Глава 24

И всё же, направляясь к доктору, я волновалась. Я даже Тимто ничего не сказала, чтобы не дарить мальчику преждевременных надежд.

Дом на Канальной улице сразу покорял воображение. Он был окружён кустарником, стриженным в форме изящных женских фигур. Иные прелестницы несли на плече кувшин, другие гуляли с зонтиком от солнца, третьи держались руками за улетающую шляпку. Я и интересом разглядывала живую изгородь. Фантазии садовника можно было только позавидовать. Отпустив извозчика, я не спеша, с удовольствием прошла по аллее, ведущей к дому, полюбовалась на небольшой красивый фонтан перед домом, и, наконец, остановилась у тяжёлых резных дверей. Судя по тому, что я успела увидеть, владелец дома не нуждался в деньгах.

Звук от дверного молотка ещё не затих в глубинах большого дома, как мне отворили. Молодая женщина остро взглянула на меня и вежливо поздоровалась, впрочем, не торопясь пропускать меня внутрь.

- Сожалею, но доктор Димент не берёт новых пациенток до следующей недели, - сказала она. – Но я могу записать вас на вторник, - она вопросительно взглянула на меня, ожидая моего решения.

- К сожалению, вся следующая неделя у меня занята, - расстроенно сказала я. – Скажите, а просто поговорить с фрамом Диментом я могу? Всего несколько минут. Дело в том, что помощь нужна не мне. Пожалуйста, передайте ему, что его просит о встрече Николь Саган.

- Николь…Саган? – по инерции переспросила женщина, и тут, видимо, вспомнила, где она слышала моё имя. – О! – коротко и ошеломлённо произнесла она. – Это…вы?

Честно говоря, разговор на пороге напрягал, но ради Тима и не то можно было вытерпеть. Я терпеливо улыбнулась и подтвердила:

- Несомненно. Так я могу рассчитывать, что вы сообщите обо мне доктору?

- Да, конечно, - смущённо отступила дама, наконец пропуская меня в святая святых. – Я сейчас поднимусь к фраму Дименту. Пожалуйста, подождите здесь.

Я кивнула и опустилась на один из весёленьких диванчиков, обтянутых гобеленом со сценами охоты.

На диванчике напротив обнаружилась тощая девица примерно моих лет. Она сидела, уткнувшись в журнал, но как только я села, быстро, с любопытством взглянула на меня. Видимо, обрывки нашего разговора с администратором долетели до её ушей. К счастью, здесь не принято было приставать с разговорами к незнакомым дамам, и моя соседка ограничивалась только быстрыми и какими-то очень цепкими взглядами. Я была уверена, что за те несколько минут, что мы провели рядом, она срисовала и моё платье, и причёску, а уж узнать меня на балу или же на улице теперь не составит для неё труда. Время показало, что я была права, но сейчас мне некогда было думать об этом, потому что дверь кабинета на втором этаже распахнулась, и дама-администратор спустилась за мной с известием, что доктор ждёт.

Мне навстречу из кресла поднялся плотный мужчина лет пятидесяти. Глаза его с любопытством прошлись по моему лицу, скользнули вниз по фигуре. Я рассердилась. Не хватало ещё, чтобы меня так откровенно разглядывали.

- О, простите, фра Николь, - с неожиданно приятной улыбкой сказал врач. – Это чисто профессиональное. Я должен был посмотреть, смогу ли помочь своим клиенткам, которые захотят стать похожими на знаменитую Николь Саган!

- Фрам Димент! – укоризненно сказала я. – Очень вас прошу не делать этого! Мне что, взять патент на свою внешность?

- Прелестная юная девушка с фирменным знаком на щеке? – засмеялся доктор, и я невольно улыбнулась, представив соответствующую запись в книге Золотых рецептов. – Не волнуйтесь, дорогая фра Николь, даже если бы я очень захотел, вы неповторимы! Красота – это ведь вовсе не идеальные черты, хотя вы прелестная молодая девушка! Это ещё и ваш умный взгляд, и нечто неопределимое, что есть в вашем лице – необычное, загадочное. Когда вы задумываетесь о своём, даже я со своим опытом начинаю сомневаться, действительно ли вам восемнадцать лет, как я определил на первый взгляд.

- Вы не ошиблись с возрастом, фрам Димент, - улыбнулась я, поворачивая разговор с чересчур проницательным доктором в нужное русло. – Мне восемнадцать. Прошу прощения, что нарушила ваше расписание приёма, но мне очень нужна ваша помощь, - и в нескольких словах я обрисовала проблему Тимто.

- Хмм,… - некоторое время доктор молчал, потом быстро взглянул на меня. – Этот мальчик из приюта…он ваш родственник?

- Нет, - честно ответила я. – Скорее, товарищ по несчастью.

Фрам Димент удивлённо взглянул на меня.

- Никогда бы не подумал… Вы идеальны! Есть что-то, чего я не знаю? – осторожно спросил мужчина. – Если что, я всегда готов помочь, фра Николь.

- Сейчас со мной всё нормально, - спокойно ответила я. – Но долгое время я была прикована к инвалидному креслу. И потому для меня так важно вернуть этим детям здоровое тело и нормальную жизнь.

Доктор задумчиво кивнул.

- Что ж, фра Николь, - медленно сказал он. – Я должен посмотреть мальчика. Но вам придётся пообещать мне одну вещь.

- Я слушаю вас, - несколько недоуменно произнесла я.

- Если у меня получится излечить этого мальчика…Нет-нет, я ничего не обещаю заранее! Я не Светлейший, но многим моим пациенткам помогает вера в меня. Поэтому постарайтесь убедить вашего протеже в том, что ничего невозможного нет. Магическое поле тех, кто безоговорочно верит мне, чудесным образом меняется, и тогда мне действительно удаётся невероятное. Хотя у меня ещё не было таких сложных случаев, я согласен попробовать.

Я благодарно улыбнулась ему, готовая высказать свою благодарность, но доктор остановил меня жестом:

- Так вот…Я постараюсь сделать всё возможное, и если у меня получится помочь мальчику, вы должны позволить мне использовать этот случай для рекламы моих услуг.

Я чуть нахмурилась, представляя, во что превратится жизнь Тимто, которому невозможно будет незамеченным выйти в город.

- Доктор Димент, - решительно сказала я. – Это жестоко – подставлять ребёнка под постоянные любопытствующие взгляды. Даже излечившись, он будет чувствовать себя увечным. Я хочу, чтобы он наоборот поскорее забыл обо всём, как о страшном сне.

- Что вы, фра Николь! – всполошился доктор. – Я никогда не подставил бы так моего клиента. Все истории болезни хранятся в строгой тайне, и никто не узнает от меня имён тех дам, которым я смог помочь. Вы меня не так поняли…Я прошу разрешения использовать ваше имя. Если бы вы позволили мне сделать достоянием общественности тот факт, что я излечил вашего…допустим брата…или другого родственника…Моя клиника стала бы всемирно известна!

Я задумалась. Слава подобного рода была бы сомнительной услугой, будь доктор Димент заурядным лекарем. Но он и без того был известен и уважаем в местных кругах.

- Пожалуй, я позволю вам ссылаться на успешный случай излечения моего родственника, - решившись, сказала я.

Глаза доктора радостно вспыхнули, и он хотел уже было что-то сказать, но я остановила его жестом:

- Однако вы должны пообещать, что начнёте…гмм…хвастаться тем, что я воспользовалась помощью вашей клиники только в случае полного излечения Тимто.

- Несомненно! – серьёзно пообещал мужчина.

- Прекрасно, - улыбнулась я, понимая, что из тщеславия этот человек сделает больше, чем сделал бы, руководствуясь милосердием. – Я оплачу каждый сеанс и гарантирую премию, если вы сумеете полностью излечить мальчика.

Заручившись согласием доктора Димента, у которого волшебным образом появился час свободного времени в плотном графике приёмов, я в самом прекрасном настроении вернулась в банк. Там меня уже поджидали Геманир вместе со взволнованной Дарис.

- Уже завтра? – обрадовалась Дарис, узнав о том, что Тимто тоже начинает лечение. – Я буду молиться, чтобы всё получилось!

- Мы все будем молиться, - поддержала сестра Морея, когда я привезла девочку домой. - Доктор прав в том, что Светлейший помогает тем, кто искренне верит в его помощь.

- Ты скажешь ему об этом сегодня? – спросила Дарис.

- Пожалуй, - подумав, решила я. – Мне всё равно придётся вернуться в приют и предупредить коронета Лигрезо, что завтра я заберу Тима для визита к доктору. Тем более, что Димент настаивал на том, чтобы я убедила Тимто в том, что доктор настоящий кудесник и может сотворить чудо.

Сестра Морея покачала головой, но воздержалась от осуждения. Я коротко сжала её руку, вполне понимая причину недовольства монахини.

- Ты ещё поедешь в банк? – спросила женщина.

- Сначала немного полечу Дарис, - ответила я и потянула подругу за руку. – Идём. А после я попрошу вас с сестрой Мореей заняться эмблемами приюта. Их нужно начистить и прикрепить к новым формам. Перед отъездом я покажу тебе, как они крепятся.

Честно говоря, идея поручить эмблемы сестре Морее и Дарис была не очень удачной. Монахиня тоже уже неважно видела в силу своего возраста, но я решила, что покажу, как ориентироваться по выступающей части эмблемы, чтобы не ошибиться. Однако, когда, полечив Дарис, я начала объяснять девочке, как крепится эмблема, она взволнованно воскликнула:

- Николь, мне вовсе ни к чему ощупывать её пальцами. Я вижу, что верх у неё голубой, а низ – тёмно-синий.

- Правда? – обрадовалась я.

Эмблема была немассивной, и если Дарис сумела разглядеть переходы цвета, значит, к ней на самом деле возвращалось зрение!

Лихорадочно разыскав книгу, по которой учила Беана, я сунула её Дарис.

- А ну-ка, попробуй сказать, какого цвета это флаг! – попросила я.

- Зелёный? – спросила меня Дарис, сияя глазами.

- Точно! А платье у этой дамы?

- Розовое?

Я от души стиснула подругу в объятиях.

- Как я рада, Дарис! Вот погоди, когда мы вернёмся в приют, ты уже сможешь рассказать всем друзьям, какого цвета у них глаза!

И пусть изображение на картинках до сих пор расплывалось, Дарис с упоением листала страницы книги и радостно повторяла:

- Жёлтый…Коричневый…Красный!

В приют я летела воодушевлённой и радостной. Лигрезо удивлённо приподнял брови, снова увидев меня и согласно кивнул, выслушав новость о том, что я нашла доктора для Тимто, а Дарис уже различает цвета.

- Надеюсь, что у вас всё получится, - сказал он. – И очень рад за Дарис. Даже я сомневался, что в человеческих силах вернуть зрение этой девочке. Но вы, фра Николь, пожалуй, скоро научите меня верить в чудо!

- Это действительно чудо – та сила, которой меня наделила эльта, - согласилась я. – И грех было не воспользоваться такими способностями, чтобы помочь этим несчастным детям.

- Тогда скорее идите к Тимто. Без Дарис он совсем затосковал.

Я благодарно склонила голову и поспешила в спальню к мальчикам.

Тим и правда был невесел. Мальчишки неподалёку устроили весёлую возню, в которой он не принимал участия. Сидя на своей кровати, Тимто вертел в руках рамочки для жарнегов.

- Что бы ты хотел из них сделать? – спросила я, и мальчик только тогда заметил меня и поднял глаза. Они подозрительно блестели.

- О, Николь, - всё же обрадовался Тимто. – Это правда, что ты снова забрала Дарис домой? - В голосе Тима прозвучала ревность и обида.

- Правда, - честно ответила я. – У меня сейчас слишком мало времени, а лечение нельзя останавливать ни на день. Но у меня есть хорошие новости и для тебя.

- Какие? – спросил мальчик без особой надежды.

- Я, кажется, нашла человека, который берётся вылечить тебя.

Тимто быстро взглянул на свою маленькую недоразвитую кисть и испуганно спросил:

- Он что, пришьёт мне руку от мертвяка?

- Ещё чего! – возмутилась я. – Успокойся, он не будет ничего ни резать, ни пришивать. Рука у тебя уже есть, мы только подрастим её.

- Наверное, он великий маг, если умеет выращивать новые руки! – недоверчиво предположил Тимто.

- Он настоящий мастер своего дела! – заверила я мальчика. – Но так как доктор не собирается исправлять твою руку при помощи скальпеля, то, как быстро она вырастет, зависит и от тебя.

Мы долго проговорили с Тимто, и хотя у меня на сегодня было запланировано ещё немало дел, я не ушла из приюта, пока не убедилась, что мальчик воспрянул духом. На прощание я ласково сжала его горячую ладошку.

- До завтра, Тим. Всё будет хорошо, не трусь. Я просто уверена, что доктор сумеет тебе помочь. А ты?

Тимто прерывисто вздохнул и тихо, но твёрдо ответил:

- Я тоже в это верю!

Я улыбнулась и обняла Тима.

- Такой настрой нравится мне гораздо больше!

По дороге из приюта я думала о том, что мне и самой не помешала бы уверенность, что я смогу помочь другу. Ведь у нас и правда может ничего не получиться. Но одно я знала точно: если доктор Димент не сможет вылечить Тимто, мы будем пробовать снова и снова, пока не добьёмся успеха.

Наверное, я слишком глубоко задумалась, потому что вместо того, чтобы отправиться к банку через портал, пошла пешком. Обнаружив это, я взмахнула рукой, останавливая карету. Та как раз не спеша катила мимо – видимо, возница увидел, что я кручу головой и решил подождать, пока я созрею.

Что ж, было даже неплохо неспешно прокатиться по городу, любуясь видами и отдыхая от суеты. Чем я и занялась, с удовольствием разглядывая через окно кареты нарядных горожан. И напряглась, только когда возница вдруг принял вправо, к обочине.

- В чём дело? – недовольно спросила я, выглядывая в окно.

В это время дверь кареты растворилась и в неё, пыхтя, влез толстый господин. Я отпрянула, узнав это жирное лицо со складками тройного подбородка. Это точно был он – мой заказчик! Даже имя всплыло в памяти – Владлен Давыдович.

Непроизвольно я дёрнулась, рванув ручку кареты с другой стороны. Однако выскочить не удалось – ручку заклинило.

Толстяк тем временем, довольно ухмыляясь, уселся напротив, и карета тронулась.

- Узнаала, - довольно протянул он, всматриваясь в моё лицо своими маленькими глазками. – А Велеза тебе на пользу! Вон какое личико отхватила! И вторую молодость, да, детка?

Он попробовал схватиться за мой подбородок своими толстыми пальцами, но я увернулась и забарабанила кулаком в потолок кареты.

- Остановите! – повелительно крикнула я и оттолкнула руку мужчины.

- Стучи-стучи! – хохотнул заказчик, явно наслаждаясь ситуацией. – Он всё равно не остановится. Я предупредил его, что ты – моя жена, которая загуляла с женатым фрамом.

Подавить панику удалось не сразу, но я всё же сумела немного унять бешено колотящееся сердце, откинулась на сидении, выпрямив спину. Этот тип гораздо сильнее меня, не говоря уж о том, что он может быть вооружён. В замкнутом пространстве у меня просто нет шансов, я даже портал не сумею открыть, слишком мало места. Значит, нужно взять себя в руки и попытаться выяснить, что ему от меня надо.

Впрочем, долго выяснять не пришлось.

- Ну что, молодец! – удовлетворённо сказал толстяк, глядя на меня почти с нежностью. – И эльту нашла, и мне знак дала! Вот дуры бабы! Могла ж и дальше сидеть тихонечко со своим богатством, нет – банк открыла. И какой! Он же как твоя визитка, и искать хозяйку не надо! По дому затосковала, или просто думала, что ничего не поймут?

Я молчала, глядя в окно кареты. Проплывающие в нём виды больше не радовали. Это ж надо было так влипнуть! Самое неприятное, что толстяк во всём был прав. Для чего было выстраивать суперсовременный банк? Слишком уверена была, что назад пути нет, и меня никогда не найдут современники? Если бы не это здание, словно перенесённое из моей прошлой жизни, можно было бы притвориться, что я знать не знаю, о чём он говорит. У меня новая внешность, семья, я просто не могу быть той Машей, которая по вине этого человека ухнула в странный колодец, а очнулась в Велезе! А теперь разуверять его бесполезно.

«Так, хватит!» - решительно остановила себя я. Сейчас не время для самобичевания. Ничего ещё не потеряно. Когда-нибудь карета да остановится, и там я уже без труда смогу уйти, открыв портал. Сейчас надо просто молча слушать и укреплять его в мысли, что я до смерти перепугана и полностью в его власти.

- И что…теперь? – спросила я, постаравшись, чтобы голос прозвучал испуганно и робко. Думаю, в сочетании с моей нынешней внешностью это смотрелось трогательно и беззащитно.

Вот только таким мужчинам, как мой бывший заказчик, чувство жалости было неведомо. Он чуть усмехнулся, скользнув довольным взглядом по моей фигуре.

- А теперь мы с тобой поженимся, красавица.

Этого ещё не хватало!

Видимо, чувства, которое я испытала при этом заявлении, явственно отразились на моём лице, потому что толстяк криво усмехнулся и, придвинувшись ближе, схватил-таки меня за подбородок:

- Не нравлюсь? – спросил он, прищурившись. – Что так, Марусь? Рожей не вышел?

Я отчаянно рванулась, забыв, что решила терпеть и притворяться, слишком уж мерзким было ощущение липких пальцев на моём лице, резкого запаха пота и близкого тяжёлого дыхания.

Рука скользнула по моему подбородку, мужчина выругался и отшвырнул меня от дверцы, опустил плотную штору, закрывая окно. Не удержавшись, я упала на сидение кареты, и от резкого движения амулет, висящий на шее и скрытый под платьем, выскользнул из ворота.

Увидев эльту, толстяк издал неясный возглас и попытался схватить розовый кружок. И зашипел, когда рука его с разгона наткнулась на преграду. Контур!

Я поморщилась, услышав очередную порцию мата. Тряся рукой, мой бывший заказчик зло спросил:

- А это что за хрень?

Его маленькие глазки злобно буравили меня.

- Напоминание, что не нужно зариться на чужое, - буркнула я, поднимаясь. – И никакая женитьба здесь не поможет…Владик.

Его лицо дёрнулось, а кулаки сжались так, словно он был готов немедленно пустить их в ход. Но этот тип сумел взять себя в руки. Наверное, понял, что невеста с синяками привлечёт ненужное внимание.

- А это мы ещё посмотрим, - с угрозой сказал Владлен. – Мои жены быстро становятся шёлковыми…А ведь какими норовистыми были, гордыми, - криво усмехнулся он и почти спокойно откинулся на спинку сидения. – Но мне даже нравится объезжать таких горячих кобылок, - толстяк сально подмигнул. – Не люблю снулых баб. Через пару дней сама мне всё отдашь…Машенька.

Он замолчал, словно потеряв ко мне интерес, но на тяжёлом лице бродила тень этакой гаденькой и безжалостной усмешки, как будто мой бывший заказчик смаковал приятные воспоминания. Приятные для него, а вовсе не для этих неведомых несчастных жён.

Ну, хватит, Маша! Он, может, и Синяя Борода, вот только меня в своей коллекции жён ему не видать!

Я села ровнее, стараясь выглядеть спокойной. И куда же он меня везёт? До храма Светлейшего мы уже давно должны были доехать. Но рассчитывать, что он среди бела дня выпустит меня из кареты в центре Биссары, было наивно. Скорее всего, этот тип присмотрел один из уединённых маленьких храмов на побережье. Вряд ли ему нужны свидетели того, что невеста не горит желанием выйти замуж.

Не страшно. Даже если у меня вдруг не получится открыть портал, как только я пойму, куда меня привезли, сразу сообщу Флаю. Он и так уже, должно быть, почувствовал, что у меня что-то случилось.

Ровная дорога скоро кончилась. Как я и предполагала, карета выехала за город. Прикрыв глаза, я попыталась определить направление. Карета повернула только два раза, но солнце по-прежнему светило с левой стороны, значит, дорога, по которой мы сейчас ехали, вела на Барлик. Мы всё больше удалялись от моего дома, и бездействовать дальше было просто опасно. Вдруг Флай не сможет переместиться так далеко? Или же просто чуть опоздает, и обряд уже свершится? Нельзя допустить этого! Насколько я знала, разводы в этом обществе были делом практически невозможным.

Пора было связаться с братом. Жаль, что шторы с обеих сторон были закрыты, и я не могу передать ему картинку. Зато знаю направление, в котором мы сейчас едем. Я сосредоточилась и позвала брата.

Отклик пришёл почти мгновенно. Уфф! Оставалось только сообщить Флаю, где я. Но сделать это я не успела.

Карета дёрнулась, останавливаясь, и мой спутник грубо затормошил меня:

- Эй, ты что, от страха в обморок грохнулась? А ну давай, выходи, и без глупостей! – и Владлен буквально выволок меня из кареты.

Кучер смотрел на всё это безобразие вполне одобрительно и явно сочувствовал не мне, а моему похитителю. А тот так крепко держал меня, что даже открой я сейчас портал, уйти не смогу.

Единственное, что я смогла – это отправить-таки Флаю картинку – ярко-синяя вода близкого залива и крохотный храм, притулившийся на скале.

- Да проснись ты! – с досадой прикрикнул «жених» и поволок меня к храму.