Глава шестая, в которой мой мир рушится окончательно и бесповоротно

До места встречи я добралась без проблем, и Дэмиан меня уже ждал здесь, у развилки. И хотя осенний лес по краям старой дороги в сумраке выглядел жутковато, сейчас я точно ничего не боялась.

— Экипаж пришлось оставить чуть дальше, чтобы стража не засекла, но тут идти от силы минут пятнадцать, — Дэмиан взял меня за руку. — Пойдем через лес, а то на дороге патруль. Зато как раз недалеко та самая лазейка в магическом барьере, через которую выберемся.

Идти через лес оказалось непросто. И из-за бурелома, и из-за скудного освещения. Даже световой сполох нельзя было засечь, чтобы никто нас не обнаружил. Но Дэмиан прекрасно ориентировался. Периодически подхватывал меня на руки, чтобы не споткнулась и не упала. Он вообще хотел весь путь меня пронести, но я воспротивилась. Чертовски приятно, конечно, но наглеть все же не стоит.

Магический барьер был невидим. Ощутился лишь легким дуновением на лице. Зато стоило его пересечь и оглянуться, как угрожающе потрескивающая завеса предстала во всей своей красе, поднимаясь стеной до чернеющего в ночи неба. И пусть я плохо пока в магии разбиралась, но…

— Дэмиан, но ведь чтобы так запросто преодолеть такую преграду, надо быть магом…ну просто чудовищной силы…

— Не обязательно. Нужно просто найти слабое место, — Дэмиан внимательно огляделся, прислушался к чему-то.

Но даже чтобы просто найти это слабое место, нужно явно в этом разбираться. Да и само слабое место в столь мощном барьере уж точно не до такой степени слабое, чтобы влегкую пересекать! Или я путаю саму себя из-за сущих пустяков?

— Ну все, Кристин, еще минут десять через лес, и выйдем на дорогу, там уже нас ждет экипаж.

Только вместо того, чтобы куда-то идти, Дэмиан вдруг привлек меня к себе. Порывисто прошептал:

— Ты даже не представляешь, как я соскучился…

А ведь точно, за пределами барьера нет уже магического запрета на поцелуи! И мне сейчас было все равно, что потом клеймо на мне отыграется, я ведь тоже ужасно истосковалась по этому ни с чем не сравнимому ощущению…

Губы Дэмиана коснулись моих лишь на миг. И в следующую же секунду он вдруг рывком рванул меня наверх. В буквальном смысле! Мы взлетели вверх! Настолько резко и стремительно, что даже уши заложило! А прямо под нами разрослось обширное облако… Над угольно-черной воронкой от мощнейшей магической атаки..

На нас кто-то напал?! Но кто?! Зачем?!

И разве целители способны левитировать? Это же неотъемлемое свойство исключительно боевых магов!

Но я лишь успела ошарашенно выдохнуть:

— Дэмиан, что вообще…

Как нас атаковали уже в воздухе.

В долю секунды меня окутала сфера защитной магии, бережно опуская на землю. Я лишь успела услышать, как Дэмиан в сердцах тихо процедил сквозь зубы:

— Деррек…

И тут же грохот новой атаки все остальные звуки свел на нет.

Магическая сфера вокруг меня хоть и затрещала, но выдержала натиск. И я ведь ничего не могла сделать! Лишь смотреть…

На этот хаос стремительных потоков боевой магии…

На вырываемые ударной волной деревья, на все вокруг разлетающееся в щепки…

На потоки тьмы, появляющиеся из-под земли по одной только воле Дэмиана… На то, как он в одиночку противостоит обрушившейся со всех сторон боевой магии…

Как в замедленной съемке я смотрела на него. На мужчину, которому отдала свое сердце. На его высокий широкоплечий силуэт в этих клубах тьмы. Ровно так же, как в том преследовавшем меня видении… На его несгибаемую силу, на его ни с чем не сравнимую мощь. Смотрела, и все пазлы в моей головой складывались воедино.

От и до.

Мир рушился не только вокруг меня, за пределами магической зашиты. Он будто бы рушился во мне самой. Я упала на колени, пальцы отчаянно сжимали кристалл телепортации, готовый раскрошиться в пыль, если только сдавлю чуть сильнее. И я никак не могла отвести взгляд…

Сколько меня злил Лиама из-за его намерения манипулировать мною с помощью клейма собственности? А вот Дэмиану для этого никакое клеймо не понадобилось… Как там говорила Беата? Всегда все просчитывает на несколько ходов наперед и у меня нет ни малейшего шанса его переиграть?..

Он все это время был рядом. Постоянно был рядом! Он разыгрывал свою партию, двигая фигуры так, как ему вздумается. И я в этой его игре была лишь послушной слепой пешкой, которую он целенаправленно вел в нужному ему итогу.

И все, все было лишь этапами его четко продуманного плана! Даже собственная мнимая смерть! Даже эта игра в любовь…

Не было злости, не было боли. Все затормаживалось. И даже власть клейма, разрастающаяся с каждым мгновением, ушла на второй план. Я просто смотрела на Дэмиана. Смотрела, как он сводит на нет последние магические атаки. Смотрела и силилась понять.

Нет, не его. Его мотивы были очевиднее некуда.

И даже не лорда Деррека, который, очевидно, и устроил эту засаду, исключительно, чтобы вынудить Дэмиана раскрыться передо мной.

Я силилась понять себя. Понять, как я так умудрилась попасть в расставленные сети. И ведь, что самое обидное, Дэмиан мне изначально сам по себе нравился! Безо всяких ухищрений с его стороны, без магического воздействия и всего прочего я сама искренне к нему тянулась. Ему лишь оставалось этим воспользоваться и все…

Утих вокруг магический хаос. Пусть темнота скрадывала многое, но и так проглядывалась черная воронка, как после взрыва, в центре которой мы сейчас находились. Искристая сфера вокруг меня растаяла. Видимо, опасности больше не было. Но я даже не пошевелилась. Сидела на коленях на земле, отчаянно сжимая в ладонях кристалл телепортации.

— Кристина, — голос Дэмиана, голос, который всегда отзывался во мне теплотой, сейчас был невыносимо тяжелым. Хотелось зажать уши, лишь бы только не слышать его!

— Забавная у вас семейка, — горько усмехнулась я, так и не поднимая на него взгляда. — Твой прадед, значит, запросто готов был нас убить, лишь бы только заставить тебя раскрыться. Хотя о чем это я… Как бы он тебя убил? Тебя, всего такого великого последнего эдаринга.

— Кристина, послушай, — порывисто начал он, шагнув ко мне, но я тут же перебила:

— Не подходи ко мне. Просто не подходи, — дыхание прерывалось. То ли вокруг резко стало меньше воздуха, то ли я разучилась дышать, но даже это сейчас отступало на второй план.

Я все же подняла глаза на Дэмиана. Он стоял в паре шагов от меня. Возвышался в ночи темным силуэтом. Нерушимый, непобедимый… Как сама неизбежность…

— Ты можешь сказать мне правду хотя бы в одном? — мой голос сам собой сбился на шепот. — Хотя бы в этом… Скажи, когда ты собирался открыть мне истину? Когда конкретно?.. — и тут же осеклась от внезапного озарения. — Ты… Ты и не собирался говорить, верно?.. По твоему замыслу я бы узнала все уже после того, как моя магия пробудилась бы… Так ведь, Дэмиан? Проклятье… — у меня вырвался нервный смешок. — Ты же даже не Дэмиан… Ну так что, ты бы именно так и поступил?

Он все же не стал увиливать.

— Да. Именно так бы я и поступил. Не было никакого смысла открывать тебе кто я до того, как я лишил бы тебя невинности. После все было бы гораздо проще. Ты бы отнеслась к этому проще.

— Ну да, конечно, — к несчастью, заторможенность восприятия сходила на нет, обнажая неприглядную правду и уже не сдерживая эмоции, — все было бы гораздо проще! Я бы отдалась любимому, веря ему, и тут же узнала, что ты просто меня использовал, всегда манипулировал мною, целенаправленно подводил к этому… Само собой, я бы восприняла все гораздо проще! — но голос тут же сорвался, я едва сдерживала слезы.

Сбивчиво прошептала:

— Знаешь, я цеплялась за тебя, как за единственное настоящее… За то, чему могу я могу безоговорочно верить… А в итоге ты оказался ложью от и до… Фальшь, притворство… Хладнокровная игра расчетливого человека…

Я опустила глаза на кристалл в своих руках. Сдавила его пальцами так отчаянно, словно пыталась уничтожить эти проклятые чувства, сидящие в сердце невыносимой сейчас занозой! И было все равно, где я окажусь. Лишь бы только подальше от Дэмиана. Подальше от всей этой правды, разрывающей душу в клочья.

Мир вокруг смазался в один миг. Исчез ночной лес, исчез попытавшийся меня перехватить Дэмиан.

Вот только боль никуда не исчезла.

И не исчезло клеймо, которое больше уже ничего не сдерживало.

Вокруг разливались разноцветные потоки мерцающих частиц, но там, где я стояла, землю устилал лишь пепел — будто серая язва посреди царства северных сияний. И все это выглядело настолько нереальным, словно вообще не имело отношения к материальному миру.

Я, конечно, и так надеялась, что окажусь все же не в университете, но ведь, по сути, мне идти больше и некуда. И все же подобного я совсем не ожидала. В другом бы состоянии я бы точно ахнула от всей этой многоцветной красоты, но сейчас даже это не трогало.

Нужно просто найти какой-нибудь ориентир и выбираться отсюда.

Но я и шага сделать не успела, как в паре метров от меня вдруг материализовался Эдриан.

— Не думал, что воспользуешься кристаллом так скоро, — приветливо улыбнулся он. — Хорошо, хоть я был неподалеку.

— Это и есть изнанка мира, да? — просто никакие другие варианты в голову не приходили.

— Да, она самая. Своего рода магическое отражение мироздания, его истинной сути. Как видишь, — он обвел взглядом пепел вокруг, — здесь отражается все, что происходит там, в материальной реальности. И буйство магии там сказывается и здесь.

— Я смогу встретиться с твоими родителями? — я постаралась отрешиться от всех эмоций. Без толку. — Мне очень нужно поговорить с лордом Рефом и леди Кирой.

Но Эдриан покачал головой.

— Боюсь, это невозможно.

— Я не понимаю, почему лорд Реф не вмешается, — мои нервы и так уже были на пределе, лишь с трудом удавалось говорить спокойно. — Неужели он не знает, что происходит с Лиамом?

Эдриан ответил не сразу. Чуть взмахнул руками, и тут же от него во все стороны поползла искристая волна, преображая окружающий мир. Исчезали потоки света, формировались высокие хвойные деревья, трава… Несколько мгновений и вокруг нас высился ночной лес со всеми его шорохами и запахами.

— Мы вернулись в материальный мир? — не поняла я.

— Нет, это своего рода иллюзия. Просто рассудил, что так будет тебе комфортнее, — Эдриан опустился на поваленное бревно, мне указал на такое же напротив. Едва я села, как между нами сам собой сформировался уютно потрескивающий костер. И ведь пахло дымом, веяло теплом… Это же насколько реалистичная иллюзия! Но все ведь не настоящее…

Не настоящее…

Уже само это слово было сейчас нестерпимым…

— Думаю, отец и так прекрасно все знает, — тихо произнес Эдриан, задумчиво смотря на огонь. — Знает он, и что Лиам теряет контроль над силой опустошителя, да и не только над силой, но и своим здравомыслием. Одно вот клеймо собственности чего стоит. Знает он и про старшего сына Арландского графа. Всегда знал.

— Погоди, — оторопела я, — но как так?.. Дэмиан два года до этого провел в университете, и никто не подозревал даже, кто он на самом деле!

— Значит, отцу было просто выгодно, чтобы сам Александр так считал, — Эдриан пожал плечами.

— Но если лорд Реф знал, то почему не вмешался?.. — это у меня никак не укладывалось в голове.

— Потому что раздувать древнюю вражду — это глупо. Мир меняется. И меняется не к лучшему. Но в том, что магическая природа пошатнулась, виноваты не одни лишь эдаринги. Уникальные маги тоже виноваты. И тут суть в том, чтобы пытаться исправить ситуацию, а не пытаться друг друга изничтожить.

— Я думала, твой отец — один из сильнейший магов в мире. Я думала, он, как никто другой, оберегает мироздание от любой несправедливости, — не сдержалась я. — Но сколько я в этом мире, столько они все ушли в тень, на изнанку и не вмешиваются. И я говорю сейчас не о себе. Мои проблемы — это только мои проблемы. Я еще на Земле поняла простую истину, что никто не прилетит на голубом вертолете и не решит все твои невзгоды. Но сейчас ведь речь о Лиаме. Вот что будет с миром, если опустошитель вдруг съедет с катушек?

Эдриан хмурился. В сердцах произнес:

— Кристина, я не знаю. Просто не знаю и все. Я лишь исполняю роль эдакого курьера туда-сюда, но не более. И могу только догадываться, что там за шестеренки в голове у отца крутятся. Но одно я могу сказать точно. Я рос среди этих людей. Мои родители, дядя Тавер, дядя Гран, тетя Аниль, тетя Дарла и дядя Бирогзанг — с моего детства это как одна семья, понимаешь? Я знаю их. И знаю, что эти шестеро никогда не остаются в стороне. Все, что они делают, имеет смысл. В том числе сейчас. Я не знаю, почему родители застряли на изнанке, что именно тут делает отец, и почему это настолько сложно, что маме даже приходится усиливать его магию своим даром. Не знаю, почему остальные разъехались по миру в поисках точек сосредоточения всех видов магии. И ведь дядя Тавер тоже бы уехал в поисках сосредоточения артефакторства, оставив университет, если бы не совпало удачно, что эта точка в окрестностях Дальена. Я это к тому, что их некая затея важнее даже университета, который, между прочим, они считали делом всей своей жизни.

— Но почему тебе ничего не объясняют? — я с непониманием смотрела на Эдриана.

— Значит, есть на то причины, — он улыбнулся. — Мне остается только верить, что раз так, то так и надо.

Но тут же добавил чуть хмуро:

— К сожалению, долго оставаться на изнанке ты не сможешь. Даже без пробужденной магии ты все равно чистокровный эдаринг. Твоей силе нельзя здесь находиться. Откроется портал, надеюсь, прямиком в университет.

— Спасибо, — я подтянула колени, обняла их руками. — Спасибо за эту краткую передышку.

Эдриан смотрел на меня очень внимательно.

— Как я понимаю, ты узнала про Лекса, так?.. Ты не подумай, я не слежу за твоей жизнью. Но мама очень за тебя переживает, знает все происходящее, так узнаю и я. Тебя, конечно, это мало утешит, но маму до крайности возмутила выходка Лиама с клеймом собственности. Да и я сам, что уж скрывать, хоть Лиам и мой друг, но очень бы хотел основательно так его за грудки потрясти. Но, что-то мне подсказывает, ты сейчас в таком убитом состоянии все же не из-за него. И ведь на изнанке сразу отразилось буйство магии эдарингов. Но не твоей, не Лекса… — он на миг задумался. — Неужто сам Деррек вмешался?

— Он самый, — мрачно усмехнулась я. — Но знаешь, от такого раздавленного состояния тоже есть плюс. Я начинаю понимать чужие мотивы. Прадед Лекса нарочно раскрыл мне правду вот так, именно в тот момент, когда от этого тяжелее будет. Ему позарез нужна моя магия, но при этом он считает меня недостойной. И ему просто нужно было, чтобы у Лекса ничего не получилось. Чтобы не я в итоге была с ним рядом. Вероятнее всего, он предложит как альтернативу отдать мою магию Беате.

— В теории это возможно, — Эдриан кивнул. — В безмагическом мире, конечно, провернуть это было бы куда проще. Но Деррек обладает всеми уже считавшимися утерянными знаниями эдарингов. И раз он все это затеял, наверняка знает, как все-таки передать твою силу универсальному магу. Один плюс — ты нужна живой даже после. Отданная магия все равно зависит от своего изначального обладателя. Погибни ты, лишится силы и Беата. Твоя жизнь в любом случае вне опасности. Но сама-то ты чего хочешь?

Я не поднимала глаз, смотрела на умиротворенно потрескивающие языки пламени.

— Я хочу домой, Эдриан. Просто домой. В родной мир. У меня ведь была возможность вернуться с помощью Беаты, но я решила задержаться на день. Всего на день… И как раз из-за Дэмиана… А он в итоге разыграл целый спектакль со своей мнимой смерти и Беату вдобавок устранил. Но сейчас, как я понимаю, шанс вернуться снова появится. Оставшись без магии, я ведь на Земле и окажусь, верно?

— Именно так. Более того, там ты сразу забудешь всех, кто был тебе дорог. Так действует перемещение. Но ты уверена, что и вправду хочешь уйти?

— Я хочу жить, — порывисто прошептала я. — Хочу выжить, понимаешь? А на это у меня уже меньше двух недель. Я не верю Дерреку, но ради спасения расы он пойдет на все, чтобы я выжила. План этого призрачного интригана не только сохранит мне жизнь, но и вернет в итоге на Землю. Идеальный расклад.

— Может, в теории и идеальный, — возразил Эдриан, — но кто знает, как он сложится… Вся загвоздка в том, что никто не вмешается, понимаешь? Но не стоит все же винить моих родных, я уверен, это не совсем их решение.

— А чье?

— Вообще я не должен тебе это говорить, но, когда вокруг все всё знают, но при этом молчат, лично меня такое подбешивает, — усмехнулся. — Но, опять же, я не могу ручаться, что это правда. Многое — лишь мои догадки. То, что магическая природа мира меняется и не к лучшему, было понятно еще давно. Но никак это исправить не получалось. А незадолго до твоего появление к отцу пришел один старик… Раньше я его никогда не видел, но родители точно его знали и отнеслись с большим почтением. После этого визита все и началось: и поиск точек сосредоточения всех видов магии, и путь на изнанку. И здесь, как я подозреваю, родители не только источник уникальной магии ищут, дело в чем-то еще… Пойми, в происходящее в реальности они не вмешиваются не по своей воле. Отец уж точно осуждает действия Лиама, а учитывая, что он всегда был человеком дела, его невмешательство явно имеет крайне веские на то причины. Нам остается лишь верить, что они знают, что делают, — Эдриан развел руками.

— Как думаешь, кто был тот старик? — задумчиво смотрела на него я.

— У меня лишь одна догадка, — он нахмурился. — Это мог быть тот, кто знает наверняка абсолютно все.

— И кто же?

— Страж междумирья. И раз уж даже он вмешался в нашу реальность, то дела у мироздания точно плохи.

На несколько минут воцарилось молчание. Вокруг шептал шорохами ночной лес, потрескивали ветки в костре — иллюзия казалась все реальнее. И так хотелось задержаться здесь, хотя бы ненадолго спрятаться от настоящего мира…

— Здесь магия клейма не действует, — Эдриан первым нарушил молчание. — Но, когда ты вернешься, ощутишь его в полной мере. Если ты все же достаточно сильна, то сможешь хоть немного притуплять его действие, не превратиться в безмозгло влюбленный овощ. Но главная проблема в том, что навязанное тебе клеймом ты станешь воспринимать как истину. Тебя, конечно, это мало утешит, но Лиам выбирал эту разновидность действия клейма в расчете на полное управление твоей магией. Аспектом иллюзии чувств он даже не поинтересовался.

— Ну да, ну да, всего лишь благой порыв спасти мир от злодейского эдаринга, ничего личного, — у меня никакие оправдания в адрес Лиама не придумывались. — Интересная у вас, у мужчин, психология. Лиам был вполне адекватным и иногда даже милым. Пока его все устраивало. А как я вдруг оказалась вселенским злом, так можно и бросить меня умирать, и ошейник в виде клейма на шею нацепить.

— Я не хочу Лиама оправдывать, но, думаю, он каждый раз был уверен, что поступает во благо мира. Мой отец учил его, что безопасность мироздания — это главное. Вот, видимо, Лиам и воспринял все буквально… Понимаешь, до попадания в университет Лиам жил в свое удовольствие, без какой-либо ответственности и тревог. Вообще не знал, что такое проблемы и трудности. Он и сюда-то приехал лишь затем, чтобы научиться силой опустошителя управлять, сочтя ее уникальным даром. Да, мой отец основательно так ему поправил жизненные ценности, направил в правильное русло. Но лишь потому, что Лиам, несмотря на всю безответственность, был все же неплохим парнем. Вот только из одной крайности он ринулся в другую. Он настолько одержим идеей своего «великого предназначения», что не хочет замечать ничего другого. Но, повторюсь, он неплохой парень. Просто… Просто много ошибается.

— Угу, а другие за его ошибки расплачиваются, — я безрадостно смотрела на огонь. Вот как мне быть в реальности? Выйду отсюда и буду свято верить в большую и светлую любовь к Лиаму.

— Власть клейма собственности сильна. Но ведь и ты — эдаринг. У тебя все же есть шансы сохранить часть сознания незатуманенным. Ну а на что ты его потратишь — другое дело.

— На пробуждение магии, естественно. Чтобы свалить подальше от всех этих проблем…

— Но ты же понимаешь, что нужна Лексу? — внимательно смотрел на меня Эдриан.

Я мрачно усмехнулась.

— Ему нужна не я. Ему нужен еще один эдаринг. Так что Беата ему в помощь. Передам ей магию, и пусть дальше уже друг с другом играют в свои интриги. Наверняка Дэмиан уже прекрасно понял, как он просчитался. Да, у меня есть преимущество перед Беатой, я — эдаринг от рождения, и только потому он нацелился именно на меня. Перфекционизм, видимо, взыграл. Ну ничего, теперь его вполне устроит и Беата. Пусть не прирожденный эдаринг, зато куда менее проблемная. А уж она-то как будет счастлива! Так что совет им да любовь.

— Не думаю, что все так однозначно. Я, конечно, смутно себе представляю, что творится в голове у Арландского, но он явно очень сложный человек. Хотя, может, именно потому, что ему никогда и не было просто. Отец же выяснял все о нем, потому я примерно представляю, как складывалась его жизнь.

— Так тут все весьма предсказуемо, — в свою очередь возразила я. — Тряслись все над Дэмианом, пылинки с него сдували, как с последнего эдаринга.

— Вовсе нет, — Эдриан покачал головой. — Его воспитанием изначально руководил Деррек, а тот чужд каких-либо светлых чувств. Ему нужен был не любимый правнук, а жесткий верховный эдаринг, несгибаемый и бескомпромиссный. Знаешь хоть, как у Александра магия пробудилась?

— Дэмиан говорил, что он упал в колодец, когда ему было три года. Но я уже не знаю, что вообще из сказанных им мне когда-либо слов, можно считать правдивыми.

— Тут он все же не солгал, — хмуро продолжал Эдриан. — Лишь за тем исключением, что он не сам упал в колодец. Его туда сбросили. Вероятность, что он при этом погибнет была ровно такой же, как и пробуждение магии. И это произошло как раз во время Заката. Даже Деррек на тот момент не знал, как эта роковая ночь обернется для всех эдарингов… Доподлинно неизвестно, как Александр все-таки умудрился сохранить свою магию. Наверняка сыграло свою роль и унаследованная от отца сила, и собственный потенциал. Но даже когда в итоге он остался единственным эдарингом, его жизнь все равно не стала светлой и беззаботной. Деррек считал, что сделать своего приемника достойным можно, лишь пытаясь сломить его. Мол, только так Александр станет достаточно сильным и жестким человеком. И потому его жизнь больше походила на выживание, постоянно на грани смерти… Он смог вырваться из власти прадеда уже лет в одиннадцать. А дальше много скитался по миру. Сам учился магии, сам находил святыни расы, сам как-то умудрился не погибнуть за все это время. И как итог, думаю, вполне ожидаемо, что новый верховный эдаринг — очень непростой человек с не менее непростой судьбой.

При всем моем отношении сейчас к Дэмиану все равно тяжело было все это слышать, тяжело думать, сколько ему пришлось пережить.

— Но в итоге Деррек все равно добился того, чего хотел, — тихо произнесла я. — Дэмиан одержим идеей возрождения расы, готов на все ради этого, плетет многоходовые интриги, искусно лжет и манипулирует людьми.

Я перевела взгляд на кольцо на своем пальце. Только сейчас вспомнила об этом подарке Дэмиана. Оно больше не сидело как влитое, легко скользило, норовя в любой момент упасть.

Эдриан внимательно смотрел, как я сняла кольцо.

— Забавная вещица, — прокомментировал он. — Старинная реликвия рода Арландских. Оно отображает судьбу избранницы. Пока кольцо сидит как влитое, будущее девушки определено — принадлежать тому, кто это кольцо и подарил. Но стоит будущему стать неопределенным, как артефакт сразу это отображает. Вот как у тебя сейчас: с того момента, как ты узнала правду, кольцо сразу стало тебе велико.

— Ничего, зато Беате придется впору, — я все же не стала кольцо в сердцах выбрасывать, убрала в карман. — Отдам Дерреку эту их реликвию, а дальше пусть уж сами разбираются.

— Тебе уже пора возвращаться, — нехотя предупредил Эдриан. — Скоро изнанка отправит тебя в реальный мир. Но, боюсь, там проще не стало. Александр разыскивает тебя. И не только он. Беата подслушивала ведь, она знала о вашем намерении уехать и сдала вас Лиаму. Ну а тот рассвирепел, конечно, намеревался подловить на дороге, но вы до туда просто не дошли. Так что он сейчас рыскает по лесу. Но на счастье мироздания, провидение отводит пути эдаринга и опустошителя друг от друга, ведь если эти двое столкнуться… — он шумно перевел дыхание. — В общем, лучше бы этого так и не произошло.

— Где именно я окажусь? — я все же постаралась не раскисать, нельзя мне сейчас расслабляться и поддаваться эмоциям, как бы тошно ни было. Сейчас задача номер один: сохранить часть сознания от действия клейма и воплощать план по пробуждению магии.

— Точно не могу сказать, но физически мы сейчас все там же, где ты в реальном мире и была. Так что вероятнее всего, там ты и окажешься. Я был бы рад пойти с тобой, но сейчас двоих за раз изнанка мира не пропустит.

— Ничего страшного, — я даже наскребла сил за улыбку. — И так спасибо тебе большое за эту краткую передышку. Она очень была мне нужна, чтобы собраться с мыслями и понять, как действовать дальше.

— Кристин, это, конечно, не мое дело, но, — Эдриан на миг заколебался, но все же продолжил: — как я понимаю, ты ведь неравнодушна к Арландскому. Может, и сам он не такой уж жестокосердный человек, и у тебя есть шансы со временем вызвать в нем хотя бы подобие ответных чувств. Я это к тому, что если ты любишь его, то, может, стоит за это бороться?

— За что бороться, Эдриан? — я едва сдержалась, на эмоциях даже в глазах защипало. — Дэмиан манипулировал мною все это время как послушной марионеткой, подводя к нужному ему итогу. Да, я сама виновата, сама в него влюбилась как последняя дурочка, ему для этого ничего даже делать не пришлось. Но о каких отношениях может идти речь, если с его стороны все построено на лжи и холодном расчете? Я для него лишь средство достижение цели. Сосуд с магией. Эдакая полезная вещь. Не более. И за это я должна бороться?

В паре шагов от меня уже формировался мерцающий пролом, я встала с поваленного дерева.

— Нет, Эдриан, если меня чему-то это и научило, то лишь тому, что бороться надо за саму себя. И за себя я и буду бороться. За свою жизнь, за свое будущее подальше от всего этого. Ну а любовь… — я мрачно усмехнулась. — Сейчас все равно меня накроет сила клейма, так что о чувствах к Дэмиану можно забыть. И раз уж помощи ждать неоткуда, то и с Лиамом мне справляться исключительно самой. Так что скучать в любом случае не придется.

— Я все же думаю, Александр так просто от тебя не отступится, — Эдриан тоже встал. Тут же от него во все стороны поползла искристая волна, вновь преображая все в потоки мерцающих частиц.

— Ничего, его милый прадедуля быстро подсуетится, чтобы подсунуть ему Беату в качестве куда лучшей альтернативы, — я глубоко вздохнула, собираясь решимостью все же шагнуть в сияющий пролом в реальность. — Спасибо за все, Эдриан.

— Надеюсь, в следующий раз мы встретимся в куда более благоприятных обстоятельствах, — улыбнулся он.

На миг прикрыв глаза, я шагнула вперед.

И снова в одно мгновение все вокруг переменилось. Я оказалась все там же, в центре выжженной магией воронки посреди леса. И, к счастью, пока тут больше никого не было.

Ну ничего, я помню, как возвращаться, так что прямым ходом обратно в замок… И желательно никому при этом по пути не попасться.

Если только Лиаму…

Путь я выбирала интуитивно. Словно бы на самом деле я вовсе не желала встречи ни с кем, и потому собственная магия своим чутьем как-то подсказывала, по какой именно тропинке идти. Я не выходила на открытую дорогу, скрывалась в тени деревьев, и даже световых сполохов не зажигала.

Но сейчас меня не пугали ни темнота, ни одиночество. Тем более нельзя сказать, что я была совсем уж одинока. В моих мыслях звучал голос Деррека:

— Как я понимаю, пробуждать магию с помощью моего правнука ты не собираешься. Так что стоит вернуться к моему плану.

Я отвечала ему так же мысленно:

— А к чему вообще был весь этот обман? Вы же все это время, оказывается, прекрасно знали, что Лекс жив!

— Я всего лишь давал тебе возможность сделать выбор, не опираясь на личностные предпочтения. Да и разве что-то изменила выяснившаяся истина? Не одна ты ведь узнала правду. Александр тоже многое узнал. Я открыл ему все, что знал. И о заклятье, связывающем тебя с опустошителем, и о клейме собственности.

— И что он? — вот вроде бы это меня совсем уж не интересовало, но почему-то что-то нестерпимо кольнуло в душе.

— Его реакция была вполне предсказуемой. Но сначала… Знаешь, почему вообще он предпочел тебя? Он запросто мог передать твою магию Беате, и это никак бы не ухудшило итоговый результат. Но нет, перенес тебя в этот мир, устроил весь этот спектакль, чтобы ты сама упала к его ногам. Ты хоть задумалась о причинах этого?

— Ну уж просветите, раз вы сегодня так охотно взялись всем правду открывать.

Даже если лорд Деррек и почувствовал мой сарказм, то никак на него не отреагировал. Ответил вполне спокойно:

— Отгадка тут весьма проста и даже банальна. Александр всегда презирал отца. В частности его глупые эмоции в адрес иномирянки, которая его отвергла, несмотря на все ухищрения. Очевидно, в голове у Лекса это засело накрепко. Эдакий «пунктик», если можно так выразиться. И он стремился добиться того, что так и не удалось его отцу. То есть ты была призвана лишь потешить его самолюбие. И все бы удалось, как он и задумывал, не вмешайся сегодня я…

Я не выдержала, перебила:

— Если вы вновь объявились исключительно затем, чтобы обсуждать вашего правнука, то уж займитесь этим без меня.

— Я лишь хочу обрисовать тебе картину целиком, чтобы не осталось больше никаких заблуждений, — смиренно пояснил призрак. — Так вот, едва ты сбежала, я открыл Александру правду о твоем состоянии. О клейме и прочем. И, можешь порадоваться, это сразу изменило все его взгляды. Все же он достаточно умен, чтобы уметь признавать свои ошибки и отказываться от тех путей, на которые бессмысленно тратить свои силы. Ты интересовала его как развлечение, потеха для самолюбия. Но как проблема, да еще и связанная с опустошителем, ты его не интересуешь совершенно. Он поручил мне самому разбираться с твоей магией. Но, как мне кажется, ты будешь только рада, если он останется в стороне.

Еще бы. Видеть Дэмиана снова нет вообще никакого желания.

А лорд Деррек продолжал уже деловито:

— Итак, времени у нас в запасе не так уж много, но и этого вполне будет достаточно, чтобы твою силу пробудить.

— А точнее отдать ее Беате, — с усмешкой уточнила я.

Он хоть и замешкался, но лукавить не стал:

— Что ж… Приятно осознавать, что ты все же умнее, чем мне казалось. Да, план именно таков. У эдаринга нельзя забрать магию, когда она в полной своей силе. Но пока она не пробуждена, это все же вероятно. Конечно, в безмагическом мире, подобном твоему родному, это осуществить было бы куда проще. Но и здесь не невозможно, хотя и вызовет некоторые сложности. Я все беру на себя, тебе остается только слушаться.

И тут же добавил как бы между прочим:

— Но, конечно, ты можешь решить проблему куда проще: лечь под Лекса и все. Это уж точно куда быстрее и никаких особых усилий не потребует. Тем более сам он всегда был любителем плотских утех, девиц меняет как перчатки, провести ночь с тобой уж точно не откажется. Все будет, как он и планировал, да и для тебя куда меньше сложностей.

— Это вообще не вариант, — возразила я. — Так что давайте вернемся к предыдущему.

Он, казалось бы, в моем ответе совсем не удивился.

— Как пожелаешь, конечно… Значит так. Первым делом я верну Беате ее воспоминания. После чего начнем проводить ритуалы. Не могу точно сказать, сколько их понадобится. Может, десяток, а, может, и всего один. Все будет зависеть от того, как быстро магия соизволит от тебя отделиться. Твоей жизни при этом ничего не угрожает. Ведь если погибнешь ты, рассеется и твоя магия, даже если к тому моменту она будет уже у Беаты. И если ты на все согласна, то я займусь приготовлением первого ритуала. Осуществим его завтра же.

— Вот и отлично, — мне не терпелось поскорее разобраться с этим.

Деррек ничего не ответил. И само его присутствие в своем сознании я больше не ощущала.

И я должна была уже вот-вот выйти на ведущую к замку университета дорогу, как разразился ливень. Промозглый и злой, он пронизывал насквозь холодом, даже ветки деревьев от него особо не защищали. И как же хотелось поскорее в тепло, уснуть крепким сном, а завтра уже взглянуть на все свежим взглядом…

Но даже несмотря на то, что теперь я ясно осознавала, сколь несправедлива была к Лиаму, все же не хотелось, чтобы его бессонница быстра прошла. Все же прежде, чем снова пробуждаться вместе, нам стоило уладить все эти нелепые разногласия, возникшие между нами. Пусть он не во всем был прав, но и я ведь в стольком ошибалась…

Теперь картина была слишком ясной…

Я настолько была обижена на него за то, что он бросил меня на балу. А после еще и добил приезд его невесты. И только из-за этой жгучей обиды и ревности я тут же начала искать утешение на стороне. Мне настолько не хотелось думать о мучающих меня чувствах к Лиаму, что я чуть было не уверилась, будто и вправду меня тянет к Дэмиану. Как же хорошо, что все встало на место прежде, чем я бы натворила кучу непростительных ошибок!

Остается надеяться, что все еще поправимо… И я смогу Лиаму все объяснить, и он в свою очередь сможет меня понять…

Мысль резко оборвалась.

Едва я вышла на дорогу, как прямо сквозь пелену дождя передо мной резко приземлился Дэмиан.

Дэмиан

Кристина исчезла.

Телепортация была столь стремительной, что никак нельзя было этому помешать. И ведь отследить не получалось! Так, словно сама магия Кристины перестала существовать в материальном мире. Подобное могло быть лишь в одном случае — она перенеслась на изнанку.

Вот только долго она там все равно пробыть не сможет, вот-вот вернется, причем наверняка где-то поблизости. Нужно просто дождаться и найти. И…

Что будет дальше, сам не знал.

Конечно, раньше не раз задумывался, как именно состоится этот разговор. Что нужно будет сказать, в какие именно слова эти мысли облечь… Изначально рассчитывал, что как раз наутро после близости Кристина будет готова и понять его, и принять всю истину. Ведь достаточно успел изучить ее за эти полгода, понимал, что она отдастся ему лишь в том случае, если будет искренне беззаветно любить. А такая любовь смягчит в ее глазах и его вынужденный обман.

Но теперь, когда весь детально выстроенный план летел в тартарары… Лекс впервые в жизни не знал, что ему делать.

Да, сразу же найти Кристину. Да, сказать ей все то, что должен был сказать. Да, сделать вообще все возможное, чтобы простила его за этот обман! Ведь все же понятно и логично, он просто не мог поступить иначе! Все ведь учел!

Кроме того, что так подло вмешается прадед.

И ведь Деррек теперь ни за что в ближайшее время не высунется в материальный мир! Заляжет на дно, прекрасно понимая, в какой ярости Лекс, и что ни за что не оставит эту его выходку без ответа!

Наверняка прадед шпионил все это время. А едва разузнал, что Лекс намерен жить своей жизнью, что сама эта жизнь не ограничена одними лишь заботами о расе, как сразу рассвирепел и вмешался.

И чего он пытался этим добиться? Вынудить Лекса пойти на решительные меры? Чтобы он задурманил Кристине сознание, присвоил ее и наконец-то занялся куда более важным делом — возрождением расы? Ну да, с его-то стороны поведение Лекса сейчас выглядело глупым и даже бессмысленным. Но Деррек все равно бы никогда не понял, что в жизни могут быть другие приоритеты. И что последняя девушка эдаринг — не средство достижение цели, а то сокровище, ради которого можно все поставить на карту…

Злость на прадеда, беспокойство за Кристину — все это никак не способствовало сосредоточению. В душе бушевала настоящая буря, и каждая минута казалась преступно потерянным временем. Вот где сейчас Кристина? О чем она думает? Какими словами она его проклинает? Чудовище… Так ведь она его однажды назвала… Как вообще Деррек смел порушить все сейчас, когда только-только зародилось то хрупкое искреннее доверие?! А теперь… Что теперь от этого доверия осталось?..

Магия Кристины по-прежнему не ощущалась, но зато ощутилась другая — сила опустошителя. Все-таки Лекс достаточное время ее изучал и приспосабливался к ней, чтобы сразу засечь Лиама. И какого демона изнанки тому здесь понадобилось? Неужели засек магию эдарингов, которой Деррек устроил это светопреставление? В любом случае необходимо перехватить Кристину раньше Лиама, чтобы этот назойливый опустошитель под ногами не путался.

Есть! Вот она! Проблеск магии Кристины!

Лекс тут же взмыл над лесом, устремился к ней.

Разразился ливень. И так ночь выдалась темной, а теперь видимость стала еще хуже. Но это никак не мешало ориентироваться по магии. Опустился вниз, стараясь при этом не напугать своим появлением Кристину.

Но она и не испугалась. Вздрогнула лишь от неожиданности, но страха в ее глазах точно не было.

В ее глазах было полнейшее равнодушие.

И это в первый миг настолько ошеломило, что даже не сказал ничего. Просто стоял и смотрел на мокрую насквозь девушку, обнимающую сейчас себя за плечи. Девушку, которая была ему так близка, но в то же время сейчас почему-то казалась безмерно далекой.

— Кристина, просто выслушай, — порывисто произнес он.

— Зачем? — такой простой бесхитростный вопрос… Но прозвучал просто как удар. — Дэмиан… ну или Лекс. Даже не знаю, как лучше тебя называть… Хотя, впрочем, какая разница… Давай, пожалуйста, обойдемся без выяснения отношений и прочей чепухи. Честно, нет ни малейшего желания стоять тут под дождем и тратить время на подобные глупости.

— Что с тобой такое? — вырвалось невольно. Ведь насколько очевидными были ее боль и разочарование, когда она увидела, как он воплощает магию. Настолько очевидными были сейчас равнодушие и отстраненность…

И пусть давал себе зарок никогда больше не применять против нее ментальную магию, сейчас не сдержался. Сама Кристина не могла этого ощутить, но он в полной мере увидел все ее эмоции.

— Дэмиан, послушай, — она терпеливо вздохнула, — этот разговор просто не имеет смысла. Да, я не ожидала такого, даже не догадывалась о том, кто ты на самом деле. И не скажу, что выяснившаяся правда мне приятна. Но по большому-то счету, какая разница? Ты вел свои игры, которые теперь закончились. И я осознала, что и мне пора заканчивать со своими. Ты хотел использовать меня, я — тебя. В этом мы — квиты.

Ни капли лжи…

Это бы сразу же магически отобразилось. Кристина и вправду говорила искренне, именно то, что думала! Да даже обиды не было — ментальная магия все эмоции показывала безошибочно.

Равнодушие. Неподдельное чистосердечное равнодушие…

И продолжала Кристина со все тем же спокойствием:

— Раз уж мы вскрыли все карты, то и я умалчивать не стану, давай уже расставим все точки над и. Понимаешь, все началось еще тогда, на балу, когда ты разыграл весь свой спектакль. Меня настолько задел тот поступок Лиама, и так сильна была обида, что я сразу же начала искать альтернативный вариант. И то, что к Лиаму вдобавок невеста приехала, еще больше укрепило меня в этой мысли. Я не желаю тебе польстить, но ты ведь и вправду один из самых видных парней в университете, и я рассчитывала, что с твоей помощью если уж не смогу заставить Лиама ревновать, то хотя бы утешусь, так сказать, на стороне. И даже на этот отъезд я согласилась лишь с тем расчетом, чтобы Лиам, наконец, понял, что и вправду может меня потерять. Потому я и говорю, что мы с тобой квиты в желании использовать друг друга. И, пожалуйста, давай обойдемся без сцен, которые никому из нас не нужны.

Пусть ментальная магия ясно свидетельствовала, что Кристина говорит правду. Но не мог в это поверить! Никак не мог!

И все же постарался сдержать все эмоции, ответить спокойно:

— Ты же прекрасно понимаешь, что погибнешь без меня.

Она на миг поморщилась, словно сама мысль о перспективе быть с ним была для нее крайне неприятна.

— Если ты вдруг не знаешь, Лиам — великий маг, — и ведь сколько неподдельного благоговения отразила ментальная магия! — И мы с ним наверняка придумаем, как решить эту проблему. А теперь, уж извини, но мне пора.

Она прошла мимо него, скрылась в пелене дождя. Но до сих пор каждое ее слово так эхом и звучало в его голове…

Поднимающаяся в душе ярость требовала незамедлительных действий. Схватить Кристину, забрать с собой, и никуда она от него не денется! И так столько времени вел себя как последний глупец, хотел поступить правильно, и куда в итоге привело его это мнимое благородство?! Может, и не так уж не прав был Деррек?! Может, надо было сразу не церемониться?!

Лекс сжал руки в кулаках так, что даже костяшки пальцев побелели. Перевел дыхание, пытаясь хоть немного унять бушующую сейчас ярость.

Но через всю горечь с каждым мгновение проступало неверие.

Пусть ментальная магия не могла ошибиться. Пусть она не показала даже малейшего проблеска тех эмоций, которые, по его мнению, должна была испытывать к нему Кристина. Пусть разум твердил, что из-за чувств к ней Лекс пытается найти какие-нибудь оправдания этому равнодушию. Но и неверие становилось все сильнее с каждым мгновением.

Здесь явно что-то не то. С ней что-то не то!

Вот только пока не утихнет злость, ему лучше вообще к Кристине не приближаться. Иначе сорвется и совершит то, о чем точно будет всю жизнь жалеть.

Его магия по-прежнему наполняет Кристину. Она не позволит, чтобы кто-то другой обладал ею. И пока Кристина в безопасности, есть время успокоиться и понять, как действовать дальше.

Но если нет никакого подвоха… Если она и вправду к нему ничего не чувствует… Он все равно не отступится. И не только потому, что без него она обречена умереть.

Он в любом случае сделает ее своей. В конце концов, потом впереди будет вся жизнь, чтобы вызвать искреннюю любовь Кристины. И раз уж не получилось по-хорошему…

Что ж, на любви и на войне все средства хороши.

Кристина

Лиам отыскал меня, когда я уже подходила к замку. Ливень к тому моменту лишь усилился, я ужасно продрогла. Но даже физические ощущения отступали на второй план, настолько отчего-то было тяжело на душе после разговора с Дэмианом. И ведь не сказал он мне ничего грубого, да и я честно все высказала — спокойный адекватный разговор двух взрослых людей. Казалось бы, из-за чего переживать вообще? Но при этом аж в глазах щипало от непонятной тоски. Хотелось оглянуться, вернуться, найти его и… Я никак не могла понять, что вообще со мной происходит.

И когда появился Лиам, мой душевный раздрай уже достиг своего пика настолько, что я почему-то даже не обрадовалась появления человека, которого вроде как люблю. Более того, мигом инстинктивный испуг накатил, словно я не любимого встретила, а непримиримого хищника, который в любой момент может счесть меня подходящей добычей.

Да и сам он не мог похвастаться хорошим настроением.

— Кристина! — рявкнул Лиам, появившись передо мной сквозь пелену дождя. — Какого демона изнанки ты задумала?! Ты всерьез надеешься, что я позволю тебе куда-то сбежать?! Тебе, представляющей такую угрозу для мира! Ты должна быть постоянно под мои контролем! У меня на глазах и… — и сам же осекся. Видимо, тот факт, что я молчу, не спорю с ним и просто слушаю, его уж очень озадачил.

Добавил хмуро, ни на миг не сводя с меня взгляда:

— Что вообще происходит?

— Я просто вышла прогуляться перед сном. Как только погода испортилась, пошла обратно, только и всего, — оставалось надеяться, что магию Деррека Лиам не засек. Ведь раз он не знает о существовании Лекса, то любое проявление подобной магии будет считать делом моих рук. И как мне тогда доказываться, что я вовсе не лелею никаких злодейских планов?

Я не могла понять, откуда у меня это в сознании, но ни на секунду не покидала уверенность, что я ни в коем случае не должна рассказывать Лиаму о Лексе, о Дерреке, об уговоре насчет пробуждения магии. Разумом я считала, что Лиам должен все это узнать. Но странные чувства диктовали обратное. И настолько, что даже паника накатывала от одной мысли, чтобы все же Лиаму рассказать.

— А мне доложили, что ты собралась сбежать с Дэмианом, — изобличительно произнес он.

Я улыбнулась:

— Тебе не кажется, что в таком случае как-то странновато я сбегаю? Мало того, что одна, так еще и в сторону университета.

Лиам ответил не сразу, смотрел на меня очень внимательно.

— Кристина, я хочу знать правду. Я должен знать правду. Все-все, что ты замышляешь, от и до. Я ни в коем случае не допущу, чтобы ты пересекла допустимую грань. Пойми, пожалуйста, я стремлюсь к этому не только на благо мира, но и ради тебя самой.

— Я понимаю и признаю твою правоту, поверь.

Он резко нахмурился.

— В чем подвох?

Я даже растерялась.

— А почему сразу подвох? Что не так? Все ведь ясно как день… Лиам, но ты сам посуди, как я должна была ко всему этому относиться. Мало того, что ты считаешь меня вселенским злом, так еще и невеста у тебя имеется.

На миг изумившись, он тут же расплылся в улыбке.

— Так, значит… Все же я не ошибся, ты вела себя так глупо и вправду исключительно из-за обиды и ревности…

Протянул мне руку.

— Пойдем, Кристин. Погода явно не располагает к разговорам, не хватало еще, чтобы ты простудилась. Нам многое нужно обсудить, но в куда более подходящем для этого месте. Лорд Тавер должен был тебе сообщить, что нам отвели отдельную комнату вдали от жилых башен, вот там и пообщаемся спокойно по душам и без лишних свидетелей.

Эта комната отличалась от спален в жилых башнях. По крайне мере, тех, которые я видела. Была значительно больше и, скорее всего, считалась гостевой, для каких-нибудь заезжих важных персон. Она и вправду располагалась в другом крыле университета, и Лиам вел меня таким лабиринтом, что сама бы я дорогу обратно уж точно не нашла.

По пути мы не разговаривали. И лишь когда уже оказались здесь, Лиам запер дверь и хмуро выдал:

— И все же, Кристина, с чего вдруг такие перемены? То ты от меня нос воротила, то вдруг такая смиренная и все осознавшая стала.

Я присела на диван. Ответила вполне искренне:

— А как иначе я должна была себя вести? У тебя невеста есть, в конце концов.

Лиам резко поморщился.

— С моей стороны это было глупейшей ошибкой. Я-то считала, что мои обязательства перед Вейдой помогут мне держать себя в руках и избавиться от любых чувств к тебе. Но это не только не помогло, но и усугубило. Сам того не желая, я постоянно вас сравнивал, и, как ты понимаешь, сравнение получалось совсем не в пользу Вейды. Но теперь этот вопрос будем считать закрытым, хватит уже фарса, я разорву помолвку.

Почему-то вместо вполне логичной радости и облегчения, мелькнуло даже легкое возмущение. Нет, Вейда мне не нравилась категорически. Но прав ли Лиам, вот так ею распоряжаясь? Свистнул — она прибежала. Как стала ненужной, пнул — она убежала.

Но, естественно, ничего этого вслух я не высказала, внимательно его слушала.

А Лиам чуть нервно выхаживал по комнате. Казалось, никак не может расслабиться, напряжен настолько, что готов в любой миг сорваться. Но это, скорее всего, так бессоница последних дней сказывалась.

— И пусть я отошлю Вейду, но и ты должна понимать, что легко и просто у нас с тобой быть не может. Как-никак ты — эдаринг, и этот факт никуда не деть. Закрывать глаза на твою проклятую суть я уж точно не собираюсь. Но если ты во всем будешь меня слушаться, совместными усилиями мы сможем все же решить эту проблему. Не убрать, конечно, насовсем, но из серьезной помехи нашим отношениям сделать ее лишь эдакой неприятной мелочью, с которой я все же готов мириться.

Он подавал это, как великое снисхождение со своей стороны. Преподносил, как чуть ли не рыцарский подвиг. Мол, хоть ты и априори вселенское зло, но, так и быть, я готов закрыть на это глаза. Точнее, не закрыть а лишь прикрыть. И не оба глаза, а лишь один. А вторым я все равно буду пристально следить, как бы ты, распоследняя по своей сути злыдня, конец света не устроила.

Но все возмущение, весь сарказм — любой мой протест так и оставался невысказанным. Казалось неуместным даже слово против сказать. Ведь как так, я же люблю Лиама больше жизни, я должна всегда и во всем с ним соглашаться!

А он продолжал:

— Значит так, ни о каком развитии твоей магии не идет и речи. Пусть эта проклятая сила все равно у тебя пробудится, но развивать ты ее не станешь. Более того, ты должна забыть о магии вообще. Мне, конечно, необходимо будет продолжать обучение, но ты покинешь университет. Я уже все продумал. Куплю тебе дом в Дальене, установлю там постоянный портал, чтобы мне не тратить время на дорогу. И…

Он говорил что-то еще, но все его слова пролетали мимо ушей. Я просто смотрела на этого красавца-блондина, мужчину, которого я люблю, и все силилась понять, почему мне хочется найти ближайший камин, а в нем раскаленную кочергу, а уже ею основательно так съездить по затылку Лиама.

Он всю мою жизнь за меня распланировал! Все за меня решил! И явно же не именно сейчас, он это все заранее продумывал. Но какое он вообще имеет право…

Резкая боль в солнечном сплетении тут же свела все эти мысли на нет. Да и чего это я вообще? Лиам же прав во всем! И университет мне сто лет не сдался. Главное, что с Лиамом я все равно продолжу видеться.

Только сейчас я снова прислушалась к его словам.

— … Когда я окончательно буду уверен, что твоя магия под полным контролем, тогда уже и узаконим наши отношения. Думаю, долго ждать все равно не придется. Как твоя сила пробудится, так и станет ясно.

Он только сейчас остановил до этого беспокойно рыскавший по комнате взгляд на мне. Нахмурился.

— Ты так ничего и не сказала.

— Мне просто нечего сказать, — все так же смиренно ответила я. — Ты все правильно рассудил, и во всех этих вопросах я признаю твою правоту.

Но он лишь еще больше нахмурился. Неужели сомневается в моей искренности?..

— Ты мне не веришь? — тут же добавила я.

— Я слишком хочу тебе верить. Но для начала мне нужны доказательства твоей искренности.

Лиам резко подошел ко мне и, взяв за плечи, заставил встать на ноги.

Но за миг до того, как он бы меня поцеловал, магическая защита встала между нами нерушимой стеной.

Лиам тут же выругался.

— Что б его, в университете же теперь магический запрет! Да еще и нерушимый вдобавок!

Не знаю, как должен был бы проявиться магический запрет, но я отчетливо чувствовала, что это моя собственная защита. Точнее, та самая, которой в свое время наделил меня Лекс. Но раньше ведь, еще до бала, она так на Лиама не срабатывала… Выходит, Дэмиан изменил ее свойства теперь? Мол, если не мне, то вообще никому не достанешься?

И снова я оборвала свой же порыв рассказать обо всем Лиаму. Вот прямо внутренний ступор какой-то! Невесть откуда взявшаяся уверенность, что обо всем касающемся Дэмиана и пробуждения магии, лучше держать язык за зубами.

— Ну ничего, это все равно ненадолго, — продолжал Лиам, даже не скрывая откровенной досады из-за промедления. — Как только все эти разборки с неведомой любовной лихорадкой на территории университета утихнут, тогда и отчислишься. До тех пор ведь все равно пределы магического барьера не покинуть.

Хм… Дэмиану не мешала ни «лихорадка», ни магический барьер — он все равно поступал так, как считал нужным. Но Лиам, очевидно, зациклен на правилах и их соблюдении, потому и не станет ничего нарушать. Быть может, ему даже в голову не приходит, что поступать можно как-то иначе, думать своим умом.

Да что я опять их сравниваю?! Полнейший хаос в мыслях и чувствах…

И снова резкий укол в солнечное сплетение…

— Ну а до тех пор, — внимательно смотрел на меня Лиам, — я как раз за тобой понаблюдаю. Не думай, дело не в том, что я тебе не верю. Но мне нужны гарантии, что твоя магия не влияет на тебя, не заставляет быть лживой и изворотливой.

— Разве магия вообще на такое способна? — невольно вырвалось у меня, за что клеймо тут же в очередной раз резко кольнуло.

— Магия эдарингов и не на такое способна, — с презрением парировал Лиам. — Зато теперь очевидно, почему мир явил еще одного опустошителя раньше срока. Я наделен этой силой именно затем, что защитить мироздание от твоей магии. И даже жаль, что верховный эдаринг погиб на балу, по всем правилам я должен был сам с ним разобраться.

— А если бы Лекс не погиб? — снова не удержалась я.

— Тогда бы я убил его незамедлительно, — категорично ответил Лиам. — Этот негодяй не имеет права существовать.

— Но ведь ты совсем не знал его как человека, — собственные слова чуть не застряли поперек горла, клеймо будто было готово меня придушить за любое лишнее слово и попытку спорить.

— А зачем мне его знать как человека? — с искренним недоумением смотрел на меня Лиам. — Главное, что он — эдаринг, и потому заслуживает смерти. Ладно ты, у тебя еще есть шансы так и остаться безобидной. А этот злодей, раз смог себе даже слуг Заката подчинить, однозначно угроза для мира. И мой долг все подобные угрозы уничтожать на корню. Тем более, будь он жив, именно он мог бы пробудить в тебе магию. И уже за одно это стоило бы от него избавиться. Я бы ни за что отдал бы тебя ему в пользование даже на одну ночь, даже под угрозой твоей гибели. Его смерть — разом решение всех проблем.

То есть, если я все-таки скажу Лиаму о Дэмиане, то он попытается его убить? Явно же не ради красного словца это говорит, искренне так считает. Но я все же не желаю Дэмиану зла. Тем более магию я и без него смогу пробудить, отдам ее Беате, и тогда уже Лиам не станет воспринимать меня как зло, это уберет последнюю преграду между нами.

А он все продолжал. Словно за все эти дни слишком многое скопилось, что он бы хотел мне сказать.

— Не знаю, кто мне так удружил, но я попал под действие зелья бессонницы. Я борюсь с ним и скоро уже должен преодолеть. Мы снова будем просыпаться вместе. И здесь, именно в этой спальне. Но пока тебе все же стоит вернуться в свою комнату. Невыносимо, что ты рядом, но я даже толком коснуться тебя не смогу. Надеюсь, лорд Тавер в ближайшее же время решит этот вопрос, иначе я просто опустошу магически всю территорию университета вместе с этой невнятной «лихорадкой».

— Но тогда ведь ты опустошишь магию и всех людей здесь, — растерянно возразила я.

— И что? — он и бровью не повел. — Я же не до конца это сделаю, магия все равно у каждого постепенно восстановится. Да и это сущие мелочи. В конце концов, мне моя сила дана не просто так, а чтобы я ею пользовался.

Тут же в памяти всплыли те слова Деррека:

«Сам он все больше попадает во власть своей сущности. Слишком он пока слаб духом и неопытен, чтобы обуздать такую мощь. И его же сильные эмоции пробивают бреши в самообладании. Конечно, есть шанс, что опустошитель немного утихомириться. Но гарантии нет. И даже мне представить страшно, что будет с миром, если подобный маг перестанет свою разрушительную мощь контролировать.»

Ну нет. Наверняка Деррек просто драматизировал. Это же Лиам, он прекрасно со всем справится, и со своей сущностью уж тем более.

Так ведь?..