный момент — это разрушенная изнутри лавка. Некоторые витрины были сломаны, стеллажи разбиты, а полки висели на одном гвозде. На полу осколками лежали банки и бутыльки с заготовками. Нехилые убытки, однако.

Если сопоставить вид отца и состояние лавки, то можно сделать вывод, что здесь явно была серьезная драка. Или зачинщиком разрушения мог быть мой папенька, охваченный очередным припадком?

— То есть ты теперь жива? — скорее утвердил, чем спросил отец.

— Вроде бы да, — пожала я плечами, — Время покажет. Расскажи лучше, что здесь случилось? Нас грабили, и ты отбивался?

— Знаешь, дочка, я столько раз жалел и раскаивался, что отдал тебя замуж тогда… — отец опустил голову на грудь, и у меня защемило сердце от жалости к нему. Для родителя всегда сложнее пережить своего ребенка.

Я подошла к нему и со всей силой обняла.

— Стоял на твоей могилке и не мог поверить, что все так обернулось, — шмыгнул носом папенька, — Знал бы, все по-другому сделал, лично бы проконтролировал. Теперь-то уж что говорить, — он махнул рукой, похлопывая меня по спине.

— Ты это о чем? — внезапно напряглась я.

— Не бери в голову, Мариэлла. Я все решу, не переживай. К некроманту этому ты больше не вернешься, — произнес отец.

— Да, я не планировала. Смысл? Уеду работать, как и хотела.

— Ты подожди, милая. Не стегай коней. Поживи еще со мной, — нахмурив брови, сказал он.

— Ладно, посмотрим, папенька. Расскажешь, что в лавке случилось?

— Ай, дело теперь уже прошлое. Все у нас будет хорошо. Ты давай приберись тут, а я на рынок схожу. А то у нас продуктов нет, — отец стал резво собираться, — Как приду, приготовишь чего-нибудь вкусного. Ты голодна?

— Нет, — ответила я, слабо улыбнувшись. Буквально пару секунд назад рядом с окном мелькнул Джарт, все еще в облике светловолосого мужчины. Даже не знаю, как перейти к тому, чтобы сказать ему о моем нежелании возвращаться в замок Азэля.

Может смалодушничать и пусть папенька с ним поговорит? Нет, я должна сама.

Интересно, почему это я должна сама говорить Джарту?

Эх, в идеале такой разговор надо было вести с Азэлем, а не трусливо передавать сообщение его помощнику. Ведь… если бы не некромант с его ночными раскопками, то лежать бы мне сейчас в сырой темнице на глубине нескольких метров.

Ну и пусть! Пусть… что будет, то будет.

Успокоив себя такими мыслями, я взялась за тряпку с веником.

— Джарт, — крикнула в окно, — Иди сюда, пожалуйста. Нужна твоя помощь.

Да, совести у меня нет. Вернее, есть, но пока она где-то спряталась и не хочет высовываться наружу.

За пару часов мы успели навести относительный порядок в лавке. Жаль магией пока нельзя было пользоваться.

Джарт уже снова превратился в скелета, а мне становилось все тяжелее скрывать от него свою «человечность». Усталость, сонливость и краснеющее лицо во время мытья полов, все больше вызывали у него подозрений. Однако, скоро вернулся повеселевший отец, и я встала к печи, оставив мужчин разговаривать между собой.

Кстати, папенька, завидев моего помощника, испуганно вздрогнул и выронил из рук холщевую котомку с продуктами. Пришлось заново отпаивать настойкой, пока тот недоверчиво щупал блестящие кости Джарта.

Жаркое с овощами одуряюще-вкусно пахло, но я держалась из последних сил. Чуть позже отец отправил моего сопровождающего на второй этаж, в мою комнату, чтобы он там переждал до наступления темноты, дав нам возможность вдоволь наговориться. Заодно и мне украдкой поесть.

Увы, но после обеда время неслось вскачь, словно табун лошадей. Не успели мы оглянуться, как город уже накрыла темнота.

По предварительной договоренности с отцом, сейчас мне нужно было отправиться к Джарту и пригласить его на первый этаж для дальнейшего разговора втроем.

Поднявшись в свою каморку, я застала скелета лежащим на кровати. Он увлеченно читал том магических трактатов, что нашел явно в моем шкафу, где я хранила все записи лекций и учебники. Прямо у него перед глазами, на стене, висел мой значок адептки академии Ридла. Там, золотым по черному, значилось моё имя Мариэлла Сэверс и четыре знака стихий.

Если он его видел, а Джарт явно провел небольшую «инвентаризацию» моей комнаты, то теперь он передаст Азэлю, что никакая я не Ластика Бернс. Вот и хорошо. Надеюсь, некромант хоть немного устыдится, вспомнив, как обзывал меня бездарем.

— Джарт, — дрожащим голосом начала я, — Спустись, пожалуйста. Нам нужно поговорить.

— Хочешь уже выезжать? У тебя есть еще два часа на прощание с отцом, — отвлекся он от книги.

— Нет, дело в другом. Понимаешь…

— Понимаю, Мариэлла. Ты не хочешь уезжать из дома, — сказал он, и его пустые глазницы с зеленым огоньком понимающе сверкнули. Все-таки догадался.

— Да, не хочу. И не поеду, Джарт. Спустись, вниз. Отец хочет с тобой поговорить.

— Ты ведь понимаешь, что наш господин тебя не отпустит? Я могу уехать сейчас без тебя, но это не значит, что уже завтра ты не вернешься в замок некроманта. Подумай, как ты будешь жить в таком состоянии? — он указал рукой сначала на меня, потом на себя, — Или ты думаешь, что этот вид с тобой навсегда? Спешу разочаровать. Через полгода-год все превращаются в таких, как я. А без уникальной магии господина Винтерса, ни ты, ни одна из служанок не сможете выглядеть, как сейчас.

— Джарт, меня это не коснется. Я живая. И моя магия снова со мной, — чтобы лишний раз не сотрясать воздух, показательно зажгла в руке небольшое пламя.

Челюсть скелета плавно отъехала вбок, а книга выпала из рук.

— Это невозможно, — прошептал он, — КАК⁈ Хозяину удалось?

— Азэль здесь ни при чем, — резко ответила я и встала, выходя к лестнице.

Ой, зря-я-а-а… зря показала Джарту свои способности. Теперь не избежать долгих уговоров вернуться и продолжить работать подопытной крыской. Кажется, моим единственным выходом будет «тика́ть с городу» в столицу, под крыло комитета. Вот уж оттуда меня точно ни один некромант незаконно не выкрадет.

Скелет побежал за мной, но внизу его уже встретил папенька, взявший всю прыть помощника на себя.

Джарт был очень убедителен и, по правде, он говорил логичные вещи. Но разве отца переспоришь? Тем более, когда от злости он начал проявлять первые признаки своего недуга — необратимого расстройства личности.

Очень скоро скелет, гремя костями, полетел с крыльца вместе с выбитой дверью. Кое-как, успокоив разбушевавшегося отца, я вышла на улицу и встала рядом с Джартом.

— Уезжай, пожалуйста. Мой отец ни за что не согласится больше терять свою дочь. Уезжай подобру-поздорову. Не гневи его. Да и я не соглашусь добровольно возвращаться к Азэлю, чтобы он проводил надо мной свои некромантские эксперименты.

Зеленые огоньки с глазницах черепа с тоской посмотрели на меня.

— Хорошо, Лас… Мариэлла. Будь по-твоему, — скелет поднялся и направился в тупик, где спрятал повозку, — Я надеюсь, мы еще увидимся с тобой, — оглянулся он и попытался улыбнуться.

— Не будем загадывать, — помахала я ему рукой, — Счастливой дороги! Я была рада знакомству с тобой!

Через какое-то время мимо меня проехала знакомая повозка с жеребцами-умертвиями. Хорошо, что уже темно и на улицах практически нет людей.

Возвращаясь в лавку, я наконец-то, починила магией разбитые стекла, дверь с вывеской, витрины и несколько полок. Целый день руки чесались сделать это.

Переговорив еще немного с отцом, уставшая и почти без сил, я доползла до своей кровати. Стоило голове прикоснуться к подушке, как меня моментально срубил крепкий и глубокий сон.

Вот только под утро мои глаза раскрылись сами по себе. Не чувствуя усталости или ноющей боли в мышцах после вчерашней уборки, я с ужасом подметила, что во мне нет ни грамма магии, так же, как и бьющегося пульса…

Демоны вас всех подери, неужели старик Рогерс говорил вот об этом⁈

* * *

Зеркало, покрытое тонким слоем пыли, показывало мое озадаченное лицо, на котором все еще сохранялась иллюзия некроманта. В целом вид был пристойный. Стоило мне сегодня перейти на «загробную» сторону, как я, прямо на рассвете, сходила в наш летний душ на заднем дворе, постирала все свои вещи и переоделась в привычную домашнюю одежду.

Надев любимое черное платье из плотного льна, даже почувствовала себя сразу увереннее. Закрепить результат решила высокой несложной прической. Не только же леди Жоржет носить такие!

Вот теперь в подобном виде можно хоть в комитет отправляться для трудоустройства. Но я пока подожду, проведу еще несколько дней с отцом и морально его подготовлю к своему отъезду. Он только-только заново обрел дочь и явно пока не готов к столь скорому расставанию.

Когда я вернулась в лавку и стала выкладывать собранные остатки товара на витрины, то не прекращала попыток «нащупать» в себе ту грань, о которой говорил Рогерс.

Теперь-то мне его слова стали относительно понятны. Старик явно имел в виду, что с этих пор я не жива и не мертва на сто процентов. И могу переходить на разные стороны. Вот только чем это опасно для меня? Так ведь не может продолжаться всегда? Или может?

Ох, Мариэлла, ну и учудила ты, разбив тот злополучный шкаф некроманта! Нет бы, как все, жила себе спокойно без всяких приключений. Ага, и через шесть месяцев превратилась бы в Джарта.

Еще много раз за утро я пыталась призвать свою магию и перейти на сторону жизни. Увы, не получалось. Мне было непонятно, как нужно призывать одну или другую сторону. Значит, первым делом мне нужно ехать к старику Рогерсу и просить его о помощи. А комитет с работой подождут. Хорошим же я буду магом, если в нужный момент не смогу воспользоваться своей силой.

— Дочь, ты чего так рано вскочила? Не ожидал тебя увидеть раньше девяти утра, — отец бесшумно вошел в лавку.

— Что-то не спалось мне больше, — улыбнулась ему, — Решила не залеживаться. Заодно приведу в порядок витрины.

— Это хорошо, а то у меня почти на две недели встали продажи из-за этого погрома.

— Неудивительно, — вздохнула я, горько сожалея о пропавших дорогостоящих зельях и других ингредиентах. Их себестоимость в несколько раз превышала сумму, на которую мы с папенькой могли жить пару месяцев.

— Ты себя как чувствуешь? — с заботой поинтересовался он.

Немного поколебавшись, я все-таки рассказала ему, что пока пребываю в «загробной» ипостаси. Отец сделал беглый осмотр, проверил сердцебиение и удрученно опустил руки.

— Может, оно и к лучшему… В таком состоянии тебе не светит работа в столице. Все не так обидно будет, — тихо пробурчал он и облегченно выдохнул, — Мариэлла, у меня будет к тебе просьба, — отец почесал затылок и отвел глаза.

— Говори.

— Не отлучайся сегодня никуда. К полудню придет гость и ему нужна будет твоя консультация по какой-то противной болячке. Очень уж мучается он с ней. И себя и меня извел уже.

— Хорошо. Не знаешь симптомов? Я могла бы заранее изучить несколько книг по этим проблемам.

— Н-нет, он не озвучил, — сказал отец и ушел к себе за ширму.

Так потихоньку и начался наш день. Неторопливо убирая и выкладывая товар, я все никак не могла прекратить взывать к своей магии. Один раз даже показалось, будто стихия воздуха пыталась ко мне прорваться. Однако ей словно мешала толстая каменная стена.

За все утро в лавку так и не зашел ни один покупатель, поэтому ненадолго я скрылась в своей каморке, где погрузилась в книги. В них хотела найти хоть толику информации о своем пограничном состоянии. Но то ли книги не те, то ли мой синдром еще ни разу не встречался науке.

Потерявшись среди мелко исписанных страниц, я не сразу услышала, как меня звал отец. Судя по всему, уже не раз и не два.

— Мариэлла, демоны тебя побери, — прогрохотал он, шумно поднимаясь по лестнице, — К нам пришел гость, о котором я говорил. Спускайся вниз!

Я вскочила с кровати и вышла ему навстречу. Папенька придирчиво меня осмотрел и поправил воротник на платье.

Спускаясь вниз, даже не думала, что меня там ждет, поэтому стоило только поднять глаза, как меня взяла оторопь. Спиной ко мне стоял невысокий полный мужчина с проплешинами на голове. В этой фигуре я без труда узнала… несостоявшегося супруга — господина Мэрзота.

Заслышав наши шаги, он обернулся и теперь смотрел на меня с гаденькой улыбочкой на синюшних губах. Кажется, за время, что мы не виделись, он стал толще, а на лице появились еще новые бородавки.

— Здравствуй, моя милая женушка, — проквакал он, обласкав меня своим липким взглядом.

— Что это значит, отец? — холодно спросила, повернувшись к своему папеньке.

— Дык… понимаешь, дочь…

— А вас, господин Мэрзот, не смущает тот факт, что я умерла во время брачного обряда?

— Твой отец мне все вчера рассказал. Мнимая смерть, — сверкнул протухшими глазами Таврий, — Такое редко, но бывает. Тебя похоронили живой по ошибке, а ты смогла выбраться из могилы и решила где-то пересидеть, а не сразу идти в дом отца. Глупо с твоей стороны, но что взять с молоденькой дуро… девушки.

— Предположим, — не думаю, что стоит раскрывать все карты этому противному старику, — И что?

— А то, что нам с тобой необходимо завершить брачную церемонию, — слащаво улыбаясь, протянул Мерзот, — Лишь в этом случае я перестану требовать с него удвоенную сумму выкупа за тебя, а мои люди больше не будут почем зря громить вашу лавку. Арнэл, Сандрэс, — выкрикнул себе за спину престарелый женишок.

На его зов на крыльцо взошли двое крепко сбитых мужчин. Их лица были хмурые, с почти зажившими ссадинами.

Пазл в моей голове начал складываться в не очень радужную картину. Медленно, но верно до меня дошло, кто нам разгромил лавку, с кем дрался отец и по какой причине. Хотя вот последнее для меня еще под вопросом.

— Скажите, уважаемый, а с чего вдруг мой отец должен вам удвоенную сумму за меня? Мне помнится, что долг был пятьсот золотых монет. Ия́вам их отдам в течение года. Сейчас напишу расписку, и мы мирно разойдемся. Выходить за вас повторно замуж я не собираюсь.

— Мариэлла, детка… Таков был уговор с твоим отцом. Если что-то идет не так до церемонии, по его или твоей вине, он выплачивает двойную сумму. Я понес убытки и хочу их вернуть. Однако, — сделал Мерзот акцент, — Я могу простить вам сумму в тысячу золотых монет, если… мы завершим свадебный обряд. Будь благоразумна, девочка.

— Убирайтесь к псам поганым отсюда! — разъярилась я, — Все дальнейшие разговоры с вами будут идти исключительно через судью! И только посмейте еще раз приблизиться к нам! Вы же еще хорошо помните, как горел тот несчастный храм? Так вот, ваш дом будет полыхать ничуть не хуже!! Пошли отсюда вон!!!

— Господин Мерзот, в ней нет сейчас магии. Вы застали удачный момент, — удрученно сказал папенька, опустив голову, — Мариэлла, послушай… на счет судьи… ничего не выйдет. Вот брачный договор с твоим супругом. Его, как полагается, подписали мы с ним, и заверил поверенный из нотариальной конторы, — отец полез запазуху и вытащил смятые листы пергамента.

— ЧТО⁈ Как ты посмел, — прошипела я и грубо выхватила из его рук договор. Бегло пробежавшись по нему глазами, убедилась, что все по-честному. Но мне от этого не легче!

— Вот видишь, девонька, я играю по правилам, — Мэрзот улыбнулся гнилыми зубами.

— Мы играли по вашим правилам, но теперь будем играть по моим. По вашей вине я умерла на этой треклятой свадьбе…

— Чуть не умерла, — вставил отец.

— Чуть не умерла, хорошо, — легко согласилась, — Теперь вы мне, господин Мэрзот, должны выплатить неустойку в размере тысячи золотых монет за моральную компенсацию. По вашей вине меня похоронили!

— Ты, вероятно, не помнишь, — поганенько улыбнулся женишок, — Но ты спалила священный храм. А я это дело замял с городской стражей. Все списали на неосторожное обращение со свечами. Но если ты хочешь, я могу раскрутить это дело, и ты сядешь в темницу. Так же, ты причинила телесные повреждения нескольким служителям храма. Уж они-то с радостью расквитаются с тобой за свое унижение, дадут показания судье.

Вот же гад!

— Я докажу, что была под действием одурманивающих трав.

— Спустя столько дней, это уже недоказуемо, — расплылся в победной улыбке Мэрзот, — Вещество давно выветрилось из крови, а свидетелей на твоей стороне нет.

В этом он прав. Доказать будет невозможно. Значит, придется возвращаться к первому варианту.

— Отец, — игнорируя старика, сказала я, — Не повторяй своих ошибок. Соглашайся выплатить двойную неустойку. Я беру эти деньги на себя.

— Дочь, ты не понимаешь, во что хочешь ввязаться. Тебе никогда не заработать честным трудом такую сумму, — с отчаянием посмотрел он на меня.

— Ради своей свободы, я костьми лягу, но добуду деньги, — твердо ответила ему, — Только не отдавай снова. Ты уже один раз меня лишился. Больше я не смогу вернуться с того света.

— У вас все будет хорошо, Мариэлла. Узнаете друг друга получше, а там и любовь придет, — отчаянно пытался найти хоть какую-нибудь зацепку отец. Его глаза лихорадочно блестели, а на лбу выступили мелкие бисеринки пота. Верный признак того, что он снова не в себе.

— Папенька, если отдашь сейчас, я все равно сбегу. На крайний случай — умру, а на тебя ляжет прежний долг. Ты этого хочешь?

— После вашего бракосочетания я не буду ничего должен господину, — буркнул отец.

Ага, теперь я буду должна ему свою жизнь. Любой магический отряд или стража вернут меня мужу по первому его требованию. Нет уж, увольте!

— Господин Сэверс, — позвал Мэрзот, — Так наша сделка в силе? Решайте, пока у нее, как вы говорите, нет магии.

— В силе. Забирайте и больше не смейте меня беспокоить. Свой отцовский долг я выполнил — пристроил дочь к обеспеченному мужу. Дальше пусть сама решает, как хочет жить, — вымолвил отец и прикрыл глаза, будто ему тяжело далось это решение.

— Арнэл, Сандрэс, тащите ее в повозку, — довольно произнес Мерзот, потирая руки.

— Отец!!! — закричала я, — Ты пожалеешь об этом снова! Не повторяй своей ошибки…

Хоть я и была наполовину умертвием, но в груди все пылало от боли и предательства единственного близкого человека. Хотелось надавать ему пощечин, чтобы сознание прояснилось. Руки так и тянулись встряхнуть отца.

— Доченька, будь счастлива. Я свой отцовский долг выполнил перед тобой, — угрюмо бросил папа.

— Глупая девка, — прошипел Таврий, — Своим несносным поведением ты не только обижаешь отца, но и мне наносишь оскорбление подобными выкрутасами! Ну ничего, я проучу тебя прямо сейчас. Будешь знать, как отказывать мужу.

Старик занес руку с тростью вверх, чтобы осыпать меня ударами…

И вдруг от входа раздался ужасно знакомый голос:

— Добрый день, господа! И леди…

На пороге стоял Азэль Винтерс собственной персоной. На его губах играла легкая улыбка, а черные глаза оценивающе окинули помещение.

Я никогда еще не была так рада видеть некроманта. В душе сразу вспыхнула надежда, что этот мужчина поможет. Пусть, как всегда, в своей язвительной манере, но он не бросит меня одну наедине с Таврием.

— Мы закрыты, — отбрехнулся от него Мэрзот, — Чего встали, берите мою невесту, — это уже к его подручным относилось.

— Прошу прощения! Это ведь целительская лавка? Я мимо проезжал и решил, что мне срочно необходима настойка от расшатанных нервов. Последние деньки выдались дюже волнительными, — произнес некромант и в упор глянул на меня. В ответ на этот взгляд я лишь выдавила слабую улыбку и чуть дернула плечами.

— Господин, вы выбрали неудачное время. Приносим свои извинения. Зайдите позже.

— Увы, но позже я буду ехать в свой замок вот с этой прекрасной девой, — Винтерс плавно подошел и встал спереди от меня, закрывая собой ото всех.

— Что за клоунада? Вы кто? — вспылил женишок, — А, впрочем, неважно. Арнэл, Сандрэс, уймите этого сумасшедшего и заберите девчонку.

— Вынужден с вами не согласиться, любезнейший, — Азэль покачал головой и поднял руку, в которой предостерегающе зажегся магический огонь, — Как я успел понять, все упирается в деньги? Сейчас я лишь один раз предложу вам двоим выгодный вариант.

Некромант открыл пространственный карман и выудил оттуда два мешка, положив их на витрину, под заинтересованными взглядами присутствующих.

— Вот в этом мешочке три тысячи золотых монет, господин Мэрзот. Это покроет все ваши затраты и послужит хорошей моральной компенсацией. В ответ вы отказываетесь от всех прав на эту девушку. Вас устроит такой вариант? Подумайте о том, сколько еще прекрасных девиц вы сможете купить на эти деньги.

— В принципе, я не против, — внезапно задумался старик, — Мариэлла, конечно, хороша собой, но уж больно строптива и своевольна. Да и магия эта её… на кой холерный ляд она мне сдалась? Ходить по собственному дому и каждый день ждать магической петли на шею. Но вам-то это зачем? Девчонка дикая. Она не будет послушной рабыней. Если ради постельных утех, то проще необъезженную кобылу усмирить, чем девку, которая не хочет, — противно засмеялся старик.

— О! Не переживайте. У меня свои методы… укрощения, — Азэль усмехнулся так, что у меня пошли мурашки по коже.

— А что получу я? — жадно спросил отец.

— В идеале, хотелось бы жалобу в комитет опеки над магически-одаренными детьми, но я сегодня добрый, хоть и с расшатанными нервами. Две тысячи золотых, — он положил руку на второй мешок.

— А почему меньше, чем он? — ревниво уточнил папенька, — Я все-таки ее отец. Сам растил, душу вкладывал.

— Хорошо, — легко согласился Азэль, — Три тысячи. И такой же отказ от всех прав на нее. Если все устраивает, то вам придется поставить вот здесь свою подпись, — он выудил из кармана пиджака два свитка и бросил их отцу и Мэрзоту, — Господа, кровью, пожалуйста. Чернилам я, знаете ли, в таких вопросах не доверяю.

Отец радостно чиркнул по пальцу ножом и, не читая новый пергамент, оставил свой отпечаток. Мэрзот же, все еще сомневался и косился то на меня, то на некроманта.

— Что в ней особенного, что вы, не глядя, выложили такую сумму? — проквакал он, потрясая вторым и третьим подбородком.

— О, в ней заключена моя дальнейшая судьба и радость всей жизни, — мило улыбнувшись, сказал Винтерс.

Незнающий человек, как мой наивно улыбнувшийся папенька, мог с легкостью подумать, что это любовь. Но я-то знаю, и потому для меня фраза некроманта звучит весьма многообещающе!

Старик еще раз посмотрел на мешок с деньгами, пошамкал губами, что-то подсчитывая, и прокусил свой палец, чтобы поставить кровавую подпись.

— Поздравляю, господа! Это была ваша лучшая сделка в жизни! — подобно дьяволу, произнес Азэль и повернулся ко мне, — В повозку, Мариэлла. Живо.

Ну хоть теперь меня будут называть настоящим именем, а не Ластикой.

— Я могу взять свои вещи? — холодно спросила его.

— Только быстро. И без фокусов, — взгляд его ониксовых глаз в очередной раз опалил мою кожу.

Не говоря ни слова, я побежала к себе. Нет, я не планирую пускаться в бега. Азэль — наименьшее зло по сравнению с Мэрзотом. Лучше уж он, чем этот старый сластолюбец.

Если бежать сейчас, то велика вероятность, что меня найдут уже через несколько минут. Долго скрываться без денег, магии и связей я все равно не смогу.

Покидав в сумки всё самое необходимое и ценное, я спустилась вниз, гордо держа голову. В лавке уже не было Таврия и его прихвостней, как и мешочка с золотыми монетами.

— Мариэллочка, — лебезя, позвал отец, — Будь счастлива, детка. Не забывай своего старика.

— У тебя нет больше дочери, папенька. Ты ее только что продал за паршивые золотые монеты. Спасибо за все. Я отрекаюсь от тебя, — даже не глядя в его сторону, ответила ему.

— Ты готова? Иди в повозку, — сказал Азэль, — Я еще поговорю с твоим отцом.

На некроманта я тоже не взглянула и прошла мимо него к выходу. На улице стоял уже знакомый экипаж со светловолосым кучером, любезно распахнувшим мне дверку.

— Приветствую, Джарт.

— Здравствуй, Мариэлла, — тепло улыбнулся он, — Только не злись на хозяина. Он делает это не ради своего благополучия и приказа короля. Когда он ночью узнал о произошедшем, то очень испугался за тебя, посчитав такое внезапное превращение опасным.

— Ну да, конечно. Шесть тысяч золотых он заплатил только лишь, думая о моем здоровье, — сказала я и села в кабинку, захлопнув за собой дверь так, что чуть не прищемила Джарту пальцы.

Он сокрушенно покачал головой и тихо пробормотал себе под нос:

— Бедный хозяин. Демоны, дайте ему сил и терпения.

— Заодно попроси того же и для меня, — крикнула я в приоткрытое окно.

Скоро в повозку, напротив меня, сел Азэль. Он постучал нашему светловолосому кучеру и мы тронулись с места.

— Знаешь, ласточка… — начал некромант.

— Мариэлла. Мое имя Мариэлла Сэверс — высший маг с открытыми четырьмя стихиями, — резко поправила его.

— Мариэлла… знаешь, Мариэлла, это была моя самая дорогостоящая партия в Калах Манкала. Она обошлась мне в шесть тысяч золотых и несколько поседевших прядей, — внезапно Азэль открыто улыбнулся и весело посмотрел на меня.

* * *

Немногим ранее

Черноволосый мужчина метался по кладовке в своей лаборатории. Он явно что-то искал, подбегая от одного стеллажа к другому. Еще вчера на своем привычном месте находилось его хранилище с запасными или недоработанными материалами. Сегодня же, вместо столь нужных кристаллов, он наблюдает на полу подозрительно-знакомое въевшееся пятно.

— В моем замке есть только одна шебутная ласточка, оставляющая такие пятна. Понятно чьих рук работа, — хмыкнул Азэль, — Только куда ты дела все мои склянки? Вот только вернись! Руки поменяю местами, хотя… с тобой этот номер пока не прокатит, — мужчина стоял посреди им же устроенного беспорядка и растеряно крутил головой.

Мало того, что эта тихоня бьет его колбы, думая, что он не замечает подмен и пропажи запасных, так она еще взялась за перестановку? Совсем умом тронулась бедолага.

Внезапно его внимание привлек странный куль в конце кладовки. Подойдя к нему, он сдернул мешковину и в ужасе отшатнулся, хватаясь за сердце.

— Да чтоб вас всех, — поразился он, — ДЖА-А-А-АРТ! Бегом сюда!!!

После недолгого молчания он чертыхнулся, вспомнив, что верного помощника временно нет в замке.

Некромант наклонился над разбитыми кристаллами и сосудами. На его обескураженное лицо было жалко смотреть. Он осторожно перебирал осколки в надежде найти хоть одну уцелевшую емкость.

— Убью… закопаю… линчую… — прошипел Азэль, — Нет, сначала найду способ оживить, потом убью, линчую и закопаю. И снова оживлю! Ну, какова мерзавка!

Мужчина еще долго ругался над остатками своей десятилетней работы, пока внезапно не уловил на одном из кристаллов легкий флер чьей-то магии. Нет, это не был след тех измененных сил, что хранились в сосудах, а невесомый свежий отпечаток стихии воздуха.

Будто магия едва касалась или была скрыта дырявым пологом. И так почти с каждым осколком.

— Не может быть, — пробормотал Азэль, — Значит, это не могла сделать она. В замке есть магия только у меня. Или у леди Жоржет есть зачатки стихии воздуха? И что она тут забыла с ее-то нелюбовью к некромантии?

Мужчина аккуратно снял слепок с магического отпечатка магии и убрал подальше в хранилище. Вдруг пригодится при опознании столь дерзкого преступника?

С тоской он посмотрел на свои испорченные материалы и вышел из лаборатории, направляясь в покои капризной гостьи. Какая разница, что время подбирается к десяти вечера? У него срочный и неотложный вопрос.

Без стука некромант распахнул двери и бодро зашел в пустую гостиную. И где его леди носит в такой час? А, возможно она уже легла спать. Что же, разбудим ее.

— Леди Жоржет, приношу вам свои глубочайшие извинения за поздний визит! Окажите любезность побеседовать со мной. Жду вас в гостиной, — громко произнес Азэль, после чего прислушался. Кажется, за дверями опочивальни раздался шорох и бурчание.

Через пару минут к некроманту горделиво выплыла его гостья. Она была одета в тонкий, почти прозрачный пеньюар, а сверху невесомый халатик, подчеркивающий все женские прелести.

— Господин Винтерс, — томно с придыханием проговорила леди, от чего некромант неприятно передернулся, — Неужели я дождалась, и вы сами ко мне пришли?

— Если чего-то долго ждать, когда-нибудь оно сбывается, — филосовски изрек мужчина, — Но я к вам по другому пикантному вопросу. Не сочтите за наглость…

— Даже так? — усмехнулась женщина, — Я вся пылаю… от интереса, какой же у вас пикантный вопрос, — она кокетливо поправила распущенные волосы.

— Вы владеете магией, леди? — скучающе поинтересовался Азэль. Ему уже надоело общество этой навязанной капризной дамы.

— Кхм, я ожидала более острого вопроса в столь поздний час. Это важно, владею ли я магией?

— Вероятно, если я переступил через все правила приличия, чтобы задать вам именно этот вопрос, то да — это важно, — некромант без спроса присел на тахту, пока женщина осталась стоять в растерянности.

— У меня есть крохи воздуха и земли, — поддернула она плечом, — Но толку от них нет. Отец никогда не занимался, как следует, нашим обучением, считая, что девушке достаточно удачно выйти замуж.

— Значит, воздух есть, — прищурился Азэль, — Продемонстрируете свои навыки?

— Что вы хотите от меня? Я не умею управлять магией. Постоянно происходит какая-то ерунда. Ладно, вот… — женщина подняла руку и напряглась.

По комнате сначала пронесся легкий ветерок, а после он внезапно перерос в маленький смерч, гуляющий по полу. Магии хватило на пару секунд, и она так же резко развеялась, оставив после себя невесомый след, будто прикрытый все тем же дырявым пологом.

Некромант бегло осмотрел отпечаток и его лицо исказилось яростью.

— Все сходится… Может ты и в лабораторию мою спускалась?

— Н-н-нет, зачем бы мне это было нужно? — немного заикнувшись, женщина отвела глаза.

— А ну, на меня смотри! — рявкнул он, — Отвечай, спускалась или нет?

— Один раз! Хотела только одним глазком посмотреть, чем ты там всегда занят, что не можешь проводить время со мной! — плаксиво призналась она, — Но я ничего не трогала! Честно! Только раз зашла к тебе, поглядела вживую на это безобразие и сразу ушла.

— Да, конечно! Рассказывай мне сказки. Зачем разбила все мои наработки? Понимаешь, сколько в них было вложено трудов и затрат⁈ — закричал некромант и закрыл лицо руками, — Многие из них я сейчас даже восстановить не смогу!

— Азэль, я ничего-о-о-о не делала, че-е-естно, — почти заплакала уличенная леди Жоржет. Она заломила руки и упала на тахту рядом, старательно демонстрируя крутой изгиб бёдер.

— Увы, но против вас неопровержимые улики. Вы оставили след от своей магии. В замке кроме меня и вас больше никто не владеет воздушной силой.

— Азэль, клянусь, я ничего не разбивала. Может это твои служанки криворукие? Они вечно все роняют, — женщина потянулась рукой к некроманту, но тот ловко увернулся от «захвата», — И почему вы себя так грубо со мной ведете⁈ — вдруг пошла в наступление она.

— Я вас готов, вышвырнуть из замка в одну секунду. Ты просто не представляешь, насколько я в бешенстве. Этому поступку нет оправданий!

— Меня⁈ Вышвырнуть⁈ Да мой папочка тебя в порошок сотрет за такое обращение. Немедленно встань и извинись передо мной, — она все-таки добралась до Азэля и вцепилась в лацкан его удлиненного пиджака.

— Вы думаете, нападение — это лучшая защита, леди Жоржет? Что ж, я вас не виню. С вашим-то воспитанием и манерами. Ничего другого я и не ожидал… — краснея от злости, высказался Азэль.

— Да вы, господин, отменный хам! Вам только с мертвецами и можно общаться, а не подпускать вас к живым! Явились в мои покои, чтобы меня же оскорблять, вместо того, чтобы провести со мной жаркую ночь. Не удивлюсь, если узнаю, что вы предаетесь любви со своими зомбячками.

— Думай, что говоришь! — вскричал Винтерс, — Ты уничтожила труды моей десятилетней работы, а сейчас боишься признаться! Знаешь, что? Хватит! Мое терпение лопнуло. На летний бал ты со мной не едешь. Собирай свои кофры с чемоданами, и утром тебя отвезут к отцу. Что на счет помолвки… подождет еще пару годков! Король будет согласен, когда я скажу ему, что пока сильно занят над его проектами. Хватит! — мужчина встал и быстрым шагом направился к дверям.

— Азэль, — леди бросилась за ним, — Пожалуйста, не торопись со своим решением. Дорогой, я принесу тебе любые извинения, которые ты хочешь от меня услышать. Не уходи вот так! Ты же еще пожалеешь об этом! — она перешла на визгливые угрозы.

— Завтра с утра я хочу услышать цоконье лошадей, что увезут тебя отсюда подальше. Я все сказал, леди Жоржет. Доброй ночи, — некромант с шумом захлопнул за собой двери.

Он постоял в коридоре пару секунд, глубоко дыша и успокаиваясь, после чего грязно выругался и вернулся в покинутые комнаты. Леди пинала ногой мебель и ругалась похлеще сапожника, сидящего в порту среди матросов.

— Я передумал, — резко выпалил Азэль, — Тебе…

— Нет уж, Винтерс! — взвизгнула женщина, — Думаешь, можешь так легко обидеть меня, а после прийти и сказать, что передумал⁈ Ты нанес мне непростительное оскорбление, и теперь уже я не желаю с тобой никуда ехать.

— Я хотел лишь сказать, что повозку тебе подадут через полчаса. Не желаю тебя более видеть в своем доме. Один из стражей в сопровождении охраны тебя отвезет. Твои вещи привезут позже. И можешь плакаться своему отцу сколько угодно. В конце концов, это не я заключал с ним сделку, — с перекошенным от злости лицом высказался некромант, — Готовься. Скоро за тобой зайдут.

На этом он окончательно покинул комнаты леди Жоржет, вовремя увернувшись от летящей в его затылок вазы. На душе у мужчины сразу стало легче.

Да, некромант признавал, что поступил опрометчиво и весьма не по-джентльменски, однако, даже выдворение на ночь глядя, провинившейся леди, никогда не перекроет его потерь от разбитых кристаллов и сосудов.

А с ее отцом он попробует позже решить вопрос. Всегда можно выдвинуть в ответ неподъемную неустойку за разбитые материалы. Как деловой человек, он должен будет его понять.

Где-то через час, весь замок слушал разъяренные вопли леди. Несколько стражников под неустанную брань вели ее на улицу, где уже дожидалась обычная повозка с живыми лошадьми и престарелым кучером Оливьером.

Этот экипаж некромант иногда брал в аренду в ближайшей деревеньке. Вот и сейчас один из стражников быстро смог договориться с сонным стариком.

Азэль с наслаждением улыбнулся, глядя в окно, как леди уселась в кабинку. Стоило только повозке отчалить от крыльца его замка, как он радостно потер руки. Надо было уже давно так сделать, глядишь и никто не посягнул бы на его кладовку в лаборатории!

Остаток вечера и ночь Азэль решил провести в своей святая святых. Он тщательно составлял список того, что было разбито по вине леди Жоржет. При первой же возможности ему придется восстанавливать столь ценные реактивы. Вот только вряд ли получится.

Ближе к двум часам ночи некромант услышал странный шум, приближающийся по туннелю. Через минуту к нему забежал возбужденный Джарт и с порога выпалил:

— Хозяин! Я вернулся с новостями. Наша Ластика вовсе не Ластика. Она Мариэлла, но это неважно. Она жива, понимаете? Жива!!! У нее есть магия, хозяин!!!

— Джарт, тебя конь копытом стукнул? — Азэль даже не взглянул на своего помощника, продолжая и дальше отмерять капли какого-то зелья, — Веди ее сюда. Раз у меня сегодня вечер нагоняев, то пусть и ласточка получит свое за разбитые колбы.

— Господин, — тушуясь, позвал скелет, — Она не поехала со мной обратно. Говорю же — Мариэлла ожила и теперь владеет магией! Она мне лично показала огонь.

Некромант наконец-то соизволил оторваться от своей работы и непонимающе уставился на Джарта.

— Что-о-о⁈

Спустя сорок минут путанных объяснений и допроса скелета, Азэль обескураженно присел на диванчик.

— Нам нужно срочно выезжать за ней, Джарт. Я могу лишь догадываться, как у нее получилось ожить, но ни один из способов не является безопасным ни для нее, ни для окружающих.

— Что-то серьезное, господин? — встревоженно спросил помощник.

— Очень, но пока точно не могу сказать. Она либо будет ключом к моему открытию, либо погибелью для половины населения. Ты хоть представляешь, какие силы этого мира содержались в моих склянках⁈

Азэль только сейчас понял, кто мог разбить его ценный шкаф с реактивами и наработками. Зря он спустил всех собак на леди Жоржет. Хотя… нет, не зря. Одной проблемой меньше.

— Откуда же, хозяин?

— Вот именно. Значит так, выезжаем немедленно и прямой наводкой к ее дому. Хотя… стоп. Сначала я должен узнать о ней абсолютно все.

— Насколько «все»? — уточнил Джарт.

— Всё — это значит всё! — вспылил некромант, подбегая к старинным фолиантам в шкафу, — Начиная с того, кто родители и какой у них дар, заканчивая учебой в академии и ее привычками. Мне нужна вся подноготная. Особенно интересно, при каких же реальных обстоятельствах умерла наша ласточка. Завтра до полудня я хочу всё знать! Иди готовь повозку, Джарт.

— Она готова, хозяин. Я так и знал, что вы захотите ее вернуть, — полуулыбнулся скелет.

— Конечно же, захочу! Разве я похож на дурака, разбрасывающегося ценными экземплярами? И быть виновником погибели сотен тысяч людей я тоже не желаю, знаешь ли.

— А мне ее жалко, господин, — задумчиво сказал скелет, — Только представьте, какие испытания и моральные терзания легли на ее юные хрупкие плечи.

— И это тоже, — легко согласился некромант, — Но от нашей с тобой жалости ничего не изменится! Придется, как следует, поработать, чтобы помочь ей и себе…