Глава 14 Есть контакт!

Глава 14 Есть контакт!

До ранних сумерек нашей маленькой компании хватило забот. Правда, с уборкой помогали устройства, вроде посудомойки и стирального аппарата в подсобке. Фёдор показал, как включается машина для чистки верхней одежды и обуви, а потом улизнул в подвал. Вероятно, проводить опыты.

«Дохлые крысы сами себя оживить не могут…»

Йорт с Олей потащились за Фёдором искать заплесневелое бумажное Эльдорадо, Юлька занялась чертежами будущего цветника, вдохновила своим проектом тщедушных зяблов — они увлеченно подсказывали нюансы климата, тоже мечтали озеленить кусочек унылой тундры вокруг общаги.

А мы с Брендой стали делить гардеробную и сплетничать. Андрей, разумеется, тёрся рядом в качестве не слишком крепкого мужского плеча. Помогал засовывать чемоданы на антресоли, заодно уши грел.

— Харку тоже первокурсник? — спрашивала я. — Вы одной расы? Ой, ты же говорила про генетический коктейль…

— Ага! Я — сложносоставной объект. А вот Харку — настоящий кардарианец.

— Вы давно встречаетесь?

— Не-е, он просто друг. Папочка ему поручил за мной присмотреть. Кардарианцы на любой планете стараются вместе держаться. Даже на Цоте, говорят, наводили шухер. Ну, не совсем законно… А-а, плевать! Харку тебе понравился? Нет? А он спрашивал про тебя — точно заценил. Подсядет на лекции.

Я неопределенно пожала плечами.

— Это не обязательно.

И тут я вспомнила про девушку, с которой Бренда делила комнату. Мы же до сих пор не знакомы.

— Слушай, а твою соседку зовут Виджа? Она тоже стесняшка? Ни разу не вышла к нам.

— У Виджи особый режим. Ночной, — неохотно сказала Бренда. — А как вы сегодня спали? Сверху не сильно долбились?

— В нашем углу терпимо. И всё-таки я вас не понимаю, ребята!

Бренда прищурилась. Андрей поднял голову от ящика с инструментами, перестал искать грозди, чтобы укрепить верхнюю полку. Настороженно посмотрел на меня.

— Правда, не понимаю. Вы же экзоты. У вас есть особые таланты, дары. Вы — команда. И не можете справиться с какой-то паршивой нечистью наверху⁈

— Мы пытались, — тихо сказал Андрей. — И есть подозрения, что…

— А мне призраки не мешают, — перебила Бренда. — Если разобраться, это мы заняли их дом. Я считаю, каждая сущность имеет право на выживание.

— Если не портит воздух другим! — буркнул Андрей.

— Не пробовал быть терпимей? — съязвила Бренда.

У парня нет шансов. Она его презирает. Смотрит свысока.

Но есть что-то еще… Когда Бренда отстаивала право твари на обитание по соседству, я уловила в ее ауре всполохи досады и гнева. Недавние насмешки над хомуртом — только маска. Бренда не слишком уверена в себе. Ее дерзкие выпады лишь защита.

Каждый в Холодном доме имеет тайну. На виду только аномальные способности зяблов к полету. Да еще про Фёдора более-менее понятно — он некромант. А вот с Андрюшей надо разобраться.

— Ты уже выбрал кафедру?

— Трансформация времени. А что такое?

— Ещё один путешественник в прошлое, — улыбнулась я. — Именно ты мог сблизиться с нашей Олей, а теперь она лазит по подвалу с подозрительным… хм… инопланетным аристократом.

— У Йорта есть брат-красавчик! Полкурса наших куриц в него влюблены, — выпалила Бренда. — Увидишь, и ты втрескаешься.

— Вряд ли! У меня слишком высокий стандарт.

Сразу Марат вспомнился. Интересно, Дик Мортон сдержит слово и вернет дива на факультет Трансформации времени и пространства? Я бы не против повидаться. С ними обоими.

После ужина мы собрались в гостиной, обсуждали предстоящую учёбу, смотрели съемку студенческого городка. Бренда включила крохотный видеотранслятор — изображение на всю стену. Сианские технологии Оказывается, за Ржавой стеной хватает искусственных насаждений, много цветущих кустов и клумб. Юлька была в восторге.

— Смотрите, как будто настоящие розы! Божечки, какие большие! Я представляю, какой должен быть запах… о-о-о…

— На территории кампуса есть роскошная оранжерея, можешь там практику проходить, — улыбнулся Андрей.

Меня больше интересовали кипящий муравейник Университета. Студенты с других планет внешне выглядели как люди. Я уже выделила рослых, мускулистых кардарианцев — каждая эмоция чётко отражается на грубоватом простодушном лице. Угадала надменных тарсиан — стройные, изящные фигуры, золотистые волосы слегка вьются. Юноши похожи на сказочных принцев из Европейского фольклора Земли.

Не мудрено, что гордые красавчики выжили Йорта из своей среды — на их фоне он выглядит серой вороной. Сутулой, косоглазой, колченогой вороной. Впрочем, грешно осуждать парня за то, в чём он не виноват. Просто не повезло.

— А вот и сианцы! — с затаенной ненавистью воскликнула Бренда.

В аудиторию строем вошла группа подтянутых крепких парней. Темные волосы, короткие стрижки, смуглые лица словно высечены из камня. За ними стайка ухоженных стройных девиц.

— Раса покорителей миров и пространств, — коротко представил Фёдор.

А потом вдруг заторопился в свой подвал. Пушта с Питаром унесли в кухню пустые бокалы из-под сока и шелуху от орешков.

— Хватит на сегодня? — спросила Бренда, пряча зевоту. — Денечек выдался что надо.

— Последний ролик, пожалуйста, — попросила Оля. — Мне интересно, как устроены аудитории. И почему все ребята садятся подальше от экрана, как будто не слушают. Лекция уже началась.

— Мы… то есть тарсиане, и так неплохо владеем материалом, — пояснил Йорт. — К тому же ЭКГ ведет доктор Чана. Она с причудами, студенты её не слишком воспринимают.

— А что такое ЭКГ? — удивилась Оля.

Йорт спрятал взгляд под рыжей чёлкой, наверно, пялился на Олины руки, скромно лежащие на коленях. Или на сами колени, обтянутые синими джинсами.

— Элементарная космическая грамотность. Базовые понятия.

— Как интересно… — выдохнула Оля, разворачиваясь к нему.

— У меня есть по-потрясающий атлас нашей галактики, — вдохновился Йорт. — Конечно, сейчас все учатся по виртуальным макетам, но я лю-люблю старинные ил-люстрации.

— Да, понимаю… книга — словно живое существо.

— Так, расходимся! — приказала я. — Завтра последний выходной день. Андрей сказал, нам привезут форму и планшеты. Придется заполнить кучу анкет и познакомиться с расписанием.

— Главное, снова не попасть в тыкву! — хихикнула Юлька.

«Кажется, я стала героиней нового мема!»

— Будешь до сессии вспоминать? А ведь благодаря мне ты познакомилась с хомуртом и получила траву для питомцев.

— Ой, спасибо, Полечка! Спасибо, мамулечка! Дай-ка я тебя поцелую.

Когда Юлька полезла обниматься, я в притворном ужасе сбежала из гостиной, а потом приоткрыла дверь и крикнула, что через десять минут вернусь с проверкой.

— Если не угомонитесь, выпущу призрака из темницы!

— Мы его защекочем! — разошлась Юлька.

— Заставим сыграть с нами в турку! — завопила Бренда. — И-и-ехху! На раздевание.

Дальше заразительный хохот и визг. Бренда начала рассказывать байки про контрабандиста-отца. Посыпались фривольные шуточки и намеки. Даже Йорт оживился, припомнив экскурсию в Ледяные скалы.

На секунду мне захотелось вернуться и включиться в веселую возню. Нет, нужно побыть одной, осмыслить первый день в Аплагар, набросать завтрашние планы.

За порогом общаги сгустилась тьма, в коридоре повеяло сквозняком. Я зябко дернула плечами и вдруг вспомнила, что не спрятала мамину шубу в гардероб. Она так и валяется у меня под кроватью. Мысли о доме, о бабушке обожгли разум, заставили поспешить в комнату к своим вещам.

Я прижала серебристый мех к щеке и чуть не взвыла от запаха маминых духов. А ведь считала себя сильной и независимой. Думала, что легко справлюсь с разлукой.

Скрежет наверху мигом включил режим осторожности. Мужской голос кому-то грозил, потом умолял и, наконец, разразился глухими рыданьями. С потолка по стенам потянулись клубы седого тумана.

«Так дело не пойдет! Это уже наша комната. Имейте совесть, наглые твари…»

Я закуталась в шубу и выбралась в коридор. Световые шнуры у лестницы тускло мигали, а потом и вовсе потухли. В полумраке я поднялась до последней ступени и замерла перед заколоченной дверью. Расправила на ней простенький оберег с птичьими когтями и приложила ладонь к железной обшивке. Представила, как мои слова струйкой дыма проникают за пределы магического барьера.

«Что тебя мучает?»

Мощный удар в дверь изнутри заставил отступить на полшага. Закрыла глаза и снова приблизилась.

«Как тебя успокоить?»

Невнятное бормотание сменилось тоскливыми стонами, а потом хриплый голос отчётливо произнес:

— Найди мои сапоги.

— Тогда ты покинешь дом?

— Больше ничего не осталось. Они меня распылили. Но сапоги должны помнить плоть. Если укрыть их родной землей, я стану свободен.

— Кто ты?

— Наёмник с Карды. Сианский врач отказался меня лечить. Он расширил рану и ждал, пока истеку кровью. А теперь они прилетают и пьют…

— И сейчас рядом? — уточнила я.

— Здесь холодно и темно. Подойти ближе. Хочу разглядеть.

Его голос стал неестественно ласковым, звучал настойчиво-убедительно. Заманивал, подчинял.

— Я тебя вижу. Ты прекрасна, словно супруга вождя. Первого среди равных. Твои волосы прозрачны и холодны, как морские струи, кожа чиста как снег, в глазах Кардарианское небо, а губы похожи на розовые цветы. Сорви амулеты, отомкни дверь. Я продолжу печальную повесть.

— Понятно. Твоим паразитам нужна свежая кровь. Это исключено! Лучше скажи, где найти сапоги. Ты уйдешь в Иной мир, я расправлюсь с лярвами и очищу спальню.

Мой голос срывался от злости и нетерпения.

— Здесь будет мини-обсерватория, — торжественно обещала я. — Принесу телескоп, стану за звездами наблюдать. Но первым делом найду маленькую голубую планету — мой Дом.

— Я тоже хочу домой, — признался прежний хрипловатый голос после короткой паузы. — Ты носишь шкурки лакисы? У них тоненький теплый мех. Прежде лакисы в изобилии водились на Кардарии. Я хочу посмотреть твой наряд и вспомнить. Войди ко мне, женщина с ясными глазами! Клянусь Чертогом Бородача, я не причиню тебе вред.

— Но двери закрыты! — здраво заметила я, оглядывая причудливые рисунки на железной поверхности.

— Ключ в подвале прямо под лестницей.

— Так просто?

— Ш-ш-ш… У нас всегда просто. Никто не узнает. Никто не найдет следов.

За дверью слышалось голодное ворчание, словно стая гиен собралась вокруг обглоданного остова, выискивая новую поживу. Разум подсказывал, что следует отойти в укрытие и еще раз продумать будущую атаку, но руки сами срывали защитные амулеты, очищали от воска замочную скважину. Мучительно хотелось заглянуть внутрь, оценить фронт работы.

— Эй! Что ты делаешь? — звонкий окрик Бренды заставил вздрогнуть. — Не вздумай убрать печати. Дикмор такую взбучку устроит.

Словно ледяной крошки сыпанули за шиворот. Я мигом сбросила наваждение.

— Ага… значит, Дикмор ставил защиту?

— Естественно! Он же у нас господин Главный Колдун! А тебе везде нужно сунуть нос. Иди спать, Полина. Твои куколки уже по кроваткам. И никаких прозвищ, я помню, — насмешливо добавила Бренда.

— Хорошая девочка! — процедила я. — Проясни ещё один момент. Дикмор появляется здесь — гм… скажем, раз в месяц, снимает пробу, да? Ты в курсе, что за опечатанной дверью находится питомник темных сущностей, и в качестве корма им бросили неупокоенную душу кардарианца?

— Не стоит верить болтовне тупых призраков, — огрызнулась Бренда. — Зато есть определенные правила карантина…

— Плевать на ваши чёртовы правила! — сорвалась я. — Не собираюсь жить рядом с фермой по производству лярв. Я их на дух не переношу. А ты могла бы посочувствовать земляку, найти способ избавиться…

За дверью издевательски хохотнули, а потом мужской голос произнес:

— Вранье! В лысой девке нет ни капли ядреной кардарианской браги — уж я бы учуял. Она воняет приютом для детишек аборигенов. Хубанка или того хуже.

— Заткни пасть, урод! — завопила Бренда. — Сейчас я тебе устрою!

Оттолкнула меня и кинулась к дверям, с размаху ударила кулачком по холодному железу обивки, прижалась щекой и… начала проваливаться внутрь. Исчезала у меня на глазах.

— Бренда, остановись!

Сущности за стеной радостно взвыли, почуяв добычу, но я успела схватить девчонку за плечи, дернула на себя, обхватила поперек талии. Заодно вызвала образ раскаленной вулканической лавы, стекающей по двери. Сжигающей нечисть.

Спустя минуту мы с Брендой сидели на три ступеньки ниже оледеневшей двери, укрытые моей шубой, — дули на исцарапанные руки, слушали, как беснуются наверху твари и стонет бедняга-солдат.

— Как это у тебя получается? — тихо спросила я.

— Мой талант — проходить сквозь любые преграды, неважно из чего они сделаны, — вяло сказала Бренда.

— Чуть не попалась, — пожурила я, чувствуя в голове мелодичный звон. Яркий визуал без подготовки всегда отнимает силы.

— А ты сама? — рассуждала Бренда. — Ну, стащила бы у Фёдора ключ, вошла к ним… что дальше? Бывшей «коменде» тоже захотелось поглядеть в щёлку. Её нашли прямо здесь — у лестницы. Выжатую, как тряпка. Ни одной целой косточки.

— Звучит мрачновато, но я-то умею общаться с лярвами. Нужно лишь задать направление мыслям, вызвать правильный образ.

— Никому не расскажешь, кто я на самом деле? — Бренда провела ладонью по гладкой макушке, подняла на меня заплаканные глаза.

(Белокурый парик остался за дверью, представляю, как лярвы в него вцепились).

— Успокойся, сохраню твою тайну! Но, по-моему, напрасно стыдишься. Нам без разницы, с какой ты планеты. Ты же не виновата, что родилась на ядовитой земле Гиды. Ты смогла выжить и обрела любящую семью. Сумела поступить в престижный космический Университет. Нас собрали здесь, таких разных, чтобы мы лучше узнали друг друга и… подружились, наверно. Как думаешь?

— Прости, что называла занудой, — вздохнула Бренда. — На самом деле я тобой восхищаюсь, Полин, ты реально крутая. Я это после хомурта поняла. Мы с Харку сбежали, а ты осталась найти Ю-Ю… Ой, прости, я опять! Но ты — классная.

Когда Андрей сказал, что прилетят девушки с Земли, я не спала всю ночь. Выбирала парик и одежду, сочиняла приветствие. Мне хотелось понравиться вам. Боялась, что не примете в компанию. Меня никто не принимает. Шарахаются, как от больной. А ты оказалась похожа на маму Лику — высокая, светлая, добрая… Ох, если все земляне такие…

— К сожаленью, не все. Интересно, а как «мама Лика» попала на Кардарию? — спросила я, остановив поток комплиментов.

— Её космические бродяги похитили, а Рок спас. Они влюбились, ты знаешь, как это бывает.

— Хм… допустим.

— Однажды ночью я пробралась к ним в дом. Грязная и голодная после трюма. Хотела найти еду и сбежать, чтобы не отправили обратно в приёмник для психов. Лика нашла меня в кладовке, распилила ошейник, выкупала и… — Бренда всхлипнула. — Разрешила остаться. У меня даже имени не было, только номер. Лика дала мне имя. Лучшее. Самое гордое и красивое из всех. Правда, красивое?

— Очень! Слушай, я и представить не могла, что на других планетах могут страдать дети. Тогда к чему ведет хваленый сианский прогресс? Зачем нужны супермощные технологии?

— Полина, меня тошнит, — пожаловалась Бренда. — И ноги ужасно мерзнут.

— Голова кружится? Так бывает после контакта с лярвами. Давай, я тебя уложу. Утром будешь, как новенькая. Подожди… надо вернуть на место обереги. Укройся шубой, я скоро.

Пока поправляла восковую нашлепку и вешала связку когтей (сомнительная защита, на мой взгляд), за дверьми установилась подозрительная тишина. Неужели мой образ был настолько эффективен, что после горячей лавы всю нечисть засыпало вулканическим пеплом?

«Растешь, Полина, растешь!»

Не успела возгордиться, как мужской голос из-за двери просипел едва ли не в ухо:

— При жизни меня звал Волк Тарсен. На подошвах моих сапог вырезана волчья лапа. В запятнике спрятан клинок. Сапоги все ещё где-то в доме. Они мне нужны!

— Посоветуюсь с Дикмором! — уклончиво обещала я.

— Шаман знать не должен! Шаман не отпустит!

— Сколько же у него специальностей — колдун, ведьмак и шаман… Хорошо, завтра договорим.

— Буду ждать. Приходи одна.

«Вот и мне назначили первое свидание на Луне! Увы, не златокудрый красавчик из общаги с драконами на крыше, а всего лишь мятежный дух кардарианского головореза. С ножом в сапоге. Определенно, есть куда расти…»

— Бренда, который час?

— Виджа ушла на охоту, значит, за полночь.

— Ам-м… на кого будет охотиться, если не секрет?

— Обычно земноводные и мелкие грызуны. Не пугайся, если увидишь костры на холме. Виджа не любит сырое мясо.

— По-нят-но… Хочешь, оставлю тебе шубу, согреешься?

— Спасибо, Полин! Ты, как мама, — благодарно шепчет Бренда, засыпая.

— Да уж…

«Мамочка из меня, как из слона балерина!»

В полумраке я изучаю комнату, где живут гиданки, одна из которых отчаянно притворяется Белоснежкой с вольной Кардарии.

На стенах надписи, как в первобытной пещере. Постеры, отпечатки ладоней. Много одежды, косметики, аксессуаров… синий парик… красный парик. Бренда любит эксперименты. Готова примерить любую нарядную шкурку лишь бы спрятать себя настоящую — тощую, безволосую мутантку с Гиды.

«Андрюша совсем раскиснет от подобной метаморфозы. Интересно, Харку знает?»

Я закрываю глаза, чтобы увидеть больше. Медленно поворачиваю голову, сканируя пространство. Теплая, пестрая аура Бренды сменяется на багровые всполохи. Их источник за шкафом. Малышка Виджа спит в гамаке? Нет, больше похоже на гнездо. Под моими ногами хрустят мелкие косточки или скорлупки.

«Вообще-то надо убирать за собой».

Ночник у постели Бренды гаснет. Я возвращаюсь к окну и замечаю вдали отблески костра. Чужая охота прошла удачно.

Вот бы так с налета пережить завтрашний день. Я совершенно не готова праздновать день рождения. По традиции надо бы раздобыть торт. Надеюсь, Андрей не откажется слетать в город. Или посоветоваться с Брендой, подключить Харку? Но главный вопрос, чем я буду платить за угощение. Стипендию еще не начислили, а земные деньги не подойдут.