Глава 13

Утром я была в ярости. Прокручивая в голове вчерашнее, фурией нарезала по комнате круги и запоздало высказывала, что обо всем этом думаю. Ярушка носился за мной, в унисон подвывая: «Безобазие!» Именно оно. Форменное! Отправить меня к Марисе, на оба выходных. Ладно Дарен со своими экспериментами. Но Кеннет… Присматривать за мной некому, угу. Я что, маленькая? После стольких пережитых передряг сумею о себе позаботиться! Нянька Мариса… Кому сюжет для фильма ужасов? Подносом стукнула не тебя – считай, хорошо пообщались.

Неужели Кеннет не замечает, что я не хочу, не хочу, не хочу общаться с его бывшей?! Межмировые заговоры насквозь видит, а тут ослеп?.. А эта экс-кураторша?! Знаю я, почему она согласилась. Хочет показать, какая она вся надежная и понимающая, а летом просто недоразумение вышло. Из кожи вон лезет, чтобы наладить с Кеннетом отношения. У-у-у!

– Ву-у-у! – согласно провыл Ярушка.

– Пехтючка, – от души ругнулась я, и его бровки ошалело взметнулись вверх. – Ащ-ащ-ащ ее.

– Тыщ-быдыщ, – подхватил он и героически впился зубами в угол ковра.

Упершись лапами в пол, резко отпрыгнул. Вместе с ковром. Опору выдернуло из-под ног, мир перевернулся. Равновесие, почему ты сдалось сразу и без борьбы?! Я повалилась на не такой уж мягкий ковер, Ярушка напрыгнул сверху, беззастенчиво устраиваясь на моем животе. Улегся, вздымаясь туда-сюда в такт моему дыханию.

– Ну да… – сказала я вслух. – Пожалуй, это было единственным способом меня утихомирить. Но как быть с Марисой?

– Куси.

В качестве запасного варианта сойдет… Теперь к другим, более насущным вопросам. Я до сих пор не подготовилась, а встреча на вокзале через полчаса. Что с собой брать? Без понятия. Знала лишь, что во владычестве Элиан нынче отличная погода – сухая и теплая. Птички-навигаторы у общежития доложили, выдав заодно краткую справку о месте, в которое мне предстояло отправиться. Маленький полуостров, один из самых благополучных и обеспеченных в Ладосе. Элианцы славились невероятно сытной кухней, зажигательными карнавалами и повышенным гостеприимством.

Я покидала в сумку лишь самое необходимое, надела обычный незатейливый сарафан. Будут смеяться – пусть. Я в высшее элианское общество не набиваюсь. Два дня перекантуюсь, и до свидания. Все равно не светит произвести хорошее впечатление на Раскесов. Судя по всему, там семья чопорных аристократов или прайд светских львов. Наверняка у них шикарный «избушковый» особняк в несколько этажей, с бассейном и кучей магических прибамбасов.

На вокзале я прошла в условленное место – за кусты в конце оранжереи. Именно туда я вывалилась из своего первого портала. Мариса уже меня ждала, нетерпеливо посматривая на часы. В студенческой форме без затей, сама прилежность.

– Ты опоздала, – прошипела она.

– Всего на минуту, – огрызнулась я. – Или портал ушел без нас и все пропало?

– Юмор свой дурацкий оставь здесь.

– Я бы и сама здесь с радостью осталась.

– Слушай сюда! Предупреждаю заранее…

– Дай-ка угадаю? Не позорить тебя и рот не открывать. Иначе ты меня прибьешь, и бла-бла-бла.

– Если хоть кому-то потом скажешь, где была, – в прищуренных глазах полыхнула нешуточная угроза, – хотя бы словом обмолвишься…

– Больно надо, – фыркнула я. Ясно, почему встретились в глубине вокзала. Чтобы никто не видел, как мы вместе порталом уходим. – Постараюсь побыстрее забыть это прекрасное путешествие, как страшный сон.

Она скривилась. В ее ладонях налился свет, стремительно разрастаясь порталом. Пара секунд, и между нами сиял огромный солнечный шар. Мариса исчезла в нем, я глубоко вдохнула и шагнула следом. Качнуло на волнах горячей энергии, кинуло сначала в одну сторону, после в другую – до головокружения. Нет, по порталам у нее точно не выше тройки! Я с трудом сдержала подкатившую к горлу тошноту. Словно по кочкам прокатило и швырнуло с лестницы. Из-за звездочек в глазах не сразу сообразила, что сижу на траве, а вокруг – не свечение портала, а вполне себе пейзаж. Не городской. Зеленый, умиротворенный. Холмы, лес на горизонте, безмятежно голубое небо. Пастораль, как она есть. Только вместо коров – странные фигуры на полях. Вдали – простецкие домики да амбары. Мы с Марисой находились у проселочной дороги, под табличкой-указателем. Расплывающиеся буквы наконец сложились в слова: «Драконья ферма».

– Э-э-э, – только и смогла выдавить я.

– Чего расселась? – рявкнула Мариса и, цокая каблуками, вышла на дорогу. – Портала до дома не будет. Драконы на них реагируют нервно! Бесятся, прыгают с наскока и сшибают нафиг. Это в лучшем случае. А мне объяснять потом, с чего от тебя мокрая лужа осталась. Так что ножками, ножками.

Я поднялась с травы, вертя болезненно тяжелой головой по сторонам и убеждаясь, что глаза меня не обманывают. Сельская природа, умопомрачительно свежий воздух, такой густой, что его хотелось трогать руками. Рассыпанные по холмам фигурки людей и крылатых ящеров, бескрайние поля и деревянные избушки. Дом Раскесов… где-то здесь? На драконьей ферме?! Я сплю или брежу?.. Донесся тонкий скрежет и постукивание колес, мимо указателя проехала повозка. Со стогами закрученного в рулетики сена, без лошадей, она катила словно сама по себе. Мариса рванула к ней и, сунув пальцы в рот, залихватски свистнула. Повозка притормозила.

– Карета подана! – Она запрыгнула внутрь, спокойно усаживаясь с краю.

Я забралась за ней, бухнулась в ароматное сено. Мягко… Но щекотно. Повозка двинулась, над головой поплыло небо в облаках и крылатых силуэтах. На холмах драконов тоже было хоть отбавляй – бегали туда-сюда… Это детеныши, которые еще не умеют летать? Задавать вопросы не рискнула – выражение лица Марисы не располагало. К тому же больше всего тянуло спросить: «Ты вправду отсюда?!» Туши потом пожар на голове. Я отвернулась и всю поездку молча рассматривала окрестности. Бесконечные полосы полей со скачущими туда-сюда магическими граблями, башни из стогов сена, многочисленные сараи и амбары. Необыкновенно бирюзовое озеро с летающей над поверхностью лодкой, оранжерея под гигантским мыльным пузырем. Узнаю Ладос! Всюду магия…

Повозка остановилась у высокого частокола, за которым виднелся уютный домик в скромных два этажа. По двору сновали куры, покачивалось развешанное на веревках белье, благоухали цветы на пышных клумбах. Пахучие, до щекотного зуда в носу. А-а-апчхи! Нет, это определенно не сон. Мариса резво выбралась из повозки и, приведя себя в порядок каким-то очищающим заклинанием, пошла к отворенной калитке. Я поплелась следом, отряхивая и отплевывая сенную труху.

Раздался душераздирающий визг, я с перепугу спряталась за Марису. Дверь дома распахнулась, на крыльцо вывалился дракончик и, отчаянно хлопая крыльями, дал деру. За ним выбежала хорошенькая пухлая женщина в белом переднике со скалкой наперевес.

– Ах ты ж, наглая чешуйчатая морда! – крикнула она. – Мясо из кладовой таскать? Да я сейчас из тебя отбивную сделаю, проглот!

Дракончик обиженно пыхнул дымом, втянув голову в плечи, прошмыгнул сквозь забор и был таков. Женщина погрозила ему вслед кулаком и заметила нас. Уронила скалку, бросилась к Марисе и заключила ее в объятия – крепкие, до хруста костей.

– Наконец-то прибыли, – она отстранилась и звонко чмокнула гостью в щеку, – с утра жду не дождусь, булочки стынут! Твои любимые, как их там – диетические, во. Или ну их? Схуднула что-то ты опять, Марыся!

Ка-а-ак ее назвали?..

– Все равно хороша, худюшка. Покажись, ну покажись! – Хозяйка радостно заохала, поворачивая «худюшку» то так, то эдак. – Форма университетская тебе страсть как идет, вовек не налюбуюсь. Красавица. И не одна приехала! Я уж думала, не дождусь твоих друзей-подружек.

Мне досталась радушная улыбка, секундой спустя сдавило в объятиях. Я поперхнулась, Мариса невозмутимо представила:

– Мам, это Лёна. Лёна, это Федония.

– Можно просто Феда, – отмахнулась та, – не стойте же, проходите в дом.

И буквально затащила меня внутрь. По ступенькам на крыльцо и через завешенный шторкой дверной проем. В доме было тепло… во всех смыслах. Необыкновенный уют, обволакивающий с порога. Бревенчатый потолок, плюшевые ковры, шапки бархатных торшеров. Диваны и кресла с полосатыми подушками, сверкающий магией камин, охапки полевых цветов в вазах. Пахло деревом и свежей выпечкой, стены топорщились затейливой кирпичной кладкой, с полок резных шкафов выглядывали семейные магографии. Волшебно! И я вовсе не про натыканные по дому артефакты говорю. Это место было пропитано любовью и готово делиться ею с каждым. Но представить тут Марису упорно не получалось. Тоже мне Маруська… Ведь она звезда, икона стиля, всеобщий идеал. И нате вам – ферма. Как так?! Не сочетается!

Вымыв руки в ванной странным медовым мылом с чешуйками, я позалипала на здоровенный флакон с надписью: «Огнеупорная смесь: новая формула для лучшей защиты», – и отправилась на кухню. Нашла ее по запаху и оживленным голосам. Ого, народа! Кажется, все Раскесы в сборе. Феда в обнимку с красивым усатым мужчиной, мускулистый парень в обтягивающей майке, глазастая девчонка лет двенадцати, румяная старушка и дед в забавной кепочке. Он вдохновленно рассказывал Марисе о снесенных на днях яйцах, которые «громадные, во». Речь о будущих дракончиках?.. Меня хозяйка усадила за стол между стариками и выдала полную миску плюшек, наказав есть до дна.

– Всю тарелку? – перепугалась я, помня о блинчиках и пирожках Лукаша.

– Тарелку можешь оставить, – разрешила румяная старушка и постелила мне на колени салфетку. – Кушай, не обляпайся! Фирменный рецепт.

– Э-э-э, – робко протянула я, – элианская кухня?

– Стереотипы… Ты у себя на родине исключительно борщи и пельмени наворачиваешь? – скривилась Мариса. В два укуса прикончила свою плюшку с зеленью и издевательски объявила: – Лёна с Земли. Оттуда, где медведи на балалайках играют.

Зараза. Явно западной прессой баловалась. Еще бы про мужиков в ушанках вспомнила!

– А у нас драконами костры разжигают, – заржал усатый красавец. Явно ее отец. Уж больно черты лица схожи. – И девственниц к ним не подпускают, дабы не сожрали.

Суровые тут девственницы. Драконов жрут…

– Хочешь чего-то традиционного? – предложил мускулистый парень. – Драконьей водицы плеснуть? Вкуснятина.

Я мотнула головой. Что-то мне кажется, что после этой вкуснятины захочется спалить дыханием пару деревень.

– А ну, не спаивать девочку! – Феда отвесила ему сочный подзатыльник. Парень нахально подмигнул мне и продолжил уминать плюшки за обе щеки. – Ох, что ж это я, совсем забыла тебе всех представить.

Посыпались имена. Насчет отца семейства не ошиблась. Его звали Радик, и он был хозяином фермы в восьмом поколении. Мускулистый Ян оказался старшим братом Марисы и почетным заводчиком, а мелкая Зуся – младшей сестрой. Бабушка – бабушкой, а дедушка – дедушкой, но на них мой мозг отключился, запомнив лишь, что оператор магоратора – крайне ответственная работа и поле само себя не вспашет, поэтому всяким драконоведам надо меньше выделываться.

– Цыц, – Феда бухнула по столу кулаком, миски подскочили и с лязгом приземлились обратно, – устроили балаган!

Начинаю догадываться, в кого Мариса такая… боевая. Все послушно замолкли и, независимо покашляв, переключились на обсуждения кладки красной драконицы, от которой давно ждали потомства. Ух ты! Выходит, здесь новорожденные – то есть свежевылупившиеся – малыши бывают? Хочу посмотреть! Я распустила уши и усердно жевала плюшки. Было вкусно, слопала половину миски.

Вдруг снаружи бахнула дверь. На кухню влетела встрепанная девица с перепачканным сажей лицом и заголосила:

– Та-а-ам! Пухлик взбесился. По крайнему полю нарезает и жжет, ноздри так раздул, что курица целиком влетит.

– Да чтоб его, – буркнул Радик, – до вечера подождать не мог.

– Это Кава, жена Яна, – как ни в чем не бывало представила Феда. Видимо, взбесившиеся жгущие Пухлики – обычное дело… – Выгульщица драконов.

– Зато успела к семейному завтраку, – расцвел Ян белозубой улыбкой и достал из-за своей миски сверток, – садись, я тебе самые мажористые булочки припрятал.

– Щас я ему, жгуну, отсыплю, – засобирался дед, потирая ладони и хрустя наколдованным льдом, – мало не покажется!

– Сиди, – Мариса решительно встала из-за стола, – я разберусь.

Проснулось желание кому-нибудь навалять? Главное, что не мне…

Она удалилась, на ходу сооружая из блестящих локонов незамысловатый хвост на затылке, а я осталась – с миской недоеденных булочек и чувством странного облегчения. Без Марисы было спокойнее, если это слово вообще подходило к Раскесам… Но они мне определенно нравились. Ян ворчал на Каву за то, что примчалась сломя голову, вместо того чтобы воспользоваться недавно подаренным медальоном для ментальной связи. Та фыркала, что Пухлик трижды все разнесет, пока она в ту новомодную ерунду правильно тыкнет. Вот прошлая модель была простая и понятная, а на этой – куча кнопок.

– Артефакты в руках женщины… – ухмыльнулся Ян, но тут же подавился смешком, взглянув на съехавшиеся к переносице брови жены.

Я спрятала улыбку. Суровый взгляд Кавы плохо монтировался с перепачканной физиономией. Ян протянул руку, пытаясь оттереть с ее лица сажу, только размазал. Воодушевился и увел жену умываться. Куда-то наверх, ласково обнимая и прихватив сверток с булочками. Вряд ли вернутся!

Дед без особого старания поворчал, что «Марыся мала еще – Пухликов в одиночку гонять».

– Мала?! – шумно возмутился Радик. – Да она почти университет окончила. Кто из вас еще там учился, а?!

– Никто, – дед смачно закусил хрустящим огурцом, – я не пошел, меня магии отец учил, для фермы хватило. У нас магов-то в роду немного – я, Марыся да Зуся, балда мелкая.

Мелкая балда Зуся надулась, сверкнув глазищами.

– Вот именно! – Радик поднял палец вверх. – А она, умница моя золотая, в Междумирие поехала. И помощи никакой не требовала!

– Да-а-а, – закивала Феда, – хотя и масенька была, пятнадцать лет едва стукнуло. Торопилась учиться, умная да способная уродилась, диплом – мечта ее.

– И вы к ней не ездили? – не удержалась я.

– Да когда нам разъезжать-то? – солидно заявил Радик. – Ферма ведь, хозяйство. Глаз да глаз нужен.

– Так и скажите, что она вам запретила! – ехидно подначил дед.

– Не запретила! – сердито перебила Феда. – А попросила. Сама, грит, справлюсь. А то и так на курсе самая младшая. Не хватало еще, чтоб сокурсники дразнить начали, что с ней, как с малышней зеленой, нянчатся!

Ага, ее подразнишь. Вмиг или подносом в лоб, или заклинанием между глаз. Но отговорка зачетная.

– Ха. Ха. Ха… – непримиримо начал дед.

– Уймись, старый, – пихнула его в бок бабушка. Тот смолк и показательно захрупал огурцом. – Че туда зря порталиться? Марыся сама частенько приезжает, каждый месяц, а то и чаще!

– А у вас на Земле фермы есть? – заинтересовалась Зуся.

– Есть, – я проглотила кусок булки, – но без драконов. У нас они не водятся.

– Не водятся? – Дед всплеснул морщинистыми руками. – Дикость какая. На чем же вы летаете?

– На самолетах, милый, – рассмеялась бабушка, – у них там магии нет. Забыл, склерозный?

– Магии нету, драконов нету, – пробормотал тот и одобрительно похлопал меня по плечу, – правильно переехала.

– Между прочим, настало время, – Радик выразительно глянул на младшенькую, – выводить драконят на прогулку.

– А можно мне с ней? – вызвалась я.

– Ишь чего выдумала, – Феда уперла руки в бока, – отдыхай! Она справится, не впервой.

– Ну пожалу-у-уйста. – Я сложила ладони в молитвенном жесте. – Никогда не гуляла с драконятами и не видела, как это делается! И на ферме ни разу не была, даже на земной. Обожаю драконов, но так мало о них знаю… И очень-очень хочется посмотреть!

– А, ну тогда совсем другое дело, – подмигнула Феда и кивнула дочери, – подготовь ее и разъясни все. И на прогулке не балуйся!

– Я не баловалась, – яростно возразила Зуся, поднимаясь с места, – я учила Лютика жонглировать рыбой.

– У нас ферма, а не цирк! – Мать наподдала ей полотенцем. – Попререкайся еще…

Подействовало ускоряюще, Зусю сдуло с кухни. Пришлось срочно догонять ее. Поплутав по коридору, я сориентировалась на приглушенное рычание и пошла на звук. Наткнулась на Раскес-младшую в коридоре, в дверях кладовой. Красная как рак, она кряхтела, отбирая у уже знакомого мне дракончика изрядно пожеванный кусок мяса. Голодный ящер протестующе тряс головой, не разжимая челюстей, а Зуся страшным шепотом грозилась сдать хулигана своей матери, чтобы та все-таки сделала из него отбивную. Я подкралась сзади и пощекотала негодника за чешуйчатые бока. От неожиданности он подпрыгнул, выпустив добычу, ловко шмыгнул к выходу. Огреб от Зуси молнией в упитанную попу и удрал. Мясо мы кое-как обрезали по краям и вернули на место, заодно сплотившись на почве совместного заговора. Нет, Раскесы вовсе не были жадными. Просто этого дракончика посадили на принудительную диету из-за лишнего веса. Растолстел так, что взлететь не мог! Я не на шутку озадачилась: если подрощенный детеныш размером с небольшого песика, то какого же размера малыши?..

Зуся рассказала, что выгуливать выводок можно воздушными заклинаниями. Поохала, узнав о моем энергетическом выгорании, и вручила мне баллончик с надписью: «Ветродуй для самых маленьких». Интересно, драконы имеются в виду или я? Вслух я спросила о другом – про огнеупорную смесь из ванной. Может, стоит побрызгаться? Ну, на всяких случай…

– Ой, не могу, – Зуся схватилась за живот, давясь смехом, – прико-о-ол… Не боись, эти тебя не подожгут. И не затопчут. Наверное… Хи-хи-хи!

– Так себе инструктаж, – показала я ей язык.

– Правило всего одно, – весело доложила она, вручая пакетик драконьего лакомства – похожих на шпроты, аппетитно пахнущих рыбок. – С рук не кормить. Не то отхапают по самый локоть!

Жилище драконят находилось за домом. С той стороны, которую было не разглядеть, подъезжая на беспилотной повозке. Кстати, оказалось, она туда-сюда по всей ферме курсирует, на магическом аккумуляторе. Наконец я вижу полноценный Ладос – с артефактами и волшебством на каждом шагу! Я замерла перед резной избушкой, огороженной высоким заборчиком. Зуся перемахнула через него, не отворяя калитки, прошагала по плотно растущей траве и отперла дверь. Раздался нетерпеливый писк, зацокали коготки, и наружу хлынули дракошки. Крохотные, разноцветно-яркие, размером с котят. Перепончатые крылья, тонкие шейки, маленькие лапки. Боже, они действительно опасные. Можно скончаться от умиления!

Я забралась в загон и растерянно осела на траву. Ой, целая стайка навстречу летит… На плечо вспорхнула желтая кроха, щекотно ткнулась мордочкой в ухо и фыркнула. Воздух расчертило струйкой дыма, драконенок забавно чихнул, свалившись мне на колени. А-а-а, какая прелесть! Пальцы сами потянулись погладить, касаясь теплых чешуек. Дракончик заурчал и потерся о мою руку, к нему присоединился второй – озорной и пятнистый. Вскоре я сидела с десятком драконов, успевая чесать за ушком то одного, то другого и не веря своему счастью. Они настоящие! Живые и необыкновенно ласковые! Остальных Зуся гоняла вокруг избушки, чтобы «крылья развивали». Ленивых подталкивала магией и бросала рыбешек, вынуждая ловить в полете. Я тоже решила дать малышам вкусняшек, достала из-за пазухи пакетик. Едва раскрыла его и вынула рыбку, как озорной пятнистик вырвал ее из рук, больно цапнув за палец. Ай!

– А я предупреждала, – возникла рядом Зуся, – держи с ними дистанцию.

Дракоши облизнулись, я подняла пакетик выше. Фиг там – они полезли с колен мне на голову, требовательно клацая челюстями. Баллончик, на помощь! Пшик, и нахальные малявки разлетелись, кружа на безопасном от меня расстоянии. Заискивающе смотрели голодными глазками и умильно выгибали шеи. Как можно на них злиться?

– Они невероятные, – поделилась я впечатлениями, осторожно бросая им по рыбке. – И ваша семья невероятная. Сложно, наверное, содержать огромную ферму.

– Не особо, дотации от владычества огромные, – вдруг серьезно ответила Зуся, – на развитие сельского хозяйства. На одну голову дракона семьсот золотых в год дают!

– Ого… – присвистнула я.

Вот почему Элиан считается обеспеченным регионом. Эдакая магическая Швейцария.

– У нас все есть, не хуже, чем в городе, – похвасталась мелкая, – в пяти минутах езды торговый центр и портальная станция. Доставка чего угодно по щелчку пальцев! Я пространственные заклинания учу в школе юных волшебниц, скоро сама сумею порталы создавать.

– Потом тоже пойдешь в университет Междумирья?

– Не-а. Не хочу. Тут хорошо.

Перед носом вились драконы. Я жмурилась под лучами теплого солнца и кидала им рыбок. Чудесные выходные! Бескрайние холмы на горизонте, шуршание травы, чавканье драконов. В небе проносились пушистые облака, лицо ласкало утренней прохладой. Да, хорошо. Но некоторые хотят большего…

– А что насчет твоей сестры? – решилась я спросить. – Она после диплома возвращаться не планирует?

– Ну-у-у… Может, и вернется. Здесь всегда ее дом. Летом-то она собиралась переехать сюда с Кеннетом.

Что?! Я выронила пакет, его резво подхватили драконы. Чавк, и нет ни рыбешек, ни пакета. Уши заложило, вдалеке за полями поднялся гигантский… фонтан? Скорее цунами или ядерный водяной гриб! Бабах!!! Взрыв брызг, облака в клочья, стук тяжелых капель по темечку.

– О, влетело Пухлику, – содрогнулась Зуся, вытирая рукавом влажное лицо. – Марыська злющая, атас! Не знаешь, случаем, из-за чего?

Я мотнула головой и нервно сглотнула. Приплыли…