Глава 34 Гости из прошлого

Глава 34 Гости из прошлого

(Из дневника Оли Мельниковой)

Это был длинный день и суматошная ночь. Попробую все описать по порядку.

В субботу общежитие опустело. Бренда и Харку вместе с другими волонтерами отправились на поиски Белогорова, хотя Триша убеждена, что в Аплагар его нет. Воспользовавшись праздничной суматохой, Андрей переместился в прошлое.

Я даже знаю, куда именно, и хорошо, что Дикмор допрашивал всех вместе, а не поодиночке. У Дикмора такой взгляд, что видит насквозь.

Полина — молодец! Убедительно заявила, что мы ничего не знаем. Жестко сказала, что Андрей не ребенок и должен сам отвечать за свои поступки. Когда вернется. Если вернется.

Я молчала. Он обещал тщательно все продумать и взять меня в помощники для подстраховки. Но поспешил, словно боялся, что после праздника не дадут двинуться с места. А теперь Дикмор подозревает всех в сговоре.

Нам было велено оставаться дома и ждать новостей, но ребята решили иначе.

Юлю с Виджей забрал Сокур, хочет показатьБелый Круг — заброшенное святилище великанов. Это не очень далеко, полтора километра за кладбищем.

По мере общения с сианцами хомурты получили научное знание о природе вещей и утратили интерес к старым верованиям. Сианцы выкупили их ритуальную площадку для строительства своей военной базы, потому что каменный фундамент показался прочным.

Но геологическую разведку провели слабо, рядом оказались болота, почва не выдержала нагрузку и здание просело. А Сокур намекал, что главная причина вовсе не в плавуне под камнем, а в таинственной энергетике места. По легендам хомуртов Белый Круг — часть летательного аппарата первых пришельцев на Луну.

— Они были высоки ростом и ослепительно красивы. Их тела излучали свет. Они взяли в жены человеческих женщин и так появился род великанов — хомуртов.

Мы спрашивали, куда делись потом эти существа, и, по словам Сокура, они улетели на свою планету.

— Посланцы Сверхразума, — иронично предположила Юля. — У них была ответственная миссия по заселению Луны. Справились с задачей и назад. А сианскую базу до сих пор никто не использует?

— Много лет прошло, разрушается потихоньку, — ответил Сокур. — Если хочешь, могу тебя туда отвести.

— Да-да, я хочу прогуляться! В общаге сегодня нервная обстановка.

Полина запретила Юле идти с Сокуром одной. Слишком похоже на свидание. Девочки даже поругались по этому поводу, и я поддержала Полину.

Пусть Виджу возьмут с собой. Она второй день грустит. Не выдумывает новые песни, не плетет коврики, не раскрашивает лицо. Качается в своем гамаке и плачет из-за размолвки с Зигрудом.

Может, путешествие к Белому Кругу немного её отвлечет. Сокур сказал, там в кустах прячется разная живность — болотные крысы и змеи. А еще в изобилии мох и заросли тростника. Виджа предложила выпасти Кирюшу. Ему тоже нужен отдых после шумного выступления. Пушта и Питар тоже попросились в поход.

И только ребята с мамонтом ушли, как прилетел Зигруд. Полина увела его на кухню для разговора, а потом сообщила, что они собираются в город. У Полины сертификат на двоих в купальню «Красная Черепаха», скоро кончится срок действия. Подарок Бренды на день рождения не должен пропасть.

Конечно, я поддержала эту идею, пусть развеются. Мы остались вдвоем с Фёдором, только он сразу закрылся в своей лаборатории. Вероятно, до утра. Я прибралась в комнате, почитала немного, и вдруг стало так тоскливо, что сгоряча написала длинное сообщение Йорту.

На мои звонки он не отвечает и сам не выходит на связь. Неужели так сильно болеет?

Когда за окном стемнело, я совершенно расклеилась, а ведь хотела закончить конспект последней части «Космобионики». Йорт прочитал мое сообщение и молчит. Вот еще причина для тревоги.

Тогда я решила перекусить. Горячий чай всегда приносит покой и умиротворение. Я даже с Йортом делилась фантазией, когда мы обсуждали Ветхий Завет.

Я сказала, что Бог создавал небо и землю, прихлебывая сладкий горячий чай. А остывший бульон просто выплеснул на новорожденную планету. Так зародилась жизнь.

Йорт похвалил мою сказку. А теперь от него нет никаких вестей, и Андрюша пропал. Анна Ахматова писала: «Возлюбленным всем моим я горести приносила…» И зачем вспомнились эти строки? У меня нет возлюбленных, но есть два друга, с которыми легко общаться.

Как же им помочь… Надо собраться с силами.

В холодильнике остались только пакеты со сливками и тюбики приправ, второй день никто толком не готовит. Фёдор раздал шоколад и печенье, ребята перебиваются всухомятку.

Я нашла в хлебнице черствый батон, намазала кусочки соусом, похожим на майонез с горчицей. И все равно показалось пресно. Когда нервничаю, разгорается аппетит. Тогда я вспомнила про головку чеснока из последних гостинцев Сокура.

В корзинке у двери нашлась еще маленькая тыковка и клубни. Решила сварить тыквенный суп-пюре. Пока обжаривала овощи, измельчила чеснок себе на бутерброды. Один даже успела съесть, когда в коридоре послышались шаги, а потом раздался зычный голос Троя:

— Эй! Тут есть кто-нибудь? Четвертая группа испарилась в полном составе?

У меня сердце упало. Как он вошел… неужели я забыла запереть двери… Фёдор же просил.

— Привет! Я здесь… м-м… готовлю.

Трой с интересом осматривал кухню и загадочно молчал. Нарочно тянул время.

— Зачем ты пришел? — осторожно спросила я.

— Йорт просил забрать кое-какие вещи из комнаты.

— Она заперта.

— Это не проблема.

«Дурочка! Надо было догадаться, что у Троя есть ключ».

— Как Йорт себя чувствует? Он не отвечает на сообщения.

— Занят, — отрывисто сказал Трой. — Попросил меня проведать подружку.

— Какую… подружку?

Я перестала мешать овощи и застыла с лопаткой в руке.

— Тебя, разумеется, — улыбнулся Трой.

— Со мной все в порядке.

— Ты сегодня за повара? А где остальные?

— Фёдор работает у себя…

Не стоило ему говорить, что я одна дома, но не искусно умею врать. Весть о том, что Полина уехала в город заметно обрадовала Троя.

— Как вы её терпите? Я слышал, все ведьмы разводят в жилище грязь, мышей и прочую гадость.

— Видимо, это касается лишь тарсианских ведьм, — подколола я.

Трой ухмыльнулся и подошёл ближе. Тогда я покрепче взялась за ручку сковороды, если начнет приставать, то я… я…

— Что готовишь? — буднично спросил Трой.

Словно мы каждый день пересекаемся на кухне.

— Суп из тыквы. Надеюсь, получится съедобно. Я только рецепт знаю. Раньше не пробовала сама.

— Желтая каша на плите не вызывает доверия, а вот ты пахнешь чудесно.

Он издевается. Хочет меня смутить.

— Это чеснок! — сказала я. — Он убивает микробов на любой планете. Целое блюдо бутербродов с чесноком. Пожалуйста, угощайся!

— Приглашаешь меня на ужин? Что ж, я готов.

Поймал на слове. И как бы я выгнала его за дверь?

— М-м-м… отличные бутерброды! Из чего сделана паста сверху?

— Рыбья желчь с печенью козла. Приятного аппетита!

Он поперхнулся, откашлялся и стал хохотать на весь дом. Так заразительно, что я не сдержала улыбки. Хорошо, что затеяла суп. Иначе пришлось бы смотреть на Троя, когда он говорит. А суп — уважительная причина отворачиваться. И руки заняты.

— Можно тебе помочь? — предложил он.

— Нарежь лук. Вот тебе доска, и вот нож. Осторожно, не поранься. Андрей хорошо наточил.

— Ты к нему благоволишь, да? Он же невыносимый нытик — ваш староста, — раздраженно процедил Трой.

— Разве ты знаком с Андреем? — удивилась я.

— Братик рассказывал.

— Поторопись с луком. Его тоже нужно обжарить.

Спустя минуту Трой начинает тереть глаза и жаловаться. Пришло мое время посмеяться. С чего я решила, что он опасен? Если рядом нет толпы фанаток, ведет себя как обычный парень.

Я вылила сливки в протертую овощную смесь и отключила плиту. Нужно срочно придумать себе новое занятие. Может, остальную часть тыквы пустить на варенье? В кухонном шкафчике завалялся сладкий фруктовый концентрат. Будет эксперимент.

— Жаль, нет свежих апельсинов, — вслух рассуждала я. — В детстве обожала фильмы про Паддингтона и мечтала сварить настоящий мармелад.

— Кто такой Паддингтон?

Пришлось рассказывать Трою про медвежонка из дремучего Перу. Потом я вспомнила, что Чебурашку нашли в ящике с апельсинами. Интересная параллель. Задумавшись, я начала облизывать ложку, которой пробовала суп, и Трой внезапно потребовал себе порцию.

— Надо и Фёдора позвать! — предложила я.

— Нет, не уходи! Давай поужинаем вдвоем, — Трой встал у меня на пути, когда хотела выйти из кухни. — Ты же меня не боишься?

— С виду не страшный, но я тебя плохо знаю.

— А кто мешает познакомиться ближе?

— Ты увиливаешь от прямых вопросов. Что с Йортом? Почему он не может мне позвонить? Я не верю, что настолько занят или нездоров. Всего три слова на планшете — «Оля, привет!» И я уже сплю спокойно.

— Хорошо, — напряженно буркнул Трой. — Он тебе напишет. Я обещаю.

— Прости, но звучит так, будто ты его заставишь. Вы не очень ладите, правда? А ваша мама не вмешивается? Не пытается вас помирить?

— Все не так просто, Оля!

Он назвал меня по имени с интонацией Йорта — и сердце дрогнуло. Только сейчас поняла, как соскучилась по своему неуклюжему другу. Он с полуслова меня понимал, всегда был готов помочь. При этом не выпендривался, не рисовался, как брат.

— Передай Йорту, что я его очень жду, — твердо сказала я.

У Троя перекосилось лицо, он шагнул ко мне и грубо схватил за плечи.

— Он называл тебя глупой дейкосианкой! Трусихой и плаксой.

— Ни одному слову не верю. Зачем врать? Трой, не пытайся быть хуже, чем ты есть.

— Думаешь, Йорти у нас белый ягненок? Он признался, что каждую ночь фантазировал про тебя. Представлял, как ты снимаешь одежду и моешься в душе. И в это время играл со своим…

Я вырвалась и ударила Троя по плечу. То есть, слегка толкнула ладонью в знак отвращения.

— За твой подлый язык! Бери, что хотел и убирайся отсюда.

— Я пришел, чтобы тебя увидеть, — заорал Трой мне в лицо. — Застряла у меня в голове, не могу забыть твои глазки и носик. А все из-за долбанного калеки! Он всегда искал способ меня наказать. Но я справлюсь. Ты такая же, как все остальные жеманные куклы на универе. Пустая, никчемная, жалкая… книжная мышь!

— Тогда почему ты злишься? Найди другую.

Он сильно прижал меня к себе, я не смогла даже крикнуть.

— Йорт тащится от тебя — с ним такое впервые. Похоже на болезнь. Не смертельно, но противно. Теперь и я заражен.

— Пожалуйста, отпусти!

— Мне понадобится лекарство, — горячо прошептал он. — И ты мне поможешь. Будь хорошей девочкой, поцелуй меня! Тебе же понравилось в прошлый раз. Сделаем еще разочек по — настоящему. Я должен убедиться, что выздоравливаю.

— Я не буду тебя целовать. Только не сейчас.

Трой ослабил хватку, пальцами приподнял мне подбородок, спросил с недоумением:

— А почему не сейчас?

Я не знала, как еще спастись и ответила первое, что пришло на ум.

— Ты съел все бутерброды с чесноком и горчицей. Это вообще не романтично. Даже для книжной мыши. Я… я хочу, чтобы все было красиво, понимаешь?

— Как у ваших улиток на празднике? — буркнул он и задумался на пару секунд. — Тогда поехали со мной в город, я все устрою — цветочки, музыка и конфеты…

— Трой, ты совсем дурак? — грустно спросила я, чувствуя удивительное бесстрашие. — Наговорил кучу гадостей, оболгал брата, пытаешься насильно целовать, думаешь, я с тобой полечу? Если сделаешь мне что-то плохое, тебя с универа отчислят с позором. И ребята за меня отомстят.

Трой оттолкнул меня к столу, демонстративно отряхнул руки.

— Точно, глупая мышь! Что ты о себе возомнила? Я не собираюсь тебя трогать.

— Тогда уходи.

— Нет уж! Я еще суп не оценил. Представляю, какой у него мерзкий вкус.

— А я представила, как тыквенно-молочная жижа стекает у тебя по лицу.

— Что?

— Не подходи, я выплесну на тебя всю кастрюлю! — пригрозила я.

— Ненормальная! — прошипел Трой.

— Это тебе надо записаться к психологу! Я же сказала, уходи! Я буду кричать. Фёдор тебя прогонит и всем будет очень стыдно. А вот и Фёдор!

В коридоре послышался шум, и я готова была прыгать от счастья. И вдруг на пороге кухни появился Андрей. От него пахло чем-то горелым, а рубашка была испачкана в саже и краске. Или это кровь?

Из коридора вышли на свет мальчик и девочка примерно шести-семи лет, закутанные в платки.

— Ты поранился? Тебя Триша искала… Кто это у нас?

— Со мной все в порядке. Оль, накорми детей. Это моя родня с Васильевского острова.

— У тебя получилось⁈ — я хотела крикнуть, но постеснялась Троя.

— Еще их надо согреть, — попросил Андрей.

У него был измученный вид, но в глазах счастливый покой.

— А у меня как раз супчик горячий. Ребята, садитесь скорей! — я старалась держаться уверенно, а сердце стучало будто после пробежки.

— Здравствуйте, где можно помыть руки? — спросил худенький мальчик, который казался старше сестренки.

Скоро я усадила детей за стол и налила им суп, а сама достала из ящика дежурную аптечку, чтобы обработать раны Андрея.

— Господи! Да у тебя же дырка в плече. Надо вызвать врача.

— Может, сразу позвонить Дикмору? — предложил Трой.

Все это время он подпирал стену возле двери, наблюдал за моей суетой и голодными ребятишками. А когда скользнул в коридор, я бросилась следом.

— Не смей никому звонить, слышишь!

— Ваш чокнутый староста нарушил главное правило временных экскурсий — не таскать оттуда живое.

— Ты ничего не знаешь! Вероятно, детям грозила беда! Живое? Это же люди. Маленькие люди с моей планеты.

— Если все будут нарушать закон… — прищурился Трой.

— Ты же не ябеда?

— Дикмор все равно их найдет — сегодня или завтра…

— Йорт бы меня не выдал, — сказала я.

Трой дернулся, будто его обожгли.

— А ты здесь причём? Пусть староста сам решает свои проблемы. Или вы теперь сладкая парочка? Йорт говорил, что староста любит страдать по каждой новой мордашке в общаге. Быстро ты повелась на его стенанья.

От обиды у меня появилась немыслимая отвага. Я схватила Троя за рукав и попыталась к себе повернуть, чтобы выслушал и наконец услышал.

— Мы с Андреем — друзья, так и передай Дикмору! Мы вместе планировали этот маршрут, и я должна была лететь с ним. Пусть тогда и меня отчислят!

Трой стиснул дверную ручку и ударил кулаком по стене.

— Ладно, не хнычь! Я не болтун. И если тебя прогонят с УДЭ, огорчится ущербный братец. Не слишком привязывайся к детишкам — их все равно отправят обратно. Спасибо за бутерброды! У тебя очень изящный вкус. Ага!

Трой исчез в сумраке подступающей ночи, а я поспешно вернулась на кухню. Под раковиной, скорчившись от боли, сидел Андрей. Я постучала Фёдору по трубе, вызвала Бренду и позвонила Полине.

Детей мы выкупали и уложили спать, Андрея перевязали и дали жаропонижающее средство — он весь горел. Если до утра лучше не будет — придется обращаться к врачам.

Я так устала, что без всяких эмоций прочитала сообщение Йорта на планшете:

«Милая Оля, у меня все хорошо. Обо мне не стоит беспокоиться. Если бы ты знала, как я хочу сейчас оказаться рядом, видеть и слышать тебя, касаться тех же страниц, что и ты. Каждый миг в разлуке с тобой кажется пустым и никчемным».

Я прочитала последние слова и вспомнила, как Трой меня обругал. Точно такими же описаниями. Все-таки, они братья, а значит, в чем-то похожи. Слишком много совпадений.

Могу ли я полностью доверять Йорту? Его симпатичный брат посеял зерна сомнений-сорняков.