Глава 9

Сюрприз сюрпризом, но мне стало неудобно перед Теей. Она дала мне свое платье, а Ричард не оставил от него и лоскутка. Прежде чем уйти мужчина растворил остатки при помощи магии. Как теперь вернуть ей долг я не знала. У меня ни денег, ни одежды. Только одно золотое платье и заколка.

— А как быть с платьем? — я указала в сторону пляжа. — Его дала мне горничная, Тея.

— Разберемся, — кивнул он.

Я заметила, что иногда Ричард становился ужасно немногословным. О плане побега рассказал в последний момент. Буквально перед тем как прыгнуть в портал. Тоже самое повторялось с сюрпризом или платьем. Даже малейшего намека на решение проблемы не давал.

Сжав его ладонь, я остановилась. Хотела задать пару вопросов, но вышедший из кустов садовник, смутил меня. Он со всей учтивостью поприветствовал, и, хвала богам, не стал долго задерживаться взглядом на нашем внешнем виде. Отвернулся и подошел к ближайшей клумбе.

Ричард вопросительно посмотрел на меня, на что я мотнула головой. У меня пропало всякое желание разговаривать до тех пор, пока не раздобуду нормальную одежду.

В повязанной на бедрах рубашке и камзоле на плечах мне хотелось сгореть со стыда. Прислуга избегала смотреть в глаза, но это не означало, что они не делали этого украдкой. Я чувствовала на себе их пристальные взгляды. Слышала, как они перешептывались, но не уловила ни одного четкого слова.

Возможно, я все выдумала, и прислуга на самом деле так себя не вела. Не исключено, что у меня со стыда разыгралась фантазия и шепотки были не обо мне.

Но все же ходить по особняку хотелось бы в приличной одежде. Может попросить у Теи еще одно платье?

Но просить ни у кого ничего не понадобилось. Сюрприз вышел на славу. Пока я завтракала и осматривала особняк, Ричард наполнил мои комнаты приятным содержимым.

Переступив порог своих покоев, я обомлела. На столике громоздились резные шкатулки разного цвета и размера. Рядом, на софе, лежали коробки вперемежку со свертками.

— Это мне? — обернулась к мужчине.

Ричард довольный собой улыбнулся.

— Да. Тебе же нужна одежда и обувь. И украшения. И белье, — последнее слово прозвучало не так, как остальные. Архей словно вложил в него другой глубинный смысл, который я и так поняла. Он считал нижнее белье лишним. — А еще ленточки для твоих волос. Ты, я смотрю, любишь заплетать косы.

Мои щеки принялись медленно наливаться румянцем. Косы я плела только по одной причине: чтобы спрятать торчащие соски, когда носила платье послушницы в храме. Теперь я была свободна в выборе прически, но стоило ли менять привычку?

— Это чтобы волосы не мешались.

Я с нетерпением отправилась к софе, чтобы посмотреть подарки. «Тут наверно целый гардероб», — думала, берясь за первую коробку.

— Любопытно, что там, — мельком взглянув на Ричарда, взялась за крышку. Сложив руки на груди, мужчина с улыбкой наблюдал за мной. Ему определенно хотелось увидеть мою реакцию.

В коробке лежало светло-серое платье из тонкого шелка. Ткань переливалась в солнечном свете золотом. Простой фасон, никаких излишеств в виде бесконечных бантиков. Легкое, с небольшим декольте и кружевной отделкой, платье совсем ничего не весило. В таких нарядах благородные леди ходили на балы.

Ричард сошел с ума, что решил купить мне настолько дорогую вещь?

— Оно такое дорогое… — я боялась положить платье обратно в коробку, чтобы не испортить. И в то же время боялась держать его на весу. Мало ли что! Это же целое состояние.

— Я взял для тебя все самое лучшее, — мужчина медленно подошел ко мне. — У тебя должен быть праздничный наряд.

— Но я же… — я переводила взгляд с красоты в моих руках на архея и обратно. Туда-сюда. Платье, Ричард, платье, Ричард. — Я не леди, чтобы носить такие вещи.

На самом деле мне не терпелось примерить его. Хотя бы приложить к телу и посмотреть на себя в зеркале. Мне никогда не дарили подарков, особенно дорогих подарков, никогда не уделяли столько внимания.

Наверно так делали мои родители, но я их не помню. А значит я могла смело сказать, что за мою жизнь только Ричард проявил ко мне столько внимания и заботы.

— Это мы еще посмотрим, — мужчина протянул мне руку. — Дай мне на время свою заколку. У меня есть одна теория касательно того, откуда она у тебя взялась.

— Теория? — ее милое личико нахмурилось. — Какая теория?

Трясущимися руками Элина положила платье обратно в коробку и подошла к трюмо. Как кот следит за мышкой, так и я следил за каждым движением девчонки. За тем как качались бедра при ходьбе, как рука тянулась к ящичку, как шевелились тонкие пальцы…

Солий все еще витал в воздухе. Едва уловимый нежный, чистый аромат заставлял сердце ускорить бег. Я вбирал магию и получал истинное удовольствие. Блаженство разливалось приятным теплом внутри. Но если бы это было все чего я хотел…

Меня влекло к Элине, но как-то по-особенному. И я не мог понять в чем кроется эта особенность.

Годами выстроенная внутренняя гармония исчезла. Я всегда знал, что испытываю в определенный момент. Волнение, признательность, ненависть, раздражительность, похоть… Любая эмоция была понятна и проста, но в случае с Элиной все перевернулось.

Как и с желаниями. Я хотел Элину. Безумно. И моя потребность в ней только усиливалась. Сначала мне хотелось касаться ее. Целовать, ласкать, сминать нежную кожу.

На крыше я испытал желание высунуть член и коснуться ее бедер. Поводить им между ягодиц. Почувствовать ее тепло. Хотя бы снаружи. Тогда я еле сдержался, чтобы не снять штаны.

На берегу я разошелся. Сделал еще один шаг к грани. Если бы кто-нибудь сказал мне, что я буду купаться голышом в море с девчонкой и тереться о нее своим членом, пока она не кончит, я бы высмеял этого человека. Это так на меня не похоже. Я бы ни за что не полез в воду и не стал бы вытворять такие вещи. Но полез и вытворил. Что на меня нашло?

А что же будет дальше? Сколько еще я смогу держаться? Ей-богу, я уже стал одержим Элиной. Может не зря всех вивьен поместили в храмы? Может от постоянного контакта с ними архей начинать сходить с ума от страсти?

— Так какая теория? — Элина подошла ко мне и протянула украшение. Мой камзол сидел на ней, как короткое платье.

Я испытал укол ревности, глядя на собственную одежду. Это я должен касаться ее обнаженной кожи, а не черная грубая ткань. Это мои пальцы должны ласкать ее грудь, а не шелковая подкладка.

— Ювелир, что чинил украшение в столице, — аккуратно, стараясь не зацепить ее кожу, чтобы лишний раз себя не провоцировать, взял заколку, — указал на одну особенность. На краю есть печать королевского дома Торгон. Эта вещь принадлежит королю.

— Торгон? — она вновь мило нахмурилось. Наверняка подумала о правящий династии соседнего Королевства. Но я опять пофантазировал о том, как войду в ее тело.

«Бездна, Ричард, надо думать о делах», — я постарался себя одернуть. Не вышло. Элина стояла рядом. Так близко, руки протяни и получи новую порцию магии. Ее аромат вновь усилился, а мое терпение не безгранично. Если пробуду с ней еще хоть полчаса, то брошу на кровать и сделаю все то, о чем успел нафантазировал.

Нельзя долго ходить по краю. Это чревато срывом.

— Эдуард Торгон правит Висталией, — она с непониманием посмотрела на меня. — Отец был торговцем, он мог прикупить эту вещь, когда был там.

— Возможно. Но ты наверно не знаешь, что у Эдуарда Торгона двое детей. Сын — наследный принц Райнхарт, и дочь, которая пропала без вести вместе с королевой во время путешествия по реке.

Новость впечатлила её.

— Ричард, быть того не может. Это просто заколка. Отец купил ее или нашел.

— Возможно, — я посмотрел на заколку, чтобы перестать смотреть на губы, которые хотелось поцеловать. — Сколько тебе лет, Элина? Когда ты родилась?

— Восемнадцать, родилась на шестой день второго месяца лета.

— Даты рождения совпадают, — сделал шаг назад, желая уйти. Мне нужна передышка, иначе я точно сорвусь.

— Брось, Ричард, таких чудес не бывает, — она пожала плечами.

— Разное бывает, — я сделал еще шаг и развернулся к ней спиной. — Я напишу принцу Райнхарту. Отдыхай и приводи себя в порядок к обеду.

Странное чувство сожаления сжало сердце, когда я покинул ее комнаты. Будто только что упал в яму, которую сам и вырыл. Если Элина потерянная принцесса соседнего королевства, то я не имел права касаться ее.

Купание в море не пошло мне на пользу. Это было неприлично, но со мной случалось и не такое. В годы юности и у меня, самого способного и занятого ученика военной академии, выдавались жаркие денечки.

В тоже время это было невинно. Ума не приложу как я удержался и не взял девчонку. Ладно бы море. В соленой воде нечего экспериментировать. Но потом в спальне? Она так смотрела на меня, облизывала губы, наклоняла голову. Ее косы такие длинные и пышные… Как бы они выглядели, намотай их на ладонь?

«Стоп! Хватит фантазий», — приказал я себе, отправившись в ванную.

Душ помог прояснить голову и сбить болезненное напряжение внизу живота. Я снова мог ясно мыслить.

Но все равно в первую очередь подумал об Элине. Правда, более спокойно.

Я спас Элину из храма. По факту похитил. И, если все вскроется, то так и буду говорить. Девчонка не должна нести ответственность за мои недочеты. Даже несмотря на то, что она хотела бежать по доброй воле, только я ответственен за побег. Без меня у нее ничего бы не получилось.

Теперь надо максимально обезопасить свой особняк. Элине не должно ничего угрожать. Надо продумать все до мелочей. Я же не всегда буду находиться здесь. Как закончится отпуск, вернусь на службу. Даже с Кинжалом Путешествий не всегда получится возвращаться обратно. Да и частые отлучки вызовут вопросы. Официально у меня нет ни невесты, ни жены, ни семьи. Излишнее внимание ни к чему.

Разложив все по полочкам, я принялся за дела. Освальд попросил глянуть кое-какие бумаги по содержанию имущества. Финансист тоже оставил мне послания. Еще надо было вызвать алхимика и вручить ему сосуд с солием. И не забыть про Тею. Горничной надо выписать поощрение за заботу об Элине и компенсацию за утраченное платье.

И кошка! Белая пушистое создание с золотистыми глазами вымолило забрать с собой. Надо бы отдать распоряжение сделать ей ошейник. Не хотелось бы, чтобы она потерялась.

День завертелся. Рутинная работа вернула спокойствие. Через час я уже не понимал почему так разволновался принцесса Элина или нет? Одержим ли я её солием?

Все шло хорошо. Я работал. Она сидела в покоях, разбирала наряды или же гуляла по территории особняка. Может ела какие-нибудь сладости? Или спала?

Мне стало интересно, чем занималась Элина, пока я разбирался со счетами. Рука с карандашом невольно зависла над отчетами, когда в воображении нарисовалась девчонка. Я улыбнулся ее образу, но отвлекаться не стал. Подумал, что ей лучше отдохнуть от моего общества. Оглядеться по сторонам, освоиться на новом месте.

Чем бы не занималась Элина прямо сейчас, я чувствовал себя так будто не украл девушку из храма, а привез жену. Я занимался своими обязанностями, пока она приятно проводила время. Потом мы встретимся за поздним обедом и вместе проведем вечер… и ночь…

Я испытал чувство, будто так уже случалось. И неоднократно. Но ведь мы едва знакомы. Откуда это странное ощущение?

Наверно я так долго был одинок, что мои мечты летели вперед здравого смысла. На самом деле мы ничего не знаем друг о друге. Нас связали определенные события и то, что я — архей, а она — вивьена.

У меня возникла необходимость поговорить с Элиной прямо сейчас. Возможно, она тоже чувствовала нечто подобное. Потому что сама пришла.

Я почувствовал ее приближение раньше, чем девчонка робко постучалась в кабинет. Солий дал знать. Аромат предшествовал ее появлению, как дорогие духи придворной дамы.

— Заходи, — ответил, начав складывать бумаги в две стопки: отработанное и нет.

И Элина вошла. Великий Архенис, ее появление все перевернуло. Если она не принцесса, то богиня. Других слов нет.

Тонкий шелк струился вдоль хрупкого тела, подчеркивая плавные изгибы. Кружево по линии декольте так и манило прикоснуться губами к светлой нежной коже. А если расстегнуть верхнюю бусинку-пуговицу, то можно добраться к более пикантным местам.

Каштановые волосы были распущены. Длинные волнистые локоны доходили до талии. Несколько прядей Элина собрала крошечными золотыми шпильками.

— Как ты догадался, что это я? — она тихонько прикрыла за собой дверь, а я заерзал на стуле от тесноты.

— Солий.

— А-а-а, — ей стало неловко. Так сильно, что кожа на груди стала покрываться крошечными алыми пятнами.

Прежний наряд скрывал эту часть тела, так что я мог наблюдать лишь румянец на щеках. Но теперь… Теперь я видел маленькие пятнышки и хотел целовать их.

— Я не отвлекаю тебя? — поинтересовалась она, заведя руки за спину. В таком положении ее грудь подалась вперед.

Боги, это очередная пытка? Если так, то я проиграл. У меня больше нет сил.

— Нет, — я помотал головой, жадно впившись в ее тело взглядом. Интересно, а что она надела под платье? Какое белье выбрала? Какие чулки? Обычные или с кружевом? Я бы снял их без помощи магии. Прикусил бы за край и стащил вниз.

— Это хорошо, — Элина взмахнула руками. Получилось так небрежно, и в тоже время зазывающе.

Аромат солия усилился. Запах потихоньку заполонял кабинет. Я не понимал почему? Прошло не так много времени, как я забрал магию.

— Просто… просто я, — Элина медленно стала двигаться ко мне. — Я пришла показать какое платье сегодня надела, — она покрутилась, а мое сердце расплылось жаром в груди. — Оно очень красивое. Спасибо, что купил его мне.

— Ты прекрасно выглядишь, — я улыбнулся ей, отчего ввел в еще большое смущение.

Элина облизала губы. Розовые, нежные, как лепестки роз, губы. Я знал их вкус, и мне безумно хотелось вновь испытать его на языке.

— Тебе нравится, да? — она боязливо сжала кулачки, но сразу же взяла себя в руки. Подошла к столу, вплотную.

Это было опасное расстояние. Солий дурманил. Почему-то в этот раз аромат был более терпким, настойчивым. Будто призывал к себе. Наверно, это потому, что дар Элины полностью раскрылся.

— Очень, — я подался вперед и чуть не задохнулся от сладости аромата. Вокруг нее весь воздух был пропитан солием.

— Я рада, — с облегчением выдохнула она. Ее грудь часто вздымалась, а я… Я не сразу понял, что задержал дыхание.

— Я рад, что тебе, — Элина коснулась пальцами столешницы, — нравится, — сделала шаг ко мне, — мой подарок.

Девчонка обошла стол. Все. Грань пересечена. Я попытался вспомнить что-нибудь плохое, чтобы отвлечься. Она пришла явно не из-за наряда. Было что-то еще. Но что?

— Ри… Ричард, — Элина подошла ко мне и ее ладони легли мне на плечи.

— Да? — запрокинув голову, я коснулся руками ее бедер. Ее солий полностью окутал нас.

— Я хотела поговорить… о многом… — она выглядела растерянной.

— Да, нам есть что обсудить, — я выдавил улыбку, потому что был готов в любой момент подорваться с места и смять ее губы в поцелуе. Но не делал этого. Будто знал, что нужно немного подождать.

— У меня возникло много вопросов, касательно того, как мы будем жить здесь. И того, что я возможно принцесса… — ее хрупкое тело дрожало в моих руках. — Но…

Элина замешкалась.

— Но что?

— Но не думаю, что сейчас получится… поговорить. Ну… — она вновь облизала губы. — Я не уверена, что у нас выйдет конструктивный разговор, если вокруг будет столько солия.

— Согласен.

— Ричард, — ее ладони заскользили к шее, кончики пальцев коснулись моих губ, и я не удержался от поцелуя. — Возьми мой солий. Полностью.

— Элина, — прошептал Ричард, заглядывая в мои глаза.

— Да… — я еле удержалась, чтобы не отвернуться. Мне было ужасно неловко говорить о таких вещах, но как иначе?

После купания в море дар разошелся. Несмотря на то, что Ричард забрал солий, мое тело пылало от новой порции.

Магия стала накапливаться внизу живота еще в ванной. Глядя на себя в зеркало, я вспомнила прикосновения мужчины. В памяти всплыло, как губы ласкали напряженные соски, как скользил член между ног. Призрачное удовольствие вмиг охватило меня, и дар проснулся.

С той минуты я ничего не могла поделать. Как бы не пыталась отвлечься, о чем бы не думала, солий жег изнутри. Магия просилась наружу и только один человек мог совладать с даром. И прямо сейчас я касалась его ладонями.

Это было приятно: самой трогать Ричарда. В прикосновениях к нему таилась некая тайна. Загадка, что будоражила кровь и заставляла сердце биться быстрее. Я словно касалась запретного плода. Страшно, но жутко любопытно.

— Элина, я правильно понимаю слово «полностью»? — в черных глазах мужчины блеснул азарт.

— Не знаю, — я растерялась. Не понимала, что конкретно он имел в виду. — Скажи точнее.

Придерживая мои руки на своей груди, Ричард поднялся. Навис надо мной грозовым облаком, от которого не спрятаться.

— В этот раз ты хочешь пойти до конца? — он чуть подался вперед, и я уперлась о край стола.

У меня перехватило дыхание. Щеки налились горячим румянцем.

— Да, хочу, — почти не шевеля губами, призналась я.

Ричард шумно выдохнул и двусмысленно улыбнулся. Он выглядел довольным, даже счастливым, но в то же время в выражении его лица таилась некая хищность.

Архей склонился ко мне, и его теплые губы коснулись щеки в мимолетном поцелуе.

— Но ты же понимаешь, что это все влияние дара? — его низкий голос с хрипотцой вызвал волну трепета в груди. — Твой солий сводит нас с ума.

Знала ли я это? Безусловно. Я прекрасно понимала, что дар тянул меня к Ричарду, что аромат солия привлекал его. Что мы оба стали рабами страсти, которая легла на наши плечи из-за того, кто мы есть. Я — вивьена. Та, что дает магию. Он — архей. Тот, кто берет.

— Да, я все понимаю, — говорить было трудно. Я задыхалась от накатившего желания. Колени гнулись, бедра дрожали.

— О, Элина…

Ричард обнял меня. Прижал к себе. Стало невероятно тепло и уютно. Безопасно. Я чувствовала его жар через одежду, ощущала нежность в каждом движении и силу. Ту силу, которой мне так не хватало, чтобы защититься от всех бед.

Мои ладони поползли вверх по твердой груди. Я обняла мужчину за шею, уткнулась носом. Втянула полной грудью аромат цитруса и острых специй. Как же соблазнителен его аромат!

— Я обещал, что не причиню тебе вреда, но… В первый раз бывает больно.

Об этом я тоже знала. Неоднократно слышала от других девушек еще в общине. Это стало одним из моих маленьких страхов: боль от первой близости. В своих переживаниях я была не одинока. Многие гадали, фантазировали где и как случится их первый раз.

Это особенный момент в жизни любой девушки. Что уж говорить о вивьенах. Благодаря устоям храма они не могли выбирать с кем быть. Но мне повезло. Надо пользоваться, пока удача не отвернулась.

Я всегда мечтала разделить постель с мужчиной, которого если не люблю, то доверяю. Ричард был именно таким. Пусть мы едва знакомы, но я знала, что все пройдет гладко. Была настолько уверена, словно это уже случалось с нами. Но когда? В прошлых жизнях? Во сне? Почему-то меня не оставляло чувство дежавю. Но откуда оно взялось непонятно.

Существовала и другая причина. Я жаждала открыться Ричарду. Статус принцессы, храм и все остальное волновали мало. Я росла сиротой и могла потерять невинность в любой момент, так что все претензии в будущем бессмысленны.

Чуть отстранившись, я посмотрела мужчине в лицо. Мне хотелось сказать так много слов. О его любезности, о заботе, о нежности. «Я знаю, что ты постараешься. Знаю, что не будешь мучить меня. Знаю, что остановишься, если попрошу прерваться». Но вместо всего этого, произнесла одну фразу:

— Я доверяю тебе.

Мне хотелось быть с ним. Здесь и сейчас.

Сердце замерло, когда губы Ричарда коснулись моих. Он не спешил. Медленно с особым наслаждением целовал меня. Будто впервые пробовал на вкус. А я млела от подаренной нежности.

Его рука легла на шею, большой палец ласково погладил щеку. Стало тепло и приятно. Я расслабилась, положив голову на ладонь.

Ричард поцеловал в районе виска.

— Я направлю собственную магию на свое тело и разрушу семя, — прошептал он, едва касаясь губами кожи. — Так что будь спокойна. Ты не забеременеешь.

— Да сейчас такое было бы не кстати, — я улыбнулась на мгновение представив какого это: носить ребенка под сердцем. Наверно, чувствуешь себя счастливой. Во всяком случае некоторые женщины в общине казались счастливыми. Дети всегда были частью моих представлений о прекрасной жизни.

Подумав об этом, я вновь ощутила восторг. Как тогда на балконе, откуда открывался потрясающий вид на море. Мечта совсем близко, но все еще неуловима.

Подхватив под бедра, Ричард усадил меня на стол. Так наши лица были почти на одном уровне. Он вновь завладел моими губами в поцелуе. Все таком же медленном и пьянящем. Я неумело отвечала на ласку, чувствуя, как солий скользит между нами. Как магия сладким сиропом тянется от меня к нему. Этого было невыносимо мало, чтобы успокоить дар. Но до безумия приятно.

Ладони Ричарда скользили по спине вдоль ряда крошечных перламутровых бусинок. Он едва касался их, но не расстегивал. Всякий раз, когда его палец цеплял пуговичку, я задерживала дыхание. Так сильно не терпелось избавиться от одежды.

Ричард отпустил мои губы. Они были влажными и припухшими от долгих поцелуев. Мужчина перешел к шее, заставив меня запрокинуть голову. Я подалась назад, упершись в стол для удобства.

— Раздень меня, — прошептала. Часто дышать в тугом лифе оказывается трудновато. Понятно почему в храме их не носили.

— Обязательно, — прохрипел Ричард, спустившись губами к груди. Его горячее дыхание обожгло нежную кожу.

— Сними… — кажется я умоляла. Шелковая подкладка ласкала взбухшие соски, но снять напряжение не могла. Мне нужен был он. Его умелые пальцы, его губы.

Ричард оторвался от меня. Задрав юбку, он взялся за бедра, подвинул к самому краю, прижался. Тихий стон сорвался с моих губ, когда я почувствовала твердость члена. Невесомое белье и ткань брюк едва скрадывали ощущение.

— А кто это у нас тут раскомандовался? М? — на его лице заиграла лукавая улыбка. Он толкнулся, и я раскрыла рот в беззвучном стоне.

— Я… ну… просто… — мой взгляд метался. Я смотрела на скомканную на талию юбку, на собственные широко раздвинутые в чулках ноги, на выпуклость в его брюках, а потом поднимала глаза на самого Ричарда.

Мои щеки стали горячими и тяжелыми от смущения. Как же наверно развратно это выглядит со стороны.

— Когда ты так на меня смотришь, я теряю голову, — камзол полетел на пол.

Ричард стоял в рубашке и брюках. Я невольно залюбовалась очертаниями натренированных мышц. Он сложен, как бог. Не меньше. Конечно, девичьи мечты приводили меня в разные дали. Иногда я представляла себе мужчину, подобного Ричарду. Но сейчас не сон, не иллюзия, не сладкая фантазия, помогающая жить дальше. Все происходило взаправду.

Я невольно закусила губу, подавив стон. Робость сковывала меня.

— А когда так, то заставляешь еще сильнее хотеть, — Ричард чуть ли не бросился на меня. Одним взмахов он свалил со стола все, что лежало. Бумаги, чернильницу, карандаши, папки… Все полетело на пол.

Мужчина уложил меня на стол и смял губы в глубоком поцелуе. От напора у меня перехватило дыхание, и я не сразу поняла как и когда лиф расстегнулся. Была ли то магия или навык я не знала. Стало свободно.

Ричард приспустил декольте вниз, открыв мою грудь. Прохладный воздух облизал обнаженную грудь, и приятная тяжесть разлилась по телу.

Кожа стала чувствительнее, и мужчина принялся ласкать меня. Он накрыл торчащий сосок влажным горячим языком. Поиграл с ним кончиком, и наконец прихватил губами.

От удовольствия я закрыла глаза, полностью отдавшись невидимым ощущениям. Словно провалилась в бездну, где тьма ласкала меня. Ричард был этой тьмой.

Из-за съехавшего платье мои локти прижались к талии. Я трогала мужчину за плечи, щупала твердые мышцы и представляла, как он берет меня. Странно, именно в этот момент, когда я лежала под ним на столе, я вообразила, как он расстегивает брюки, вытаскивает член и касается меня. Я помнила телом, насколько тверда и горяча его плоть. Но продолжение осталось за гранью моей фантазии.

Солий бушевал. Магия потихоньку текла из моего тела к нему, но внутри творился ураган. Возбуждения и откровенных ласк не хватало, чтобы выплеснуть накопившееся.

Дар хотел большего. Дар заставлял меня двигать бедрами в ответ всякий раз, когда Ричард толкался. Дар приказывал отдаться этому мужчине.

Внезапно Ричард оставил грудь и спустился ниже. Юбка задралась еще сильнее. Страстные поцелуи покрыли живот, спустились к промежности.

Белье исчезло. Остались только чулки. Я вздрогнула от легкой щекотки. Непривычно быть полуодетой и без белья. Что-то постыдное и одновременно возбуждающее таилось в этом.

Ричард поцеловал меня. Между ног. Это было слишком откровенно для меня. Я не сдержала стон. Язык мужчины накрыл чувствительную кожу, приник ко входу и задвигался.

Стало влажно. Намного влажнее, чем раньше. Поток солия усилился, пока Ричард трогал меня языком. Сквозь полуоткрытые веки я видела, как золотится воздух. Мне было невероятно хорошо.

Низ живота напрягся. Уже знакомое чувство подкралось ко мне. Я хотела разрядки, но мужчина прервался.

Ричард выпрямился, нежно обхватил одну мою ног и улыбнулся. Его пухлые губы блестели от влаги, и я стыдливо улыбнулась ему. Мужчина провел пальцем по чувствительной коже. Сначала подушечкой указательного пальца, потом костяшкой. Она была такая твердая, что мне захотелось потереться. Я напрягла бедра и выгнулась навстречу прикосновениям.

— Я прошу тебя, — мне было стыдно это говорить, но ужасно хотелось кончить. — Прошу, сделай.

— Посмотри на меня.

Я откликнулась на тихий нежный голос. Приподнялась на локтях и посмотрела ему в лицо. Но сама ловила каждое скольжение костяшки по влажной плоти.

Мы встретились взглядами. На миг. Когда Ричард вопрошал, а я соглашалась. Короткий момент, когда мужчина в порыве склонился ко мне. Его губы коснулись моих в требовательном поцелуе. Он смял меня, выпил до дна.

Я вдохнула полной грудью, когда архей остановился. И тогда почувствовала внутри себя палец. Движение причинило легкий дискомфорт. Заерзав, я покривилась. Неприятные ощущения быстро прошли.

— Идем, — Ричард взял на руки и понес в спальню.

Комната оказалась просторной. В полтора раза больше отведенной мне спальни. В отличие от основной части особняка спальня была темноватой. Как раз под стать Верховному архею. Кофейного цвета портьеры, узорчатый дубовый пол…

Остальное я не успела разглядеть. Ричард уложил меня на кровать и принялся раздевать. Он делал это нарочито медленно, дополняя нежными прикосновениями.

Первыми на пол улетели мое платье и лиф.

— Я думала, ты растворишь их своей магией, — оставшись в одних и чулках, я чуть отползла от него.

— Не хочу портить платье. Пусть оно станет твои воспоминанием о сегодняшнем дне, — со своей рубашкой Ричард мелочиться не стал. Разорвал и с размаха бросил на пол.

Я посмотрела на обнаженный торс. На то, как двигались мышцы, пока мужчина забирался ко мне на постель. Плечи, руки, пресс… Он был грациозен, как большой кот. И его взгляд кричал о том, что я — его добыча.

Возбуждение смешалось с приятным волнением. Осознание, что все произойдет прямо сейчас, произошло еще в кабинете. В тот самый момент, когда я ощутила внутри себя его палец. Это раззадорило и прогнало страх. Я понимала, что член больше. Но может это будет не так уж и больно, как рассказывали?

Ричард накрыл меня собой. Тяжесть вдавила в матрас. Я чуть не задохнулась от удовольствия, когда ощутила его вес, его твердость. Стальная грудь жалась к моей, бедра толкали мои. Он все еще был в брюках, но даже через них чувствовалось как напряжен его член.

— Ты оставил на мне чулки… Зачем? — прошептала прямо в его губы перед поцелуем.

— Какая же ты нетерпеливая, — мужчина вновь завладел моим ртом. Его язык с напором проник внутрь, вызвав волну трепета в теле.

Грудь налилась невыносимой тяжестью, широко разведенные ноги дрожали. Ричард двигался, имитируя секс. И мне это до безумия нравилось. Так я примерно знала, чего ждать, и потому совершенно расслабилась. Оставалось наслаждаться его умелыми ласками.

Спустившись ниже, мужчина стал расцеловывать мое тело. Он ничего не оставил без внимания. Его язык и губы касались всего. Груди, живота, влажной промежности…

Зубы скользнули по бедру, и я вскрикнула от неожиданности. Ричард говорил, что все снимет. И действительно все снял. Он обхватил губами кружевной край чулка и медленно потащил с ноги. Тоже самое проделал со вторым.

Я осталась совсем без одежды. Лежала полностью раздетая перед ним и даже не думала прикрываться. Непонятно куда подевался мой стыд. Наверно, улетел вместе с одеждой на пол.

Избавившись от остальной одежды, Ричард лег на меня. Мы наконец-то оба были обнажены. Горячая твердая головка коснулась промежности и мне вспомнилось наше купание в море. Тогда все прошло хорошо, и сейчас будет также. Я ни на миг не сомневалась в этом.

— Помни, что мы всегда можем прерваться, — прошептал он, коснувшись губами уголка моего рта.

— Знаю, — я обняла его. Дернула бедрами, призывая к действию.

Ричард не заставил себя ждать. Он вошел в меня. Наваждение резко схлынуло. Дар затих, сердце пропустило удар, а тело вздрогнуло от боли. Ногти впились в крепкие мужские плечи.

Я широко распахнула глаза, совершенно не понимая почему так произошло. Всегда было только удовольствие. Почему сейчас не так? Солий испарился, будто никакого дара у меня отродясь не было. Куда же подевалось все волшебство?

До меня не сразу дошло, что Ричард оставил меня. Все тело сжалось. Но мужские губы в момент нашли мои. Поцелуй получился нежным, заботливым. Теплые ладони касались моего тела, согревали, прогоняли боль.

Мне вновь стало хорошо. Я обмякла от нежных прикосновений Ричарда. Мышцы расслабились. Сладкое ожидание удовольствия вернулось быстрее, чем я ожидала. Тепло разлилось под кожей, как мед.

Больше никаких неприятных ощущений. Ричард, его забота и размеренная настойчивость, вернули наваждение. Страсть сжигала мужчину и передавалась мне.

Я ощущала, как горячий член упирался в бедро, как скользил по нежной коже. Мужчина едва двигал бедрами, подбираясь к самому центру. Я не могла и не хотела сопротивляться напору. Мое тело откликалось на его ласки, становилось ватным, податливым. Кости будто растворялись, и я растекалась, как таявшее на солнце мороженое.

Дар молчал. Трусливый. Бросил меня в самую трудную минуту. Заставлял быть с мужчиной, а так легко испугался неизбежной трудности.

Между ног возникла сосущая пустота. Сладкая, болезненная и требовательная. Прежде я не испытывала ничего подобного. Раньше солий просился наружу. Мне казалось, что я лопну от его переизбытка. Но сейчас…

Все перевернулось. Будто это я не давала, а мне нужно было что-то заполучить от Ричарда. Желание заполнить пустоту сводило с ума. Меня бросило в жар. Легкая пульсация между ног бросала в отчаяние. Внезапно мне самой захотелось насадиться на его член. Лишь бы прогнать пустоту, которая грозилась разрушить меня. Сломать, растерзать изнутри, как дикая кошка.

Я двинула бедрами, и горячая головка члена легла на самую чувствительную точку. Глубокий стон сорвался с моих губ. Задержав дыхание, я замерла и взглянула в черные, как уголь, глаза. «Пожалуйста, вставь его», — взмолилась в мыслях, но не произнесла ни одного слова.

Ричард вошел в меня. От удовольствия я закрыла глаза. Второе проникновение принесло облегчение. Я прижалась к мужчине, не желая выпускать из себя. Но он медленно вышел, чтобы вновь наполнить.

Первые движения были робкими. Ричард словно пробовал меня, а я прислушивалась к собственному телу. Закрыла глаза и смаковала происходящее. Новые ощущения захватили мой разум.

Все казалось невероятным. Как скользил член, как он помещался во мне, как я бесстыдно раздвигала ноги, пропуская его внутрь, как желала, чтобы это не прекращалось.

Дар откликнулся. Магия наполнила каждую клеточку моего тела, и солий засочился к мужчине.

— Да, боже, да, — вырвалось из меня.

— Мне лестно, что ты меня так зовешь, — Ричард двинулся всем телом, и я ощутила, как он вошел в меня до основания. — Открой глаза.

* * *

Ричард

В глазах Элины плескался солий. Она будто вся позолотилась. Раскиданные на белых простынях каштановые волосы приобрели драгоценный блеск. Кожа засияла. Капельки пота на груди походили на расплавленное золото.

Я врывался в ее тело все быстрее и жестче. Не мог остановиться, не знал, как себя контролировать. Наверно, слишком долго ждал и просто обезумел, когда оказался внутри.

Элина была такая узкая. Она обхватывала мой член, сжималась от толчков и нехотя отпускала.

— Скажи мое имя, — мне хотелось слышать ее голос, когда вхожу в нее. Тихий, просящий. Как и видеть ее умоляющие глаза. В них читалось: «Делай со мной все, что хочешь».

— Ричард… — пухлые искусанные губы едва двигались, пока она говорила.

— Еще.

— Ричард, — Элина повторила, и звук моего имени разлился сладкой усладой. Когда-нибудь, в другой раз, я заставлю ее говорить непристойности. Не сегодня. Потом. Она не откажет. Не сможет отказать.

— Скажи, — я глубоко вошел, заставив ее извиваться подо мной от удовольствия.

— Да, Ричард. Да, — выкрикнула она, хлопнув ладонями по плечам. Ее пальцы впились в меня.

— Что «да»? — я поймал ее взгляд. Хотел, чтобы она смотрела мне в глаза при ответе.

— Да, — Элина помотала головой, но не отворачивалась. — Еще.

Я толкнулся, наблюдая за реакцией девушки.

— Еще… прошу… Ричард, — умоляла она. Брови изогнулись домиком от удовольствия. Ее тело дрожало от приближающегося удовольствия. — Я… — толчок, — прошу, — еще раз я ворвался в ее тело, — тебя. Прошу, не останавливайся!

Солий усиливался. Аромат пьянил меня до безумства. Магия сама липла ко мне, пронзала, растягивала напряжение в теле. Я был подобен струне, которая вот-вот лопнет.

Элина прижалась ко мне, обвив шею руками. Ее бедра стиснули мои.

— Еще, чуть-чуть… — прошептала она на ухо.

Я уткнулся в ее волосы, ощущая, как дрожало и извивалось ее тело. Лоно сильно обхватило мой член, и девушка с громким стоном вздрогнула. Солий принялся разливаться в воздухе, подобно языкам пламени.

Держаться больше не стал. По телу прошла волна знакомых подергиваний. Я подмял под себя Элину, и струна лопнула. Удовольствие накрыло меня с головой. Бедра продолжали двигаться с малой амплитудой, член подрагивал, сперма наполняло ее лоно.

Элина лежала подо мной. Такая хрупкая и податливая, а я изливался внутрь. В голове набатом стучала мысль: «Она моя. Моя. Моя!». Я только что покорил ее.

* * *

Тем временем в столичном храме Вивии

— Сначала разрушенный атриум, теперь дракон повыбивал окна, — злилась госпожа Агния. Ее рука дрожала от гнева и чай неровной струйкой наливался в фарфоровую чашечку. — Расходы, расходы… Одни расходы.

— А кто-нибудь пострадал? — Конор лживо улыбнулся. Инквизитор догадывался, кому мог принадлежать дракон, но никаких открытых заявлений не делал. Без доказательств слова ничего не значат.

— Да так, самую малость. Ушибы, порезы от битого стекла, — Первая жрица покачала головой. — Еще испуганных много. Нескольких дракон покатал на себе, а кого-то попытался съесть. Но, думаю, девицы быстро возьмут себя в руки.

— И все? — Конор вскинул брови. Все утро он пытался разгадать откуда взялся черный дракон и зачем напал на столицу. Первым пострадал храм Вивии, потом летающий ящер переключился на жилые дома. Жертв не было, одни разрушения.

— Элеонора Барнс пропала. Может дракон ее съел, — жрица со стуком поставила чайник. — Ну да мне все равно. Из нее вышла бы никудышная жрица.

— Как так? — имя девушки резануло слух. В глазах инквизитора заиграл огонек. Зацепка. Элеонора была той самой девушкой, с которой он повстречался в коридоре. Та самая вивьена, которую увел у него Ричард. — Моя дорогая Агния, вас совсем не заботит, что у вас пропала послушница?

— Отчего же меня должно это заботить? Если Элеонору съел дракон, то, увы, этого не доказать. Если она бежала, то непременно найдется, — она захлопала длинными ресницами. — Я не собираюсь заявлять об этом официально. Вивьену невозможно спрятать. За столетия еще ни одной не удалось скрыться, и у Элеоноры не получится. Насколько бы умелым и влиятельным не был бы ее благодетель. А он у нее есть. Без архея она бы никогда не сняла привязывающий браслет.

Конор уловил лукавство в поведении госпожи Агнии.

— А есть предположение кто бы мог помочь девчонке? — с прищуром спросил он, ожидая услышать только один ответ. — Если, конечно, она именно сбежала.

— Милорд Колтон. Не зря же я их сводила. Такая милая простодушная девочка, как Элеонора Барнс, не могла не понравится благородному Ричарду Колтону. Уверена, если кто и мог помочь бежать, то только он, — с улыбкой ответила Первая жрица.

— Я восхищен вашим умом, моя дорогая Агния, — инквизитор подался вперед. Все складывалось как надо, и от восторга по его телу пробежала приятная дрожь. Настал момент возмездия. — Тогда чего вы ждете? Когда вивьена сама себя обнаружит?

Госпожа Агния соблазнительно повела плечом. Бретель золотистого одеяния спала, обнажив совершенную кожу. Конор почувствовал возбуждения от этого простого, но изящного движения. Первая жрица была самой искусной любовницей, что он когда-либо встречал. Она заворожила его еще в первую встречу и с тех пор никто не мог сравниться с ней.

— Жду, когда найдется тот, что соберет доказательства против лорда Колтона. Делать официальные заявления сейчас опасно. Он выкрутится. Скользкий, как пиявка. Да еще сам император благоволит ему. А вот, если поймать с поличным, то… Есть все шансы навсегда вывести его из игры.

Именно этого всегда хотел Конор. Похищение вивьены — серьезное преступление. Этого будет предостаточно, чтобы избавиться от Ричарда Колтона.

Конор не смог усидеть на месте. Восторг захватил его. Он бросился на колени перед госпожой Агнией. Вдохнул солий. Её солий всегда властвовал над ним.

— Я сделаю это, моя дражайшая, моя милая Агния. Я добуду доказательства. Обещаю.