Глава 14

Ричард

Мы переместились к парадному входу. Место выбрал Конор, так как император ни разу не был у меня в гостях. Особняк встретил привычной тишиной. К нам вышел Освальд. Взгляд дворецкого тут же упал на мои цепи. То, как спокойно и даже невозмутимо он смотрел на меня придало мне уверенности.

Поскольку я решил, что до последнего буду разыграть непонимание ситуации, то стал изображать радушного хозяина.

Представил гостей, начиная с императора, и попросил накрыть в гостиной, поскольку столовая на ремонте.

— Обычно обыск длиться несколько часов, Освальд, а потому попроси повара приготовить обед. Уверен, господа успеют проголодаться, — с улыбкой произнес я.

Император выглядел растерянным, проходя в дом. Конор злился. Я же тащил цепь и улыбался. Я чувствовал, что Элины в доме нет, и потому мне было весело.

— Ваше Величество, прошу простить, что мой дом не очень готов к приему гостей. Я редко здесь бываю…

— Тебе нужна жена, чтобы вести хозяйство. Тогда встречать гостей будешь по всем правилам, — сухо заявил император.

Я четко расслышал упрек в его голосе. Что ж, оставалось надеяться, что он так возненавидит меня, что перестанет донимать женитьбой на его дочери.

— Не сомневаюсь, Ваше Величество.

Мы устроились в гостиной. Император сел в большое кресло возле камина. Я выбрал низкий диванчик, а Конор остался стоять, как пришпиленный к месту. Он растерянно смотрел на нас.

— Ну, иди ищи чего хотел, — с усмешкой бросил я инквизитору.

— Да, Конор, займись делом, — важничал император. — Я позволил тебе убедить меня в виновности Ричарда. Разрешил оградить территорию особым поглощающим заклинанием, чтобы поймать его, а ты?

Я вскинул брови. Ничего себе. Вот почему я ничего не помнил после перемещения. Существовало особое заклинание, чтобы поймать любого архея. Темное поглощение. Оно мгновенно практически полностью забирало всю магию. Такое применялось в тюрьмах, чтобы черный маг не смог сбежать. Но чтобы вот так? Получалось, Конор не просто медлил тогда в лесу. Это был его план. Он позволил мне поймать себя, чтобы мы переместились во дворец. А потом явились сюда с обыском. Иначе я бы успел замести следы… Неплохо.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

С уходом Конора повисла напряженное молчание. Время шло. Я расслабился. Если они ничего не нашли в первые пятнадцать минут, то уже и не найдут. Элина уехала. Наверно, Кайрекс ее увез. Может Райнхарт появился.

— Скажи почему ты не хочешь жениться на принцессе? — вдруг спросил император.

— Не люблю браки по расчету. Если бы одобрял это, то уже давно женился бы на дочери какого-нибудь лорда, — я понимал, что это провокация. Его Величество пытался вывести меня на чистую воду. Но если я буду только врать, то не буду достаточно убедителен.

— Значит ты ищешь любовь?

— Да.

— И долго собираешься искать?

— Ну, — я пожал плечами, от чего цепи задорно звякнули. — Пока здоровье позволяет. Потом усыновлю кого-нибудь и завещаю все имущество. Сирот в наше время не мало, кто-нибудь да приглянется.

— И все же не понимаю, как можно отказаться от моей дочери…

Да что он взъелся-то!

— Я не готов ухаживать и располагать к себе девушку, которая настолько младше меня. Мне нужна особа, которая полюбит меня первой. Я устал бегать за юбками.

Звучало, конечно, эгоистично. Но другого объяснения у меня не было. Да и все знали: чем мужчина старше, тем меньше ему хочется геройствовать. Потому мои слова должны были прозвучать убедительно. Ведь на самом деле, все далеко не так.

— Ха! Не ожидал от тебя подобного признания. Значит строптивицы — не твое.

Я открыто улыбнулся императору. Знал бы он, как я тут укрощал магию одной строптивицы. Ох, Элина, я как же я соскучился по тебе.

— Простите меня за откровенность, Ваше Величество, но ваша дочь, принцесса София, достойна более лучшей партии. Да, у меня есть Алмазная долина. Но сколько же недостатков… Вредный характер, меня не бывает дома. Ей будет скучно со мной. Осчастливьте дочь. Устройте отбор. Пусть выберет себе достойного.

— Это я уже слышал.

— А я не устану повторять, Ваше Величество. Вы не можете отправить Ее Высочество в другую страну. Раз она вивьена, ей нужен архей. Без него солий уничтожит ее. Так пусть выходит замуж за достойного.

— А еще становится Первой жрицей столичного храма, так? — елейным голосом проговорил император.

— Об этом я тоже не устану вам повторять. Храмы превратились в бордели. Если вы ничего не измените, то дождетесь взрыва. Рано или поздно людям надоест жертвовать дочерей в храмы. Они и так платят подати и отдают сыновей на службу вам. А тут еще и дочери… Вы делаете народ несчастным.

— Не я, а закон, — возмутился император.

— Просто люд не будет клясть закон. Это ваше имя они проклинают за ужином, представляя, как их единственное дитя обслуживает мужчин в храме.

Лицо императора перекосило. Я достиг определенной грани, может даже перешел, но остановиться не мог.

— Не забывайся, Ричард.

— Я никогда не забывал кто вы. И отношусь к вам со всем уважением. Собственно, потому так настойчиво рекомендую вам пересмотреть политику в отношении вивьен и изменить закон.

— Конор льет в мои уши противоположное мнение.

— А остальные ваши советники? Что они говорят?

Я мог бы разразиться тирадой про Конора, но промолчу. Я еще обязательно скажу о нем, но чуть позже.

— Мнения разделились, — император поерзал на месте. — Это не простое решение, Ричард. Ты должен это понимать.

— Понимаю, Ваше Величество.

Я догадывался, что останавливало императора. Ему нравилось ходить в храмы, нравилось общество вивьен и то как они дарили ему магию. Мне самому нравилось то, как сочился солий во время близости. Я и не знал, что это настолько приятно. Но все же нельзя так… Это я тоже понимал.

Более того, я, как и император, знал, что в обществе зреет недовольство. Неужели он не боялся бунта? Думал подавить? Но ведь взбунтуются войска. Раскол произойдет в первую очередь среди археев. Среди тех, кто защищает границы от монстров Пустоши. Что тогда?

Внезапно меня будто молния поразила. Даже захотелось подорваться с места. Легенда о богах. Проклятие Бриары действовало. Оно сеяло зерна сомнения в разумы людей, в том числе и самого императора. В разумы всех нас. Оно мешало изменить все. Но это неправильно. Магия богини не должна быть сильнее наших убеждений. Быть сильнее нашей морали.

Дверь распахнулась и в гостиную вошел Конор. Злющий, как пес из преисподни. Ничего не нашел. Я понял это еще до того, как инквизитор произнес эти слова. И, собственно, рассмеялся.

— Ты свободен, Ричард, — император поднялся с места.

— Я обвиняю Конора во лжесвидетельстве, — тут же проговорил я. — И незаконном проникновении в мои владения. Прошу наказать по всей строгости.

— Разберемся, — отчеканил правитель.

— Я требую немедленной справедливости.

— Нет, мы продолжим разбираться в этом деле. Пока что, Ричард, ты отстранен. И кинжал я тебе не верну. Вернешься вместе с нами в столицу.

Цепи с меня сняли, но желание разбить Конору морду осталось. И я обязательно доберусь до его физиономии.

Элина

— Это посольство Висталии, сестра, — Райнхарт обвел рукой просторный холл.

Мы очутились в центре зала. Перед нами находилось возвышение, к которому вели три ступеньки. На стене висел герб Висталии — черно-белая шахматка поверх которого был изображен золотой дракон.

Я оглянулась, и меня впечатлило количество растений. Фарфоровые горшки с причудливым узором висели вдоль стен и прятали помпезное украшения из сусального золота. По углам стояли какие-то ровно стриженные деревца. Колонны из молочного мрамора обвивал плющ. Это казалось странным. Резиденция посла — официальное место, а тут почти как в оранжереи.

Кайрекс тоже присвистнул, разглядывая стены. Джун сидела у него на руках. Кошка прыгнула в портал в последний момент. Видимо, не хотела оставаться одна.

— По мирному договору этот клочок земли наш, — продолжал брат. — Ни один имперец не имеет права находится здесь без особого разрешения. Так что никто тебя здесь не тронет.

— Вот как… — выдохнула я. Трудно представить, что самое безопасное место находилось под носом у императора. Я была готова поспорить, что до храма отсюда пару кварталов.

— Только не покидай территории, — назидательно заявил принц. — Ни в коем случае. Ни под каким предлогом. Ясно?

— Хорошо, — я пожала плечами. — Я не буду планировать прогулку по столице в ближайшее время.

Райнхарт усмехнулся.

— Я буду за ней следить, — заговорил дракон, ласково поглаживая кошку по голове. Джун мурлыкала чуть ли не на весь зал. — Хозяин приказал.

— Вот и замечательно, — бросил принц.

Высокие двойные двери распахнулись и к нам вышел мужчина в сопровождении двух стражников. Незнакомцу было чуть за сорок. Темные волосы с сединой и короткая борода. Поверх темно-синего камзола висел серебряный крест. Я знала, что в Висталии другая вера, но еще не успела прочитать о ней в книгах.

— Ваше Высочество, — с легким поклоном мужчина поприветствовал принца. — Какая приятная неожиданность, — его взгляд пробежался по мне, Кайрексу, кошке и стоящих сундуках. Райнхарт разом перенес нас при помощи большой печати и кулона.

— Сам не ожидал, — брат развел руками. — Но обо всем по порядку.

Райнхарт познакомил нас. Мужчину звали Альфонсо Дюваль, и он был послом при дворе нашего императора. Посол встрепенулся, когда услышал мое имя.

— Принцесса, — он тут же поклонился мне, а я задумалась. Разве меня не должен признать отец? Раз брат все еще принц, значит король жив. У правителя всегда власти больше.

— Приятно познакомиться, — я растерялась и тоже склонила голову, чтобы поздороваться в ответ.

Райнхарт усмехнулся.

— Тебе еще многому придется научиться, — заметил он.

Дальше все завертелось. Мои покои находились на третьем этаже. Это была просторная комната визуально разделенная на спальню и кабинет. Кровать находилась на небольшом подиуме и закрывалась балдахином, а в противоположной части располагался письменный стол и шкафы с книгами. Две двери вели в гардеробную и ванную.

Пока слуги носили и разбирали мои вещи, Райнхарт предложил прогуляться по посольству. Брат услужливо показывал комнаты.

— Здесь ты сможешь заниматься, — говорил он ведя через библиотеку. Не такую большую, как в особняке Ричарда. Но разве можно сравнивать посольство и родовой особняк лорда Алмазной долины? — Здесь проходят приемы, поэтому лучше тебе сюда не заглядывать без надобности.

— Хорошо, — я со всем соглашалась, хоть внутри копились вопросы.

Больше всего мне понравился сад. Цветущий, с высокими деревьями и пышными кустами роз.

— Западная и северная часть огорожены стеной, — Райнхарт указывал направление, пользуясь фонтаном. Он находился в центре и ориентироваться по нему было более чем легко. Стоявшая посередине статуя дракона была обращена на восток — на Висталию. — В восточную не ходи. Тебя никто не должен видеть раньше времени.

— Какого времени? — наконец вырвалось у меня.

— Официального объявления, — простодушно ответил Райнхарт. — Пока не разрешится вопрос с Ричардом, тебе нечего появляться на публике.

— Ричард говорил, что император вроде собирается отменить закон о вивьенах, — начала я и осеклась. Император мог отказаться что-либо менять и тогда…

— Ты же понимаешь, что мы не можем рассчитывать на решение императора по этому вопросу. Примет он новый закон или нет, для Ричарда это может ничего не изменить. Он уже совершил преступление и найдутся те, кто захочет его покарать.

На ум мне тут же пришел тот гадкий инквизитор, что зажал меня в коридорах храма.

— Конор Блэкторн… — выдохнула я.

— О, этот недотепа ненавидит нас еще с первого курса, — хмыкнул брат. — Он постарается сделать все, чтобы насолить Ричарду. И нам.

— Как же тогда быть? — я уставилась в золотистые с изумрудным оттенком глаза брата. На ярком солнце зелень почти пропадала в желтой радужке.

Райнхарт коснулся пальцами двумя пальцами виска и помассировал кожу. У него разболелась голова? Но брат не кривился. В его взгляде не читалось дискомфорта. Скорее он сильно о чем-то задумался. Заметив мой интерес, принц убрал руку и как ни в чем не бывало продолжил.

— Для начала мне нужно переговорить с Ричардом. Согласовать все действия и выяснить что, где и кому он говорил. Мы должны сделать его непричастным к твоему побегу из храма. Очистить репутацию, так сказать, — брат заговорщицки улыбнулся. — А если нет, то бежать уже придется ему. Ты, как принцесса, теперь неприкосновенна. Ты не вернешься в храм.

Это должно было обрадовать, но мне до конца не верилось в успех. Вдруг все сорвется, и я вновь окажусь в этом гадком месте.

Я посмотрела на Райнхарта с благодарностью. Он проявил столько участия. Неужели дружба между ним и Ричардом настолько крепка?

— Я могла бы заявить, что сбежала сама, — вся заварушка произошла из-за меня и мне не хотелось оставаться в стороне. — В тот момент, когда напал дракон привязывающие чары развеялись…

— Привязывающие чары… — принц сощурил глаза. Он вновь поднял руку и потер висок.

Я не стала придавать этому значения. Может у него все-таки болит голова? Он столько раз переместился за сегодня при помощи кулона. Наверняка это отнимало силы.

— Все в порядке? — обеспокоилась я.

— Да, не обращай внимания. В большом городе один из моих даров начинает сходить с ума.

У меня до неприличия отвисла челюсть.

— Потом, — отмахнулся он. — Расскажи, что за привязывающие чары.

Я показала кисть и объяснила, что в храме на вивьен надевали браслет, который не позволял им покидать территорию храма.

— Это вполне можно использовать, — кивнул Райнхарт. — Благодаря заколке ты узнала о родстве с династией Торгон и решила бежать. Когда напал дракон, тебе угрожала опасность. Ты воспользовалась замешательством одного архея. Был полумрак, ты не помнишь его лица. Он помог снять браслет, и ты сбежала.

— По-моему вполне стройная версия, — я почувствовала гордость за предложенную идею. Хоть мелочей в нее добавил брат.

— Да, мне нравится. С послом я обо всем договорюсь.

— А он согласится? — неуверенно спросила я. Альфонсо Дюваль не очень-то мне понравился. Слишком серьезный, слишком хитрый.

— А куда он денется, — принц беззаботно рассмеялся. Больше он не трогал висок и выглядел вполне спокойным. — Последние десять лет он живет в империи, но предан-то Висталии, что не раз доказывал своими поступками. Ты — его законная принцесса.

Слова прозвучали в голове эхом. Я? Принцесса? Законная? Еще месяц назад я стирала грязное белье руками в пруду, а теперь вот. Принцесса. Как скоро я привыкну к новому статусу?

— Ну, ладно, — выдохнула. У меня не было особого выбора. Райнхарт — единственный, кто мог помочь. Мне и Ричарду. Нам обоим. Так что нечего голову морочить. — Долго ли я буду здесь находиться?

Мне хотелось сразу понять, чего от меня ждет брат и остальные. Ведь нет хуже неопределенности.

— Пока не могу точно сказать, — брат махнул в сторону входа, и мы медленно побрели обратно в здание. — День, два, неделя, месяц… Посмотрим. Для начала я хочу тайком увидится с Ричардом. Дальше дам знать.

— А что касается меня? Ты сказал, что я смогу заниматься…

— А чего время терять?

— Действительно, — смешок сорвался с моих губ. Но за моей веселостью лежал страх. Не собирался ли Райнхарт выдать меня замуж за кого-нибудь? Все же я теперь законная принцесса.

— Альфонсо найдет тебе учителей, — скрывая улыбку проговорил он. — Разумеется, среди них не будет археев. Только так никто не догадается, что ты вивьена. Вдобавок пока не будем говорить, что ты найденная принцесса. Не хочу рисковать.

— А какой риск может быть? — спросила, продолжая думать о браке по расчету.

— Разный, — отрезал Райнхарт. — Вот познакомишься поближе с историей нашего государства, поймешь.

— Но…

Принц поднял указательный палец.

— Если бы ты знала историю, Элина, ты бы не задавала мне таких вопросов.

Ричард

Во дворце мне выделили покои достойные моего положения в обществе. Это несколько комнат для работы, отдыха и сна. Личная ванная с квадратным бассейном и широкий балкон-терраса, откуда открывался вид на столицу.

Я даже видел крышу храма. В памяти всплывало, как мы вместе с Элиной стояли там в вечерний час. Как она таяла в моих руках. Как солий золотил нас обоих в момент уплывающего удовольствия.

Я безумно скучал по девчонке.

Под моими дверями регулярно дежурила охрана. Стражники находились как внутри, так и снаружи. Одного меня оставляли лишь в ванной комнате. Бежать не имело смысла. Побег — признание вины, так что я сидел, как паинька. Отдавал приказания на границы пустоши при помощи зеркал, читал присылаемые подробные отчеты и размышлял о том, что делать дальше.

Первые два дня во дворце я находился, как в карцере. Ко мне никто не приходил. Ни император, ни Конор, ни другие инквизиторы. Никаких допросов, ни пространственных бесед с Его Величеством. Ничего. Я оставался закрыт в тесном мирке под названием Сапфировые покои.

Больше всего меня беспокоила Элина. Как она? Где находится? И с кем? Я тешил себя надеждами, что Кайрекс спрятал ее. Фамильяра я не чувствовал из-за блокирующей магии. Даже ментально не получалось с ним связаться. Но откуда-то знал, что с ней все в порядке. Ощущал ее тоску, и сам тосковал не меньше. Хотелось вновь заключить ее в свои объятия, почувствовать тепло ее тела, услышать нежный голос…

На третий день мне удалось разговорить одного из стражников. Тот согласился рассказывать, что происходило в столице, в обмен за помощь его родному брату, который служил в Пустоши.

Я сильно удивился узнав, как император объяснил мое пребывание во дворце. Покушение. Оказалось, на мою жизнь регулярно покушались и Его Величество благодушно поселил меня во дворце, спасая от заговорщиков.

Так же говорили, что в скором времени я женюсь на принцессе Софии. Через неделю она вроде как должна вернуться во дворец спустя несколько месяцев лечения на юге.

Но ни слова о законе. Никаких сплетен о реформах, о храмах и вивьенах. Ничего! Вряд ли бы обсуждение императора с советниками нового закона утаивалось бы за стенами приемной. Это что же? О моем предложении знали лишь мы трое? Я, император и Конор? Все? Это возмущало, но, к сожалению, ничуть не удивляло.

Так прошла неделя. Дела в Пустоши шли все хуже. Пал еще один гарнизон. Каждый день я писал императору отчеты, требуя отправить меня на границу. Я был нужен своим солдатам, но Его Величество оставался равнодушен. Он никак не отвечал мне, и я стал подозревать, что мои письма попросту не доходили владыке. Может Конор перехватывал их?

О храмах и вивьен тоже ни одного слова. Зато приезд принца Висталии в столицу вызвал любопытство. Райнхарт приехал, а значит мое послание нашло его. Я стал ждать его визита. Знал, что друг найдет причины навестить меня. Но, к моему удивлению, вместо давнего друга в покои ко мне пришла нежданная гостья.

Элина

«Если бы ты знала историю, Элина, ты бы не задавала мне таких вопросов».

Слова брата не покидали меня, поэтому к изучению истории Висталии я приступила сразу как смогла. Ох, чего здесь только не было. Отравления, восстания, гражданская война… Братья убивали друг друга, принцесс похищали враждующие между собой династии и насильно выдавали замуж.

Ужасы теперь уже родной страны вылились на меня бурным потоком. Я сидела ошеломленная и думала, что не хочу быть принцессой.

Вечером того же дня я долго не могла заснуть. Лежала в кровати и придумывала способ сбежать от своего вновь приобретенного родства, от статуса. Пока обо мне мало кто знал, а значит у меня был шанс скрыться. Может уехать в третью страну? Куда-нибудь подальше от империи и королевства.

Сердце екнуло. Солий! Никуда от себя не сбежишь. Мне нужен архей. Без него собственная магия выжжет меня. Так что мечтам о побеге далеко на юге изначально не было суждено сбыться.

Первую ночь в посольстве я провела в кошмарах. Мне снилась тьма. Удушающая, зернистая и как будто живая. Мрак опутывал тело, не давал двигаться, не позволял дышать. Я брыкалась, хотела освободиться. Но чем больше шевелилась, тем плотнее становилась темнота.

Я засыпала на короткое время, но тьма из сна никуда не желала уходить. Закрывая глаза, я вновь проваливалась в бездну.

— Я почитала историю Висталии, — заявила я утром брату при встрече.

Мы увиделись в коридоре второго этажа. Оба шли на завтрак.

— Прекрасно. И что думаешь? — Райнхарт одарил меня любопытным взглядом. — Говори, только честно.

— Гордиться нечем, — от вида золотистых глаз, в которых плескалось изумрудное пламя, мне стало неловко. Я не могла распознать доволен он моим ответом? Печален? Или оскорблен?

— Справедливо, — уголки его губ дрогнули. — Что еще ты думаешь?

Я растерялась, не зная говорить ему о своих переживаниях или умолчать. Впрочем, Райнхарт произвел впечатление проницательного человека, а я… Няньки в общине говорили, что у меня все на лице написано. Скрывать эмоции я не умела.

— Чего ты от меня хочешь? Какова теперь моя роль? — я вскинула подбородок. Жаловаться и стенать, что я не хочу быть принцессой не имело смысла. Кому нужны эти капризы?

Наши взгляды встретились. В мгновение зелень покрыло золото в глазах.

— Ты не доверяешь мне, а я не доверяю тебе. И это разумно, учитывая сложившуюся ситуацию, — спокойно заговорил Райнхарт. — Я тебе уже говорил, что наш отец вел беспорядочную жизнь. Бастардов много. Зреет гражданская война. Мое положение шатко, увы. Но я бы не хотел, чтобы ты стала разменной монетой в политических играх. Я бы хотел, чтобы ты осталась в стороне от этого.

Облегчение вырвалось громким выдохом. Кажется, пока брат говорил, я не дышала.

— Я тоже не хочу… — добавить «быть отравленной» не получилось.

— Я знаю, — твердо заявил Райнхарт, а затем добродушно улыбнулся. — Элина, понимаю, тебе будет трудно в это поверить, но я не хочу тебя использовать. Я просто хочу помочь вам. Тебе и Ричарду.

На этот раз я не сдержала улыбки. Мне действительно было нелегко поверить в искренность брата, но другого выбора не оставалось. Однако удержаться от одного каверзного вопроса не получилось.

— И ты не собираешься выдать меня замуж за кого-нибудь, чтобы укрепить свою власть? — в голове возникло несколько фамилий древних родов Висталии. Райнхарт сказал, что его положение шатко. Брак с принцессой мог принести ему союзников.

В ответ принц рассмеялся.

— Я бы предпочел породниться с Алмазной долиной империи, чем с одним из герцогов Висталии, — он махнул рукой к лестнице. — Пойдем завтракать.

Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за братом к ступенькам. Я волновалась. Щеки покраснели от смущения, ладони вспотели. Райнхарт сказал, что предпочел бы, то есть мне дан выбор?

— И все же? — спросила, не дойдя до ступеней пары шагов. — Скажи, какова моя роль?

Брат обернулся. Он уже успел преодолеть треть лестничного пролета, так что стоял ниже меня.

— Выбери сама, — с улыбкой произнес он. — Свое мнение я тебе уже высказал.

На завтрак собрались чуть ли не все обитатели посольства. Антонио Дюваль, остальные работники посольства, брат, я и Кайрекс. Даже Джун тихо свернулась калачиком возле моих ног.

За столом царила атмосфера непринужденности. Все перебрасывались короткими фразами или шуточками. Но я почти не участвовала в беседе. Все думала об утреннем разговоре с принцем. Сидела и оценивала его слова, словно в них таилась загадка мироздания.

К концу трапеза я пришла к выводу, что определить насколько правдивы слова брата невозможно. Для этого мне не хватало ни знаний, ни жизненного опыта, ни проведенного рядом с принцем времени, а значит мне надо учиться. Так что я выбрала играть роль принцессы-найденыша, которая жаждет соответствовать статусу. Пока что.

На следующий день Антонио Дюваль привел мне учителей. Их было двое. Один собирался выучить меня истории, географии, праву и финансам. Второй — магии. Сначала теории, потом практике.

Время потянулось. Я была целиком поглощена учебой. Уставала так сильно, что падала на кровать и сразу же засыпала крепким сном. В этом таилась своя прелесть. Кошмары больше не снились. Но, несмотря на полную занятость, я испытывала грусть. Холодное, леденящее чувство все чаще захватывало меня в минуты отдыха.

Ричард! Боги, как же его не хватало. Я ужасно соскучилась по моему архею. По мужчине, чье безмолвное присутствие дарило душевное спокойствие. По крепким объятиям его сильных рук. По нежным чутким прикосновениям его пальцев.

Все бы отдала, чтобы уткнуться в его грудь лицом и прильнуть к сильному телу.

Солий копился во мне. Капля за каплей, виток за витком. Магия скользила под кожей, робко напоминания о себе. Чем настойчивее проявлял себя мой дар, тем в большее отчаяние я впадала.

Райнхарт помогал мне. Брат не мог забрать мою магию. Он не был археем и никак не мог впитать солий, но нашел другой способ. Он самолично готовил мне из каких-то растений отвар, что успокаивал дар. Приток солия замедлился, но жаль, не мог замереть или угаснуть. Хотя бы на время.

— Ты скучаешь по нему, — заявил брат, протягивая мне большую чашку с настойкой в один из вечеров.

Я не ответила. Лишь улыбнулась, чувствуя, как загорелись румянцем щеки. Прошла всего неделя моего нахождения в посольстве, а мое сердце болело от тоски по Ричарду. Мне безумно хотелось его увидеть.

— Ты же знаешь, что я нахожусь в империи незаконно, — принц уселся в кресло напротив меня. В его кружке плескался черный чай с сушеными ягодами, который он тоже сам приготовил. Трудно представить, принца и кулинарию. Всю неделю брат являлся в посольстве под вечер, чтобы проведать меня, готовил мне настойку и какой-нибудь десерт, а потом через портал возвращался в Висталию. — Но я направлял письмо Его Величеству с известием, что приеду в столицу. Времени прошло достаточно, и теперь я могу открыто заявить о своем нахождении здесь.

— Ты сможешь увидеть Ричарда во дворце, когда отправишься с официальным визитом к императору? — я закусила губу в ожидании ответа.

Райнхарт был наследным принцем. Явиться в любой момент на территорию империи он не мог. Международный договор не позволял. Требовалось уведомить правителя, а только потом приезжать. Поэтому все эти дни брат находился в столице незаконно. Но теперь, спустя время, мог разыграть представление со своим приездом и наведаться во дворец официально.

Так Райнхарт снимал с себя все подозрения, а версия с моим побегом из храма в посольство становилась правдоподобной.

— Да, и устрою вам встречу, — кивнул он.

Ричард

Я почувствовал сладкий аромат солия до того, как появилась гостья. Запах был терпким, приторным и оседал на кончике языка налетом. Хотелось пить, чтобы убрать неприятное послевкусие изо рта.

Кому принадлежал солий я узнал без труда. Агния. Император позволил Первой жрице навестить меня.

«Его Величество разволновался о моем состоянии и решил отправить вивьену?» — я усмехнулся собственным мыслям. Конечно, пополнить резерв всегда хорошо. Силы нужны.

Но Агния? Первая жрица не из тех, кто ходит в гости по доброте душевной. Ей что-то было нужно.

— Добрый день, Ричард, — со змеиной улыбкой проговорила она. «Доброго дня точно не будет», — подумал, ответив на приветствие.

Мы устроились за чайным столиком в гостиной. Стража впервые оставила комнату. Видимо, думали, что наша беседа будет проходить более бурно. Слуги принесли нам травяной чай, пирожные и какие-то закуски. И пусть Агния была моей гостьей, притрагиваться к еде и питью я не стал. Я не сомневался, что моя кружка обмазана каким-нибудь зелье правды.

— Как проводишь время во дворце? — нежным голосом поинтересовалась Агния. Настоящая актриса, ничего не скажешь. Только и я не так прост.

— Пришла позлорадствовать? — я дернул бровью.

— Подарить солий, — все так же ласково проговорила она.

Солий и правда перетекал ко мне. Правда, Агния была мне так противна, что резерв закрылся. Ни одной капли я не получил.

— Как храм? Восстановился после нападения дракона? — я тоже улыбнулся. Будем играть в милую беседу, пока она не даст слабину и не заявит о своих намерениях.

— Нет, — Агния чуть покачала головой. — Дороговато.

— А атриум? Помнится, я выделил на него средства.

— Атриум мы обязательно отремонтируем, — она изобразила вину. Слегка улыбнулась и хлопнула ресницами.

— Смотри, если не проводить текущий ремонт, то весь храм может завалиться.

Повисла пауза. Мы смотрели друг другу в глаза, улыбались и со стороны могли показаться влюбленной парочкой. Если бы не фальшь и едва сквозившее во взглядах пренебрежение.

— Мы нашли Элину, Ричард.

Сердце пропустило удар. Глубоко внутри я почувствовал нарастающую дрожь, но быстро взял себя в руки.

— Кого?

— Элину. Элеонору Барнс, — она картинно взяла с чашку с блюдцем и прильнула губами к тонкому фарфору, но не прекращала поглядывать на меня из-под пушистых ресниц.

— А кто это? — я морщился, старался всеми силами изобразить недопонимание, но на душе скребли кошки.

Агния хохотнула.

— Вивьена, что лично прислуживала тебе в храме. Ты забыл?

— Смутно припоминаю.

— Ох, Ричард, — хмыкнула она. — К чему весь этот фарс? Ты похитил Элину в ту ночь, когда дракон прилетел громить храм. Я готова поспорить, что чешуйчатый не был совпадением.

— Не понимаю, о чем ты, — сердце бешено колотилось в груди. Мне хотелось сдавить тонкую шею жрицы и выбить из нее признание. Она врала или говорила правду? Я ничего не знал об Элине с того момента, как притащил Конора в столицу.

— Элина сказала, что ты похитил ее. Насильно увез к себе особняк и пользовался как хотел, — Агния осуждающе покачала головой. — Не ожидала от тебя такого.

— Ничего не понимаю, — я с улыбкой покачал головой. Внутри похолодело. Ведь именно об этом мы договаривались с Элиной. Если нас разоблачат, то всю вину я беру на себя. «Неужели?» — от горькой мысли сдавило горло. — Девчонку я вспомнил. Последний раз мы разговаривали перед моим уходом из храма. Император вызвал меня. Больше я ее не видел.

— Не ври, Ричард, — она отхлебнула чай и поставила блюдце с чашкой на стол. — Мы оба знаем, что это ложь. Девчонка мне все рассказала.

— И что она тебе рассказала? — я усмехнулся.

— Что ты использовал ее для получения солия. Держал в особняке, как дорогую красивую игрушку.

В принципе это укладывалось в наши с Элиной договоренности. Но все же я продолжал думать, что Агния врет.

— Бедная, бедная Элина. Она очень сожалеет. Сказала, что от магии совсем потеряла голову.

— Какой кошмар, — подыграл я.

— Да, бедняжка пережила настоящий ужас. Ведь она не могла понять, что между вами дар или настоящие чувства. Она призналась, что хотела разобраться, но ты… Тебе было все равно! Ты просто брал и брал.

В горле пересохло. Тьма побери, это были слова Элины. В тот вечер, в ту ночь, когда она разнесла второй этаж.

— Но ты продолжал соблазнять, ведь так? — хмыкнула Агния. — Не мог насытиться?

Брови жрицы дернулись вверх. Она ждала мою реакцию. А я… Я чувствовал, что удавка сжимается на шее. Медленно и неотвратимо.

— Ты проиграл, Ричард, — Агния расплылась в змеиной улыбке. — Признай это.

— Что ж, — я резко поднялся. — Думаю, мне надо сделать заявление. Официальное. Перед императором и остальным двором.

Мы еще посмотрим, кто из нас проиграл, Агния.

Ричард

Мое желание выступить всколыхнуло весь дворец. В тронный зал сбежались все. От малых чинов до незанятых слуг.

Я был рад, что такому количеству людей захотелось узнать, что же скажет «императорский гость». Чем больше, тем лучше.

Разумеется, Агния тоже осталась, чтобы, как она думала, насладиться победой. И Конор пришел. Инквизитор улыбался, как ребенок получивший долгожданный подарок.

Мне определенно будет приятно лицезреть как поменяется выражение их лиц, когда я выскажусь.

Конор и Агния боялись провала. Без блокирующего магию браслета я бы сразу же восстановил ментальную связь с Кайрексом и узнал бы об Элине. Но мои противники не могли допустить такой возможности.

Что, кстати, говорило в пользу того, что Первая жрица бессовестно мне врала. Как она пронюхала о нашем с Элиной разговоре я не знал. Но сейчас это было не главным. Нужно покинуть дворец и желательно сделать это, как Верховный Архей и Хранитель кинжала путешествий.

Перед тем, как привести меня в тронный зал, блокирующий магию браслет заменили на кожаную ленту, которую обмотали вокруг моего торса.

Ну не солидно же являться на люди в цепях, когда император всем поведал, что ты здесь не под арестом, а спасаешься от покушения.

Такому повороту событий я был даже рад. Лента на груди стала еще одним козырем в моем выступлении.

Дворецкий объявил мое имя. Я вышел, встал перед императором, что восседал на троне, поклонился и краем зрения уловил ухмылки Агнии и Конора. Итак, начнем.

— О чем ты хотел заявить, Ричард? — спросил правитель, заерзав на сидении. Ему не терпелось услышать ради чего все собрались.

— Для начала мне хотелось бы раздеться.

Под удивленные взгляды толпы я стал расстегивать камзол.

— Побойся бога, Ричард, тут же дамы. Это неприлично, — выступил Конор на весь зал. Он сделал шаг в мою сторону.

— Пусть, — отмахнулся император. Любопытство заиграло на его лице. — Не думаю, что кого-либо из присутствующих может смутить голый мужчина.

Я не стал медлить. Быстро обнажился по пояс и продемонстрировал всему залу свой торс. Лента с магическими-печатями, что блокировали магию, плотно обжимала меня.

— Я не знаю, что вам говорят ваши подчиненные, Ваше Величество, но вы должны знать, что ваших гостей содержат неподобающим образом. Моя магия заблокирована.

По залу пошли шепотки. Я не знал отдавал ли император приказ блокировать мне магию или нет. Инициатива могла исходить только от Конора.

Но, если император все же отдавал такой приказ, то вряд ли ему будет приятно, когда я на весь зал скажу, что был не гостем, а пленником. Таким заявлением я пошатну его авторитет. Такого правители не прощали.

Его Величество должен был стать моим союзником в борьбе против Конора и Агнии, а значит мне надо бы выставить его обманутым.

— Что ты скажешь на это, Конор? — с почти искренним изумлением поинтересовался правитель.

— Я… ну…

Сказать бестолковому Конору было нечего. Он уже смаковал победу надо мной, потому не ожидал, что придется защищаться. Возмездие накрыло моего «друга» моментально.

— Снимите это с моего уважаемого гостя, — потребовал император. — А этого сопроводите в темницу. Вечером нас ждет долгий разговор.

Ко мне тут же заспешили королевские стражники. Надо ли говорить, что я сделал, как только спали блокирующие чары? Я сразу восстановил ментальную связь с Кайрексом. Агния врала. Элина находилась в посольстве Висталии и прямо сейчас разучивала танец. Я невольно улыбнулся. И с этой улыбкой смотрел, как выводили Конора из зала. Никакого злорадства, чистое совпадение. Но инквизитор смотрел в мою сторону так, будто собирался мстить.

— Теперь, когда мы сгладили недоразумение, Ричард, — заговорил император, когда двери в зал закрылись, — расскажи, какое заявление ты хотел сделать?

Я мельком взглянул на Агнию. Казалось, жрица была готова меня испепелить. Я натянул камзол и начал свой монолог.

— Храмы должны быть упразднены, — я перевел взгляд на императора. Правитель делал вид, будто впервые слышал мое предложение. — Я, как брат пропавшей без вести вивьены, считаю своим долгом добиться справедливости для всех вивьен. Мы все с вами знаем, что творится в храмах. И мы все понимаем, что это омерзительно.

В зале повисло молчание. Еще никто не выступал публично с такими предложениями и придворные не знали, как на это реагировать.

— Мы все знаем, как это происходит. Дар пробуждается в возрасте восемнадцати-двадцати лет. Юная девушка обязана прибыть в храм, стать жрицей и посвятить себя служению другим. Она обязана отдавать свой солий археям до конца жизни. Надо ли говорить, как именно вивьена передает солий архею?

Послышались смешки. Даже император покривил губы, пытаясь удержать ухмылку.

— Да, они вступают в близость с археями. Их положение ничем не лучше девок из публичных домов.

Я уловил, что Агния открыла рот. Она собиралась что-то сказать, но мне хотелось, чтобы меня прерывали.

— А теперь представьте, что такая жизнь постигнет ваших родных, — я огляделся. — Ваших дочерей. Просто представьте на минутку, — я взглянул на графиню Лейстер. — Вашей Анне сейчас пять, а что вы будете делать, когда в восемнадцать у нее откроется дар? Или вы, мадам Вилингстон… Или вы, мистер Мавлинг.

На меня снизошло вдохновения. Агния хотела вмешаться. Я видел, как она топнула ногой, словно капризная девчонка, сделала несколько шагов к трону и что-то сказала правителю. Но меня уже было не остановить. Я припоминал имена придворных, их детей и говорил о вивьенах. Я вынуждал их фантазировать о плохом. А они… Они отвечали мне. Поддерживали.

«Долой храмы! Долой старые порядки!» — разносилось по залу.

Напоследок я повернулся к императору.

— Или ваша дочь, Ваше Величество, что вы будете делать, если вдруг принцесса София окажется вивьеной? — громко спросил я.

Повисла пауза. Все молчали в ожидании того, что скажет правитель. Последнее слово всегда за ним.

Император смотрел на меня в упор. Его лицо было напряжено. Глаза прожигали насквозь, в них шла борьба. Я не предал его, не рассказал секрет о принцессе, но поставил в такое же положение, что и остальных.

Я ждал. Все ждали. Агния тоже ждала. Ее глаза ширились от ужаса. Неужели Его Величество согласится на перемены? Для нее это было недопустимо.

— Я согласен с тобой, Ричард. Долой старые порядки.

Элина

Мой первый урок танцев проходил совсем так, как хотелось. Я мечтала размять ноги и подвигаться под ритмичную мелодию, а потому забыла, что светские танцы отличались от народных.

Я выросла в деревне на болотах. Барабаны, маракасы, подпевания и прыжки вокруг костра. Ничего общего с бальными танцами наши дикие пляски не имели. Так что я была озадачена.

Все время приходилось держать осанку, юбки путались между ног, а каблуки… Туфли стали моей отдельной болью. Я привыкла топтаться босиком по песку или по мягкой траве, а не в обуви, которая прибавляла мне шесть-восемь сантиметров к росту.

Но, несмотря на трудности, мне было жутко интересно. Я ведь принцесса. А принцесса должна знать хотя бы один бальный танец.

— Теперь поворот, — напомнил Кайрекс.

Дракон жил так долго, что успел выучить почти все танцы в мире и согласился научить меня вальсу. Хвала богам, он оказался терпеливым учителем.

— Правую ногу назад, — скомандовал он. — Снова поворот.

Мы разучивали па. Кайрекс принес из оружейной короткий легкий шест, попросил меня поднять руки так, будто танцую с кем-то, и положил его на сгиб локтей. Получилась некая имитация партнера.

Потому что если бы Кайрекс танцевал со мной, то не видел бы правильно ли я делаю шаги или нет.

— Не так, Элина. Давай сначала. Вернись в исходную позицию, — попросил дракон.

— Я стараюсь, — буркнула, опустив руки вместе с шестом.

— Я вижу, но танцы они такие… сложные. С первого раза не получится.

Я пошла к Кайрексу, чтобы встать в середине небольшого зала, где мы тренировались.

— Получится, — раздался позади знакомый голос.

Сердце замерло. По коже побежали волнительный мурашки. Меня бросило в жар, потом в холод. Пальцы сами разжались и шест с глухим стуком упал на пол. Я обернулась.

— Тебе просто нужен хороший партнер, — с улыбкой проговорил Ричард.

— Ричард, — произнесла его имя одними губами. От волнения у меня перехватило дыхание. Казалось, я задыхаюсь от счастья. — Ри-чард.

— Элина, — ласково произнес он.

Я бросилась к нему. Разум не верил в происходящее. Он вопил, что все выдумка. Ложь. Обман. Это не мог быть Ричард. Просил замереть, еще раз посмотреть на мужчину. Но разве я могла остановиться?

Все мое существо, мое сердце рвалось к нему. Я повисла у него на шее и его ладони легли мне на спину. Ричард крепко прижал меня к себе и сомнения развеялись. Родной аромат, магия, крепкое тело. Так нежно и, одновременно, сильно обнимать меня мог только он.

Поздно вечером в темнице дворца

Конор ненавидел весь мир. Приятную прохладу вечера, что проникала в камеру через узкое зарешеченное окошко. Мастеров рун, которые придумали блокирующую магию печати. Императора, что согласился на перемены. И конечно же самого Верховного архея, лорда Алмазной долины, герцога Ричарда Колтона.

Внутри Конора бушевала ярость. Казалось, он сгорит заживо от злобы. Несправедливо! Все, что произошло с ним верх несправедливости. Он не мог оставить все вот так. Не мог проиграть.

Император еще не назначил Конору наказания, но в темницу не явился. Никакого разговора с Его Величеством не состоялось и когда он будет неизвестно.

— Будь ты проклят, — Конор ударил кулаком в стену, будто мог разрушить стены.

Инквизитор вспомнил улыбающееся лицо Ричарда.

Его, Конора Блэкторна, самого черного инквизитора, сковали у всех на глазах и вели прочь из тронного зала. А что же Ричард? Стоял и довольный собой улыбался.

— Я сотру улыбку с твоего лица навсегда, — процедил Конор, сжав кулаки.

— И у тебя это получится, — послышался со стороны коридора знакомый женский голос.

Агния… Конор знал, как она нуждалась в нем.

Инквизитор развернулся к прутьям и увидел миловидное лицо жрицы. Испуганные глаза, слабость в голосе, легкая дрожь. Она была напугана и без сомнений будет просить о помощи.

— Мне нужна твоя сила, Конор, — прошептала она с придыханием. — Только ты способен на это.

Элина

Мое лицо болело от улыбки. Весь день я не могла скрыть своей радости. Ходила, улыбалась и думала о Ричарде.

Я не заглядывала в будущее и не искала ответов на вопрос: «А что же дальше?» или «Кто мы друг другу?». Все уже казалось разрешенным. Передо мной не стояло выбора говорить «да» или «нет».

Куда бы Ричард не повел меня сейчас, я бы согласилась. Я знала, что пойду за ним куда угодно.

Прошлое не терзало меня. Больше никакой опасности быть пойманными. Никакой тюрьмы для Ричарда и возвращения в храм для меня.

Император во всеуслышание согласился менять устои. Ричарда освободили и сняли все обвинения. Он продолжал служить, как Верховный архей и Хранитель кинжала путешествий. Все вернулось на круги своя.

Теперь со мной было только настоящее. Ричард. Его улыбка, добрый взгляд, нежные прикосновения и те чувства, что он дарил мне. Защищенность, надежда, безопасность, вера в лучшее. Отныне все будет хорошо.

Мы устроились там же, где и встретились. В бальном зале. Присели на диванчик в углу. Кайрекс оставил нас вдвоем.

Сначала мы долго говорили. Расспрашивали друг друга. Потом Ричард усадил меня к себе на колени, обнял крепко-крепко и уперся спиной в спинку. Я прильнула к нему, положив голову на плечо.

Мы молчали. Говорить не хотелось. Между нами воцарилась идиллия. Нам было хорошо вместе, любые слова казались лишними.

Прикрыв глаза, я втягивала аромат Ричарда и представляла, что мы вновь оказались у него дома. Белоснежный особняк, пышный сад и шум морского прибоя. Они проигрывались в памяти, пока теплые широкие ладони скользили по ногам.

Ричард нежно гладил меня по спине, перебирал пальцами мое волосы. Иногда его губы касались моего лба.

Мое сердце билось, как сумасшедшее. Тук-тук. Казалось, я слышу и его сердце. И оно билось в унисон с моим. Мы не искали поцелуев, мы уже растворились друг в друге.

Я была счастлива.

Через какое-то время в дверь постучали. Это был Райнхарт.

— Вы бы хоть нашли более уединенное место, а то слуги боятся заходить сюда. А им надо цветы полить и камин почистить, — брат, впрочем, тоже не сразу вошел. Сначала украдкой заглянул, оценил ситуацию, а только потом переступил порог.

— Да наверно надо было… — я прочистила горло и нехотя встала. Сидеть в обнимку при посторонних все же неприлично.

— Нам просто нужно было поговорить, — поднялся Ричард.

— Когда я зашел у вас была очень содержательная беседа, — Райнхарт улыбнулся.

Я смутилась. Мне было неловко, что брат нашел нас такими. Мы с ним ни разу обсуждали наши с Ричардом отношения. Только один раз он намекнул, что не против породниться с Алмазной долиной.

— У нас ментальное общение, — отшутился Ричард, протянув руку Райнхарту. — Давно не виделись, дружище.

— Давненько, — согласился брат. — Надеюсь, теперь будет больше поводов для встреч.

Они по-дружески обнялись. Мне было непривычно наблюдать серьезного Ричарда и сдержанного Райнхарта такими. Казалось, что такие обыденные проявления дружеских отношений не для них. Я невольно улыбнулась им.

— Ты все никак не подстрижешься, — Ричард указал на длинные волосы моего брата.

— А ты не все не перестанешь втягивать меня в авантюры, — отмахнулся принц.

Да, похоже они через многое прошли.

Золотисто-зеленые глаза Райнхарта остановились на пространстве между мной и Ричардом.

— Как интересно перетекает магия… Еще не видел такого.

Солий не переставал тянуться к Ричарду с того момента, как он вошел в бальный зал. Правда, магия была прозрачной. Она приобретала оттенки только во время близости. Неужели брат видел?

— Ну да ладно, — Райнхарт посмотрел на нас. — Элина, ты теперь официально принцесса. Императору я всю ситуацию объяснил, так что ты находишься под защитой Висталии. Единственное, Карл попросил познакомить тебя с ним.

— Познакомить? — насторожился Ричард.

— Пустая формальность, — отмахнулся Райнхарт. — Естественно ему хочется познакомиться с найденышем. Незамужняя принцесса всегда возможность.

Брак. Как же я забыла об этом? Теперь я стала лакомым кусочком в политической игре.

— У императора нет сыновей, — выпалила я. — Так что…

— Так что нам нужно поговорить, Элина, — Ричард взял меня за руку.

— Еще одна содержательная беседа — это хорошо, — сдержанно улыбнулся Райнхарт. — Пойду распоряжусь насчет ужина.