Глава 16. Новый сожитель
Вишня, конечно, хотела начать улаживать свою трещавшую по швам личную жизнь после возвращения из столицы, однако чувства внесли свои коррективы. Видимо, тараканий саммит, уютно устроившийся в бабской башке со стаканчиком виски и сигарой, решил, что не нужно столько ждать. Сердце рвалось к Марку и раз она решила сделать первый шаг, то терпеть уже не могла.
Поэтому на следующий день, арендованный белоснежный полуджип с тонированными стёклами заехал на территорию городского парка, тормознув возле хорошо знакомой скейт-площадки. Вишня вышла из машины подобно королеве. Ну типа. По внешнему виду она не заморачивалась. Куда больше её волновала потенциальная возможность запнуться и вывалиться из салона в лучших традициях своей неуклюжести. Однако нельзя не отметить, выглядела она в самом деле шикарно.
Белые штаны с высокой талией красиво контрастировали с зелёным топом и лёгкой светлой курткой. Любимые кольца-серьги затерялись в локонах. Лицо блестело от перламутровых теней. Через час Вишня должна уже быть в аэропорту, где её нетерпеливо караулила толпа поклонников и журналистов. Так что отныне и впредь приходилось соответствовать ожиданиям.
Благо погода позволяла не кутаться в сто одёжек, как эскимос. Ноябрь на носу, а температура на улице гуляла в плюсовой зоне, прыгая от пяти до двадцати пяти. Та ещё легкомысленная барышня. То солнце лупасит, то гром с ливнями хлещет. Всё что угодно, только не снег. О нём их город пока и не думал мечтать. Плюсы географического местоположения. И слава богу. Вишня не любила холод.
Народ на площадке, едва завидев звезду, принялся распихивать друг друга локтями. Шептался, но, по счастью, за автографами не лез. Марк нашёлся без труда, рядом с привычной компанией. Спасибо Карине, это она дала наводку, где искать брата. Курящая Вики, сидевшая на металлической жёрдочке, как нахохлившийся воробей, жестом привлекла внимание Исаева, ковыряющегося рядом на корточках в скейте.
― Привет, ― заметив Вишню удивился он, выпрямляясь. ― Пришла вручить письмо счастья? Когда предварительное слушание?
Багрову, сердце которой при виде него радостно трепыхнулось, готовое лететь на крыльях любви, отрезвила мысленная пощёчина. Она обиженно дёрнулась, невольно отступив назад. Не такого равнодушия Вишня ждала от человека, который, по логике, должен был скучать так же, как и она.
― Вот зачем ты так?
― А иначе не вижу причин звезде такой величины опускаться до уровня болтливой челяди вроде нас. Как там твой метеорит? Ты же у нас вроде теперь с ним. И правильно. Знаменитости должны держаться вместе.
Так значит, да? Выходка Кирилла, как и предполагалось, встала между ними ещё большей проблемой, чем имелась изначально. Вишня, конечно, надеялась, что этот неприятный инцидент они смогли бы обсудить спокойно. И наедине. Но тут она сама прокололась. Подобрала не тот момент и не то место. Вон, кто-то уже достал телефоны.
Попытка нормально поговорить с треском провалилась. Но зато она хотя бы увидела его… Господи, как ей хотелось плюнуть на всё и поцеловать Марка. Утонуть в его объятиях, снова почувствовать привычное тепло и нежность. Вот только ни на тепло, ни на нежность в данный момент рассчитывать не приходилось. Лишь бездушный лютый мороз в котором сейчас мысленно барахталась Вишня. Ощущение отвратительное. Словно она провалилась под лёд и теперь задыхалась.
Нет. Не так она хотела. Не этого. В глазах начинало щипать. Гриффити на кирпичной стене начало смазываться. Только этого не хватало.
― Я лишь хотела, чтобы ты знал: поцелуй случился не по моей вине.
― Да. Это значительно всё упрощает.
― Всё и так просто. Это ты решил усложнить то, что усложнять было не нужно. Ты сам говорил о доверии, помнишь?
― Доверие. Действительно, ― не удержался от ехидства Марк. ― Это же самое обычное дело, смотреть, как какой-то тип целует твою девушку перед тупой охающей толпой. Что в этом может быть не так?
― Мы ничего не можем сделать с тем, что уже произошло. Я полагала, ты знал, на что подписывался, когда начинал встречаться со мной.
― Я тоже так полагал.
А вот это уже похоже на точку. И в разговоре, и вообще. Пора уходить, потому что голос Вишни начинал дрожать.
― Рада, что мы со всем разобрались, ― она хотела уйти, но тормознула, обернувшись. ― И да. Можешь спать спокойно. Никто ни на кого не будет подавать жалоб. Всего хорошего.
Уже больше не мешкая, она резко развернулась на опасно заскрипевших каблуках и быстрым шагом направилась обратно к машине, возле которой дежурил здоровенный детина в чёрном (новоиспеченный телохранитель) и топтался взад-вперед ежесекундно посматривающий на часы недовольный Тимур.
― Ну всё? Можем ехать? ― продюсер с трудом затолкал свою солидную тушку на переднее сидение рядом с водителем, обернувшись к усевшейся позади звезде. Тима с присвистом обречённо вздохнул, без особого восторга разглядывая потёкшую тушь. Опять ревёт! Одни проблемы с этими девушками. С парнями работать проще. Рыдающей Вишне протянули упаковку бумажных салфеток. ― Очки, надеюсь, захватила? Тебе в таком виде нельзя на люди показываться.
Марк долгим невесёлым взглядом проводил газанувшую с места машину, уносящую с собой человека, с фотографиями которого он последние дни только и засыпал. Почему он нагрубил? Да потому что было до сих пор больно. Так обычно и бывает: если один причинит боль, другой ответит вдвойне. Глупая игра с заведомо грустным концом. Но об этом не думаешь, когда в ход идут уязвлённые чувства.
Тяжело соображать, если ревность царапает по рёбрам, гордость душит руками-спрутами, а задетое самолюбие подло нашёптывает на ушко, что всё правильно. Мол, только так и нужно. Во всём этом здравый смысл ещё сопротивляется где-то на задворках сознания, однако находится в печальном меньшинстве. Отсюда и заведомо неразумное поведение.
Смачная затрещина отрезвила Мрака, заставив непонимающе обернуться на шмыгнувшую носом сердитую Вики.
― Ай. За что?
Та с мрачным видом бросила окурок на асфальт и затоптала массивной подошвой.
― Ну ты и кретин, ― шикнула она. ― Тех ушлёпков видишь? ― Вики ткнула пальцем в компанию молодёжи на другом конце площадки, ковыряющихся в телефоне. Тех самых, что снимали. ― Знаешь, что они сейчас делают? Заливают в сеть видос. Знаешь, как будет называться? «Красотку-знаменитость отшил какой-то муд*к. Жесть. Смотреть до конца», ― Исаев как-то совсем туго соображал после затрещины. Пришлось отвесить ему ещё одну. Чтобы нейтрализовать последствия первой. ― Она мириться приехала, болван! А ты ей с разворота пинок отвесил.
― Мириться?
Вики удручённо присвистнула.
― Господи. И что мы, бабы, в тебе нашли? Вроде умный, а такой дурак. Девушки не приезжают, чтобы расстаться. Они делают это по сообщению. Она хотела тебя увидеть. Ждала, что ты ей навстречу побежишь, а ты её унизил при всех.
До Марка, наконец, дошло.
― И что теперь делать?
― Что-что! Догонять и в ноги падать, извиняться! Где ты ещё такую красотку найдёшь? Я бы сама на неё запала, будь я по девочкам. Хотя, кто знает. Может…
Последние предложения Марк уже не слышал. Он сорвался с места, запрыгнув на доску. Догонять на скейте автомобиль, движущийся в неопределённом направлении со средней скоростью в восемьдесят км/ч ― это, конечно, задачка из разряда высшей математики, но сложности сейчас волновали его меньше всего.
На телефон Вишня не отвечала. После пары сброшенных вызовов, аппарат просто выключили. Заслуженно, не поспоришь. Он и сам бы с собой сейчас не разговаривал. До с опозданием заскрипевших несмазанными винтиками и гайками мозгов медленно начинало доходить, что конкретно он натворил.
Раз дозвониться не получалось, приходилось действовать, уповая на интуицию и случай. Так что очень скоро Исаев стучался во входную дверь. Открыл Костя. И он явно спешил. Потому что не отходя от кассы забавно прыгал на одной ноге, натягивая на вторую кроссовок и попутно сжимая в зубах ключи от машины.
― Звонок для слабаков? ― пробурчал он неразборчиво, мучаясь со шнурками. ― Нет её.
Вот чёрт.
― А где…?
Ключи выплюнули в ладонь.
― Умотала в Москву. По своим звёздным делам. Вернется, дай бог, к концу недели. Слушай, у тебя биты нет?
Брови Исаева изогнулись в немом вопросе.
― Э-эм… нет.
― Жаль. Со мной поедешь?
― Куда?
― В крестовый поход, бить морды.
В Москве Вишня не задержалась. На съёмки клипа ушло около двух дней. С хвостиком. Всё прошло на удивление легко, особенно если учесть, что она впервые красовалась в кадре будучи собой. Наверное, сыграл сюжет видеоролика, получившийся некой презентацией её нового образа. С эффектным появлением в начале, где она снимает перед зеркалом парик с очками, после чего выходит на улицу, и нарезкой выступления в конце, состоявшимся там же, в столице.
Премьера под названием: «Реальность, в которой нас больше нет» должна была стартовать в ближайшее время. Первая песня в новом амплуа. Лишь бы не провалилась из-за последних событий. Фокус-группа, новый хит, конечно, одобрила, но как воспримут поклонники… это остаётся под вопросом. По рейтингам станет ясно, есть ли потенциал у юной певицы по имени Вишня Багрова, заступившей на смену вместо "таинственной" Мистерии. Псевдоним тоже был больше не нужен. Скрывать-то уже нечего.
Первым делом, по возвращении в город, была куплена новая сим-карта. Наверное, из женской вредности. Марк звонил все эти дни. Раз пятьдесят, если не меньше. Слал долгожданные сообщения, на которые Багрова теперь уже не отвечала. Некрасивые любительские видео, разумеется, просочились в интернет, активизировав папарацци и новую порцию сплетен под заголовком: "Облом на любовном фронте. Даже знаменитостям отказывают". Со стороны смотрелось жалко. Жалость к себе и подстегивала обиду.
Нет. Она решила, что больше не будет унижаться. Марк крайне лаконично выразил свою позицию, так что Вишня не осталась в долгу и выбрала свою. Видимо, сама судьба даёт знак, что дальше им не по пути. Смена обстановки подарила возможность передохнуть и немного почистить голову. Получилось или нет понять было пока сложно, но во всяком случае её уже больше так не ломало.
Тем более что на горизонте появился тот, на кого можно было слегка переключиться. Кирилл Комета действовал решительно. Встречал её в аэропорту по возвращении с огромным букетом белых роз. Осыпал комплиментами и даже раздобыл новый номер телефона в рекордные сроки (Вишня подозревала, что он спелся с Тимуром, которому нравился такой звёздный тандем для своей подопечной).
Нет. Кирилл по-прежнему был нужен Багровой, как табуретке открывашка, но никто ведь не отнимал возможность потешить оскорблённую женскую гордость. Да и внимание со стороны одного из популярнейших парней современной эстрады не могло не быть приятным. Хотя по факту, но Вишня в этом бы никогда бы не призналась другим, она просто хотела поиграть на нервах Марка. Не самый взрослый подход, но, в конце концов, она же девочка…
Оставалось надеяться, что Исаев следит за её жизнью. Наверняка ведь следит. За обновлениями на сайте, участившимися и порой не самыми удачными фотками, на которых её ловили журналисты, новостями. Багрова даже ради такого завела помимо сайта, которым занимались специально обученные люди, личный аккаунт.
Во всяком случае, Вишня надеялась, что Марк следит за ней. Понятное дело, никто не отменял того факта, что он уже мог давно сдаться и оставить её в покое, что было бы логично, учитывая сложившиеся обстоятельства, но сама мысль об этом причиняла физическую боль. Поэтому такой вариант она даже не желала рассматривать. И так снова начинала сходить с ума. Сложно возвращаться туда, где всё напоминало о том, о ком думать совсем не хотелось.
Хорошо, что было на что отвлечься, ведь жизнь не уставала удивлять своими лихими многоходовочками. В этом она убедилась по возвращению. В данном случае речь шла об эксцентричной Полине. Именно за ней тогда поехал Костя, прихватив с собой Исаева. Выражаясь метафорически, прекрасный принц помчался вызволять принцессу из лап дракона. Хотя тут уж скорее речь шла не о драконе, а о пещерном вонючем гноме, но это звучало не так солидно. Короче, всё по порядку…
Дело было как. Вишня дала себе слово, что не сдаст секрет Полины, но в ход вмешался очередной случай. Чтоб его. Вечно он подкидывает ей свинью. Накануне отъезда она решила выведать, что же произошло в новой формирующейся ячейке общества, состоящей из её брата и слегка тюкнутой на голову одноклассницы. Как говорится, чёрт дёрнул.
Так как из Полины каждое слово можно было вытащить разве что раскаленными клещами, она крайне опрометчиво отправилась к Косте. Вот уж кто молчать и не думал. Выяснилось, что от братца, как и от Вишни не укрылись следы побоев. Но если ей Абрамова рассказала правду, то её "типа" парень был послан далеко, надолго и без права на возвращение из длительного турне без магнитика. Оттуда и ссора.
Поссорились и поссорились, ладно. Милые бранятся и всякое такое. Тема так бы и затихла, если бы во время разговора Костя не заметил отсутствие удивления на лице сестры. Всего лишь догадка окрепла за секунду, обрела материальность и тут понеслось…
Вишня пыталась спастись в своей комнате, но куда там.
― Ты что-то знаешь! ― с ноги выбив и без того незапертую дверь, накинулся на неё Костя.
― Ничего не знаю я! Я глухой слепой крот. И вообще, мне нужно собираться.
― А ну стой, выдерга! ― брат поймал Вишню и, схватив за горло, сердито прижал к стенке. В этот день её что-то активно пытались придушить. Сначала Бабочка, теперь вообще кровный родственник. ― Я должен знать! Обязан! Говори, а то руку сломаю.
― Офонарел? Руку за что? Лучше ногу.
Шутку не оценили.
― Вишня, я ведь буду пытать!
― Не могу я ничего сказать. Мой рот на замке… Ну, фигурально.
― Ты пообещала Поле?
― Воздержусь от ответа.
― Мелкая!
― Что? Ну не могу я болтать.
― Тогда моргай. Один раз если «да». Два раза если «нет».
― Шутишь?
― Пойми ты, мне нужно знать.
― Зачем?
― Потому что люблю её! Неужели ты бы не захотела знать чего-то важно о своём Исаеве?
Вот зараза. Умеет бить ниже пояса. Вишня, принимая поражение, грустно вздохнула. Что было сложно. Её всё ещё держали за горло.
― Задавай вопрос.
Хватка чуть ослабла.
― У неё неприятности? ― в ответ моргнули. ― Это что? ― не понял Костя.
― Сам сказал: «да» ― один раз. «Нет» ― два.
― А, ну да. Ей кто-то досаждает в школе?
Два последовательных моргания.
― За территорией?
Один раз.
― Женщина, мужчина?
Два раза. Затем через заминку ещё раз.
― Я его знаю?
Два раза.
― Кто он? Его имя.
― Так не пойдет. Я на это ответить "да" или "нет" не смогу.
― Мне плевать. Его имя.
― Да понятия не имею.
― Тогда где его найти!
Вишня успокаивающе коснулась груди Кости. Братец завёлся не на шутку. По выступившим венам на его лбу было понятно, что сейчас начнут крошиться стены и разбиваться костяшки.
― Костя, прости. Я правда не могу сказать. Я обещала.
Брат разочарованно отстранился.
― Я думал, ты мне сестра.
Вишня против воли вздрогнула, когда за братом с оглушающим хлопком захлопнулась дверь. По ощущениям как-то… паршиво. Неприятный осадок горчил. Или же это последствия попытки удушения. Один фиг, мерзкое послевкусие. Вот почему она не сдала подругу, что вообще-то должно поощряться, но при этом всё равно чувствовала себя виноватой?
Хотя ведь Костя прав. Не та эта ситуация, когда можно и нужно молчать. И да, Абрамова взбесится, когда узнает, но так ведь будет правильно. Она же не пойдет трещать направо и налево, а лишь доверится тому единственному, кого Полина сама выбрала.
Именно так себя утешала Вишня, когда подкладывала Косте в комнату записку. При чём целенаправленно сделала это за минуты до отъезда, чтоб больше её жизни ничего не угрожало. А то когда Полина узнает, без рукоприкладства точно не обойдётся. Эта мадам может и хребет сломать. А так за недельку поуспокоится, подобреет. Может.
Во всей этой идеальной схеме Вишня не учла один главный фактор. И звали его Константин Багров, который в жизни бы не пустил ситуацию на самотёк. Не та это натура, чтоб узнать, забить и забыть. Вот и в этом случае, толком не дочитав письмо до конца, он сорвался с места.
За этим занятием его и застал Марк. И по непонятным причинам оказался втянут в межличностные разборки. Он и сам не понял, как вместе с Костей уже подъезжал к частному двухэтажному дому, в котором жила Полина. Не особняк, конечно, который был у неё раньше, но и не однушка где-то на окраине. Папаша, стоило отдать должное, не поскупился, оставив бывшей жене достойные условия для жизни.
Абрамова, увидев Костю на пороге, наверное, впервые в жизни потеряла дар речи и по-настоящему испугалась. Слишком уж братец в этот момент был не похож на себя. Особенно когда заметил сходящий на худом предплечье жёлто-коричневый синяк. Домашняя борцовка ничего не прикрывала.
― Кто там припёрся? ― послышался в глубине дома сиплый пропитый мужской голос. ― И где моё пиво? Я велел принести его ещё минут десять назад!
Лицо Кости перекосило.
― Ща будет ему пиво. И пиво, и сухарики, и выбитые зубы, ― пообещал он голосом не предвещающим ничего хорошего, отпихивая Полину и врываясь внутрь. Полумрачная из-за половины неработающих ламп прихожая дыхнула на него залежавшимся воздухом.
Атмосфера не очень приятная. Хороший современный ремонт нещадно начинало трепать время. Видно, что домом особо не занимались: где-то уже отклеивались уголки обои, по низу шли потёртости от подошвы ботинок, торчал выломанный кусок декоративной лепки на встроенном в стену шкафу, на полках покоился слой пыли толщиной с палец.
Абрамова вцепилась в Костю руками и ногами, пытаясь не дать пройти.
― Не надо. Я тебя очень прошу.
― У тебя пять минут собрать своё барахло, ― если бы Вишня находилась рядом, даже она не узнала бы собственного брата. В этот момент было просто невозможно не подчиниться. Костя через плечо кивнул Марку. ― Пошли. Подстрахуешь, если чё.
Что происходило в небольшой гостиной, где на диване перед телеком в спортивных штанах и растянутой майке сидел бомжеватого вида мужик, Полина уже не знала. В это время она в своей комнате поспешно бросала в большую спортивную сумку самое необходимое.
На треск и разнёсшийся грохот в гостиной из второй спальни вылезла сонная женщина: когда-то красивая, но заметно запустившая себя. Пристрастие к выпивке не прошло даром. Кожа на лице постарела раньше времени, приобретя предельный оттенок. Глаза помутнели.
Скандала особого не вышло. Полина, прихватив куртку и телефон, молча отпихнула орущую мать и помчалась на шум. Отчим уже больше не сидел на диване. Теперь он полулежал на полу на пятой точке. Обозлённый, убогий и трусливый. Самое ёмкое определение для этого человека.
С одной ноги слетел тапок. Майка смята и задрана, оголяя малоприятное пивное пузо. Там же рядом валялся напольный торшер, который он снёс при падении. По большому плазменному телеку, который до сих пор чудом не успели пропить, шёл боксёрской матч. Над отчимом хищным ястребом в момент охоты навис Костя, стискивающий в руке взятую тут же пустую пивную бутылку. Замена бите.
― Не избивай его, ― попросила Абрамова, застыв на пороге. ― А то этот м*дак на тебя потом заяву накатает. У него хватит мозгов.
― Разберёмся. Жди в машине, ― приказным тоном велел Багров.
― Только попробуй, дрянь. Ты несовершенно… ― открыл было рот отчим, ринувшись вперед, но Марк, стоящий рядом, бесцеремонно наступил ему на кисть. Ещё и посильнее прижал, чтобы тот заскулил.
― Лучше молчи, ― посоветовал он.
― В машину. Живо, ― видя, что его не торопятся слушать, сердито рыкнул Костя.
В машину так в машину. Полина, не слушая оскорблений в спину, которыми провожала её вслед запахивающаяся в халат мать, выскочившаяся на улицу за ворота, поспешила куда велели. Та всё орала и орала про неблагодарную дочь и колонию для несовершеннолетних, лупася по крыше Тойоты. Пришлось на всякий случай заблокировать дверцы, а чтобы не слышать воплей зажать уши.
Парни вышли через несколько минут. Предельно вежливо оттащили женщину в сторону и уселись в салон. Автомобиль, чувствуя настроение хозяина, газанув, нервно сорвался с места, оставляя позади любопытных соседей, вылезших посмотреть, что происходит.
― Надеюсь, вы его не убили? ― на всякий случай уточнила вцепившаяся ногтями в спинку переднего кресла Абрамова. Машина резко выворачивала на поворотах, не сбавляя скорости, от чего её мотыляло из стороны в сторону.
― Не убили.
― Это хорошо. Но мать натравит на нас ментов. Я правда несовершеннолетняя.
― Не натравит, ― уверенно отозвался Костя.
― Ты её не знаешь.
― А ты не знаешь меня.
Марк обернулся через плечо, успокаивающе кивая сидящей на заднем сидении пассажирке.
― Поверь, не натравят. Слушай, если не секрет. Он же чистой воды урод… Как твоя мать на него вообще запала?
― Первая школьная любовь.
― М-да… Бывает, ― Исаев жестом попросил водителя поубавить рвение. Фонарные столбы уже приветливо моргали им, желая устроить свидание. Тот намёк понял и немного отпустил педаль тормоза. Полина уже более расслабленно откинулась назад, перестав цепляться за всё, что придётся.
― И что теперь? ― спросила она.
― Что-нибудь, ― отозвался Костя, не отрываясь от дороги. И больше в подробности не вдавался. Во всяком случае, пока они не приехали домой в скромное имение Багровых.
Дальше так и вовсе для Полины всё происходило в каком-то сумбуре. Вечером приехали родители с работы, братец коротко осведомил, что на некоторое время она останется с ними. Пока он не переведётся на заочное обучение и не найдёт работу, чтобы снять для них квартиру.
Спросить у виновницы сложившихся обстоятельств о том, согласна ли она на такой поворот событий и чего сама хочет никто и не подумал. Всё произошло без её участия. И вот, она сама не заметила, как уже неделю жила в комнате с Костей и как каждое утро он отвозил её в школу.
Тетради, кстати, пришлось покупать новые. Абрамова в спешке не внесла их в список самого необходимого. Как и учебники. Так что повторно наведаться в бывший родительский дом всё равно ещё придётся. И, возможно, не раз.
Само собой, пополнение в семействе Вишню удивило. Но не особо сильно. И даже обрадовало. Как и то, что убивать её явно не собирался. Временная амнистия была променяна на полный доступ к личной одежде, косметике и неограниченному по часам разрешению на пребывание в её комнате. Это было даже здорово. Иногда раздражала, конечно, врождённая беспардонность Полины, но не катастрофично.
Увеличившаяся очередь в ванную тоже нервировала, кстати, так что глава семейства вознамерился в ускоренном режиме отремонтировать санузел на втором этаже и отдать его в пользование молодёжи. Насколько успела заметить Вишня, девушку брата никто гнать не собирался. Наоборот. Приняли её весьма радушно. Так, нежданно-негаданно, в их семействе появился третий ребенок.
Вишня, Полина и Бабочка лежали поперёк постели, свесив головы так, что их волосы каскадом спадали по простыне. Блондинка, шатенка и брюнетка ― отличная фотка вышла бы для соцсетей с пропиской «три девицы вечерком решили чуток жахнуть перед сном». В подтверждении на полу стояла пустая бутылка шампанского и три бокала. Это Багрова отмечала свой провал в рекламном бизнесе.
Провал, конечно, звучало слишком грубо. Юная звезда всего лишь отказалась становиться лицом сомнительного парфюмерного бренда. Главное правило компании заключалось в том, что сама Мистерия на протяжении следующих нескольких лет должна была пользоваться своим продуктом и периодически пиарить его на камеры.
Вот только парфюм, который ей сунули на пробах оказался дикой дрянью. От запаха хотелось блевать и плеваться. А они предлагали пшикаться им каждый день? Ну уж нет. Это никаких денег не стоило. Так что с духами вышел пролёт и теперь Тимур договаривался с известной косметической маркой на встречу. Но там всё было как-то сложно. С предварительным собеседованием.
― Твой братец тащит меня на каток, ― пожаловалась Полина, обсасывая корочку апельсина. Тарелка с фруктами лежала на её животе. Крайне удобно, так как Абрамова лежала по центру и остальным было удобно тянуться. ― Типа свидание.
― И что? ― не поняла Вишня, играясь черешком своей тезки. И как кто-то умеет завязывать её в узел одним языком? Она мучилась уже минут двадцать.
― Я не умею кататься. Единственный раз вставала на лёд в четырнадцать и вывихнула ногу.
― Так скажи ему об этом.
― Да, конечно. Чтобы он подкалывал меня весь следующий год? Ему дай только повод. Последний раз два дня ржал и называл левожопой, когда я хотела его треснуть и, промахнувшись, шибанула стену. Сильно шибанула, между прочим. Аж звёздочки из глаз посыпались.
Какие, однако, высокие отношения.
― Почему мой брат? Он же полудурок.
― Он умеет меня смешить.
Что-то негромко хрюкнуло, как если бы просело под весом дерево. Бабочка обернулась на шорох и от неожиданности завизжала. На подоконнике в открытом окне сидел Марк. С разбитым ртом, на котором уже запеклась кровь.
― А упёртости тебе не занимать, ― Абрамова своего восхищения не скрывала. ― А если грубую силу позову?
― Зови, ― Исаев потрогал опухшую губу. ― Уже как раз не болит.
Странный разговор был странным только для непосвященного. Суть в том, что получасом ранее Марк пытался встретиться с Вишней более цивилизованно и скучно, через главный вход. Но дверь открыла ему Полина, которая уже была в курсе последних событий и лично посмотрела выложенное в ютуб видео со скейт-площадки. Так что с опростоволосившимся героем-любовником не церемонилась.
― Её нет. Проваливай, ― осадила Исаева она, громко захлопнув перед его носом дверь.
Марк не отступал и позвонил в звонок повторно.
― Я хочу поговорить с Вишней, ― он хотел проскочить внутрь, но Абрамова выставила руки, преграждая путь.
― Ещё раз увижу твою физиономию, расквашу.
Снова хлопнула дверь. Угроза Исаева не напугала. Дверной звонок испустил в глубине третью трель. На этот раз вместо Полины на пороге вырос Костя. Вот тут уже дело запахло жареным.
― Слушай, друг, ― голос братца был спокойный, вежливый, но безапелляционный. ― Я тебя уважаю, но если ты ещё раз коснешься звонка, я за себя не ручаюсь.
― Я должен с ней поговорить.
― Я тебя предупредил. Уходи.
Марк демонстративно вжал кнопку дверного звонка, глядя в упор на Костю.
― Я хочу с ней поговорить.
В ответ тяжело вздохнули.
― Я пытался не довести до греха…
И вот теперь последствия их милой, но непродолжительной беседы красовалась на лице Ромео.
― Мне его вышвырнуть обратно? Лететь будет красиво, ― предложила Полина.
Вишня приподнялась на постели, чувствуя, как закололо внутри. Она-то думала, что её уже отпустило, но нет. По всей видимости, это было лишь затишье. Один вид Марка заставлял тело дрожать в волнении. Всё её нутро летело к нему.
― Не надо, ― не в силах оторвать глаз от любимого лица покачала головой она.
Исаев тоже не отрывался от Вишни.
― Нам нужно поговорить.
Полина обречённо закатила глаза.
― Пошли, гусеница, ― похлопала она по ногам Бабочку. ― Мы тут лишние.
― Хватит обзываться! ― обиделась та. ― Я Бабочка.
― Хорошо-хорошо, капустница. Топай давай.
― Если ты не перестанешь, я тоже тебя буду обзывать!
― Ну и как?
― Н-не знаю… Я ещё не придумала.
― Надумаешь ― скажешь. Хочешь, пару идеек подкину? ― девушки дружески переругивались уже на ходу. И продолжили в коридоре.
Вишня прикрыла за ними дверь, чтобы их бормотание не отвлекало. Она и так нервничала. Облокотившись на прохладную поверхность, Багрова в томительном ожидании мяла пальцы за спиной. Первой начинать разговор у неё не хватало смелости. Слава богу, Марку её хватало на двоих.