Глава 6

Волнение становилось тем сильнее, чем ближе мы подъезжали к храму. Наверное, это было слишком заметно, потому что Лигрезо спросил:

- Фра Николь, вам нехорошо? Вы побледнели.

- Всё хорошо, - улыбнулась я. – Просто немного волнуюсь.

- Когда вы со мной, вам нечего бояться, - мягко сказал коронет.

Я промолчала. Волноваться за себя просто не приходило мне в голову. Просто, как я уже сказала сегодня Дженне, недавнее прошлое внезапно придвинулось вплотную и заглянуло в глаза.

Ну нет! Возврата к прошлому не будет! Я точно знала, что даже останься я сейчас без гроша в кармане, всё равно не пропаду. Я решительно прогнала все тревожные мысли, и, когда карета подъехала к храму, была уже спокойна.

Детей из нашего приюта я заметила издалека. Тимто о чём-то болтал с худеньким пареньком, неподалёку от них с гордым видом стояла Лиро, а вот Дарис почему-то не было. Меня снова кольнула тревога. А вдруг за то время, что меня не было, с девочкой что-то случилось? Что, если она заболела или попала в карцер?

Приказав себе успокоиться, я сошла с подножки кареты, приняв руку коронета Лигрезо. Как я и предполагала, меня не узнали. Детские глаза с интересом проследили за нашей группкой, направляющейся к храму. Я задержала Дженну, тихо сказав:

- Деньги отдашь позже, когда выйдем. Но Лигрезо, не слышавший, о чём мы говорим, не стал ждать и направился прямо к детям.

Я увидела, как обрадовался Тимто, получив свой тум и отвернулась, чтобы не привлекать к себе внимания.

- Войдём в храм, - предложила я.

Мы вошли в полутёмное помещение, и Дженна удивлённо оглянулась, увидев, как храм озарился светом.

- Я ещё не видела, чтобы Светлейший озарял своим светом до прикосновения! – призналась она.

- Это особенный храм, - улыбнулась я. – Наверное, Светлейший ещё помнит меня девочкой в инвалидной коляске.

Мы прошли к сияющей статуе и приложили ладони. Я закрыла глаза, чтобы сосредоточиться и не забыть ничего из того, о чём хотела попросить.

Я молила Светлейшего о том, чтобы он помог мне спасти каждого ребёнка из приюта, чтобы люди, которые сделали жизнь этих несчастных детей невыносимой, были наказаны, и чтобы на новом месте, в Биссаре, я сумела изменить жизнь этих детей к лучшему.

Статуя под моей рукой была тёплой, и странным образом мне казалось, что я касаюсь живой плоти. Удивлённая, я открыла глаза, и встретила взгляд Гариза Лигрезо. Он только что вошёл в храм, и остановился неподалёку, чтобы не мешать нам молиться. Его взгляд заставил меня смутиться.

В тот миг, когда Лигрезо считал, что его никто не видит, он смотрел на меня с такой задумчивой нежностью!

Я поспешно отвела взгляд. Ох, как же всё непросто! Мне вовсе не льстило внимание Лигрезо, и я боялась момента, когда он, быть может, решится мне сказать о своих чувствах. Я слишком его уважала, но знала, что между нами невозможны никакие иные отношения, кроме дружеских.

Впрочем, скоро я засомневалась, не почудился ли мне этот взгляд, полный нежности. Коронет вёл себя абсолютно непринуждённо, как всегда. Он первым встретил вышедшего священника и подвёл его к нам, чтобы мы с Дженной могли попросить благословения. Мужчина внимательно выслушал нас, и, хотя мы не могли раскрыть дела, по которому прибыли в Лазри, благословил поочерёдно меня, коронета и Дженну.

Из храма я выходила с чудесным ощущением, что нахожусь под защитой. Мы с Гаризом прошли к карете, тогда как Дженна подошла к детям, чтобы раздать милостыню. Из осторожности я смотрела из окна, чуть отодвинув шторку.

Тимто встрепенулся, когда в его стакан для пожертвований опустилось несколько монет, а после глаза его раскрылись так широко, что я невольно улыбнулась. Мальчик был ошарашен, впрочем, как и все дети, которым тоже перепало немало. Даже невозмутимая Лиро растерялась, и зачем-то закрыла стаканчик ладошкой.

Я чуть нахмурилась, подумав, а что если эта глупышка откажется ехать со мной? Нет, оставлять её здесь точно нельзя, как и воришку Фрила. Пусть эти дети были мне менее симпатичны, чем другие, не их вина, что они стали такими.

- У вас очень живое лицо, - заметил Лигрезо, который, оказывается, продолжал наблюдать за мной. – По нему можно прочесть всё, о чём вы думаете.

Я предпочла не отвечать, и только чуть улыбнулась в ответ. Дженна тем временем закончила раздавать милостыню и направилась к карете. Я отстранилась от окна и откинулась на спинку сидения.

- Завтра всё решится, - сказал Лигрезо.

Да! Скорей бы наступило завтра!

Я думала, что день для меня будет тянуться бесконечно, как всегда перед событием, которого очень ждёшь, однако вечер неожиданно порадовал меня разнообразием впечатлений.

Дома нас ждал праздничный ужин. Нарядная Мари торжественно провела гостей к столу, где и рассадила согласно карточкам. Малышка была так серьёзна и столь ответственно подошла к своему поручению, что я не смогла скрыть улыбки.

Мне очень нравилась эта девочка, и я снова поймала себя на странном ощущении, что смотрю на себя маленькую.

После ужина, который удался повару Ислугов на славу, мы прошли в сад. Мы с Дженной и Мари уселись на широкую доску деревянных качелей. Девочка без труда поместилась между нами, объявив:

- Я совсем не боюсь качаться!

- Я тоже, - тихонько, чтобы не слышал раскачивающий качели Юл Ислуг, призналась я. – Когда я была маленькой, часто качалась стоя.

Мари восторженно ахнула, а Дженна сделала мне большие глаза.

- А вы научите меня? – загорелась девочка.

- Хм…ну, тогда я всё же была постарше тебя, - пошла на попятную я. – Может быть, года через три…

- Через три?! – в отчаянии воскликнула малышка. – Но это же так долго! Я буду совсем уже старая!

Я не выдержала и рассмеялась. Пожалуй, надо заняться с Мари математикой, чтобы при поступлении в школу она уже свободно ориентировалась во времени.

Накачавшись вволю, мы отправились с Мари смотреть рыбок в фонтане. Зрелище и правда было прекрасным: заходящее солнце просвечивало воду насквозь, и в этой прозрачной воде резвились юркие разноцветные рыбки.

- Сейчас солнце сядет, и они сразу захотят спать, - сказала Мари и зевнула.

- Похоже, спать хотят не только рыбки, - улыбнулась я.

- Что вы! – взбодрилась девочка. – В честь вашего приезда папа разрешил мне не спать сколько захочу! – и она потянула меня дальше в сад, чтобы показать необычные голубые розы.

Мы вместе полюбовались на них, но тут солнце село, и сумерки тут же принялись гасить яркие краски сада.

- Нам лучше вернуться, - сказала я, услышав, как Мари зовёт отец.

Девочка крепко ухватила меня за руку, сладко зевнула и посетовала:

- Я и правда хочу спать. Какая досада! Ведь сегодня я могу не спать всю ночь! А что, если мне умыться в фонтане?

- Лучше не надо, - отсоветовала я. – Давайте я отведу вас в спальню?

- Я боюсь, что вы уедете, пока я сплю, - призналась девочка.

- Куда же я уеду на ночь глядя? – удивилась я. – Завтра мы ненадолго съездим по делам, а потом можем поиграть в саду.

- Правда? – обрадовалась Мари. – А вы расскажете мне сказку?

- Обязательно! – пообещала я.

- Тогда идём! Я только пожелаю папочке спокойной ночи. Сегодня папа отпустил мою няню фра Гаой, а я немного боюсь засыпать одна.

Мужчины с Дженной были у фонтана. Мари повисла на шее у фрама Ислуга и что-то тихонько прошептала на ухо отцу. Тот улыбнулся и поцеловал девочку.

- Хорошо, если фра Николь согласна…

- Да, конечно, - подтвердила я. – Мой брат Беан тоже обожает сказки, так что я знаю их великое множество.

- Пожалуй, я пойду с вами, - сказала Дженна. – В саду становится прохладно.

Втроём мы прошли на освещённую веранду. Прямо за ней сгущались сумерки, таинственно шумел под лёгким ветерком сад, и на мгновение я ощутила себя как в детстве.

- В каком красивом месте вы живёте! – воскликнула я. – Вокруг моего дома тоже есть сад, но это просто яблони.

- Как здорово! – искренне восхитилась Мари. – Значит, яблоки можно рвать прямо с ветки?

- Да, конечно. Только они кислые, но для пастилы и яблочного сыра в самый раз.

- А что такое пастила? И разве сыр может быть яблочным? – заинтересовалась девочка.

Я пообещала рассказать ей, когда она умоется и ляжет.

До сказок в этот вечер так и не дошло. Вместо этого я рассказала маленькой Мари, как решила делать пастилу, чтобы продавать её, и как пастила стала моим первым золотым рецептом. Девочка увлечённо слушала, как мы впервые пришли с пастилой на ярмарку, неожиданно попали за лучшие прилавки и получили главный приз. Кажется, моя история понравилась ей даже больше сказок, правда дослушать её до конца Мари не смогла, потому что заснула.

Я укрыла малышку одеялом и, склонившись, поцеловала её.

- Спокойной ночи, маленькая, - прошептала я, и повернувшись к дверям, вздрогнула от неожиданности, увидев Ислуга.

Он улыбнулся и шепотом извинился за то, что напугал меня.

- Как увлекательно вы рассказываете, - с улыбкой сказал мужчина, когда мы вышли из спальни. – Я безмерно уважаю людей, которые умеют делать своими руками стоящие вещи.

- Разве среди аристократии не распространено некоторое презрение к людям, которые зарабатывают на жизнь своим трудом?

Ислуг хмыкнул.

- В любой среде найдутся бездельники, готовые оправдывать собственное бездействие происхождением, либо распространёнными общественными заблуждениями. Ведь это проще, чем доказать, что ты и правда чего-то стоишь!

Я взглянула на Ислуга с невольным уважением.

- А чем занимаетесь вы? – спросила я.

- Строительством, - просто ответил мужчина.

- Что ж, очень востребовано в любые времена, - оценила я. – Скажите, а вы, как и везде на побережье, строите дома из камня?

- Не только, - улыбнулся Ислуг. – В неменьшем почёте и саргосская водостойкая древесина, и кирпич, и…впрочем, об этом материале я не имею права говорить. Быть может, мне тоже, как и вам, посчастливится вписать свой золотой рецепт в книгу.

- Удачи! – улыбнулась я в ответ. – Надеюсь, это произойдёт скоро, и Мари будет вами гордиться.

Так, беседуя, мы дошли до гостиной, где уже расположились Лигрезо и Дженна.

- Кажется, маленькой Мари понравились ваши сказки, - заметил коронет.

- Все дети любят чудесные истории, - сказала я.

- Особенно если это история о девушке, которая сама умеет творить эти чудеса, - вступил Ислуг. – Фра Николь рассказывала Мари о рецептах своих десертов из Золотой книги.

Коронет Лигрезо кивнул с улыбкой:

- Их королевские величества уже высоко оценили эти десерты, и, предполагаю, что к нашему возвращению в Биссару рецепты станут настолько популярны при дворе, что фра Николь не придётся сидеть без дела.

- О нет, я смело доверю всё фра Рагоре из «Медуницы», - возразила я. – А у меня будут совсем другие и очень приятные хлопоты.

На мгновение возникла пауза, истинную причину которой я поняла только когда фра Ислуг спросил:

- Надеюсь…вы не выходите замуж, фра Николь?

Я рассмеялась.

- Поверьте, чувствовать себя счастливой можно не только тогда, когда устраиваешь свою личную жизнь!

- Ах, так вы говорите о приюте? – с некоторым облегчением догадался коронет Лигрезо.

- Конечно, - подтвердила я. – То, что я могу изменить жизнь этих несчастных детей к лучшему, значит для меня очень много.

- Этим детям очень повезло, что вы взялись устраивать их судьбу, - серьёзно сказал Лигрезо. – Не мешало бы проверить все приюты Велезы. Наверняка нарушения, пусть и не такие крупные, выявятся и в других местах. Я уже выступил с инициативой, и думаю, результаты завтрашней проверки убедят его величество не затягивать с приказом об инспекции.

- Замечательно! – искренне воскликнула я. – Надеюсь, его величество наведёт порядок во всех подобных заведениях. Ведь детям-сиротам нужна не только крыша над головой.

Мы ещё немного посидели в гостиной, а после вместе с Дженной ушли к себе, дав возможность мужчинам пообщаться наедине.

Завтра предстоял насыщенный и непростой день, поэтому скоро мы легли спать.

- Николь, - тихо позвала Дженна, когда мы погасили свечу. – Может быть, я слишком любопытна, но скажи, кто тебе больше нравится – коронет или фрам Ислуг?

Я улыбнулась в темноте.

- Оба достойны уважения, Дженна.

- Не хитри! – сурово пресекла мои попытки увильнуть от ответа компаньонка.

Я вздохнула.

- Не знаю, Дженна. Я не тороплюсь замуж, потому и не думала о них с этой точки зрения. Они очень разные, но оба настоящие мужчины. Правда, фрам Ислуг покорил меня своим отношением к дочери. Да и внешне, как ни странно, он нравится мне больше. Он далеко не красавец, но в нём есть что-то, на что отзывается моя душа.

- Я поняла это. Едва ты увидела его, как принялась вытирать ладони о платье…

- Нет! – запротестовала я и смолкла, вспомнив внезапную боль в руке. Метка уже тогда подсказала мне правильный выбор. Что ж, посмотрим. В любом случае решать мне.

Может быть, я просто разучилась влюбляться, как в юности – безоглядно, безрассудно? Слишком много всего уже было в моей прошлой жизни, чтобы беспечно верить в любовь с первого взгляда.

Мы ещё поговорили, планируя завтрашний день, и всё же заснули гораздо раньше, чем я привыкла ложиться дома.

Утром я надела своё серо-стальное платье – строгое и элегантное, точно соответствующее деловому стилю сегодняшнего дня. Помогать с причёсками к нам явились две служанки. Одна, пухленькая смешливая Летиния, очень неплохо уложила меня, не уставая восторгаться моими волосами. Другая хотела было помочь Дженне, но та энергично воспротивилась, заявив, что привыкла заниматься своей причёской сама. Служанку она отправила привести в порядок наши шляпки.

За завтраком Мари немного расстроилась, когда девочке сказали, что её не могут взять с собой, но фрам Ислуг спокойно объяснил, что мы едем не на прогулку, а по важному делу и обещал, что как только у нас выдастся свободная минутка, мы все вместе отправимся на пикник.

Девочка повеселела, и, провожая нас, от души пожелала удачи.

- Надеюсь, всё так и будет, - ответила я.

Коронет Лигрезо ободряюще кивнул.

- Фра Николь, - сказал он, когда карета тронулась. – Все переговоры по приюту буду вести я, как лицо, наделённое юридическими правами. Вы будете присутствовать при этом, и при необходимости выступать как свидетель. Но большей частью вам придётся терпеливо ждать и сдерживать эмоции. Вы готовы? Это нелёгкое испытание.

- Готова, коронет Лигрезо, - ответила я. – Спасибо, что разрешили мне присутствовать. Надеюсь, что и моё знание ситуации изнутри пригодится, - я посмотрела в окно и спросила. – Мы ведь сразу поедем в приют?

- Конечно. Нельзя давать Ардине Безье возможность предупредить сестру Винавию. Одновременно с нами мои люди поехали к храму, чтобы задержать детей, просящих милостыню. Не волнуйтесь, - успокоил он меня. – Им ничего не грозит, но мы должны зафиксировать сам факт попрошайничества детьми из приюта и по возможности снять показания. Для того, чтобы всё проходило официально, возле храма уже ждут два представителя службы порядка. Они и привезут детей в приют.

- Хорошо, - кивнула я.

- Хочу предупредить вас, фра Николь, что вам придётся свидетельствовать о похищении вашего брата Ардиной Безье.

- Я готова к этому, - хмуро ответила я. До сих пор от мысли, что могло случиться с Беаном, не спаси его Геманир от матушки Безье, мне становилось дурно.

- Фра Дженна, - обратился коронет к девушке. – Вы не всегда сможете присутствовать при фра Николь, но в таких случаях рядом с нами обязательно будет находиться третье лицо, поэтому репутация фра Николь не пострадает. Предупреждаю вас заранее, чтобы такие моменты не были для вас неожиданностью.

Дженна согласно кивнула. Она выглядела собранной и спокойной, хотя ещё утром призналась мне, что очень волнуется. Я всё больше начинала ценить это качество своей новой подруги – не пасовать перед трудностями.

Дорога тем временем поднималась всё выше, к зданию приюта, и я вновь и вновь вспоминала, как впервые проделала этот путь, сидя напротив суровой сестры Винавии и волнуясь за Беана, которому не нашлось места внутри кареты. Вспомнила и сестру Морею, которая вынесла меня из этой кареты на руках, и ощутила тепло. Сегодня наш опекун мысленно наверняка была с нами.

В миг, когда карета остановилась перед знакомым мрачным зданием, я глубоко вздохнула и сказала: «Хватит!» своему волнению. Слишком многое от меня зависело, и сейчас я должна была полностью контролировать себя.

Коронет Лигрезо помог сойти с подножки и раскрыл перед нами тяжёлую дверь.

Сырой холодный воздух после летнего тёплого утра заставил нас с Дженной зябко поёжиться. В коридоре было пустынно, но дверь сестры Винавии была приоткрыта, и я молча кивнула на неё.

Ещё на подходе к комнате мы услышали плачущий детский голос и суровый – сестры Винавии. Коронет взглядом приказал нам держаться позади него и кратко постучав, открыл дверь.

Не дожидаясь приглашения, мужчина шагнул в комнату, и нашим взглядам предстала неприглядная картина. Перед монахиней на коленях стоял мальчик лет десяти, в котором я узнала Фрила. Он в отчаянии цеплялся за фартук монахини и ревел.

- Как вы смеете? – раздражённо воскликнула сестра Винавия, увидев вошедшего без приглашения Лигрезо. – Кто вы?

- Коронет Гариз Лигрезо, - холодно ответил мужчина, кажется, не собираясь представлять нас с Дженной, и требовательно спросил. – Что здесь происходит?

- Коро-нет? – споткнулась монахиня, недоверчиво глядя на Лигрезо. Птиц такого полёта в наш приют никогда не заносило. – Вы разрешите посмотреть ваши документы, ваше высочество? – спросила сестра Винавия, быстро приходя в себя.

«Ваше высочество» прозвучало у неё с едкой иронией, и, взглянув на коронета, я подумала, что сестра Винавия только что допустила грубейшую ошибку.

Однако Гариз Лигрезо безупречно владел собой.

- Несомненно, сестра Винавия, - он достал из кармана твёрдую книжечку паспорта с выдавленной на обложке золотой короной и раскрыл перед растерявшейся монахиней, не давая в руки. Позволив изучить документ, он спрятал его обратно и протянул сестре Винавии вынутый из папки лист гербовой бумаги. – А это приказ короля о проверке вашего приюта.

- Но…как же…То есть, я хотела сказать, почему вы не предупредили нас о приезде?

Коронет не нашёл нужным отвечать и только недоумённо поднял бровь.

- Я задал вопрос, сестра Винавия, - сказал он. – Что здесь происходит? Почему этот мальчик стоит на коленях?

Фрил, который напряжённо прислушивался к разговору, задрожал с новой силой.

- Этот мальчик – вор, - голос сестры Винавии окреп от негодования. – Сегодня он выкрал у одной девочки золотой грай.

- Золотой? – удивился коронет. – Откуда же у приютских детей такие крупные деньги?

Сестра Винавия на мгновение смешалась и скорбно вымолвила:

- Я пытаюсь это выяснить. Боюсь, что этот мальчик и ещё двое приютских детей промышляли воровством. Я нашла у них…очень значительную сумму.

- Вот как? – холодно осведомился коронет Лигрезо. – Как видно, вы плохо следите за детьми, раз они встали на преступный путь?

Монахиня покраснела и тут же побледнела.

- За детьми строго следят, - оскорблённо сказала она. – Но у нас просто нет возможности водить каждого за руку. Видимо, эти трое тайком сбегали из приюта…

Коронет Лигрезо выслушал монахиню с несколько брезгливым выражением лица и сказал:

- С этого и начнём. Отправьте мальчика к вашей помощнице и попросите её немедленно собрать всех детей в…столовой? – посоветовался со мной Лигрезо.

Я согласно кивнула. Сестра Винавия быстро взглянула на меня, но, так и не узнав, отвела взгляд. Она отправила зареванного Фрила за какой-то новенькой сестрой Бастиной с наказом в точности передать ей всё, о чём попросил коронет.

- А пока дети собираются, я хотел бы обойти этот этаж и познакомиться со всеми помещениями, - заявил Лигрезо и добавил, не дав монахине опомниться. – Прошу вас следовать за мной.

Мы вышли в коридор. Двери спален на этаже были раскрыты, но детей там не было. Кажется, ничего не изменилось с тех пор, как мы с Беаном здесь жили. Насколько я помню, днём в приюте оставалась всего одна девочка из старших, которая и занималась уборкой помещений.

Скоро появилась запыхавшаяся плотная сестра Бастина, и, подобострастно поздоровавшись, принялась делать сестре Винавии нервные знаки. Мне стало смешно – кажется, бедняга пыталась попросить совета, как быть, если собирать некого.

Иронично наблюдающий за этой пантомимой Лигрезо спросил:

- Сестра Бастина, кажется? Почему вы не с детьми?

- Но,… - монахиня растерянно оглянулась на девушку, переминающуюся неподалёку. – Я привела Жийко, а больше сейчас никого нет.

- Где же дети? – нахмурился коронет.

- Днём они помогают на участке. Светлейший не любит неженок, - поджала губы сестра Бастина.

- Так отправьте же за ними, - удивился коронет. – Это ведь рядом? Прошу вас поторопиться, мы не можем ждать вечно.

Сестра Бастина замялась, и, не в силах расшифровать яростный взгляд сестры Винавии, тихо ретировалась.

Мы же отправились дальше вдоль коридора. На первый взгляд, здесь нечего было смотреть, кроме спален, которые коронет уже внимательно изучил. Но я указала ему взглядом на неприметную дверь в конце коридора. Она была заперта, совсем как тогда, когда я сама сидела в карцере.