Глава 17 Чем пахнет космос?

Глава 17 Чем пахнет космос?

«И один генерал на ТВ сказал, что на Марсе не будет виз … » ©

Следующей по расписанию была лекция Элементарных основ космической грамотности, сокращенно ЭКГ. Прозвенел музыкальный звонок, Зигруд так и не появился, зато студенты вдруг начали массово покидать первые ряды и перебираться выше. На всякий случай и мы пересели дальше.

Я обратилась к Андрею за разъяснениями. Он, по обыкновению, уныло ответил:

— Тарсиане мутят воду. Объявили Чане Чудор бойкот. Якобы она спятила и всех пугает близким концом света. А еще была в заключении.

— Видимо, легендарная личность, — заметила я, с нетерпением ожидая нового лектора.

И была немало удивлена, когда в аудиторию вошла низенькая полноватая женщина с темной кожей и короткими абсолютно белыми волосами.

— Говорят, неудачный эксперимент с УФ-излучением, — буркнул Андрей.

А я отметила про себя любопытный контраст тарсианской расы. Их люди либо гордые красавцы, знающие себе цену, либо… такие, как Йорт и Чана. Нет, вовсе не уроды, просто хочется пожалеть и отвернуться. Впрочем, не стоит судить по внешности.

Например, наша кураторша Триша и собой хороша, и мила в общении. После занятий идем к ней обсуждать текущие дела.

«Господи, еще две лекции высидеть…»

Увидев перед собой пустующие ряды, Чана жалобно сморщилась, стала похожа на брошенного щеночка. Понурив голову, она спряталась за кафедрой, видимо, пыталась включить голографический экран.

И тут отворилась дверь, в аудиторию ворвался Зигруд. Волосы еще больше растрепаны, голубые глаза блестят. Меня волнует этот парень! В нем есть задор и протест, но никого не позовет на баррикады. Будет бороться против системы один и уйдет в мир иной героем!

Зигруд поискал взглядом преподавателя и, разглядев маленькую Чану, сразу вытянулся, поднял подбородок, а руки опустил по швам.

— Прошу простить мое опоздание не по моей вине! Больше такого не повторится. Надеюсь.

Чана улыбнулась, тотчас похорошела, но я ощутила в ее теплой мерцающей ауре вспышки затаенной тревоги. Словно глубоководные течения с гибельными воронками. У женщины и впрямь должны быть моменты отчаяния и ужаса. Ей бы опытного психолога. Или сразу психиатра.

— Прошу садиться, студент…

Вопросительные нотки в ее голосе походили на просьбу. Марионец их чутко уловил.

— Нортон, госпожа преподавательница, — Зиг Нортон. Вам нужна помощь с проектором?

— Благодарю! Можете садиться на место. Скоро начнем.

Мне не понравилось, как он сократил имя. В этом было что-то слишком подобострастное.

Позади нас немедленно прошипел какой-то кардарианец:

— Бабский угодник! Готов коротышке прямо здесь отлизать.

Меня передернуло от злой грубости. Покосилась на Андрея, тот увлеченно грыз кончик лазерной указки. Еще один скрытый псих.

Зигруд направился к средним рядам, но его остановил робкий возглас Чаны.

— Простите! Я не так давно веду занятия в вашем Университете. Должна признаться — это мой первый опыт преподавательской деятельности. И мне неуютно, когда первые столы пустуют. Не могли бы вы сесть поближе, ребята? Хотя бы несколько человек. Так мне будет комфортней.

В секторе тарсиан послушались сдержанные смешки. Эти «ребята» даже не шевельнутся в ответ. Я оглянулась, чтобы найти Бренду. Ну, конечно, зевает, прислонившись к плечу товарища. Сам Харку терзает планшет, шевелит губами… наверно, усердно прокачивает очередной уровень в игре. И вдруг вскидывает голову, смотрит на меня в упор, самодовольно щурится.

«Еще решит, что мне понравилась его выходка на крыльце… Повторит попытку».

Но что за шум в зале? Студенты осуждающе гудят и свистят. Пока я изучала богатую мимику на лице приятеля Бренды, загадочный марионец послушно сел на первый ряд перед носом Чаны.

Она благодарно вздохнула и умоляюще сложила пухленькие ручки перед грудью.

— Может… кто-то еще?

У меня затекли ноги. Захотелось пройтись. Собрала в охапку вещички на столе и попросила Андрея выпустить из ряда. Надо было видеть его изумление.

— Ты что делаешь?

— Хочу лучше слышать лекцию и разглядывать спецэффекты.

— Я с тобой! — подскочила Оля.

Йорт послушно подхватил её сумочку вместе со своим саквояжем. Прицепился, как хвостик.

— Ну, вы, блин, даете! — громкий шёпот Юльки разбудил Бренду на соседнем ряду сверху.

Она с удивлением уставилась на наше перемещение. Вопросительно посмотрела на Харку и тоже начала подниматься.

В итоге мы с Андреем, девчонками и Йортом подсели к Зигруду справа, а Пушта, Питар и Бренда слева.

Чана благодарно похлопала глазками, а потом начала лекцию с вопроса.

— Ребята… вы знаете, чем пахнет в открытом космосе?

— Нет, — весело ответила я, помотав головой.

И плевать, что на задних рядах истекают ядом чванливые аристократы. В десяти сантиметрах от меня находится плечо Зигруда. Он крепкий парень, я не сомневаюсь. Он сам по себе и не боится насмешек. Думаю, между нами немало сходства.

— Мы проводили эксперименты, — продолжает Чана. — Мы брали пробы для Центральной лаборатории Галардис. Конечно, есть субъективное восприятие, но тысяча испытуемых подтвердила наличие ноток оплавленного металла. И это еще не все…

Чана набрала воздуха в грудь, привстала на цыпочки и развела руки в стороны для пущего впечатления, возвысила тонкий голос.

— Я сама и сотни добровольцев отметили легкий запах горевшей плоти. Давайте представим, какие могут возникнуть ассоциации…

— Так пахнут города после затяжных уличных боев, — внезапно отчеканил Андрей. — Чадом разбитых танков и брошенными телами.

— Откуда вы можете знать, молодой человек? — медленно произнесла Чана.

— Печальный опыт прошлых жизней, — просто сказал Андрей.

— Вы собираетесь продолжить обучение на кафедре реинкарнации? — буднично спросила Чана.

— Да, пожалуй.

— Правильный выбор. Это должно помочь.

Чана перевела дыхание, повернулась к экрану за кафедрой. На всю стену разливалась бездонная темнота, прерываемая редкими дырами световых пятен.

— Какое же объяснение мы дадим специфическим ароматам открытого космоса?

— Умирающие звезды жутко воняют! — крикнули из сектора сианцев.

— В принципе верно, — улыбнулась Чана, — при распаде старых звезд освобождается масса химических соединений. Их молекулы разлетаются по Вселенной и мечутся в пространстве веками. Хотя, что для Вселенной века…

У меня неистово билось сердце. Возвращался охотничий азарт. Плечо Зигруда приблизилось на пять сантиметров. Горячий шёпот коснулся щеки.

— Как тебя зовут?

— Полина.

— В какой ты группе? — Зигруд продолжал смотреть на Чану.

— Четвертая… для отстающих.

— Отлично, — кивнул Зигруд. — Попрошусь о переводе к вам.

«Осторожно, мальчик! Ведьма Полина слишком долго была на сухом пайке. Боже, какая дичайшая пошлость приходит в голову!»

Надо забыть о соседе и сосредоточиться на лекции. Надо вспомнить, кто я и зачем здесь. Только теперь к миссии няньки прибавилась цель больше узнать о Вселенной и действительно научиться чему-то полезному.

Чана Чудор — настоящее чудо! В космическом хаосе умудрялась найти определенные законы и правила. Стройные механизмы роста и угасания.

Она рассказывала о космосе так, будто все это необъятное человеческому разуму пространство было живым существом — единой системой, в котором могли появиться очаги болезни и требовалось лечение.

Потрясающие голограммы сменялись одна за другой, демонстрировали объемные макеты планет, с которых студенты прилетели в УДЭ.

Я удивилась, что Сиана и Гида по размеру и расцветке сравнимы с Землей, а Кардария гораздо меньше, притом похожа на сморщенную от холода голубику. На ягодку, застывшую во льду.

Но звезда Антарес гораздо больше нашего Солнца, к тому же двойная. По словам Чаны, эта особенность позволяет освещать и обогревать даже такие далекие планеты, как Мариона.

Я не удержалась и подколола Зигруда:

— С Чаной тоже будешь про богов спорить?

— Ни в коем случае. Женщинам — учёным и без меня хватает проблем. Особенно госпоже Чудор. Я слышал, над ней и коллеги посмеиваются.

Скоро я поняла, почему маленькую лекторшу невзлюбила наша студенческая элита. (Остальным было просто наплевать на выверты преподавателя, лишь бы зачеты ставил).

Слишком уж нагнетала панику.

— Помните, друзья, космос пахнет смертью! — тревожным голосом вещала Чана. — В бескрайнем океане космоса таится свирепая угроза для маленьких островков разума. Сколько великих цивилизаций уже поглотили Чёрные дыры!

— А правда, что настоящая родина сианцев погибла в результате вспышки Сверхновой? — выкрикнули с галерки. — Выжившим пришлось скитаться по системе, пока не нашли удобную планетку с богатыми недрами. Сианцы истребили аборигенов, присвоили себе все ресурсы, и теперь хищно поглядывают, чего бы еще захапать поблизости.

— Колонизаторы! Они разбомбили Гиду! Отравили почву и воздух, — прошипела Бренда, нервно кусая губы.

— Но петрианцев легче было купить! — презрительно добавил тарсианин, продолжая полировать ногти.

В зале стало шумно, студенты разных рас бросали друг другу гневные обвинения в алчности и цинизме. И лишь наша не слишком могучая кучка на первом ряду хранила суровое молчание (что, впрочем, не мешало прислушиваться и мотать информацию на уши за отсутствием усов).

— Друзья, остановитесь, не нужно ссор! Я должна сказать вам самое главное, — скорбно вещала Чана. — Только вместе… только объединив усилия, мы сможем противостоять Тьме. Как вы не понимаете, ребята⁈ Слепая, голодная Тьма завидует нашим победам и жаждет раздавить достижения. Поодиночке мы обречены!

И тут случилось невероятное. Йорт… скромный тихоня Йорт вдруг поднялся с места и, потерев прыщавый лоб ладонью, возвысил голос.

— Ну, вы там… Хватит! Заткнитесь! Сколько можно орать и кривляться? Разве госпожа Чудор не права? Разве вам не казалось порой, что все мы — часть глобального космического эксперимента?

Нам дают подрасти и развиться до определенных размеров, а потом ломают, как домики из песка, едва мы будем готовы схватиться за краешек тайны. Нам дают ниточки подсказок, ведут к свету, а как только забрезжит прогресс — случается природная катастрофа или война. И снова скатываемся в бездну — начинаем сначала. Все равно не дадут прыгнуть выше головы.

Аудитория притихла. Думаю, просто из любопытства, что ещё может выкинуть парнишка из общаги за Ржавой стеной. Вдруг у него истерика начнется, вот была бы потеха! На нашу компанию устремились десятки глаз.

Даже Харку оторвался от своего планшета, благодушно улыбался мне, уложив подбородок на руки. Его ленивая поза приглашала к спокойствию.

«Мы же на ЭКГ, тут всегда разброд и шатание!»

Но вызов ущербного тарсианина был принят могучим соперником.

— Рассуждения труса и слабака! Червя навозного! — холодно глядя на Йорта, заявил студент-сианец. — Выживут самые приспособленные и практичные — это и так понятно.

— А первая Сиана точно погибла от внешнего воздействия? Что-то я сомневаюсь. В кратком изложении «Истории Антарес» есть и другие версии, — нежным голоском парировала Оля. — Или вы собираетесь мусорить в каждой комнате своего Мироздания, и когда они закончатся, полетите захватывать Солнечную систему?

Юлька возмущенно фыркнула, Андрей глухо застонал, схватившись за волосы:

— И так второй год… спорят и спорят, никогда не привыкну!

А я почему-то наполнилась гордостью за нашу Олю. Воинственная девчонка! Не ожидала от нее такой прыти.

— Ты беспокоишься о своем Дейкос, малышка? — усмехнулся сианец. — Можешь спать спокойно. Заповедник на особом контроле Верховного совета. Бульончик поступает равномерно и почти не кипит.

Прозвенел спасительный звонок. Мы торопливо собирали вещи. Нужно переходить в столовую, но все взбудоражены.

— Я устала! — жалуется Юлька. — У меня голова болит. Я столько впечатлений враз не переживу. И за улиточек ужасно волнуюсь. А если Фёдор их забудет покормить? Или задохнутся в коробке… убегут-потеряются…

— Хм-м, интересно, про какой бульончик он вякал? — сама с собой рассуждала я, силясь понять затейливую логику сианца.

— Наверно, первичный, — вздохнула Оля, — ну-у… из которого зародилась жизнь. Насколько помню, состоял из белков и жиров.

— Болван горбоносый! Придурок чокнутый! — злилась я на сианца.

Зигруд тихо засмеялся, осторожно поправил локон на моем плече.

— Ты умеешь ругаться?

— Я много чего умею. Лучше расскажи, куда тебя забирал Гектор?

— На задний двор факультета, — Зигруд жмурился, будто его там ждал роскошный обед, а вовсе не экзекуция.

— Здорово всыпал? — не могу сдержать голодное любопытство, хочется дольше вдыхать аппетитную ауру.

— Ты должна посмотреть сама. Грандиозное зрелище! — веселился Зигруд. — Я сразу предложил парочку модных деталей для украшения.

— Вы с Гектором помирились? — изумилась я.

— Он не такой уж вредный старикан. К тому же я умею работать руками. Видимо, сейчас в Аплагар это редкость.

Последние фразы сбили меня с толку и совершенно запутали. К тому же Йорт уводил Олю все дальше по широкому коридору. А Юлька с Андреем куда пропали? Я должна быть рядом и все контролировать.

— Зигурд, разве ты не в столовую?

— Нет, хочу успеть к секретарю.

— Увидимся после… ты же не опоздаешь на практикум Взаимодействия?

— Я в первой группе сианцев, — нахмурился он. — У нас будет МГЧ.

— Тогда до завтра! Держись!

— Я рад знакомству, Полина! Я очень рад.

Хотела спросить, где он живет, но чересчур много болтовни для первого раза.

А будет ли второй? Мне нужно срочно перекусить чем-нибудь сочным и мясным, иначе фантазии покатятся по запрещенной дороге.

Я гораздо сильнее Марго, но соблазны порой настигают врасплох. И проще всего устранить искушение, поддавшись ему.