Часть 4

Администрация располагалась в личных апартаментах буржемейстера, дом был оснащён дымоходом и его отапливали каминами. А ещё в окнах, в отличие от всех окружающих зданий, тут горел свет. Так или иначе, власть имущие снабдили первым делом себя. Зато бухгалтерию они вели на ура, и на все вопросы Пирса выдали папочку с бумагами о состоянии района и количестве жителей, с переписью всех припасов. С Пирсом к рабочей рации собрались идти двое представителей Айбурга, но, сунув нос на улицу, один передумал. Второй, временный начальник полиции Руз Хендрикс отправился через ветер и снег. Омега в возрасте, крупный и очень высокий, отлично держался в пути, хотя ветер сбивал с ног и им пришлось делать множество остановок в домах, чтобы набраться сил и перевести дух.

До полицейского участка добирались час, потом сидели на ступеньках, подъедая булку и остатки колбасы из запасов Пирса. Руз запыхался и взмок, но Пирс не дал ему раздеться – пусть в помещении холод не ощущался, запросто можно простыть или получить воспаление лёгких.

Майор Коэрт Бетроли ответил сразу, явно ждал связи и без задержек перешёл к делу: потребовал отчёт и порадовал новостями. Пирс быстро зачитал нужные цифры, от себя добавив, что продуктов почти не осталось, ещё пара дней, и люди не выдержат.

– С тобой гражданские есть? – поинтересовался майор.

– Руз Хендрикс, назначен главой отдела полиции администрацией Айбурга, – подошёл к микрофону омега.

– У тебя есть звание, Хендрикс?

– Да, я служил в королевских войсках и получил сержанта.

– Что ж, сержант Руз Хендрикс, информацию, что я сообщу, подлежит передать только буржемейстеру и его администрации, по усмотрению. – Коэрт коротко кашлянул. – В течение завтрашнего дня синоптики обещают просвет и в Айбург отправятся три вертолёта. Мы можем эвакуировать восемьдесят человек, у вас чуть больше двадцати часов подготовить проблемных жителей: больных, беременных, раненых. Вертолёты доставят продукты, медикаменты, топливо.

– Очень нужны дрова, – добавил Руз.

– Хорошо, посмотрим, что можно сделать. Главное, подготовьте площадку для посадки и соберите людей, или мы не сможем никого забрать. И поменьше огласки, информацию передадите напрямую мэру, паника вам там не нужна.

Разговор закончился, они вышли из здания, и Руз попросил Пирса самому сообщить о новостях с Большой земли. Видимо, омега ожидал совсем другого, рассчитывал услышать, что не сегодня-завтра их спасут, но для Пирса, на собственной шкуре ощущавшего нехватку продовольствия, и такие вести были во благо. Общение с администрацией вышло боком – поднялась суета, быстро организовалась команда для подготовки людей для эвакуации, а Пирса «по дружбе» уговорили руководить отрядом расчистки поля. Ему выделили лопаты и две бригады, одна из которых оказалась знакомая команда сборщиков со счастливо улыбающимся Сейнном, их послали откапывать футбольное поле рядом с шестым островом.

Ветер всё так же выл, местами закручиваясь маленькими смерчами между домами. Мальчишки в бригаде выдохлись уже через десяток метров, а работы оставалось – словно и не начинали. Пирсу пришлось разогнать зелень по домам, они взмокли, поснимали шапки, а это грозило как минимум гайморитом. Сейнн тоже пытался раздеться, но, поймав строгий взгляд начальника, удержался и уходить отказался. К счастью, после трёх к ним присоединились ещё несколько групп и до темноты они закончили. Никому из помощников цель сего мероприятия не сообщили, потому люди постарше ворчали и работали спустя рукава. Хорошо, администрация организовала всем горячий обед, и только ради этого можно было помахать лопатой.

Поле подготовили к пяти, и хотя продолжал мести снег, сделанного будет достаточно, чтобы подвезти заболевших и погрузить их в вертушки. Пирс старался не выпускать из вида Сейнна, тот умахался, стоял весь красный, пошатываясь, были странные опасения, что свалится в сугроб или ветром унесёт, и ищи потом свищи. То ли ответственность, то ли привязанность заставляла ловить его взгляд, кивать коротко на задорную белозубую улыбку и держаться неподалёку, страхуя и присматривая.

Инвентарь сдали под отчёт, всем выдали по три дополнительных купона, что на фоне скудного мешка с крупой были Пирсу очень кстати. Теперь он понимал, откуда у семьи Сейнна продукты, если двое детей помогают городу и работают сборщиками.

Сейнн и Кнот ждали его у выхода, уже остывшие и ощутимо уставшие.

– Руз сказал о завтрашней доставке, – признался Сейнн, – спасибо. Приятно думать, что я приложил руку к починке рации.

– Это тебе спасибо, – Пирс хотел по-дружески потрепать по плечу, но Сейнн прильнул ближе и пришлось его обнять.

После работы его запах стал ярче и вкуснее, так что дышалось с трудом, Пирс закусил губу, борясь с порывом зарыться носом в волосы, смахнуть глупую шапочку и погладить пальцами его шею. Призывные желания, и слишком болезненные. Что он может дать пацану? Только разочарование.

– Я вас провожу, – твёрдо сказал он, отпуская Сейнна, – уже стемнело.

– Конечно, папа гороховый суп готовит. Велел звать тебя! – весело произнёс Кнот.

– Спасибо.

На улице уже привычно дуло, но за последнюю неделю Пирс так набегался, что непогода казалась обычным делом, а прорываться сквозь метель и заносы воспринималось как каждодневное занятие. Он шёл впереди, укрывая братьев, не позволяя им таранить сугробы. Кнот, непоседливый и шустрый, то и дело пытался куда-то смыться, зато Сейнн держался рядом, цеплялся крепко, так что Пирс его чувствовал через одежду. Стоило зайти в знакомый подъезд, как Кнот, рванув вверх по ступенькам, исчез в мгновение, а Сейнн зачем-то остановился, потянул в сторону и снова обнял.

Понять его порыва Пирс не успел, омега обвил за шею и прижался к губам. Ткнулся ледяным носом в щёку и скользнул сладким языком по нёбу. У Пирса на мгновение случилось затемнение, он прижал Сейна к себе крепче и ответил с жадностью, но потом его как кувалдой остудил порыв ветра – не место и не время для интрижек. И обижать Сейнна не хотелось больше всего на свете.

– Не стоит, – произнёс он, отстраняясь.

– Почему? – Сейнн от него отвернулся, пряча расстроенное лицо.

– Я тебя значительно старше, и это просто неправильно.

– Уверен, дело не в возрасте. – Сейнн вскинул на него взгляд, и в глазах блеснула влага.

Пирс сжал зубы, чтобы не испортить всё ещё сильнее, Сейнн ведь ему нравился, очень нравился, но лучше не пробовать, если нет уверенности в завтрашнем дне. Пирс не был уверен в будущем и на года.

– Я пойду.

– Не вздумай! – Сейнн вцепился в куртку, не отпуская. – Не поступай так. Я буду волноваться и никогда себя не прощу, если с тобой что-то случится.

– Не маленький.

– И я обещал папе привести тебя и накормить, – добил он самым важным.

Пирс посмотрел на сумку с несчастным пакетом крупы и подсыхающим батоном и принял предложение. Уже знакомая комната показалась родной, с теплом, ужином и Сейнном, который, кажется, забыл о неприятном или, наоборот, слишком притягательном моменте в подъезде и теперь общался с семьёй, улыбался знакомо и искренне. Он, проявляя заботу, постелил для Пирса покрывало и подушку на пол. Засыпая, Пирс невольно пытался вычленить среди запахов приятный аромат сладостей и уснуть с ним, словно под мягким пледом.

Утром снова была побудка с рассветом. Сейнн подскочил на работу.

– Ты вчера упахался с лопатой, какая работа, – попытался остановить его Пирс.

– Надо принять груз, – ответил он тихо, покосившись на родных. Видимо, ему велели информацию не распространять, и он даже папе не сообщил.

– Хорошо, я с тобой.

Разыгравшаяся буря вызвала сомнения. Вряд ли у вертолёта получится прорваться сквозь непогоду, но пока они шли к шестому острову, ветер утих и теперь можно было разглядеть тяжёлое серое небо, низко нависшее над отрезанным от цивилизации районом.

Рядом с полем толпилось человек десять. Буржемейстер раздал сигнальные огни и послал парней расставить их вокруг подготовленного места посадки. Через час к полю стянулись выбранные для эвакуации люди. Выглядели они не слишком, но всем пришлось стоять на улице и ждать. Точного времени появления вертолётов никто не знал. Зато когда сквозь облака послышался рокот пропеллеров, все всполошились. Зажглись сигналы, направляя вертушки на посадку, люди подскочили, и Пирсу пришлось организовать охрану, чтобы никого не пускали на поле, пока машинки не сядут. Уследить за всеми все равно было сложно, а уж когда сквозь серую гладь пробился первый вертолёт, и вовсе поднялись крики, даже лежачие больные встрепенулись и махали руками.

Военные доставку организовали очень оперативно – просвет в погоде обещали короткий. Три огромных ящика опустили на землю, отцепили груз и стали принимать пассажиров. Среди лётчиков Пирс узнал одного, с кем ранее пересекался. Тот махнул рукой в ответ, подошёл, поздоровался.

– Ты тоже тут застрял?

– Да, второй месяц морозимся и голодаем.

– Давай забирайся, место найдём, – указал он на свою вертушку, но Пирс уверенно качнул головой.

– Ни к чему, пока справляемся. Лучше увозите тех, кому это важнее.

– Ну, если передумаешь, запрыгивай.

Пирс зачем-то обернулся, выискивая взглядом Сейна, и чётко для себя понял, что не свалит даже при более удобной возможности. Он волновался за Сейнна, чувствовал, словно приручил мальчишку и теперь обязан проследить, чтобы тот дожил до весны. Немного же осталось. А потом его снова пошлют воевать и придётся забыть о спокойной жизни, тёплой комнате и привлекательном аромате домашнего уюта. Сейнн словно заметил его взгляд, обернулся и улыбнулся. Он всегда улыбался, и это причудливо грело изнутри.