Глава 5

— Не смей!.. — истерично взвизгнула я, выставляя вперед ладони. Если сейчас сюда кто-то войдет, мне конец. Окажусь замужем за этим противным блондином быстрее, чем успею сказать: «Невиноватая я, он сам разделся».

Блондин замер, вопросительно глядя на меня. За его спиной из-за приоткрытой двери одна над другой показались три любопытные черепушки. А я непроизвольно провела рукой по лбу. С ума с ними со всеми сойти! Каждый миг, как по ожившему кладбищу шагаешь, никогда не зная заранее, что ждет за ближайшим кустом!..

Когда все успокоились, тер Эйтель осторожно произнес то, что на корню уничтожило мою надежду быстро от него избавиться:

— Мне все равно нужна какая-то одежда, Ваше Высочество. Даже в вашем полотенце, каким бы красивым и любимым оно ни было, я не смогу идти по улицам города. Да меня остановит первый же патруль! И тогда все узнают…

— Что безголовый вы потащили за собой на прием продуктов имперскую принцессу, никогда в глаза не видевшую ничего подобного, — злобно перебила блондина я. Безумно хотелось чем-то пристукнуть тер Эйтеля. Чем-то тяжелым. Но с одеждой действительно была проблема, пришлый аристократ был прав. И я не понимала, как мне ее исправить. Нарядить тер Эйтеля в мое платье?

Несколько долгих неприятных мгновений мы с блондином играли в гляделки. Я первая не выдержала и отвела глаза от лучистого серого взгляда. Ну вот чего он на меня уставился, а? Картина я ему, что ли? Или виновата в случившемся? Все ведь из-за него! Если бы он не потащил меня на задний двор, не пришлось бы сейчас красоваться передо мной в моем же полотенце!

— Розамунда, — спокойно и уверенно позвал меня блондин. Дождался, пока я подниму на него глаза, и заявил: — Вам придется раздобыть для меня хотя бы штаны и рубашку. Я надеялся постирать свои вещи и высушить их магией. Но пока отмывал волосы, ваши скелеты в порыве служебного рвения изорвали мою одежду на клочки. Мне действительно нечего надеть.

— Халат могу одолжить, — буркнула сердито я, осознавая масштаб проблемы. И первая же расхохоталась, представив, как будет выглядеть тер Эйтель в моем пушистом коротеньком халатике со скачущими по сиреневому полю единорогами.

Мой смех подхватили скелеты. Хотя явно не понимали, над чем я смеюсь. Последним сдался тер Эйтель. Хмурое выражение постепенно пропало с его лица, полные губы расслабились, и блондин улыбнулся:

— Щедрое предложение, Ваше Высочество! Но сомневаюсь, что меня поймут. Хоть никто и не догадается, чью одежку я натянул.

Больше всего на свете я опасалась, что кто-то заглянет в это время ко мне в комнаты и увидит почти голого блондина и меня, чинно восседающую на табурете посреди комнаты в заляпанном грязью и жиром платье. Следовало как можно быстрее что-то придумать, чтобы конфуз не случился в реальности. Иначе… Папенька радостно осуществит свою мечту и отправит нас с блондином к алтарю раньше, чем я узнаю, как блондина зовут.

Наверное, именно угроза моей свободе и подтолкнула меня к вопиющему поступку: я решилась нанести визит младшему брату и стащить из его гардероба одежку для моего поручителя. Можно было и старшенькому нанести визит. Но Вильям был весь в нашего папеньку: высокий и широкоплечий. Его штаны явно будут тер Эйтелю слишком длинны, а рубашка будет болтаться как на перекладине. А я исправить это не смогу…

— Сидите здесь, — решительно поднялась с табурета, пока не растаяла моя храбрость. — Попробую добыть вам одежду. Но смотрите мне! Чтоб было тихо!.. Не привлекайте лишнего внимания! — это уже скелетам. Для усиления эффекта я даже погрозила им кулачком.

Леандр, как и все мы, жил в этом же крыле. Просто дальше по коридору. Так что далеко идти не пришлось бы. Выйдя из комнаты, я постояла, прислушиваясь к тихим звукам, доносящимся со всех сторон.

Внизу гремел бал. Из сада доносился кокетливый смех придворных дам и слабый звон посуды. Немного дальше по коридору поскрипывала настенная панель. Она давно скрипела. Сама по себе. И папенька даже требовал от лорда-сенешаля ее заменить. Но… подходящего дерева, а панель была выточена из редчайшего розового, не сумели найти. Так все и осталось на своих местах. А в ненастные дни скрип создавал свою неповторимую атмосферу, от которой обычно в ужасе разбегались служанки.

В родительских покоях в кои веки было тихо. Видимо, свита папеньки и маменьки отбыла на бал. А слуги навели порядок и разбрелись по своим делам.

Когда я кралась мимо покоев старшего брата, дверь отворилась, и оттуда вышел камердинер Вильяма. Глянул на меня с подозрением, словно ожидал, от меня какой-то пакости. Потом поклонился и отправился по своим делам. А я перевела дух и потопала дальше, стараясь идти медленно, чтобы камердинер успел исчезнуть из коридора и не увидел, куда я свернула. К тому моменту, когда я добралась до двери в комнаты Леандра, ноги уже подрагивали от напряжения, по спине тек пот, а с пальцев непроизвольно срывались искры некромантии, прожигая тленом крохотные дырочки в ковровом покрытии под ногами. И это было плохо. Зачем оставлять следы на месте преступления?

Перед тем как открыть дверь, я внимательно огляделась по сторонам, а потом еще и ухо к двери приложила, проверяя, нет ли кого внутри. Но все было тихо. И я ужом проскользнула внутрь…

В комнатах младшего брата всегда царил образцовый порядок. Будто здесь никто и не жил. Меня всегда удивляла эта способность Леандра поддерживать чистоту без слуг. Хмыкнув, я торопливо пересекла комнату, чтобы войти сначала в спальню, а потом и в гардеробную. Если У Вильяма и меня одеждой можно было разжиться и в спальне, то у Леандра она находилась исключительно в гардеробной. Каждая вещь на отведенном для нее месте. И как братик только все это успевал?

Гардеробная Леандра поражала размерами, идеальным порядком и обилием одежды. По-моему, у младшего принца тряпок было даже больше, чем у меня. Вокруг висело, стояло и лежало столько камзолов, сорочек, плащей, штанов, головных уборов и обуви, что хватило бы на всю дворцовую охрану, еще бы и осталось. А я в первый миг попросту растерялась. Мне нужно было что-то попроще, подходящее не слишком высокородному аристократу. Вокруг же все так и сверкало от драгоценных камней и золотого шитья.

Некоторое время у меня ушло на поиск одежды, не слишком явно выдающей принадлежность к императорскому роду. Впрочем, рубашку без монограммы я нашла почти сразу. А вот штаны… Оказалось, что у Леандра они почти все с лампасами, как того требовала его военная служба. Тер Эйтелю такое, наверное, лучше было бы не одевать. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания патруля. И только в самом дальнем углу самой верхней полки я отыскала простые черные штаны.

Схватив все в охапку, я прикусила губу: а нужно ли блондину белье? В принципе, я знала, как выглядят мужские подштанники. И только что видела их в ящиках для белья. Но тащить их у брата… В конце концов, я решила, что проштрафившийся поручитель обойдется без них. И уже собралась покинуть гардеробную, как услышала звук открывающейся входной двери!..

Сердце екнуло, а потом затарахтело с утроенной силой. Кто-то вошел в покои Леандра, и я оказалась в западне!

Заметавшись с перепугу по просторной гардеробной, я чуть не завалила подставку с париком для торжественных случаев. Это слегка отрезвило. Если бы проклятая палка с болванкой упала, грохоту было бы столько, что услышали бы в бальной зале! И тогда скрыть мое присутствие в гардеробной младшего принца не вышло бы ни под каким предлогом.

Поддержав шатающуюся стойку с набалдашником и нервным движением поправив почти свалившийся с нее парик, я юркнула за развешенные камзолы, прижимая к себе ком с честно уворованной одеждой. Плохо, что мое платье было розовым и грязным. Леандр мог заметить меня, скорчившуюся у стены. Да и жирные пятна на своих камзолах от соприкосновения с моей одеждой братец не сможет проигнорировать. Но ничего другого сейчас в голову не приходило. Меня гнала паника.

Я надеялась, что Леандр просто что-то забыл у себя в комнатах, а не пришел переодеваться. Потому что, если братик зайдет в гардеробную, вычислит он меня вмиг. Но… Спустя некоторое время, показавшееся мне вечностью, я поняла, что влипла так, как мне даже не снилось. Ибо к Леандру вторгся кто-то чужой. И в комнатах младшего имперского принца происходило что-то странное…

Кое-как успокоив дыхание и затаившись, я неожиданно услышала шаги не только в гостиной, но и в спальне Леандра, его кабинете и даже ванной. Что за… Я точно знала, что камердинера братец не держал. Фыркал презрительно, что ему положен денщик. А если император с этим не согласен, тогда он сам справится с наведением чистоты в своих апартаментах. Папенька выражал недовольство, но вынужден был с этим мириться. После того, как Леандр собственноручно взашей вытолкал пару десятков присланных лордом-сенешалем камердинеров. Но вот сейчас было ощущение, что они вернулись… Все разом…

Теряясь в догадках по поводу происходящего, я уже решилась было выбраться из укрытия и посмотреть хоть одним глазком, что происходит, когда слуха коснулся чей-то едва различимый быстрый шепот:

— Там еще посмотри!..

— Да там гардеробная!.. — отозвался второй сдавленный и сиплый голос. — Какой нормальный принц будет там хранить документы?

— Сам сказал, что эта семейка ненормальная!..

Ответное ворчание я не разобрала. Зато увидела, как открывается входная дверь в гардеробную. И съежилась в своем укрытии еще больше. Даже дышать перестала.

Закопалась в камзолы братишки я настолько качественно, что теперь не видела вошедшего. И отодвигать вешалки с одеждой боялась, чтобы не привлечь к своему укрытию ненужное внимание. Поэтому просто обратилась в слух. А вошедший, как назло, казалось, и не дышал. Постоял-постоял, да и вышел. А я услышала:

— Это не принц, а какая-то барышня! Тряпок, что в женской лавке! А больше ничего, кроме тряпок, и нет!

Ответа его сообщника я не услышала. Но подумала, что соглядатай своему помощнику соврал. В гардеробной, кроме одежды, Леандр держал кучу обуви и парики.

Смех смехом, но получалось, что в самое защищенное крыло дворца, где обитали император и его семья, как к себе домой приходят неизвестные. И выходило, что где-то существует приличная дыра в безопасности. Настолько большая, что в закрытое для посещений крыло дворца мог войти кто угодно.

Я прикусила губу. В ситуацию вляпалась — врагу не пожелаешь! С одной стороны, хорошо, что вовремя узнала про проблемы с безопасностью. До того, как случилось что-то действительно непоправимое. С другой стороны, как я отцу расскажу, откуда про все это знаю? Папенька меня по головке не погладит, если узнает, что я первая нарушила регламент и притащила к себе блондина. И даже обнаружение предательства оправданием не послужит! Что же делать? Мне срочно нужно было что-то придумать, чтобы отец обо всем узнал и при этом не наказал меня, отправив к алтарю.

Шпион, покинувший гардеробную, плотно закрыл за собой дверь. Я слышала его и сообщника, пока они были поблизости. Но как только отошли… Как только они отошли, я перестала что-либо слышать. Но почти сразу непонятно откуда возникший сквознячок дверь снова приоткрыл. И до меня долетел обрывок фразы:

— …пошли отсюда! Понятно же, что ничего здесь нет! Надо еще на всякий случай посмотреть в комнатах у принцессы…

— Я к ней не пойду!

— …и найти способ проникнуть в императорский кабинет, — как ни в чем ни бывало, продолжил его сообщник. Принцессу нужно проверить для очистки совести. Император вряд ли доверит женщине, пусть и своей дочери, что-то серьезное. Хотя не просто же так ее прячут от всех? Вот! Нужно проверить…

Спустя непродолжительное время я с досадой услышала щелчок замка. Отлично! Эти мерзавцы меня здесь еще и заперли! Ну я им!..

Выбиралась из укрытия злая, как нежить первого порядка. Ко всему в придачу я еще и зацепилась за бортик шкафа, в котором нашла укрытие, не удержала равновесие и растянулась на полу. Надеюсь, синяков не наставила себе. Видел бы меня сейчас хоть кто-нибудь!.. Хорошо, что не видит. А с соглядатаями я разберусь. По-своему. Отучу на всю оставшуюся жизнь заниматься шпионским ремеслом. Нужно только от блондина избавиться как-то. Не вовремя он со своей отработкой мне подвернулся. С другой стороны, если бы не поручительство тер Эйтеля, засланцы чувствовали бы себя во дворце как у себя дома!..

Я настолько разволновалась, что сама не заметила, как выбралась из комнат брата. Надеюсь, я ему там замок тленом не уничтожила. А то будет слишком уж явный след. Как табличка: «Здесь была Рози». Кстати, про таблички… А что если мне…

В общем, к себе я ворвалась вся в планах выживания лазутчиков из дворца. Правда, мне для этого требовалось посетить библиотеку и кое-что почитать. Как и у всякого мага с сильнейшим, но узконаправленным даром, универсальная магия у меня была крайне слабенькой. Приходилось изгаляться. Однако, даже имея откровенные зачатки и некромантию моей мощи, я могла доставить врагам кучу неприятностей. Нужно было лишь избавиться от блондина.

— Вот! — швырнула я ему ком из рубахи и штанов. — Надеюсь, подойдет!

Тер Эйтель ловко поймал ком тряпок, расправил. Осмотрел и хмыкнул. Но ничего не сказал, ушел в ванную переодеваться. А скелеты засуетились вокруг меня:

— Сейчас ванную быстренько, — прохрипел эльф.

— Потом ужин и баиньки, — с ласковой крокодильей улыбкой подхватил баронет. Крокодильей просто из-за отсутствия щек и полного набора зубов.

— Нет! — решительно отказалась я. — Мне еще нужно в библиотеку!..

— Зачем? — вдруг услышала прохладный сердитый голос блондина. И чуть не взвыла: оказалось, тер Эйтель уже успел переодеться и сейчас стоял на пороге ванной комнаты, беззастенчиво подслушивая. И вот что ему сказать?

Я сердито покосилась в сторону наглого блондина. И чуть не прыснула со смеху, только сейчас обнаружив, что впопыхах вместо обычной мужской сорочки сперла у Леандра предназначенную для сна… кого-то из его фавориток. Блондину она была откровенно мала. На широких плечах тер Эйтеля почти трещала и грудную клетку обтянула как вторая кожа. Надеюсь, мой поручитель решит, что это просто маловатый размер.

Пауза затягивалась, блондин нахмурился, начиная что-то подозревать. А меня так и распирало от смеха. Нужно было сказать хоть что-то, чтобы он не взорвался от злости и не затаил на меня обиду. И я ляпнула:

— Колыбельную тебе хочу спеть, а слов не знаю!

Кокетничать я не умела. Как-то не довелось мне освоить эту, несомненно, полезную науку. Но я не раз и не два видела, как это делают придворные дамы. Так что надеялась, что и у меня получится. А потому, ляпнув про колыбельную, я уставилась обожающим взглядом на блондина и часто-часто заморгала.

Тер Эйтель почему-то побледнел. И сделал шаг назад. А потом и еще один. Пока не уперся спиной в стену. Чего это он? Я недоуменно оглянулась на скелеты, перестав усиленно гонять воздух ресницами. Но мои камердинеры почему-то старательно делали вид, что их здесь нет.

— Да что не так-то? — воскликнула, в конце концов, не выдержав.

После секундной паузы, перестав пятиться, блондин наградил меня мрачным взглядом:

— А давайте, Розамунда, обойдемся без колыбельных? Хорошо? Просто проведите меня на выход. И ложитесь отдыхать. Уже действительно довольно поздно. А нам завтра работать…

Теперь насупилась я.

— Во-первых, Ваше Высочество, — подражая императрице, процедила сквозь зубы. — А, во-вторых, завтра вам придется обойтись без меня.

— Это еще почему?

Блондин хмуро выпрямился, задрал подбородок, скрестил руки на груди и сурово воззрился на меня с высоты своего роста. Будто собирался придавить авторитетом. Ха! Наивный! После папенькиных взглядов мне никакие блондины не страшны. Да и момент был безнадежно испорчен вероломным треском ткани слишком маленькой блондину сорочки.

Давя предательскую улыбку, я тоже задрала подбородок, копируя позу блондина:

— Дела имперской важности!

Сложно сказать, сколько бы мы с ним еще препирались, если бы внезапно из коридора не донесся какой-то подозрительный шум. Мы оба сразу же насторожились, позабыв про споры. Но разобрать, что там творится, не получалось. И тогда я приняла решение:

— Баронет! Накиньте плащ и сходите, посмотрите, что там происходит! — оглянувшись, скомандовала я скелетону.

Нежить безропотно подчинилась. Бывший баронет ловко выудил из угла плащ, замотался в темную ткань так, что только кости ступней выглядывали, приоткрыл дверь и выскользнул в коридор…

Приличная принцесса на моем месте чинно сидела бы на диванчике и ждала, пока ей принесут известия. Я же приличной не была, наверное, от рождения. Скучно быть приличной. А потому метнулась к двери и приникла оставленной скелетом щелочке. Просвет был небольшим. Как раз хватало одним глазком выглянуть из комнаты. Но я чуть не вывалилась в коридор, когда такой же неприличный, как и я, блондин навалился на меня сзади с точно таким же намерением посмотреть одним глазком.

— Слезьте с меня немедленно! — раздраженно прошипела я ему.

— Я тоже хочу знать, что происходит! — последовал наглый ответ.

— Мы так вывалимся клубком в коридор! — уже почти прорычала я. — И я скажу, что вы на меня напали и хотите изнасиловать!

— Больно вы мне нужны! — фыркнул в ответ тер Эйтель. — Мне еще жить не надоело. Да если я захочу закончить жизнь извращенным способом, лучше пойду и поцелую нечисть! И кстати, вам, принцесса, никто не поверит! Потому что сам я бы в жилое крыло императорской семьи никогда бы не прошел! Любой сразу и без всяких объяснений поймет, что меня сюда провели! Вопрос, кто?

Увы, гадкий блондин был прав. Но просто так сдаваться я не собиралась. Правда, пока я силилась придумать достойный ответ, в коридоре что-то изменилось. Кто-то рассекретил баронета и бросился наутек с воплями:

— А-а-а-а-а!.. Скелет!.. Помогите!.. Он меня сожрет!..

То, что произошло дальше, наверное, было закономерно. Как-никак, а все двери в этом крыле дворца обычно были закрыты. А тут щелочка светится… Ну, беглец и ломанулся в мою комнату в поисках спасения. При этом сшибив всех, кто подглядывал, с ног.

Я не успела отпрянуть. Да даже сообразила, что произошло лишь тогда, когда, немыслимым образом обернувшись вокруг своей оси, свалилась на спину. А на меня сверху грохнулся блондин. И я даже пикнуть не успела, как по нам еще кто-то и пробежался… Но вот это он зря…

На самом деле, и я это понимаю, вторженец не мог знать, что скелет в коридоре не один, что у принцессы имеется парочка запасных. Запрокинув голову, я с удовольствием наблюдала, как эльф и портной отлепились от стен в своих углах и слаженно сделали шаг вперед, вытянув руки так, словно кого-то или что-то искали на ощупь. Комнату огласило резкое, как удар пульсаром:

— Бу-у-у!..

Вот такого издевательства непрошеный гость уже не выдержал. Подскочил на месте, едва не наступив мне на руку, издал какой-то полузадушенный писк и свалился рядом со мной замертво. В комнате наступила полнейшая тишина…

Некоторое время мы с блондином так и лежали, ошарашенно глядя друг на друга. А потом тер Эйтель неожиданно прошептал:

— А вы очень красивая, Розамунда. Как девушка, не как принцесса.

Это было столь неожиданно, столько же и приятно. Но я быстренько надавала себе мысленных оплеух. Не хватало еще растечься розовой лужицей под этим… блондином!

— У вас есть возлюбленная, вот ей и отвешивайте комплементы! — проворчала я. — А с меня слезьте немедленно! Или вас казнят за убийство имперской принцессы!

Неожиданно блондин не обиделся на мои слова. Наоборот, широко улыбнулся и с неуместной, как мне показалось, нежностью выдохнул:

— Колючка…

Мне показалось, что за этим словом должно было последовать что-то еще. Но тер Эйтель не стал продолжать мысль. Молча встал. Причем, не коснувшись меня даже кончиком пальца. Молча поставил меня на ноги, схватив за подмышки. Сокрушенно посмотрел на одолженную ему и уже треснувшую в паре мест сорочку, покачал головой:

— Хватит уже на сегодня приключений! Розамунда, велите скелетам избавиться от этого обморочного, а сами выведите меня отсюда, наконец, и я пойду домой. Сами же ложитесь отдыхать. До рассвета осталось не более трех часов…

Меня почему-то задел резкий переход противного блондина от романтики к прозе жизни. Молча поджав губы и отряхнув изгвазданный донельзя подол, я обошла его и направилась к выходу, не оглядываясь. Как хочет, пусть так и успевает!

Несколько метров до выхода из жилого крыла императорской семьи пересекли молча. Я только, проходя мимо поста охранявших его гвардейцев, обронила, заметив знакомые лица:

— Вы нас не видели!

— Ну почему? — не согласился один из тех, кто играл в моих комнатах со скелетами в кости. — Мимо-то разные бродють…

— И имперская принцесса? — неожиданно даже для себя развеселилась я.

Гвардеец смутился.

Отойдя от охранников чуть дальше, так, чтобы они не слышали, про что говорю с блондином, я остановилась. Коридор был ярко освещен луной, заглядывавшей в большое витражное окно рядом со мной, и развешенными по стенам магическими шарами. Последние по требованию королевы нацеплял придворный архимаг. Чтобы фрейлины не уединялись по альковам с кавалерами. Хотя девчонкам даже это было не помехой, и они с завидной регулярностью сбегали от своей повелительницы навстречу приключениям. Впрочем, меня это не сильно интересовало. Больше волновало то, что в хорошем освещении сильно было заметно, что блондин практически полуголый.

Я подняла взгляд на тер Эйтеля:

— Вы сумеете добраться сами домой?

Я имела в виду, не нужно ли ему сопровождение для охраны от потенциальных неприятностей на улицах столицы. Но неприятности нашли нас и здесь: я вдруг услышала шум, голоса и смех. И поняла, что это матушка со своей свитой возвращается с бала. А я в грязном платье стою в коридоре рядом с незнакомым мужчиной в порванной рубашке… Ой-ой-ой, что сейчас будет!..

Я затравленно оглянулась по сторонам, лихорадочно ища выход из положения. Так я еще не влипала! Маменька меня на лоскутки порвет, если увидит с незнакомым мужиком в непотребном виде ночью!.. Хороший пример подает фрейлинам ее собственная дочь!

— Розамунда, не спите!.. — вдруг услышала возле уха шипение. — Сюда! Быстрее!..

В локоть больно вцепились пальцы блондина, наверняка оставляя после себя синяки. Я ощутила, что меня куда-то тянут. И не успела опомниться, как оказалась в одном из альковов, в которых фрейлины назначали свидания…

— Вы что?!.. — зашипела возмущенно, рассмотрев, куда меня втянули.

В следующую секунду мне попросту закрыли рот… Ладонью… И едва в голове мелькнула мысль, как я услышала жаркий шепот на ухо:

— Не вздумай. Потому как оба вывалимся императрице под ноги. Хочешь?

Я не хотела. Потому отрицательно помотала головой. Сказать-то не могла!

Ладонь медленно соскользнула с моего лица. Второй рукой тер Эйтель осторожно повернул меня так, чтоб нам двоим было удобно стоять в тесной нише. И я оказалась буквально притиснута к крепкому мужскому торсу. Как тут вообще фрейлины со своими кавалерами уединяются? Тесно же!..

А шум все нарастал. Я уже могла разобрать птичье щебетание отдельных девиц, обсуждавших графа ван Вортона. И мягкое посмеивание императрицы… Я даже дышать перестала. Заметит или нет? Маменька обладала поистине демонической проницательностью. И в детстве раскрыла немало моих шалостей. И если она сейчас заметит, что в закрытой нише кто-то уединился…

— А ты очень красивая, Рози… — неожиданно услышала я на грани слышимости. — От тебя легко потерять голову… Хорошо, что у меня уже есть любимая…

А вот это уже было обидно. Если от первых двух фраз у меня даже закружилась голова, то последняя отрезвила не хуже ведра снега на голову. Позабыв о том, что где-то поблизости находится маменька со своей свитой, я гневно раздула ноздри:

— Ну, знаешь ли!..

Больше даже вдохнуть не успела: противный блондин округлил глаза, оглянулся и… запечатал мне рот поцелуем!..

«В принципе, правильно», — успела я подумать. «Руку я могла и укусить».

Это была последняя здравая мысль у меня в голове…

Гадкий блондин определенно умел целоваться. Куда там всем украденным у меня поцелуям! Тогда мне хотелось одного: если не пристукнуть незадачливого ухажера, то напустить на него тлен за неимением даже самой завалящей нежити. Сейчас же я таяла. Как свеча на алтаре. Как кусочек масла на жарком солнце. И наслаждалась каждым прикосновением, каждым мгновением. Как же жаль, что блондин — чужой жених…

Я испугалась мелькнувшей в голове мысли и замерла. В ту же секунду абсолютную тишину императорского жилого крыла вспорол истеричный женский крик:

— А-а-а-а-а!.. Здесь утопленник!..

Мы с блондином буквально отшатнулись друг от друга. У обоих, наверное, стали круглыми глаза. А в них светилась одна мысль на двоих: откуда здесь труп??? И где ухитрился утопиться? Ну не в купальне же императрицы…

— А вот теперь мы попали… — едва слышно пробормотал тер Эйтель. — Меня же просто повесят, когда найдут здесь с тобой…

— Не преувеличивай, пожалуйста! — обиженно фыркнула в ответ. — Всего лишь заставят жениться на мне! И не говори, пожалуйста, что для тебя это участь худшая, чем смерть!..

Женский крик быстро умолк. И вокруг снова воцарилась мертвая тишина. На этот раз не благостная, а испуганная, настороженная. Я знала, счет идет на секунды. О происшествии уже, наверное, доложено императору и главе тайной канцелярии, а также командиру дворцовой стражи. Скоро здесь будет не протолкнуться. Начнут проверять комнаты. Выяснят, что меня нет…

— Так! — посмотрела я в лицо тер Эйтелю, позабыв о наших предыдущих стычках. — Я сейчас выхожу, а ты остаешься! Дождешься, пока набежит побольше людей, тогда тоже тихонько выскользнешь из ниши и отправишься домой…

— Я мужчина! — хмуро сообщил мне очевидное блондин, перебив посередине мысли. — Я должен первым идти…

— Угу! — поддакнула ему я, начиная злиться. — Принцессу в кроватке тоже ты будешь изображать? — Блондин снова красиво округлил свои серые глазищи. — Дошло? — грубовато поинтересовалась у него. — Сейчас стража начнет проверять покои всех членов императорской семьи. И обнаружит, что меня нет на месте. Понимаешь?

Время стремительно утекало. Но тер Эйтель и не думал сдаваться:

— Я понимаю одно, — сдержано, но за сдержанностью легко угадывался гнев, ответил мне он, — где-то там бродит убийца. А тебя некому защитить…

— О, Темные силы! — теряя терпение, воскликнула я, рискуя оказаться обнаруженной в щекотливой ситуации. — Какой убийца? Что ты несешь? Это скелеты куда-то отволокли того, обморочного, из моей комнаты!.. Я им задам, когда вернусь! Сразу научатся получше прятать свои делишки!..

В принципе, я легко могла проскользнуть мимо тер Эйтеля и покинуть нишу. Он не полностью перегораживал собой проход. Но что-то мне не давало так поступить, что-то вынуждало добиваться его принципиального согласия. А между тем времени уже почти не осталось, я рисковала не успеть добежать до своей комнаты. А все из-за этого недобитого блондина!..

— Мне нужно идти! — воскликнула с уже изрядной порцией отчаяния в голосе, видя, что тер Эйтель молчит. — Через мгновение уже может быть поздно!

Блондин, наконец, молча посторонился, давая пройти.

Я выскользнула из-за огромного пышного куста, родом с северных окраин империи, прикрывавших собой любовные приключения фрейлин в пока еще пустой коридор. Воровато огляделась по сторонам и, подняв повыше юбки, чтобы не путались в ногах, сломя голову помчалась в сторону своих комнат, стараясь не греметь каблуками туфелек по полу.

Стражников снова не было на посту. Что мне было вполне на руку. Зато дальше по коридору собралась целая толпа. Я споткнулась и чуть не расквасила себе нос, когда поняла, возле чьих дверей она собралась. Покои императрицы-матери. Я скрипнула зубами. Ну… Ну… Убью скелетонов!

В комнаты я ворвалась вихрем. Будто демон возмездия.

— Вы что, паршивцы, натворили?!.. — прошипела, стараясь не сорваться на крик и тем самым не выдать себя, прямо с порога.

Три скелета чинно, будто благовоспитанные барышни, сидели вокруг моего стола с чашками в руках и изображали ночное чаепитие. Прямо сюр какой-то! Изображали потому, что чашки были пусты. А скелетам в принципе нечем было поглощать чай.

Все трое синхронно отставили чашки и повернули ко мне головы. Словно очень долго репетировали это действо. И эльф своим прокуренным басом прохрипел:

— Выполнили ваше приказание, Ваше Высочество! Избавились от трупа!

Я в изнеможении привалилась к наличнику двери и в отчаянии простонала:

— Он же не был трупом! Просто упал!..

— Неудачно, — вкрадчиво поправил меня баронет. — Так что да, принцесса, вы были абсолютно правы: от него нужно было избавляться.

— И куда вы его дели? — поинтересовалась, про себя моля богов о чуде. Пусть обнаруженный в покоях императрицы мертвяк окажется одним из шпионов, которые шарились по комнатам Леандра!

Баронет беззаботно пожал костями плечевого пояса:

— Отнесли в комнаты вашей матушки и положили в ванную, словно он решил там поплавать и нечаянно утонул.

Я не знала, смеяться мне или плакать. Размер неприятностей, в которые я влипла, просто поражал.

— Утонул в сухой ванной? — сердито уколола я баронета.

— Почему сухой? — удивился скелет. — Мы ему водички набрали. Тепленькой и с эльфийской пеной.

Нет, мне точно капец! Маменька собственноручно утопит в той же ванной. Правда, с уже остывшей водой.