Часть 5

Погода начала портиться как по щелчку, снова подул ветер и снег стал крутиться воронками, поднимаясь в небо густым облаком. Военные поторапливали пассажиров, одна из машинок поднялась в воздух и, скрипя лопастями под ударами ветра, быстро скрылась в сером мареве. Две оставшиеся спешно заканчивали погрузку, захлопнули дверцы за последним поспевшим человеком, и одна за другой стали отрываться от земли. Под порывами ветра опасно сблизились, заставляя всех оставшихся замереть от ужаса, но опытные пилоты справились и поскорее взлетели.

Люди ещё какое-то время стояли, вслушиваясь в удаляющийся гул, а потом непогода заставила всех искать укрытие. К сильнейшему ветру добавился ледяной снег, больше напоминавший град из сосулек, и температура упала. Сейнн с братом направились в администрацию на пересчёт продуктов. Всё доставленное требовалось поделить на дни и людей, и развезти на склады в пункты раздачи. Пирс тоже не спешил уходить из тёплого местечка, подсел мэру на уши. Тем для обсуждения было море, а теперь, когда наладилась связь, Пирс стал видным членом маленького запертого сообщества.

Его даже чаем угостили, правда, без сахара, но и так хорошо. В суете, в тепле и с электричеством как-то забылось, что творится на улице и что дома ждёт холодная печка и компания из восьми человек. Время от времени к ним забегал Сейнн с ещё одним парнем, приносили бумажки с отчётами. Смешно докладывали, вытягиваясь перед начальством по струнке, и снова убегали. Пирс наблюдал за этим с улыбкой, ребята напоминали его в молодости, когда он только попал в колесо военщины и пытался выслужиться. Сейчас расшаркиваться перед высшими чинами он разучился, соблюдал субординацию, но в ножки не кланялся.

После очередного доклада Сейнн замер рядом, привлекая внимание, и смущённо дёрнул за рукав, прося отойти на разговор.

– Кнот ушёл с ребятами на доставку и уже второй час как не приходит. Можешь сходить и проверить его?

– Хорошо, – Пирс с неохотой согласился, глянул в окно и поморщился, в такую погоду даже пса на улицу не выгонишь.

– Но если не хочешь, я сам, – Сейнн заметил его недовольную морду и суетливо попытался сбежать, но Пирс не отпустил.

– Вместе пошли, что уж. Мне всё равно надо паёк получить, – он для верности потряс талонами, хотя проще было отправиться на другую точку раздачи, ближе к дому, но Сейнна оставлять не хотелось.

На улице творилось чёрт знает что, неудивительно, что Сейнн волновался за брата. Вместе со снегом в воздухе летали обломки и куски мелкого мусора, ветер порывами взвивался вверх, а потом ронял всё это на головы. Двигаться приходилось по колее, оставленной самодельными санями, на которых перевозили продукты, но это не облегчало дорогу. Сейнн уже привычно держался за спиной, но теперь Пирс то и дело оборачивался, хватал его, проверяя, что тот не потерялся. Они прошли один квартал, выбрались на относительную открытую местность. Между шоссе и спортивным комплексом возвышалось настоящее торнадо, не такое огромное, как Пирс видел в фантастических фильмах, но внушительно толстое, тёмное и пугающе громкое.

– Назад, – он толкнул Сейнна за угол здания как раз вовремя.

Что-то крупное промчалась перед лицом, чуть не задев. А за обломком в их закуток стал приближаться толстый хвост смерча.

– В подъезд, быстро! – Пирс снова толкнул Сейнна, направляя к ближайшему дому, за ними по пятам двигалось чудовище. Настоящий апокалипсис из снега, пыли и грязи, с громом, шумом и клокочущими молниями. Пирс в жизни никогда так не пугался, даже попав под обстрел противника, у него не было ощущения безнадёжности. А сейчас они как две крошечные букашки, и стихия воздушным пальцем вот-вот раздавит их, стерев с лица планеты.

Под порывами ветра с трудом удалось открыть входную дверь, и только они забрались в относительно спокойное место, как новый шквал разбил окно, осыпав их стеклянной крошкой. Сейнн взвизгнул, и Пирс потянул его по лестничной клетке к квартирам. Под вой и грохот за стенами, они торопливо проверяли двери, пока не наткнулись на открытую. Забравшись внутрь, сели в ближайшем углу подальше от окон и грохота и, прижавшись друг к другу, стали дожидаться окончания этого безумия.

В близость смерти не верилось, но вот мощь стихии по-настоящему впечатляла. Даже когда ветер стих, а шквал прошёл стороной, они остались сидеть, не смея покинуть безопасное место.

– Ты не замёрз? – нарушил тишину Пирс.

– Не знаю, меня трясёт, – признался Сейнн, – и ужасно переживаю за Кнота.

– Уверен, ребята закрылись в магазине, спрятались там на складах и сейчас отдыхают в безопасности в окружении нашей еды.

– Хорошо бы, – ухмыльнулся он.

– А я переживаю за вертолёты. Они вовремя убрались отсюда, но шторм не заканчивается в Айбурге, смогли ли они успешно добраться до точки назначения?

– Будем надеяться, что да.

Сейнн вздохнул, расслабился немного, и только теперь Пирс заметил, что сжимает его сильно-сильно, до онемевших пальцев, и сам от напряжения окаменел. Он разжал руки, но Сейнн, напротив, придвинулся ближе, ткнулся холодным носом между воротником и шарфом и выдохнул горячим воздухом. От его дыхания по телу побежали мурашки и обдало жаром. Словно печка включилась и захотелось сделать что-то, приблизиться сильнее, вдохнуть его тоже. Но Пирс наоборот отдалился и встал, рассматривая их временное убежище.

– Придётся переждать бурю тут, – произнёс он, заглядывая в пустующие промороженные комнаты, – надо собрать одеял, возможно мы задержимся на ночь.

Сейнн натаскал покрывал, а Пирс принёс в закрытую прихожую небольшую тахту. Они соорудили шалаш, надеясь, что согреют воздух своим дыханием, и спрятались там. Пока было жутко холодно, даже тёплая одежда не помогала, и Пирс пересадил Сейнна к себе на колени. Так, в темноте и тесных объятиях, действительно стало лучше.

– За окнами всё также буря, – заметил Сейнн.

– Да, погода разбушевалась.

Говорить ни о чём не хотелось. Сейнн решил включить фонарик, но Пирс не позволил – без света всё казалось проще. И намного интимнее. Поэтому он не удивился, когда Сейнн полез с поцелуями, и не стал его отталкивать. Если не смотреть парню в глаза, не вспоминать юношескую задорную улыбку, можно сделать вид, что это обычный временный любовник, и ни о чём не сожалеть. От его прикосновений плавились губы и горело тело, хотелось больше и ближе, так чтобы каждой клеточкой и без капли смущения.

Пирс стащил перчатки и пробрался под его куртку, огладил сначала через свитер, а потом добрался до кожи. Пальцы сжимали её остервенело, почти болезненно и с ярким желанием. Звук расстёгиваемой ширинки окончательно сорвал тормоза. Пирс спустил с его ягодиц штаны и термобелье, раздвинул половинки, сжимая их ладонями, и пальцами нащупал вход. Сейнн был влажным и очень желанным, не терпелось оказаться в нём, погрузиться так глубоко, чтобы слиться воедино.

Собственные штаны напрочь отказывались сниматься. Пирс дёрнул ремень, подкинул на бёдрах Сейнна и наконец высвободил член. Снова притянул его ближе и уверенно насадил на себя. Сейнн выдохнул ему в губы протяжным стоном, сжал зубы, пережидая короткую боль, и, быстро привыкнув, начал двигаться. От его мелких толчков, сдерживаемых нависшим со всех сторон покрывалом, мышцы скручивало. Хотелось сильнее, жёстче, так, чтобы, вцепившись в плоть, больше не отпускать. Пирс сжимал ему рёбра, стискивал талию, тянул на себя и пытался вжаться как можно глубже.

В укрытии наконец-то стало тепло, губы Сейна ласкали лицо и шею. Он страстно всхлипывал, дышал громко и очень красиво стонал. Желания разрывали ещё большей жаждой, так чтобы до звёздочек, чтобы перекричать гул ветра и согреть внутренним пламенем замёрзший город. Сейнн опалил его криком, кончая себе в руку, и сжал тисками мышц, не давая выйти. Пирс выгнулся, застонал и с облегчением позволил вязку.

– Так хорошо, – прошептал Сейнн, оставляя влажный след рядом с яремной веной.

– Не надо слов…

– А мне хочется это обсудить!

– Ох, Сейнн…

Пирс с разочарованием прикрыл глаза, хотя и так ничего не было видно. Но сейчас меньше всего на свете хотелось разговоров, ему тоже было хорошо, просто прекрасно и портить такой момент – глупо.

– Я тебе не нравлюсь?

– Нравишься, – хмыкнул Пирс. Глупый вопрос, учитывая их теперешнюю близость.

– Тогда почему не хочешь попробовать?

– Я военный, Сейнн, могу годами домой не возвращаться.

– Думаешь, я не буду ждать?

От его слов сердце обожгло. Как бы хотелось, чтобы Пирса кто-то ждал. Чтобы именно Сейнн отправлял сообщения, писал письма и встречал после долгих походов. Как бы хотелось, чтобы был человек, дорогой и важный, которому он нужен.

– Ты вырастешь и поймёшь, какая это блажь.

– Мои чувства к тебе не блажь! – рассердился Сейнн. – И я не маленький, уже давно взрослый, самостоятельный, это моя квартира, где мы собирали рацию, я на неё заработал в сетевой компании, и я знаю, что мне надо. Мне ни с кем не было так хорошо и спокойно, – добавил он тише, – и если ты просто хочешь отшить меня, придумай что-нибудь поумнее.

– Давай не сейчас…

– Сейчас! Пока ты не можешь сбежать и мы только вдвоём. Ты не хочешь со мной встречаться? Тогда скажи почему!

– Встречаться – такое глупое слово.

Он замолчал, и вопрос повис без ответа. Сейнн тоже замолк, лёг ему на грудь, пряча руки в тепле их тел, и прижался прохладным носом между косточками ключиц. Пирс не знал, как сказать парню, что не верит в чувства. Давно отучился жить с кем-то вместе, устал от громких эмоций и пустых слов. Если бы это был просто секс… но даже для Пирса всё между ними произошедшее не останется незамеченным, потому что мысли то и дело будут возвращаться в этот маленький шатёр на двоих, где всё могло бы измениться.

Сейнн больше ничего не спрашивал, кажется, задремал, а Пирс прикрыл открытую кожу своим шарфом, подвинул его ноги ближе к себе и охранял его сон, надеясь, что утром всё будет иначе.

Проснулся он оттого, что задеревенел. Член опал, и казалось, яйца обморозились. Он чуть пошевелился, разминая затёкшие мышцы, Сейнн остался неподвижным. Пирс погладил его по спине, по открытым ягодицам. Те были противно холодные, несмотря на то, что он их прикрыл. Следовало одеться и размяться, а ещё лучше переместиться в тёплое помещение, чтобы никто не простыл.

– Просыпайся, – он потряс Сейнна за плечо, но тот только замычал невнятно, – надо согреться!

Он вскочил на ноги, смахнул с них нагромождение одеял и тут же пожалел – в квартиру намело снег, похоже, выбило окна и их укрытие заледенело. Он вздёрнул Сейнна, попытался его поднять, но тот с трудом реагировал, видно, переохладился. Этого Пирс и боялся, и сам же не досмотрел!