Глава 22. О леденцах и формулах

— Есть у нас что-нибудь сладенькое? — жалобно спросила я, когда ранним утром подошла к раздаточным столам в трапезной.

Сегодня я жутко не выспалась, голова гудела и встала я такой разбитой, будто меня поднять — подняли, а вот разбудить — забыли. Вчера я засиделась у Калипсо в лечебнице так, что в итоге заснула прямо там, держа его за руку и не разрывая энергетический контакт. Проснулась посреди ночи с гудящей головой и еле доползла до спальни, пытаясь хоть немного отдохнуть, потому что во время передачи энергии организм даже во сне не отдыхал, а как бы работал в усиленном режиме. В итоге поутру состояние было разбитое. Нет, с моей магией было все в относительном порядке, а вот физически я ощущала себя так, будто полночи бежала марафон. И, увы, совсем не тот марафон, который обычно устраивал мне по ночам Калипсо.

Голова болела, и жутко хотелось сладкого, так что я жадно вглядывалась в креманки с десертами, стоящие ровным рядком на раздаточных столах. Ворджания, наш местный повар и главная всея трапезной, принялась мне охотно рассказывать о том, что у нас сегодня есть на завтрак.

— Как насчет сырников с клубничным вареньем? Чего-то послаще хочется? Вот этот десерт «Магнолия» тогда очень рекомендую. Он обладает нежным цветочным ароматом и вкусом ванили и миндаля, шоколадный бисквит и нежное суфле. А вот этот десерт называется…

— Жопорастишка эти десерты называются, — проворчала я. — Давай их мне все сюда.

Я сгребла к себе на поднос аж десять разных видов пудингов, которые намеревалась съесть все одна. Даже зачарованная креманка с вареньем сегодня в кои-то веки не убегала от меня по столу, а смиренно стояла почти на месте, лишь крутилась вокруг себя, но разрешала мне спокойно «добывать» из нее имбирно-лимонное варенье. С каждым съеденным пудингом мне становилось все легче, голова вскоре перестала болеть после ударной дозы сахара.

Эх, хорошо быть черной магичкой!.. Питание магов во многом связано с его основной магией, потому что правильное питание является хорошей поддерживающей силой, и наоборот. Например, чем чернее и темнее магия волшебника, тем больше ему рекомендуется есть мясного и сладкого, и в лишние килограммы это нам, девушкам, не откладывалось вообще — всё перерабатывалось в магию. А вот светлым магам рекомендовалось не налегать на мясное, а есть побольше овощей и фруктов. Так, например, мой брат Эрик, светлый маг до мозга костей, вообще был вегетарианцем. Говорил, что так ему действительно лучше, и на его магическую энергию влияет максимально положительно.

В общем, я без зазрения совести лакомилась десертами и общалась с сокурсниками. Вернее, я в основном помалкивала и просто слушала ребят, с которыми уселась за один стол.

В какой-то момент Грей, сидящий напротив меня, удивленно вскинул брови, глядя куда-то мне за спину, расплылся в широкой улыбке и громко воскликнул:

— Кэл!! Хей, глядите, Кэл снова с нами!

Я обернулась и улыбнулась Калипсо, который вошел в трапезную и направлялся как раз в нашу сторону. Путь его был растянут во времени, потому что к нему то и дело подходил кто-то из фортеминов и приветствовал, хлопал по плечу и всячески высказывал радость от появления Калипсо на публике в здравой форме.

Он действительно выглядел отлично. Одет с иголочки, длинные белые волосы по обыкновению распущены, взгляд привычно снисходительно-надменный. И в целом вид у Калипсо был такой бодрый, будто это не он тут больше двух недель провалялся в состоянии овоща.

Я была безумно рада видеть Калипсо снова в строю, целым и невредимым, так и хотелось кинуться ему на радостях на шею и зацеловать как следует. С трудом подавила в себе этот порыв и крепче вцепилась в креманку с лимонным десертом.

О Калипсо меня расспрашивали ежедневно все любопытствующие, которых было очень много. Новость о том, как именно он меня спас, и что его самолично потом лечила Эльза, облетела академию со скоростью света, так что в глазах всех адептов академии Калипсо прибавил несколько «очков». Но ему самому на это было, кажется, плевать. Побывав одной ногой в могиле, вообще на многое начинаешь смотреть иначе, да.

Подойдя к нашему столу, он поздоровался со всеми, обменялся рукопожатием с Греем и Иранором, сухо кивнул Кесу и обратился ко мне, поторапливая к совместной тренировке.

— Тренировка? — я аж подавилась малиновым пуддингом. — Какие, к черту, тренировки в твоем состоянии?!

— Самые обыкновенные, — пожал плечами Калипсо. — Без излишних перегрузок и строго в измерении Армариллиса, но мне уже разрешено тренироваться.

— Ты конченный псих, — с чувством произнесла я. — Нет чтобы дать себе полноценную передышку…

— Некогда, Лори. Твой магический дисбаланс сам себя не восстановит, а я намерен как можно скорее решить твою проблему. И чувствую я себя уже хорошо.

«И в этом твоя большая заслуга, — добавил Калипсо ментальным посылом мне, чтобы слышать могла только я. — Ты щедро и аккуратно подпитывала меня силой каждый день, действуя так, как действовал бы полноценный Страж по отношению к своему Бойцу. Этой ночью ты завершила процесс. Так что я быстро восстановился именно благодаря тебе, фееричнейшая ты моя».

А вслух он добавил:

— Так что жду тебя в малом тренировочном зале. Сегодня у нас по плану спокойная медитативная тренировка. И мне нужно изучить некоторые аспекты твоей ауры для дальнейших манипуляций.

— Доесть-то хоть можно? — вздохнула я, с тоской глядя на оставшиеся десерты на столе, которые я бы с превеликим удовольствием сейчас проглотила бы.

Это сказывалась огромная энергетическая трата за последние дни, потому что есть мне хотелось постоянно, и я никак ничем насытиться не могла. От сладкого становилось легче.

Думала, что Калипсо по обыкновению начнет ворчать и подгонять меня. Но он, положив ладонь мне на плечо и огладив его как-то совсем не по-кураторски, неожиданно мягко произнес:

— Можно, конечно, даже нужно. Ты столько сил потеряла за последнее время, их нужно восстанавливать. Всеми способами, в том числе едой.

А потом он внезапно склонился, ласковым жестом убрал мои длинные волосы в сторону и коснулся губами моей шеи. Ощутимо так, явно оставив небольшой след на коже, подобно персональной метке.

Я на миг впала в ступор и вспыхнула от внутреннего жара, так и застыв с ложкой во рту от неожиданности, не зная, как реагировать, что делать. Не знаю, как не подавилась пудингом и не проглотила его вместе с ложкой. Я явно была к тому близка.

Впрочем, Калипсо не ждал никакой реакции. В воцарившейся гробовой тишине за столом он лишь сказал мне:

— Доедай спокойно, потом подходи ко мне, я подожду, — после чего развернулся и неспешно двинулся к выходу из трапезной, по пути прихватив пару бутербродов с раздаточных столов.

Я продолжила доедать пудинг, очень сосредоточенно выковыривая его из пиалы. Изо всех сил старалась выглядеть как обычно, будто ничего особенного сейчас не произошло. Будто это не Калипсо «заклеймил» меня на глазах у всех, как бы четко давая понять, что мы вместе, а кто-нибудь другой, «обычный» так подошел ко мне. Черт, а ведь будь это какой-нибудь Кес или кто-нибудь вроде него — да кто угодно! — на меня бы наверняка не таращились так, как сейчас. Но Калипсо был видным парнем, имеющим весьма специфичную репутацию, и, по словам девчонок, он никогда не проявлял ни к кому какого-то подобия нежных эмоций на публике. А тут вот… ох…

Больше всех в шоке была Патрисия, которая как раз сидела напротив меня и сейчас у нее в буквальном смысле отвисла челюсть. Патрисия тоже ела малиновый пудинг, который уже стек на стол с поднятой чайной ложки, но Патрисия это даже не заметила. Она продолжала таращиться то на меня, то на уходящего из трапезной Калипсо, вид у сокурсницы был такой, будто по ней одновременно проехали катком, облили ледяной водой и подпалили огненным маревом.

— Не поняла… А я… А как же я? — смешным обиженным тоном произнесла, наконец, она.

Кто б знал, чего мне стоило сейчас не заржать в голос, глядя на растерянное выражение лица Патрисии.

Прости, милая, но Калипсо интересуется мной, а не тобой, да.

Вспоминая все возмущения Патрисии на тему того, что «к этому Брандту просто невозможно подобраться!!» я разве что не урчала от удовольствия сейчас.

А я вот подобралась, хе-хе. Мой, мо-о-ой Калипсо! Ой, что-то во мне проснулись какие-то драконьи замашки…

Грей, сидевший рядом с Патрисией, сунул руку в карман и с громким шуршанием достал оттуда что-то вроде конфеты на длинной палочке.

— Держи, — протянул он эту сладость Патрисии.

Та непонимающе посмотрела на сокурсника.

— Что это? — с опаской просила она.

— Леденец. Просто леденец.

— Зачем он мне?

— Можешь идти и нервно сосать его в сторонке, — малодушно пожал плечами Грей. — Это конечно всего лишь леденец, а не Калипсо, но в связи с очевидной занятостью второго…

Пока я давилась хохотом вместе с остальными сокурсниками, Патрисия вскочила на ноги и вырвала из рук Грея леденец, грозно помахивая им в воздухе на манер хорошей такой биты. Грей правда сразу понял, что дело пахнет жареным, и моментально сорвался с места, дав деру подальше от взбесившейся сокурсницы.

— Я тебе этот леденец сейчас знаешь куда засуну?!! — вопила Патрисия, гоняясь за гогочущем Греем по трапезной.

— О да-а-а, детка, покажи, на что ты способна!.. — подначивал Грей, заливаясь хохотом и одновременно убегая от разгневанной Патрисии в главный холл.

Не знаю, далеко ли он от нее убежит, но спасибо ему — разрядил обстановку.

Пока сокурсники покатывались со смеху с Патрисии, ко мне обратилась Миа, сидящая рядом. Она, в отличие от остальных, выглядела очень серьёзной, и не стремилась присоединяться к смеху ребят. Она, кажется, вообще была сосредоточена на другом.

— Слышь, Лора… А ты это как, ну… Провернула? Что ты сделала, что Калипсо обратил на тебя внимание? — с самым серьезным видом спросила меня Миа.

И на мои вопросительно вздернутые брови тут же замахала руками и затараторила:

— Ой, нет, ты не думай, я не хотела тебя задеть, я не в том смысле, что ты не достойна его внимания или что-то вроде того, ты классная девушка, и все такое! Просто, ну-у-у, Кэл — он же весь такой принципиальный, фиг к нему подберешься, вон, сколько та же Патрисия пыталась, а все без толку… Ты его приворожила, что ли? Может, есть какой-то ритуал по привлечению мужиков в свою жизнь?

— Есть, конечно, — серьезно кивнула я. — Как же тут без ритуалов. Это ж Калипсо, его только ритуалами и приманивать. Я такой ритуал забабахала, ухх!! Он просто не смог устоять.

— Расскажешь? — взволнованно спросила эльфийка, прижав ладошки к груди и глядя на меня.

Ох уж эти доверчивые эльфийки…

— Мне, знаешь, как нужен такой ритуал?..

— А тебе зачем? — прыснула от смеха Маргарита, сидящая рядом, составившая нам сегодня компанию за завтраком.

— Надо, — серьезно ответила Миа, поджав губы. — Не клеится у меня как-то с парнями… Может ритуал поможет, а?

— Надо, говоришь… — вздохнула я. — Значит, смотри… А лучше записывай. Записываешь? Отлично. Так вот… В полночь в ясную погоду нужно выйти на улицу во внутренний дворик академии и начать танцевать у фонтана…

— Что танцевать? — тут же спросила Миа.

Черт, она в самом деле записывала в блокнотик.

— Танец должен идти из самой души, — важно сказала я, облизывая ложку от десерта. — Так что танец должен быть индивидуальным, главное — поэротичнее…

— Это еще зачем?!

— Да ты не отвлекайся и не задавай лишних вопросов, а записывай.

— Ладно… А выходить в чем?

— Ну что ты за вопросы задаешь? Обнаженной, конечно, — важно произнесла я.

— Ты уверена?!

— Абсолютно. А танцуя надо тихонько напевно приговаривать заветные слова… — я понизила шепот до заговорщического.

— Какие? — тоже очень тихо спросила Миа, еще больше округлив свои и без того большие глаза.

— «Одиночество уходи, а сладкий конь на мой танец приди!», — важно произнесла я, стрельнув взглядом на Маргариту, которая подавилась бутербродом.

— Почему именно конь? — не поняла Миа.

— Ну не олень же. Оленя не рекомендую — намучаешься с ним потом… В общем, как конь прискачет на твой призывный танец — седлай его немедленно.

— Что, прямо там, в саду?! — ахнула эльфийка.

— Ну разумеется, — с серьезным видом кивнула я, стараясь не заржать и подмигивая Маргарите, которая уже почти сползла на пол, сотрясаясь от беззвучного смеха. — Надо закрепить эффект на месте, так сказать, Иначе ритуал не подействует в полную силу.

— Ну… Ладно, — задумчиво произнесла эльфийка, и кончики ее длинных ушек забавно задвигались, будто затрепетали от волнения. — Буду пробовать… Спасибо тебе, Лора!!

— Всегда к твоим услугам. Ах да, чуть не забыла: ну и про технику омлета не забудь. Того самого, рецепт которого мы недавно обсуждали.

— Еще и омлет готовить надо? — удивилась эльфийка, делая пометку в блокноте. — А он точно в тему будет?..

— Омлет — это вообще огненная вещь, — со знанием дела произнесла я, подняв пальчик вверх. — Правильно приготовленный — он всегда в тему будет.

После чего постаралась как можно быстрее покинуть трапезную, пока я не лопнула от едва сдерживаемого смеха.

Я направилась в малый тренировочный зал, где меня уже ждал Калипсо, он сидел посреди пустого зала в медитативной позе и разминал кисти рук. Он ослепительно улыбнулся, завидев меня, и махнул рукой, чтобы я села рядом с ним.

— А вы отвязный хулиган, господин куратор, знаете это? — весело произнесла я, усаживаясь напротив Калипсо и потирая свою шею, на которой все еще виднелся красноватый след от поцелуя-укуса.

— Разве? Всего лишь собственник, — с непроницаемым выражением лица произнес Калипсо.

Я покачала головой, улыбка моя грозилась вылезти за пределы лица.

Но тему развивать не стала и постаралась переключиться на занятия, тем более что Калипсо уже принялся объяснять технику новой медитации.

Однако сегодня сосредоточиться на медитации было чрезвычайно сложно. Мыслями я все время возвращалась к эпизоду в столовой и то и дело улыбалась собственным мыслям, прикрыв глаза, сидя в медитативной позе и слушая размеренный голос Калипсо, который сидел позади меня, определенным образом скрещивая наши руки.

Правда улыбаться скоро расхотелось, когда мой чертов куратор умолк, зато начал покрывать мои плечи и шею поцелуями.

— Это тоже входит в методику нового типа медитаций? — шепотом спросила я, закусывая нижнюю губу.

— Нет. Это я просто не смог устоять перед твоей шеей.

— М-м-м, в вампиры подался?

— Ну-у-у, почти…

На мне сегодня было платье с рукавами в три четверти и юбкой чуть ниже колен. И Калипсо потянул за молнию на платье, оголяя мою спину и покрывая поцелуями каждый открывшийся сантиметр кожи.

— Обожаю эту твою татуировку, — негромко произнёс Калипсо, водя кончиками пальцев по рисунку совы на моей спине.

А я вот обожала, когда он так целовал… Мурашки побежали по коже от нежных и в то же время горячих ласк.

— Медитация, я так понимаю, отменяется? — я нервно облизнула губы, дыхание мое участилось, когда Калипсо решительно начал стягивать платье с моих плеч.

— Подождет. А вот я не подожду, потому что чертовски по тебе соскучился и жажду показать и доказать свою прежнюю активность…

Ну, что я могу сказать… Доказывал он весьма и весьма продуктивно, и мне, определенно, понравилось. А можно мне каждую медитативную практику начинать с таких горячих ласк?..

* * *

Сегодня на совместных занятиях после небольшой тренировки Калипсо был особенно серьезен. Он несколько часов подряд «прощупывал» мою ауру, периодически прерываясь на то, чтобы сделать какие-то пометки в своих записях. Для записей у него была подготовлена новая толстенная тетрадь, которую он всю исписал и исчиркал непонятными мне графиками.

— А что ты пытаешься сделать?

— Вывожу формулу для официального заклинания, которое могло бы помочь решить проблему с твоим дисбалансом. Точнее, в который раз пытаюсь ее вывести. Но пока что у меня не получается пара моментов, я что-то упускаю, и не могу понять, что именно…

— Никогда не понимала, как волшебники придумывают новые заклинания, — вздохнула я, глядя на страшное нагромождение цифр, стрелочек, рун и надписей бисерным почерком.

На самом деле составление заклинаний — это отдельная ветвь изучения магии, которая дается очень маленькому проценту волшебников. У некоторых волшебников есть дар, позволяющий им тонко чувствовать энергетические колебания и понимать, какой набор действий и звуков нужно поставить в один ряд, чтобы получить определённый магический выброс. Я ни черта в этом не разбиралась. Пыталась однажды сунуться в это, но быстро поняла, что это вообще не моя тема. Я хороша в боевых заклинаниях, но придумывать новые чары — это точно не мое. Вообще не понимаю, с какой стороны за это браться.

Но Калипсо был поистине универсалом в магических знаниях, ему давалась и эта сфера. На что я, не скрою, смотрела с диким восторгом человека, который невероятно далек от таких интеллектуальных возможностей. Для меня это было сродни техническим изобретениям, в которых я ничего не понимала.

Калипсо усмехнулся.

— Для меня это просто очередная интересная головоломка. Очень люблю составлять формулу новых заклинаний, но с индивидуальной формулой для тебя у меня пока засада. Я вроде понял, что именно нужно делать… В глобальном смысле. Но вот последний важный штрих сделать не получается…

Калипсо вздохнул, устало откинувшись на спинку кресла и рассеяно оглядывая кучу листиков бумаги, которыми он обложился на длинном столе в зале общей работы, где мы сейчас засели.

— Бесит, что даже посоветоваться не с кем по этой теме, конечно… О, а это кто у нас тут? — оживился Калипсо, разглядев кого-то у входа в зал. — Агата, что ли? Агата! Хэй, Агата, стой! — он махнул ей рукой, призывая к себе, и пояснил мне:

— Давно хочу ее выловить, да она так редко в Армариллисе нынче появляется, что это прям событие года. Привет, Агата! Можешь уделить нам пару минут?

Агата ди Верн-Родингер была мамой Дэйона и Дельсона, принцесса из северного Лакора, царства вечного снега и льда. Сильная темная волшебница с демонической природой, являющаяся высшим водным демоном в своем истинном обличии. В человеческом же обличии она была миловидной женщиной с белокурыми волосами и выразительными голубыми глазами. Большую часть времени она проводила непосредственно в своей стихии — в море между Лакором и Тиролем, и также на корабле бороздила океанские просторы вместе со своим мужем Дрейком ди Верном. Агата редко появлялась в Армариллисе, ее зона ответственности находилась в том самом море, где она и обитала. Так что ее появление в академии действительно было редким событием.

— Меня Эрик попросил зайти к нему по делу, — пояснила Агата в ответ на мой вопрос, какими судьбами ее занесло в академию. — Дело оказалось пустяковым, быстро решили. Но я немного задержалась, давно не была в академии. Хожу по коридорам, общаюсь с коллегами, ностальгирую…

Агата расплылась в мечтательной улыбке.

Она уселась рядом со мной за столиком, рассказала кратко последние лакорские новости, а потом Калипсо перешел непосредственно к делу.

— Ну я вот смотрю на тебя каждый раз, когда ты в Армариллисе появляешься, и каждый раз восхищаюсь тому, как красиво в тебе сбалансирована черная магия, — сказал он, оглядывая Агату таким особым магическим взором, сканирующим ауру. — Ты ведь очень темный маг по своей сути, с сущностью высшего водного демона. По идее, тебя должно периодически лихорадить от вспышек тьмы. Не так сильно, как Лори, но хоть иногда — должно. Но ты создаешь впечатление очень стабильного мага…

— Ну да, не жалуюсь, — усмехнулась Агата, подперев щеку рукой и с прищуром глядя на Калипсо.

— У тебя потрясающая стабилизация… Кто тот мастер, который помог тебе раскрыть твою темную сущность? Ты ведь не сама этого уровня достигла, верно?

— Не без помощи проводника, да, — усмехнулась Агата, чья улыбка стала еще более хитрой.

— Познакомь меня с ним, а? — подался вперёд Калипсо, опершись на стол и с надеждой глядя на Агату. — Мне бы задать ему парочку вопросов, вдруг он чем поможет…

— Как-нибудь позже — обязательно познакомлю, — ослепительно улыбнулась Агата. — Но сейчас, увы, это не представляется возможным.

— Почему? — тут же сник Калипсо.

— Ну… Он очень далеко находится…

— Если надо, я куда угодно могу сам к нему телепортироваться.

— Речь о другом «далеко», — улыбнулась Агата, тщательно подбирая каждое слово. — Он… Хорошо спрятался, в общем. И у меня с ним связи больше нет. Помог мне — и мы разошлись. Так было нужно.

— А имя-то его подскажешь? Может я свяжусь с ним сам, найду способ. Мне бы задать всего пару вопросов…

— Прости. Я не могу сказать тебе, кто именно и как помогал мне стабилизировать мою темную магию, — покачала головой Агата. — Я дала человеку клятву неразглашения. Клятву Цетвиха. Знаешь такую? Ну вот. Он очень беспокоился о том, что я могу разболтать лишнее.

— Что за вредный мудак этот твой мастер? — проворчал Калипсо, недовольно скрестив руки на груди. — Мог бы и поделиться своими знаниями с другими…

Он разочарованно фыркнул и с тоской уставился на свои исчирканные записи.

— Эх… А я так надеялся, что удастся выцепить из тебя хоть какую-нибудь информацию…

Агата как-то странно посмотрела на Калипсо, закусив нижнюю губу.

— А в чем у тебя проблема-то? Дай глянуть, что ты там делаешь. Я и сама кое-что понимаю в тёмной магии, может смогу тебе подсказать что-то.

— Разрабатываю одну сложную ритуальную цепочку, но у меня затык в одном месте, — ткнул Калипсо карандашом в раскрытую тетрадь и придвинул ее ближе к Агате. — Вот тут.

— М-м-м, — с загадочной улыбкой промычала Агата, рассматривая исчирканную тетрадь. — Ритуал по извлечению тьмы из волшебника вовне?

— О, разбираешься в этом? Ну да. Извлечь во что-нибудь… В кого-нибудь… В предмет какой-то, в человека или еще во что… Да хоть в какого-нибудь фамильяра типа твоего, — махнул рукой Калипсо на небольшого фамильяра в виде забавного черного осьминога, который всё это время вился вокруг Агаты.

— Но у меня концы с концами не сходятся. вернее, не сходится один конец. Вот этот, — Калипсо обвел красным карандашом нарисованную им ранее руну. — По моим расчётам для извлечения тьмы из Лори и вообще какого-либо человека тут нужна какая-то сильная темная эмоция, которая активирует последнюю руну, которую необходимо как-то нарисовать на себе… Чернилами или лучше прямо на себе ритуальным ножом — это я пока не определился… Но проблема не в них, а в эмоции. Перебираю разные, и ни черта у меня формула не сходится… Неправильное сочетание энергии какое-то…

— Ну, судя по твоим чирканьям, ты не всё перепробовал, — заметила Агата, листая тетрадь Калипсо и с любопытством изучая всё, что он написал и зачеркнул ранее.

— Например?

— Не вижу, чтобы ты пытался вплести в формулу эмоцию радости, например.

— Радость? — с сомнением протянул Калипсо. — Как в этой цепочке можно приплести радость? Не, это точно не подойдет.

— А ты пробовал? — спросила Агата.

— Нет, но…

— Тогда почему ты так утверждаешь? — хмыкнула Агата. — Попробуй сначала, прежде чем так утверждать. Не получится — что ж, будет просто еще одна попытка со знаком минус. Но вдруг получится?

— Радость… Но она же совсем не коррелируется с темной материей, — вздохнул Калипсо, нахмурившись, на лбу его появилась складка. — Темная материя — это темные эмоции. Страх, гнев и так далее… Вот они у меня тут в первой части ритуала и обозначены.

— Ну, радость тоже разная бывает. Иногда можно порадоваться и трупу врага, проплывающему мимо, — мрачно улыбнулась Агата.

Я прыснула от смеха, а Калипсо понимающе хмыкнул, нахмурился еще больше и принялся что-то быстро-быстро писать. Я ни черта не понимала в этих его формулах, мой мозг был очень далек от сложных математических вычислений цифрового кода ауры и ее созвучия с цифровым кодом заклинаний.

Несколько минут он продолжал молча строчить, а мы с Агатой в это время болтали о том о сём, обмениваясь новостями. Агата рассказывала об открытии новых земель в Зайлонском океане и о том, что она подумывает направить туда Дельсона или Дэйона для изучения островов и знакомства с местными жителями. А я делилась своими успехами, Агата очень радовалась и уповала на то, что скоро обязательно найдется решение проблемы моего дисбаланса магии.

— Всякие трудности бывают, особенно у темных магов, — сказала она, с задумчивой улыбкой наблюдая за своим черным фамильяром-осьминожкой, который сейчас облюбовал кресло Калипсо и теперь своими длинными щупальцами с любопытством дергал его за кончики длинных белых волос. — Но знаешь, все трудности решаемы. Даже тогда, когда кажется, что выхода нет… Так что все у тебя будет хорошо, Лора. Я в этом уверена.

— Эх, мне бы твою уверенность, — вздохнула я, тоже подперев рукой щеку и задумчиво постукивая карандашом по деревянной столешнице.

— Гениально!! — ни с того ни с сего громко воскликнул в один момент Калипсо, так неожиданно и резко, что мы с Агатой аж подпрыгнули на месте. — Сходится… Всё сходится! Радость… Черт побери, радость! Я бы не додумался сам вплести ее в эту цепочку, считал заведомо неверным, а эта эмоция и соответствующая ей руна подходит идеально, полное совпадение по цифровому и энергетическому коду… Как ты до этого додумалась вообще?

— Да так… Золотце одно напело*, — заулыбалась Агата.

— Это же гениально!..

— Да-а-а, порой я сама в шоке от своей гениальности, — задумчиво произнесла Агата.

[*примечание автора: о том, как именно и с помощью кого Агата однажды стабилизировала свою тёмную магию можно узнать из моей отдельной истории про Агату «Свистать всех на дно!»;))]

Калипсо натурально светился восторгом — знаете, таким бешеным восторгом сумасшедшего ученого, который наконец-то решил какую-то очень сложную задачу.

— Осталось выбрать правильную частоту заклинания, и можно будет пробовать приступать к делу, — крайне довольным голосом произнёс Калипсо, быстро-быстро дописывая что-то бисерным почерком на последнем чистом листе. — Спасибо тебе, Агата! Всё-таки прав я был, что ты можешь мне чем-то помочь, чутье не подвело…

— Всегда к вашим услугам, — Агата сделала подобие насмешливого реверанса, после чего попрощалась с нами и побежала дальше по своим делам.