Глава 32. Битва

Когда магическая вервь с силой потянула меня вниз, боль пронзила всё тело. Я с криком упала со стены, ударившись о землю так, что из лёгких выбило весь воздух. Гравий больно врезался в кожу, а мир перед глазами потускнел. Голова гудела, а правая нога, на которую пришёлся удар, пульсировала огненной болью.

Я зажмурилась, стараясь справиться с головокружением, но каждое движение отдавалось острой резью в мышцах. Воздух был плотным, дышать стало тяжело….

Тяжёлые шаги мужа приближались, эхом отражаясь от защитной стены форта, и вскоре я почувствовала, как тень Амариса накрыла меня. Когда смогла разлепить глаза, его силуэт показался мне почти демоническим: его фигура, подсвеченная слабым светом луны, была зловеще прямой, а лицо — холодной маской ярости.

— С кем ты мне изменила, потаскуха? — процедил он с ненавистью, а у меня похолодело внутри. Он узнал! Но как???

С трудом приподнялась на локтях, хоть вся правая сторона тела пульсировала от боли.

— Думала, что сможешь скрыть это? — продолжил он. Амарис приблизил лицо так близко, что я чувствовала его дыхание на коже.

— Ты… сошёл с ума, — выдавила я из себя, но мой голос прозвучал слабее, чем хотелось бы.

— Ложь! — в его глазах вспыхнули яростные искры. — Ты думала, что обезвредила мой следящий артефакт окончательно? Но ты просчиталась! Я обнаружил чужое дыхание рядом с тобой! Очень близко. Говори, кто он!

Я стиснула зубы, стараясь не показать страха, который накатил волной.

— Я уничтожу этого подонка, мокрого места от него не оставлю! — он выпрямился, подняв руки, и я почувствовала, как воздух вокруг нас загустел от концентрации магической энергии.

Я молчала. Мне нечего было сказать. Потому что всё это было правдой.

— Если не скажешь, я убью тебя вместо него! — его голос перешёл в яростный рёв.

Моя голова кружилась, тело кричало от боли, но я молчала. Никогда не расскажу. Ни за что. Ни одного слова!

Его правая рука поднялась, магия заискрилась вокруг его ладони, и я поняла, что он собирается меня ударить. Собрав последние крохи сил, я попыталась активировать магические иглы, но едва они успели проявиться, как Амарис одним движением смёл их, словно крошечные пылинки.

— Думаешь, я не готов? — его губы изогнулись в жестокой усмешке. — У тебя нет шансов против меня!

Именно в этот момент, когда я уже готовилась к очередному удару, воздух вокруг нас будто взорвался магической волной. Грохот разнёсся по округе, а я почувствовала, как мощный поток магии с силой отбросил Амариса в сторону.

— Не смей её трогать!

Этот голос я узнала бы из тысячи. Глубокий, уверенный, полный ярости.

Я повернула голову и увидела Леона. Он стоял с вытянутой рукой, вокруг которой пульсировал ярко-синий магический сгусток. Его лицо было мрачным, а глаза горели таким гневом, что я невольно затаила дыхание.

— Вы⁈ — выдохнул Амарис, поднимаясь на ноги.

Он отряхнул плащ, словно удар Леона был всего лишь досадной помехой, но в его глазах промелькнуло что-то, похожее на изумление.

— Неужели… это вы, Ваше Высочество, соблазнили мою жену? — его голос прозвучал почти насмешливо, но я уловила в нём нотки ошеломления. — Неужели польстились на это убожество в штанах и с короткой шевелюрой?

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Его слова были не просто оскорбительными — они были унизительными до глубины души.

— Или она посулила вам что-то особенное за ночь с королевской особой?

Леон не обратил внимания на его провокации, хотя Амарис сейчас глубоко оскорбил его, по сути, назвав куртизаном. Его голос прозвучал холодно и твёрдо:

— Не городи чушь, ректор. Я просто пытаюсь остановить подонка, который избивает женщину!

Но Амарис уже потерял остатки самообладания.

— Вы лжёте! — закричал он. — Я навёл справки: вы давно и плотно знакомы с Кассандрой. Торчали с ней в форте Туманном, когда она сбежала от меня в непослушании. Вы любовники, и я, как муж, страшно зол! Вы ответите за мой позор, Ваше Высочество!

С этими словами он бросился на Леона, и воздух снова наполнился специфическим свистом магии.

Леон не дрогнул. Он поднял руку, и мощная вспышка магии оттолкнула Амариса на несколько шагов назад. Земля под ногами затрещала, воздух наполнился запахом гари, а пыль поднялась вихрем, на несколько мгновений заслонив видимость.

— Я сказал: не смей её трогать! — голос Леона прозвучал как громовой раскат, мощный и не допускающий возражений.

Амарис, шатаясь, поднялся на ноги, его лицо исказилось от ярости. Он обвёл взглядом меня, прижавшуюся к земле, и Леона, стоявшего перед ним, как незыблемая скала.

— Вы думаете, что ваши титулы защитят вас от меня, Ваше Высочество? — его голос дрожал от гнева. — Вы пересекли последнюю черту!

Амарис ударил первой атакой — яркий поток огня ринулся вперёд, разрезая ночь. Но Леон ловко отразил удар ледяным щитом, который мгновенно растаял, оставив только капли воды на пыльной земле.

— А ты думаешь, что твоя злоба и зависть дают тебе право калечить людей? — парировал Леон, его голос был холодным и твёрдым, словно лезвие клинка.

Магические вспышки одна за другой разрывали воздух. Каждый их удар отзывался в земле, создавая глубокие трещины. Амарис атаковал с отчаянной яростью, словно теряя контроль над собой. Его движения становились всё более хаотичными, и в них чувствовалась слепая злоба.

Но Леон был сосредоточен и спокоен. Его магия казалась искусством, выверенным до мельчайших деталей. Каждый его удар был точным, каждый блок — безупречным. Он не просто отражал атаки Амариса, но и умело направлял их так, чтобы тот терял равновесие.

Я попыталась отползти в сторону, но моё тело не слушалось. Нога горела адской болью, каждая попытка пошевелиться вызывала пульсирующую резь. И тут я почувствовала нечто ещё.

Печать подчинения, которая всего час назад казалась мёртвой, начала слабо мерцать. Холодный ужас сковал меня. Она всё ещё работает! Амарис активировал её, чтобы выкачивать мои жизненные силы.

Господи! Долго я не продержусь.

Тут же накатили слабость и тошнота. Хватит и получаса, чтобы от меня остался лишь иссушенный труп…

— Леон… — прошептала я отчаянно, но это было бесполезно.

Однако Амарис, словно услышав меня, перевёл взгляд в мою сторону, и на его лице мелькнула зловещая улыбка.

— Ты еще получишь своё, Кассандра, — бросил он, на мгновение забыв о Леоне.

Этой ошибки оказалось достаточно. Приц с силой выбросил вперёд обе руки, и яркий поток магии, ослепляющий, как молния, отбросил Амариса к стене. Этот удар был гораздо сильнее предыдущего, так что по каменой кладке поползла неумолимо расширяющаяся трещина. Пыль взвилась облаком.

— Это конец, Амарис, — сказал Леон, его голос прозвучал как приговор, однако, муж, изо рта которого потекла струйка крови, не собирался сдаваться. Он поднялся на ноги, его лицо исказилось от ярости.

— Ты переоцениваешь свои способности, Леон, — процедил он, стряхивая с себя пыль и фамильярно переходя на «ты». — Думаешь, что победил? Это только начало.

Муж резко выбросил вперёд руку, и волна огненной магии сорвалась с его пальцев, будто пылающий ураган. Поток огня ударил в Леона, но тот быстро поставил защиту. Магический барьер засиял голубым светом, отразив атаку, но мощь удара вызвала грохот, и новые трещины побежали по земле.

— Твои жалкие трюки не помогут, — произнёс принц. В его голосе не было ни капли страха, только ледяная уверенность.

Амарис ответил новым нападением — огонь сменился потоками тёмной магии, похожими на чернильные щупальца, которые с жутким звуком устремились к Леону. Запрещенная магия, наряду с той, которой владею я! Но принц парировал их лёгким взмахом руки, и щупальца рассыпались пеплом, не успев коснуться цели.

Я была поражена его мощью. Несколько лет назад Его Высочество не был таким…

— Я сказал, это конец! — Леон выбросил вперёд обе руки, и воздух взорвался новой волной света. На этот раз магия Леона ударила с такой мощью, что Амарис отлетел назад и побил своим телом стену. И никакая магическая защита не помогла ему блокировать этот выпад.

Как говорят, королевская семья рождает самых сильных магов нашего мира…

Я попыталась отползти подальше, но силы покидали меня. К сожалению, чем больше Амарис проигрывал, тем хуже становилось мне: печать подчинения нещадно опустошала меня.

Каждое её мерцание отзывалось усилением слабости в моём теле. Я чувствовала, как магическая связь с Амарисом восстанавливается, и он начинает вытягивать из меня жизненные силы всё быстрее и быстрее. Это было похоже на удушение — медленное и мучительное.

Леон в какой-то момент заметил это. Его взгляд метнулся ко мне, и в его глазах вспыхнуло нечто большее, чем просто решимость. Это была ярость — чистая, жгучая, как пламя.

— Ты зашёл слишком далеко, Амарис, — процедил он зловеще.

Но муж лишь усмехнулся.

— Сдашься? — спросил он с насмешкой. — Или убьёшь меня ради неё? Как трогательно…

Ещё одна вспышка магии озарила пространство, и я, лишённая сил, смогла только наблюдать, как два магических титана снова столкнулись. Каждая атака заставляла воздух дрожать, а земля под ногами дрожала, мне же становилось всё хуже.

Нога горела, сознание плыло, а слабость накрывала с головой.

«Не могу так… долго не смогу…»

И в этот момент, сквозь грохот магических атак, я услышала голос. Глубокий, знакомый, обволакивающий.

— Кассандра…

Мир на мгновение замер.

В тот же миг почувствовала прикосновение. Тёплые, сильные руки обняли меня, прижав к твёрдой груди.

— Любимая моя, — прозвучал шёпот, полный нежности и боли. — Я здесь. Прости, что опоздал.

Этот голос я узнала бы среди тысяч. Габриэль.

Открыла глаза. Его лицо было совсем близко, а глаза, полные тревоги, с отчаянием смотрели мне в душу. Я хотела что-то сказать, но не смогла: мощное тепло, убаюкивая, начало окутывать мое тело.

Боль в ноге начала стихать. Печать подчинения, которая ещё мгновение назад мерцала, поглощая мою силу, резко потускнела, а затем вовсе исчезла. Я ощутила, как магическая связь с Амарисом оборвалась, будто ветхая нить.

— Габриэль… — прошептала я, голос дрогнул. Сейчас его невероятное влияние на меня стало очевидным…

— Тихо, Касси, — прошептал он тихо и успокаивающе, будто ребенку. — Всё хорошо. Я рядом.

Его магия окутала меня мягким светом, похожим на тёплое одеяло, и вместе с этим пришло ощущение покоя. Холод и страх, которые сковывали меня всё это время, ушли, оставив только тепло и странную легкость.

— Только не умирай… — прошептал парень, его голос дрогнул. На моё лицо упала горячая капля.

Это была его слеза.

Я закрыла глаза, ощущая, как слабость постепенно сменяется приятной, почти блаженной дремотой. Его тепло было таким родным, таким успокаивающим…

«Боже, как же с тобой хорошо», — подумала я и совершенно беспечно выпала из реальности в беспамятство…