Глава 22

Это случилось в один из тех редких, тихих вечеров, когда дети уже спали, а за окном шумел осенний дождь. В избе пахло сушёной мятой и теплом от печи. Матвей чинил упряжь, его сильные пальцы ловко работали с кожей. Ульяна сидела рядом, перебирая сушёные ягоды шиповника для витаминного чая.

Она долго смотрела на мужа, на его сосредоточенное лицо, на седую прядь в тёмных волосах — след той страшной ночи в лесу. Она больше не могла носить эту тайну в себе. Это было бы нечестно по отношению к нему, к их любви.

— Матвей... — её голос дрогнул, и он тут же поднял голову. — Мне нужно тебе кое-что сказать.Давно сказать.. ещё в самый первый день, ещё до того, как нас повенчал батюшка. Но я тогда струсила, наверно...

Матвей отложил работу и внимательно посмотрел на неё. В его серых глазах не было тревоги, только безграничное терпение и любовь.

— Я не та, за кого ты меня принял тогда, — продолжила она, сжимая его руку. — Я не Ульяна. Настоящая Ульяна... она ушла. А я... я Юля. Я из другого мира.

Она рассказала всё. Про автобус, про боль, про ослепляющий свет и пробуждение в чужом теле в избе тётки Аграфены. Про страх, про провалы в памяти, про то, как она постепенно стала частью этого мира.

Матвей слушал молча, не перебивая. Его лицо оставалось спокойным, только пальцы крепче сжали её ладонь. Когда она закончила и испуганно заглянула ему в глаза, ожидая увидеть гнев или отвращение, он лишь грустно улыбнулся.

— Я знаю, — тихо сказал он.

Ульяна опешила:— Знаешь? Но... как?

Матвей притянул её к себе, обнял здоровой рукой.— Я понял это давно. Ещё там в храме. Когда ты смотрела на меня так, как никто и никогда не смотрел. В твоих глазах был не страх перед угрюмым кузнецом, а интерес ко мне. Я не знал ни Ульяну ни тебя до свадьбы. Ульяна боялась меня. А ты... ты меня полюбила. Полюбила такого, какой я есть.

Он отстранился и посмотрел ей в глаза с невероятной нежностью:— Мне всё равно, как тебя зовут — Юля или Ульяна. Для меня ты — это ты. Моя жена. Мать моих детей. Моё сердце. И я благодарен судьбе за то, что она привела тебя ко мне.

Ульяна расплакалась — на этот раз от счастья и облегчения. Она уткнулась ему в плечо, чувствуя себя наконец-то по-настоящему счастливой. Без тайн и недосказанности.