Глава 13. О втором рабочем дне

Остаток дня я вдумчиво перечитывала Дневник Фелисити, который ласково прозвала про себя Деня. А что, даже у цветка есть имя, а Дневник тоже живой и достоин как-то называться.

Большая часть записей Фелисити были скучными и банальными, но я продолжала настойчиво читать. И мое терпение было вознаграждено! Перевернув очередную страницу, я похолодела. Здесь не было записей, только рисунок.

Разворот Дневника был выкрашен в черный цвет. Фелисити постаралась, закрашивая его углем, ни единого просвета не оставила. И среди этой непроглядной тьмы горели два красных глаза, по одному на каждую страницу.

Я чуть Деню не выронила из рук, до того это было неожиданно и реалистично. В первый раз я ничего подобного не заметила. Должно быть, страницы слиплись из-за краски.

Я знала эти глаза. Я видела эти глаза! Это были глаза Демона. Они неотступно следили за мной, когда я была рядом с Хэллом. Даже сейчас глядя на их изображение, мне было не по себе, и я поспешила перевернуть страницу.

В записи после рисунка Фелисити сообщала, что глаза ей приснились в кошмаре. Больше она о них не упоминала, но именно с того дня начались провалы в памяти. Похоже, я на верном пути, Демон явно замешан в том, что происходит с моим новым телом. Надо рассказать об этом Хэллу в следующий полдень.

Я прочла Деню от корки до корки, включая детские годы Фелисити, но больше ничего полезного не нашла. Если Демон и был, то он проявился лишь однажды – во время кошмара.

Я пока не понимала, чего Демон хочет и как с ним бороться, но на ночь приняла меры самозащиты. Спустилась в конюшню и разжилась там цепью с амбарным замком. Другого, увы, не нашлось. И то, и то было тяжелым, громоздким, ничего общего с пушистыми наручниками, но безопасность важнее комфорта.

Гремя цепями, словно призрак замка, я поднималась к себе в спальню. По пути мне встретилась Орсия.

– Ты что задумала? – насторожилась она, увидев цепи.

– Не бери в голову, просто развлекаюсь, – отмахнулась я.

– Не вздумай их оживлять!

Я удивленно моргнула. Ума не приложу, зачем мне это нужно. Но на всякий случай заверила Орсию, что живые цепи не входят в мои планы, а то еще нажалуется отцу.

Нет, цепи мне нужны для другого – для крепкого сна. Если захватчик вернется, он не сможет покинуть спальню. Ведь я прикую себя к кровати, а ключ спрячу так, что одна я буду знать, где он. Заодно проверю, захватчик в курсе, что происходит, когда его нет, или, как и я, пребывает в неведении.

Приковав себя к столбику кровати, я легла спать. Врать не стану, было дико неудобно. Рука быстро затекла в одном положении, цепи гремели, стоило мне пошевелиться, да и позу особо не сменишь, а то рискуешь намотать цепь на шею и придушить себя. Но, как утром выяснилось, я все сделала правильно.

Захватчик приходил и пытался освободиться. Я это поняла по перевернутой вверх дном постели. Кто-то явно искал ключ, и это была не я. Мне точно известно, где тот лежит. Это была моя маленькая победа. Я сделала это, отвоевала тело!

Достав его из-под матраса, я открыла замок, сняла цепь и потерла запястье. Зато ночь я провела в своей кровати, и Хэлл тоже выспался нормально без моих визитов. Отныне я сплю только так.

После всех утренних процедур, я открывала гардеробную не со страхом, как в прошлый раз, а с предвкушением. И мои ожидания оправдались. Хоть что-то я оживила удачно. Иголка явно удалась.

При виде нового варианта моего рабочего костюма я ахнула. Настоящий восторг! Темно-синий костюм – приталенный пиджак с длинной юбкой – смотрелись стильно и по-деловому. Я добавила к ним белую рубашку и высокие сапоги. Получился отличный образ помощницы киллера. Ох, кажется, я смирилась с должностью.

Разница с местными нарядами была только в фасоне юбки – не пышная, а обтягивающая, да и то лишь сверху. В такой банально удобнее двигаться.

Так что указание начальства – явиться в юбке – я выполнила. Какие ко мне могут быть претензии?

Одевшись, я спустилась на завтрак. Неожиданно вся семья в это раннее утро собралась в столовой. Им-то чего не спится? Едва я вошла, разговоры за столом стихли. На этот раз всему виной был мой облик.

– Фелисити, – произнеся мое имя, лорд Мэнсфилд закашлялся, и Лаверне пришлось хлопать его по спине. – Что это за вид?

– Моя рабочая форма, – ответила я, усаживаясь за стол.

– Лэджой заставляет тебя носить это? – возмутился отец.

– Причем тут он? Я сама так решила.

В столовой снова повисла тишина. Почему-то когда дело касалось меня, семейство частенько многозначительно молчало. И только Ренита осторожно произнесла:

– А мне кажется, Лисе идет этот наряд.

Я хмыкнула. А младшенькая, похоже, та еще бунтарка.

– Куда ты собралась в такую рань? – проворчал лорд Мэнсфилд.

Только после его слов я сообразила, что все остальные сидят за столом в халатах. Одна я при полном параде. Сестры еще не расчесывались. Чудо, что они вообще завтракают так рано.

– Хэлл заедет за мной через полчаса, – сообщила я. – Ты сам велел мне выбирать – замужество или работа. Я выбрала. Чем ты сейчас недоволен?

Лорд Мэнсфилд помрачнел. Он явно рассчитывал, что после первого рабочего дня я резко передумаю. Но отменять собственное наказание и признавать свое поражение он был не готов. Поэтому когда к калитке подкатил экипаж Хэлла, я поспешила начать свой второй рабочий день.

Я шла по дорожке к калитке, а Хэлл не сводил с меня взгляда. Темного и жадного, а еще, пожалуй, осуждающего. Пока начальник не вынес мне очередной выговор, я бойко спросила:

– Что опять не так? Я в юбке, как ты и велел.

Хэлл только тяжело вздохнул. Ему грех жаловаться, я выгляжу вполне прилично. Ну не могу я носить местные платья! Это же пятка, а не одежда.

Устроившись рядом с Хэллом на сидении, я ощутила, как он вздрогнул, когда наши бедра соприкоснулись. А после вовсе отодвинулся, да так резко, что едва не вывалился на мостовую с другой стороны экипажа.

Настал мой черед вздыхать. Да уж, это будет сложно. Послало же мне провидение начальника с вынужденным воздержанием. Девушку ему, что ли, найти?

Хэлл стегнул лошадь сильнее, чем требовалось, и мы покатили навстречу новому дню.

– Мы едем к лорду Ирсту? – припомнила я вчерашний разговор и даже имя заказчика.

– Именно, – пояснил Хэлл. – Его дом стоит на окраине города.

Я кивнула. Дорога, похоже, предстоит неблизкая, а кучер из Хэлла никудышный. Он гнал лошадь вперед, не сбавляя скорости на поворотах. В итоге мы входили в них чуть ли не на одном колесе. Лихач!

– Что на тебя нашло? – спросила я после того, как сама едва не вывалилась из экипажа. – Вчера ты ехал аккуратнее.

– Проверяю возможности экипажа. Никакого скрипа! – снова восхитился он.

А я припомнила, как он в первый раз приехал к дому Мэнсфилдов. Казалось, несчастный экипаж вот-вот развалится. Сейчас же он отбивал бодрую дробь колесами по мостовой и был как новенький.

– Ты поменял экипаж? – предположила я.

– Вовсе нет, – качнул головой Хэлл. – Это все тот же. И даже ремонта не было.

– Откуда же это чудесное преображение?

– От тебя, – хохотнул Хэлл. – Твоя магия Жизни практически полностью нейтрализует негативное воздействие Тлена. И чем дольше ты находишься рядом со мной, тем ярче эффект. Ты просто клад, Фелисити Мэнсфилд.

Он так это произнес… слегка фанатично. Почудилось, будь его воля, приковал бы меня наручниками к себе. Я, значит, его клад… Ох, лишь бы не закопал.

За очередным лихим поворотом показался пригорок и дом. Мне сразу вспомнились фильмы ужасов о проклятых особняках. Этот явно из их числа. Серые каменные стены, темные окна. Казалось, солнце и то светит над домом более тускло.

– Мы же не туда едем? – уточнила я, но по ухмылке Хэлла поняла, что не ошиблась.

Особняк из фильма ужасов и есть первое место нашей работы. Чую, будет весело. А вот нам или оборотню, жизнь покажет.

– Не передумала? – первое, что спросил Хэлл, когда экипаж остановился у кованой решетки.

Я передернула плечами. Когда в родном мире смотрела кино о том, как очередные бедолаги вселяются в такой вот дом, всегда думала – неужели они ничего не замечают? Все в этом месте буквально кричит – беги отсюда, пока у тебя еще есть ноги! И, конечно, была уверена, что сама подобной ошибки никогда не совершу. Я-то умная.

Но вот я здесь. Отмахиваюсь от вопроса Хэлла и первой ступаю на дорожку к дому. Обладательница магии Жизни не может умереть, да? Умоляю, скажите мне кто-нибудь, что это так!

– Как вообще становятся оборотнем? Этого бедолагу кто-то укусил? – спросила я, зябко ежась на ветру.

– Какая разница, – пожал плечами Хэлл, вслед за мной спрыгивая на мостовую.

– Тебе все равно что случилось?

– Разбираться в причинах не моя задача. Мое дело – устранять неприятные последствия.

– Да вы сухарь, господин Лэджой! – фыркнула я.

Хэлл в ответ хмуро глянул на меня исподлобья. Кажется, он опасается, что я в нем разочаруюсь. Так пусть ведет себя как нормальный человек, а не как бесчувственный чурбан!

Он собирается развеять несчастную зверушку, а не на прогулку вышел. Тот факт, что речь идет об оборотне, нисколько меня не смущал. А что, тоже животинка, жить хочет. Или если ты волосатый и воешь на луну, то тебя сразу надо в расход? Я не согласна!

Нас уже ждали. Причем не в доме, а на подходе к нему. Где-то на полпути к крыльцу стоял изможденный мужчина лет сорока. Судя по мешкам под глазами, в каждом из которых можно хранить по десять килограмм картошки, он уже давно нормально не спал.

Хэлл не стал приближаться, остановился на приличном расстоянии, оберегая мужчину от Тлена. На мужчине, кстати, не было защитных амулетов. То ли забыл надеть, то ли ему уже было все равно.

– Слава императору, вы приехали, – выдохнул, судя по всему, хозяин дома, тот самый лорд Ирст. – Оно там, внутри. Я запер его с помощью магии.

Моргнув, он заметил меня, и впервые на его унылом лице появилось подобие эмоции, а конкретно – удивление.

– Девушка с вами? Она войдет внутрь? – поразился лорд.

– Это моя помощница, – пояснил Хэлл. – Она подождет меня на улице.

Я даже возражать не стала. Если он настолько наивен, это не моя проблема.

– Правильно, там опасно, – предупредил лорд Ирст.

– Я справлюсь, – заверила я, хотя мне было не по себе. От мрачного дома, от измученного лорда, а главное – от неопределенности. Я даже близко не представляла, что нас ждет.

Получив от лорда ключи, Хэлл двинулся к дому, а я за ним.

– Жди на крыльце, – велел он. – Я быстро.

При этом его голос звучал так буднично, что стало неуютно. Для него превращать живых существ в пепел – рутина. Когда и почему он стал настолько черствым?

Если честно, мне не хотелось соваться в дом. У меня своих бед полно. Вместо того чтобы заниматься проблемами с памятью, я таскаюсь за киллером. Совсем из ума выжила! Но чутье подсказывало – мне туда надо. Что-то нечисто в этой истории с нападением оборотня на дом законопослушного лорда.

– Я иду с тобой, – сказала твердо и, когда дверь открылась, не раздумывая, пересекла порог вслед за Хэллом.

Скр-р-р – дверь закрылась за нашими спинами с протяжным стоном, но за миг до этого внутрь прошмыгнул Рык. Я обрадовалась его компании. С горгулом всяко веселее.

Хэлл только зубами скрипнул на мое самоуправство, но я никак не отреагировала, предпочтя изучить обстановку.

В холле царил полумрак и бардак. Оборотень, в самом деле, существовал, он не был плодом воображения лорда. Об этом свидетельствовали борозды от когтей на паркетном полу, ободранные обои и погрызенная мебель.

– Рык, – поманила я пальцем, – подойди-ка сюда.

Горгул послушно приблизился, а я подняла с пола ножку стула со следами клыков и приложила ее к пасти Рыка. Хм, а тут зубки будут покрупнее. Оборотень вполовину больше Рыка. Неприятная новость.

Не успела я как следует впечатлиться этой информацией, как в глубине дома что-то грохнуло. Да так, что стены содрогнулись.

– Жди меня здесь, – строго приказал Хэлл. – Ни шагу от двери. Поняла?

Я кивнула. Что тут непонятного – начальник приказал мне стоять у двери. Вот только я бы никогда не доросла до главбуха, если бы беспрекословно слушалась начальство.

Но Хэллу хватило моего кивка. Получив его, он устремился на звук вглубь дома, а я задержалась в холле. Не то чтобы у меня был план или желание нарушить запрет, но в какой-то момент у меня просто не осталось выбора. Я услышала детский плач.

Какая женщина может спокойно стоять, когда рядом надрывается младенец? Я точно не принадлежу к числу таких. И пусть дни моего материнства давно закончились, инстинкт никуда не делся. Вслед за Хэллом я тоже пошла на звук, но в другом направлении.

– Ты куда? – разволновался Рык. – Нам велели ждать в холле.

– Ты разве не слышишь? Ребенок плачет.

– И что с того? Поплачет и перестанет.

– У тебя сердце из камня, – поморщилась я.

– Естественно. Из чего еще ему быть, если я весь каменный? Вот если бы ты меня поцеловала, я превратился бы в прекрасного принца из плоти и крови.

– Хочешь, жди в холле, – отмахнулась я. – А я быстро проверю, что там стряслось, и вернусь обратно.

Рык меня не бросил, пошел следом, но ворчать не перестал. Мне и самой было страшно. Но я не понимала, как можно оставить ребенка в пустом доме наедине с оборотнем. Не могли же его случайно забыть. Лорд Ирст ни о чем таком не предупреждал. Или он сам не в курсе?

– Он, наверное, голодный, вон как надрывается, – я ускорила шаг, плач звучал все ближе.

– Или это ловушка и там нет никого ребенка, зато есть оборотень. И тоже наверняка голодный, – буркнул Рык.

Я вздохнула. Он вполне мог быть прав. Но не проверить было выше моих сил.

Преодолев мебельные развалины и дыру в полу, я оказалась перед дверью, из-за которой доносился плач. Что ж, сейчас узнаю – ловушка это или нет.

Я опустила руку на дверную ручку, и Рык за моей спиной тихо поинтересовался:

– Скажи честно, если оборотень тебя сожрет, я снова обращусь в камень?

Да уж, ничего не скажешь, высокие у нас отношения.

Передернув плечами, я все же открыла дверь и осторожно заглянула в комнату. Это была детская. Она настолько разительно отличалась от остального дома, что почудилось, будто я угодила в параллельную реальность.

Стены были выкрашены в светло-голубой цвет, а не в темные тона, как в других помещениях, а еще здесь все оказалось цело. Ни царапины, ни осколка. Оборотень обходил детскую стороной. Ему не нравится плач?

Он, кстати, доносился из колыбельки. Уже без опаски я шагнула в комнату и приблизилась к кроватке. Там, в самом деле, лежал ребенок. Чудесный розовощекий крепыш.

При моем появлении он резко перестал плакать и одарил меня взглядом зеленых глаз. Кажется, я его заинтересовала. Но я была вмиг забыта, едва малыш увидел Рыка. Такой восторг горгул вряд ли когда-либо вызывал. Ребенок аж рот открыл, настолько его поразил Рык.

– Все это очень странно, – пробормотала я. – Почему ребенка бросили в доме с оборотнем?

– Возможно, они родственники, – ответил Рык.

Я резко повернулась к нему:

– Почему ты решил, что ребенок связан с оборотнем?

– Оборотни живут в лесу и не забираются в дома. Если только их что-то туда не притянет.

– Например, если кто-то забрал его ребенка, – пробормотала я. – Это веская причина забраться в дом.

Все же мне повезло, что Рык начитан. Я как будто носила с собой библиотеку, полное собрание сочинений всего. А то и вовсе имела доступ в местный беспроводной интернет.

Мозг лихорадочно заработал, складывая частички пазлов. Лорд Ирст обратился за помощью к императору, чтобы его избавили от оборотня. Дело настолько деликатное, что секретарь его величества лично передал приказ Хэллу, не рискнув доверить его бумаге. Если речь об обычном оборотне, к чему такая секретность?

Не говоря уже о том, что лорд умолчал о ребенке в доме. Похоже, надеялся, что мы вовсе о нем не узнаем. Сам забрать он его не мог из-за оборотня.

Неужели лорд Ирст украл маленького оборотня? Но зачем ему это? Я присмотрелась к младенцу. Эти зеленые глаза… У лорда точно такие же, вплоть до оттенка. Это же его ребенок! И… оборотня?

На этой мысли я поморщилась. Даже знать не хочу, как так получилось. Куда важнее другое – Хэлл прямо сейчас собирается развеять женщину! Или самку, называйте, как хотите, смысла это не меняет.

– Не плачь, малыш, – сказала я, – я спасу твою маму от злого дяди Тлена. Рык, – велела горгулу, – останься с ребенком. Если что, вынеси его из дома.

– А ты? – спросил горгул, когда я уже была у двери.

– А я найду господина Лэджоя и объясню ему, как он не прав.