Глава 15. О лечении Тлена

С грехом пополам мы добрались до здания, где жил Хэлл. Да и то не благодаря моим умениям, а скорее вопреки. Лошадь, осознав, что за неумеха «за рулем», взяла управление на себя и довезла нас. За что ей огромное мерси.

Но, увы, лошадь не могла поднять Хэлла наверх, как, впрочем, и я. Хозяин Тлена был слишком тяжел для меня. Просить прохожих о помощи не имело смысла. Они шарахались от меня, едва понимали, что речь идет о Тлене.

В отчаянии я запрокинула голову и посмотрела на небо. Готова поспорить, вон та черная точка на фоне облаков – мой горгул.

– Рык, – позвала я, – нужна твоя помощь!

Вскоре горгул приземлился на мостовую рядом со мной, и я озвучила свою просьбу:

– Помоги поднять Хэлла в его квартиру.

– Хочешь, чтобы я с ним взлетел и просунул его в окно? – уточнил Рык.

– Именно. Я поднимусь по лестнице и помогу тебе изнутри.

– Хорошо, – легко согласился он и вдруг потребовал: – Пароль.

– Чего? – опешила я.

– Ты сама просила – в случае любой странной просьбы спрашивать у тебя пароль. Пропихивание мужчины без сознания в окно, как по мне, странная просьба. Но я все сделаю, только скажи пароль.

Я запыхтела. Правда, сама просила, и Рык вроде как действует по моей инструкции. Я должна быть ему благодарна. Но я забыла пароль! То есть помню, что там было что-то связанное с бухгалтерией, но на этом все.

В тот раз я возвращалась домой под утро, не спав почти сутки, после очередного захвата тела и пререканий с Хэллом. Да я на ногах еле стояла! Какое уж тут запоминание пароля. Ляпнула первое, что пришло в голову, и сама тут же благополучно забыла.

Сама создала проблему на ровном месте. Даже винить некого. И в отличие от моего мира волшебной кнопки «восстановить пароль» у меня нет.

– Так, дай мне подумать, – потерла я лоб. – Что я там говорила? Годовой отчет?

– Не-а, – качнул головой Рык.

– Накладная?

– Снова мимо.

– Расчетный счет? Аккредитив? Сальдо? Выручка? – сыпала я терминами из своего мира, но Рык каждый раз отрицательно мотал головой.

Да что ж такое! У меня вообще-то молодое тело, рано ему забывать элементарные вещи. Я торопилась, переживая за Хэлла, а потому нервничала все сильнее. Стресс всегда отрицательно сказывался на моем мыслительном процессе.

– Подскажи, – попросила я. – Хэллу плохо. Ему нужно скорее помочь. Мы не можем стоять здесь до вечера. Ты же видишь, что это я!

– В прошлый раз я тоже разницы не заметил, – парировал Рык.

– Я тебе приказываю! – топнула я ногой.

– Не сработает. Один приказ противоречит другому, – развел крыльями горгул. – К тому же я сам не помню твой сложный пароль. Но если ты поцелуешь меня, то моя память улучшится.

Да он издевается! Ясно же, как день, что он отлично помнит пароль. Достался же мне помощник, ничего не скажешь.

– Ах ты, шантажист! – возмутилась я. – Возьму и оживлю себе другого горгула, будешь знать. Вон их сколько на здании, выбирай любого.

– Все, все, узнал, – замахал крыльями Рык. – Это правда ты.

Но и мою память спор тоже подстегнул, и я, наконец, вспомнила. А ведь еще немного – и поцеловала бы. Чего не сделаешь ради начальства!

– Налоговая декларация! – выпалила я.

– Верно, – вздохнул горгул, принимая пароль и смиряясь с тем, что поцелуя снова не будет.

Рыку ничего не осталось, как вцепиться когтями в Хэлла и подняться с ним в воздух.

– Поаккуратнее с ним, – предупредила я. – Жду вас наверху.

Я поспешила в здание. Мне еще по лестнице подниматься. И лучше поторопиться, пока Рык «случайно» не выронил Хэлла.

Вдвоем с горгулом мы втащили хозяина Тлена в спальню и уложили на кровать. Первым делом я стянула с него сапоги, за ними сюртук, а после настал черед рубашки. Мне нужно было добраться до раны, осмотреть ее и промыть.

Чтобы было удобнее расстегивать пуговицы, пришлось устроиться на Хэлле сверху. Благо порванная на боку юбка этому нисколько не мешала. Она просто разошлась на мне, когда я села.

Надо же было ему очнуться именно в этот момент! Приподняв голову с подушки, он посмотрел вопросительно на меня, оседлавшую его сверху. Давненько я не попадала в столь неловкое положение.

На миг мы замерли, глядя друг другу в глаза, а затем Хэлл хрипло поинтересовался:

– Что ты делаешь?

– Не переживай, на твою честь никто не покушается. Больно надо! – фыркнула я. – Спасать тебя буду. Не хватало еще, чтобы ты стал оборотнем и убежал в лес. Что мне тогда делать? Я не могу сейчас потерять работу.

Хэлл обиженно насупился. Кажется, мой ответ его разочаровал. Он бы предпочел, чтобы я все-таки покушалась.

– Не стану я оборотнем, – буркнул он в ответ. – Тлен выжжет яд.

Откинувшись обратно на подушку, он поднял руку и сжал пальцами переносицу. Выглядело это так, будто у него разыгралась мигрень. А, может, он просто считал про себя до десяти, чтобы немного остыть.

Прямо так, не открывая глаз и не убирая руку от лица, Хэлл попросил:

– Слезь с меня, будь добра.

– Конечно! – опомнилась я и подскочила.

На пол я буквально свалилась кулем. Выпрямилась, поправила распахнутую юбку, откашлялась, после чего с деловым видом отправилась на поиски аптечки, чтобы обработать рану.

Пока я искала все необходимое, Хэлл избавился от рубашки и теперь сидел на краю кровати, ожидая моего возвращения. Вид у хозяина Тлена был бледный, словно он вот-вот сам превратится в пепел.

– Ты точно в порядке? – заволновалась я.

– Тебе не придется искать новую работу, не волнуйся, – успокоил он.

Я вздохнула. Все еще дуется. Значит, точно жить будет.

Я сделала, что могла – промыла и перебинтовала рану. Помимо этого я воздействовала на Хэлла аурой магии Жизни. Это помогало, я видела. Края раны затягивались прямо на глазах.

– Спасибо, этого достаточно, – когда с перевязкой было покончено, Хэлл отодвинулся от меня.

– И что теперь?

– Теперь я вымоюсь и поем, – пожал он плечами. – Ты можешь присоединиться, если хочешь.

Он не стал уточнять к чему именно. Есть у меня подозрения, что речь шла не только об обеде. Ох уж эти мужские намеки…

Хэлл похромал в ванную. Естественно, в одиночестве. Лодыжку он, похоже, серьезно вывихнул. Ничего, пару часов со мной, и все пройдет. Но я это время даром тоже терять не собиралась.

– Поскорее приведи себя в порядок! – крикнула я ему.

– Мы куда-то торопимся? – удивился Хэлл.

– Да. Хочу сделать на руках такие же руны, как у тебя. Помнишь, ты обещал, что отведешь меня к мастеру? Надоели перчатки, сил нет как.

Хэлл аж из ванной выглянул.

– Твой отец меня убьет, – сипло произнес он.

– Я верю, что ты спасешься, – хмыкнула я. – Тебя клыки оборотня не взяли, что тебе какой-то старый лорд.

– Неугомонная! – вроде как отругал он, но по тону было очевидно – восхитился.

Но прежде чем отправиться облегчать мою жизнь, то есть избавлять меня от надоевших перчаток, пришлось ждать, когда Хэлл приведет себя в порядок. Я время даром тоже не теряла и занялась юбкой, сметав разорванные края вместе. Получилось так себе, но хоть разреза нет.

Мое присутствие влияло на Хэлла благотворно. Выйдя из ванной, он уже мог спокойно двигать плечом. Еще немного – и от укуса оборотня даже шрама не останется.

Я по праву гордилась собой и ожидала похвалы, но вместо того, чтобы сказать «спасибо», Хэлл поставил передо мной писчие принадлежности.

– Зачем это? – удивилась я.

– Пиши, – приказным тоном велел Хэлл.

– Что именно?

– Объяснительную его величеству.

– На тему? – уточнила я.

– Как так получилось, что оборотница мало того, что жива, так еще и вышла замуж за заказчика ее превращения в пепел. Уверен, императору будет интересно услышать эту историю.

 Какая неблагодарность! Я его спасала, с Рыком ругалась, магию на него тратила, себя не жалела, а он заставляет меня строчить отчеты. Скучнее работы еще не придумали. Но делать нечего, приказы начальства надо исполнять.

– И напишу! – заверила я, придвигая бумагу к себе. – Тем более что история поучительная.

 Следующий час Хэлл ужинал, а я, прикусив щеку изнутри, строчила донос на лорда Ирста. Уж я постаралась! Описала все его гнусные поступки по отношению к несчастной матери-одиночке. Если император не проникнется, то у него просто-напросто нет сердца.

 Закончив, я запечатала послание в конверт и заклеила его.

– Подожди, – опомнился Хэлл, – я же еще не прочитал.

– А я не для тебя писала, а для императора. Вот он пусть и читает.

– Что ты там написала?

– Правду, – заверила я. – Исключительно правду.

– Меня разжалуют, – простонал Хэлл.

– Или, наоборот, начнут давать нормальные задания, – возразила я.

 В итоге объяснительная ушла к императору в том виде, в каком я ее написала. Хэлл, конечно, мог вскрыть конверт и прочитать, но не стал. Сказал, что не хочет расстраиваться.

 Когда все было сделано, мы, наконец, отправились к Мастеру, который рисовал Хэллу руны. Кажется, он до последнего надеялся, что я испугаюсь и откажусь. Хотел проверить мою смелость. Но я была настроена решительно.

 Подвал, куда Хэлл меня привел, до боли напоминал наши тату-салоны. С той лишь разницей, что здесь набивали не рисунки, а магические знаки.

 Мастер выглядел так, будто последние лет двадцать не покидал свою мрачную обитель. Его бледной до синевы кожи давно не касались солнечные лучи. Не удивлюсь, если он зашипит, когда на него упадет свет. А что, оборотни в этом мире есть, почему не может быть вампиров?

 С этой мыслью я внимательнее присмотрелась к передним резцам Мастера. На первый взгляд нормальные. Или хорошо маскируется…

– Грех портить такие ручки, – все вздыхал Мастер, рассматривая мои руки без перчаток, но не прикасаясь к ним. Техника безопасности прежде всего.

– Посмотрите на это иначе, – посоветовала я. – Вы ничего не портите, вы облегчаете мне жизнь.

– Что ж, так тому и быть, – кивнул он.

 Прежде чем приступить к делу, Мастер дал мне пилюлю, назвав ее блокатором. Она должна на время заблокировать мою магию. Ведь ему придется касаться моих рук.

– Если существует блокатор, почему им никто не пользуется? – удивилась я. В конце концов, он мог решить проблему Хэлла с Тленом.

– Блокировать магию вредно и опасно, – пояснил мастер. – Пользоваться блокатором можно только в крайнем случае, а в идеале – никогда.

 После этих слов он, как ни в чем не бывало, протянул мне стакан воды, чтобы я запила пилюлю. Сначала напугал, а потом велел пить.

– Еще не поздно все отменить, – произнес Хэлл, заметив, что я сомневаюсь. – Никто не станет тебя за это осуждать.

 Но я упрямо тряхнула головой. Я в этом мире, судя по всему, надолго, так что надо обустраиваться с максимальным комфортом. С этой мыслью я проглотила пилюлю, а после устроилась поудобнее в кресле.

– Кладите руки на подлокотники, не бойтесь, – произнес мастер. – Уже можно.

 Не без опаски я осторожно опустила руки без перчаток на деревянные подлокотники кресла. И ничего. Никакой магии Жизни. Трогать вещи без перчаток было приятно, давно забытое чувство, и я погладила теплое дерево. Затем потянулась к столу и коснулась его.

 Следующие пять минут, пока мастер готовился к нанесению рун, я трогала все подряд. Хэлл наблюдал за моими действиями с улыбкой. Его забавляла моя непосредственность, но ровно до тех пор, пока я не коснулась его.

 Не знаю, зачем это сделала. Просто он был рядом, а мне вдруг захотелось дотронуться до кого-то живого. Я и раньше касалась Хэлла, но исключительно в перчатках. Они отчасти передавали тактильные ощущения, но далеко не стопроцентно. Искажения все равно были.

 А тут состоялся настоящий контакт. Без преград. Едва мои пальцы оказались на запястье Хэлла, как мы оба вздрогнули. Я быстро поняла, какую ошибку совершила, но что-то изменить было уже поздно.

 Самое обычное, я бы даже сказала бытовое прикосновение, обернулось шоком для нас обоих. На меня как будто рухнул потолок и придавил так, что не вздохнуть. Все тело перетряхнуло, в кровь брызнули горячие искры. Мне было холодно и жарко одновременно. Ума не приложу, как это возможно.

 Хэлл тоже это чувствовал, я видела. Он судорожно вздохнул, его взгляд при этом намертво прилип к месту нашего соприкосновения. Я тоже посмотрела туда и обомлела. Вокруг наших рук закручивался магический смерч. Пока еще маленький, но он все набирал обороты.

– Вы чего творите? – Мастер шлепнул меня полотенцем по руке, тем самым разрывая наш с Хэллом физический контакт. – Разнести мне тут все вздумали? Как дети малые, честное слово. С вашими-то магиями только за ручки и держаться. Все, я начинаю, хватит время зря терять.

 Я откинулась в прострации на спинку кресла и вяло кивнула Мастеру. Мол, да-да, начинайте, я готова. Говорить сейчас не могла. Горло все еще сжимал спазм.

 Хэлл выглядел чуть ли не бледнее самого Мастера. Нервно расстегнув верхние пуговицы рубашки, он отошел подальше, куда-то в темный угол, откуда я его почти не видела.

 А у меня из головы все не шел магический смерч. Он показался опасным. Я должна знать, если прикосновение к собственному начальнику сулит серьезные неприятности. Так что, когда спазм горла прошел, я тихонько поинтересовалась у Мастера:

– Это произошло из-за встречи двух магий? Они не совместимы?

– Магии тут ни при чем, – ответил Мастер. – Все дело в эмоциях. Вы оба слишком бурно отреагировали на прикосновение. Как будто до этого за руки никогда ни с кем не держались, – фыркнул он осуждающе.

– Понятно, – кивнула я, хотя далеко не сразу сообразила, о чем он говорит.

 Яркие эмоции. Я уже знала, что магия Жизни выходит из-под контроля в подобные моменты. Возможно, это касается и магии Тлена, вообще любой магии в этом мире. Маг должен уметь сдерживать свои порывы.

 А мы с Хэллом… не сдержали. Это было наше первое соприкосновение, и обоих накрыло эмоциями. Судя по смерчу, не просто яркими, а огненными. А ведь это только легкое касание кожи к коже! А что будет, если мы полноценно возьмемся за руки? А если поцелуемся? Мастерская разлетится к чертям? Вдруг мы захотим, так сказать, углубить контакт, город вообще устоит?

 Я покосилась в темный угол, где отсиживался Хэлл. Не знаю, какие выводы сделал он, а мои были однозначными – никаких близких контактов! Я только обживаюсь в этом мире, в мои планы точно не входит разрушать свой новый дом.

 Почему я вообще об этом думаю так, будто… хочу этого? Я передернула плечами. Просто сегодня был сложный день, наполненный любовными драмами, потому и лезут в голову всякие глупости. К тому же тело у меня теперь молодое, у него есть свои потребности, о которых я забыла. Вот гормоны и разыгрались. Мне ли не знать, как это происходит. В моей жизни уже был и пубертат, и жаркая молодость. Как-нибудь справлюсь, опыт имеется.

 Я решила сосредоточиться на работе Мастера. К тому же меня начало мутить от пилюли, и слабость навалилась. У блокатора оказались весьма мерзкие побочные эффекты. В итоге оставшееся время я вяло наблюдала, как Мастер тонкой иглой выводит руны на моих предплечьях. Никакой краски у него не было, ее заменяла магия. Она просачивалась мне под кожу и оседала там подобно татуировке. Больно не было, только немного щекотно. Чувствую, долгое заживление тоже не потребуется.

– Вот и все, готово, – сказал Мастер спустя час.

 Я осмотрела свои руки. Ничего. Руны были абсолютно незаметны. Видимо, как и у Хэлла, они проявятся исключительно в момент применения магии.

 По привычке я потянулась за перчатками, но Мастер остановил:

– Они больше не нужны.

 Я улыбнулась. А ведь и точно, отныне я – свободный от перчаток человек!

 Хэлл подошел и сам расплатился с Мастером, буркнув что-то о том, что это подарок. Щедрое у меня начальство, повезло.

 Подвал Мастера мы покинули молча. Меня все еще подташнивало, а Хэлл о чем-то мрачно размышлял. В абсолютной тишине он довез меня до дома. Даже до крыльца довел и в дом со мной вошел. А там нас уже поджидал отец и сестры. Семейство заприметило экипаж и поспешило меня встретить.

– Почему ты без перчаток? – первым делом ужаснулась Лаверна. – И что с твоей юбкой?

 Остальные дружно сделали шаг назад. Словно я – граната с выдернутой чекой. Одно неверное движение – и рванет.

– Они мне больше не нужны, – радостно сообщила я и дотронулась до ближайшего предмета.

 Им оказалась подставка под зонты. Все ахнули, когда мои голые пальцы ее коснулись. Но ничего не произошло, подставка не ожила, и все ахнули во второй раз, когда на моей коже проявился рисунок сдерживающих рун.

– Что ты сотворила с собой, Фелисити! – пришел в ужас лорд Мэнсфилд. – Мало того что одета не пойми как, так еще изуродовала свои прекрасные ручки. Кто теперь возьмет тебя замуж?

 Я только глаза закатила. Его хоть что-нибудь кроме этого волнует?

– Это все вы! – переключился он на Хэлла. – Ваше тлетворное влияние на мою дочь. Вы не просто портите вещи своей магией, вы разлагаете души!

– Довольно, отец, – вмешалась я. – Я уже взрослая и сама принимаю решения. Господин Лэджой тут ни при чем. Мне надоело ходить в перчатках. Это неудобно и чревато неприятностями, если забыть их надеть или потерять. Я облегчила жизнь себе и окружающим. Глупо меня за это ругать.

 Высказавшись, я направилась к лестнице. После всех событий этого дня я ощущала усталость и просто хотела лечь. Разборки с родней точно не входили в мои ближайшие планы.

 Сестры тоже разошлись, и Хэлл, насколько видела, засобирался восвояси. Мой уход свел скандал на нет. По крайней мере, я так думала.