Глава 16. Ренат

Дымку сна мягко сдуло с глаз легким движением знойной красотки рядом.

Повернул голову и услышал тихий звон совсем рядом, шею чем-то пощекотало.

Какого…?

А, чёрт! Усмехнулся, снимая с уха гребаный зажим для сосков, с которым мы так и не смогли справиться этой ночью.

Когда в очередной раз я попытался надеть его на Вику, она сказала «больно, блять!», ударила меня по рукам и прицепила эту штуку мне на ухо. А затем и на второе.

А после у неё был секс с трансвеститом в моём лице, потому что, таки, да, я был хорошим мальчиком и в дополнение к серьгам, которые не серьги, мне разрешили надеть один чулок, в котором я, кстати, до сих пор.

Видели бы меня родители, отправили бы уже в какую-нибудь дурку.

Нашарил рукой на тумбочке телефон. Почти шесть утра и фотка чьих-то сисек.

Ого! Уже утро?!

Отложил телефон и потер ладонями лицо, снимая сонливость.

Эта ночь прошла явно не по привычному мне сценарию. Да и кто, вообще, будет ржать во время секса и жевать мармеладных червяков? Только два принципиальных упертых лба, одному из которых снова приспичило потрахаться, а другая хотела просто перекусить и была не намерена отступать от намеченной цели.

Рефлекторно оглядел свои плечи и прислушался к ощущениям спины. Ни одной царапины. Впервые меня не искромсали за ночь наманикюренными ногтями.

У дикой кошки оказались мягкие коготочки.

Повернулся к Вике и наткнулся на затылок с черной копной волос. Всё-таки, отвернулась и не стала спать на моей руке.

Чертова стерва.

Всё нужно делать по-своему.

Узкое плечико слегка приподнималось в такт ровному дыханию. Поднял руку и коснулся его кончиками пальцев. По светлой коже сразу рассыпались мелкие мурашки. С нескрываемым наслаждением спустился ниже повел пальцами по позвоночнику прямо туда, где под одеялом скрывалась несговорчивая задница.

«Никакого анала, Вяземский! Дерьмо палкой можешь в другом месте помешать!»

Снова улыбнулся, вспомнив её слова и сверкающие непоколебимостью в этот момент синие глаза.

Характер у нее, конечно, охренеть мой хрен.

Я и до этой ночи понимал, что шутки с ней плохи, но считал это чем-то напускным, для набивания цены. Но нет.

Она нисколько не актрисулька. Её можно, либо принять, либо быть посланным нахер.

Ни жеманничества, ни алеющих щек, ничего из легкомысленного набора.

Как я её назвал? Кошкой?

Банальщина.

Эта девочка – самая настоящая пантера с охерительными синими глазами.

И если она узнает, что я даже в мыслях посмел ее назвать девочкой, то запихает мне мои же яйца в нос до самого темечка.

Одернул руку, понимая, что Вика начала просыпаться.

Притворился спящим. Для большей убедительности едва не вывалил язык.

Судя по шороху, она что-то искала. Наверное, свой телефон.

– Почти шесть, – шепнула едва различимо.

Матрас рядом плавно опустел. Пододеяльник, оказался наброшен мне на ноги.

Шаги по квартире были почти не слышны, но было ясно, что она ходит совсем рядом.

Интересно, какой вариант выберет Вика: пробьёт путь к моему сердцу с помощью яичницы; или возьмет красотой, которую пойдет сейчас наводить в ванной комнате?

Шорох, дыхание, тихие шаги и входная дверь закрылась с характерным щелчком.

Не понял!

Резко сел в кровати, разглядывая квартиру.

Плаща и туфель Вики нигде не оказалось, как и её самой.

Выходит, она пришла сюда только за сексом, как мы договаривались, получила его и просто свалила по-английски.

Такое бывает? Глава 17. Ренат

Свалила, и пять дней тишины.

Написал ей пару сообщений и оба были проигнорированы. Прочитаны и проигнорированы.

В такую игру играть я не подписывался.

Но дать ей пару раз по заднице за то, что свалила из моей квартиры без трусов и моего сопровождения, ей, всё-таки, нужно.

Вот только как это сделать?

Снова являться к ней домой?

Она ясно дала понять, что ей не нужно, чтобы я светил своим таблом перед её сыном и матерью. Да и мне это нахер не надо.

Выцеплять её где-то? И где? Работала бы она и дальше в полиции, то путей подобраться к ней было бы охерительное множество. А так, остается только страдать херней и смотреть на грустного и вот уже пять дней не жмаканного питона.

Унылая картина.

Из-за всех этих думок и пар опоздал на игру детского клуба. Тренер и спонсоры попросили посветить своим капитанским лицом, чтобы мелкие пацаны видели, знали и понимали, что любой из них может попасть в команду и когда-то заменить меня на посту капитана.

Кажется, только что начался второй период. Трибуны были практически пустыми, потому что посмотреть на такие игры приходят только родители мелких и редкие одноклассники.

Поднялся повыше и подальше от ревущих родителей и визжащих девочек-одноклассниц пацанов, что сейчас рубились в «коробке». Темп игроков, конечно, значительно уступал игре взрослой сборной, но зато так, как горят глаза у этих пацанов сейчас, хрен кто повторит.

Откинулся на спинку сиденья, раскинул руки на соседние спинки и закинул пятку на колено другой ноги. Лениво пробежался по волнующимся мамочкам. Ничего такие, но слишком они какие-то… мамские. Так и слышу запах пирогов и какао.

Не то.

Вика сейчас, поди, со своим мелким шкетом на горке угорает или в бассейне с шариками в детской комнате в каком-нибудь ТЦ.

Периферия выцепила длинных ноги, поднимающиеся по проходу. С неприкрытым любопытством проследил по ним выше. Худоваты ноги, конечно. Но зато какая юбка короткая. Такую и задирать не нужно – на месте входа зияет дыра. Удобно.

– Здесь свободно? – спросила девица сиропно-сладким голоском. Тонкий палец с когтем длиннее самого пальца указал на место рядом со мной.

Огляделся вокруг, как бы давая ей понять, что трибуны свободны и она может валить на любой другой ряд и хоть сидя там полежать. Но, посмотрев в блюдца голубых глаз, решил не обламывать барби.

Пусть сидит здесь, раз ей так приспичило прижать короткую юбку рядом со мной.

– Думаю, все они… – обвел пальцем сиденья вокруг. – … подвинуться, чтобы ты села рядом со мной.

Звонкий смех, розовые щеки на кукольном лице, и, наконец, она прижопилась рядом.

– А ты за кого-то болеешь? – захлопала толстые длинные ресницы.

– Просто смотрю, – отвернул от нее лицо к игре, потому что от приторного запаха, что она принесла за собой, тошнота подкатила к горлу.

Кажется, холодный запах заносчивой Снежной Королевы отбил нахрен желание дышать полной грудью рядом с такими сладкими девчонками.

– А у меня брат играет. Бесит меня. – неожиданно фыркнула она. – Вечно с ним нянчиться надо.

Тряхнула волосами так, что часть их попала мне на плечо и зацепилась за замок куртки.

Боже. Только не начни разваливаться, трансформер.

У меня так одна посыпалась в кровати. Сначала отклеились ресницы с одного глаза, а потом еще и ноготь отвалился. После всего я эту сестру Франкенштейна, вообще не стал трогать.

– Ой! – напускной вздох. – Кажется, я застряла.

– Не дергайся, – рыкнул на нее и высвободил светлые волосы из зубьев застежки, тщательно проверив, чтобы на одна блондинистая лохматина не осталась на одежде.

– Ты же Вяземский Ренат, да? – перекинула она волосы на дальнее от меня плечо.

– Угу, – протянул я, даже не пытаясь делать вид, что её болтовня мне интересна.

Прошелся взглядом по спинам болельщиков и наткнулся на ту спину, которая заставила заострить на себе особое внимание.

«ВЕТРОВ 11».

Ветров? Эта фамилия решила меня преследовать?

У обладательницы свитера с символикой клуба и знакомой мне фамилией черные волосы были собраны в высокий хвост. Она активно за кого-то болела и, неотрывно глядя на игру, переминалась с ноги на ноги, сложив руки в молящем жесте.

Посмотрел на лед. Под одиннадцатым номером с фамилией Ветров был пацан, капитан команды, которая пока вела в счёте. Значит, она с ним.

К ней обратилась какая-то женщина, чем предоставила мне возможность взглянуть на профиль болельщицы, когда та слегка повернулась, чтобы ответить.

Подался вперед.

Да, ну нахрен!

Достал телефон, влез в приложение и быстро набрал ей короткое: «привет».

Девушка в свитере Ветрова под номером одиннадцать потянулась к заднему карману, достала телефон. Взглянула на экран. Никакой реакции. Телефон снова оказался убран в задний карман джинсов.

Вот же стерва!

– А меня Яна зовут, – напомнила о себе приторная блондинка.

– Угу, – повторил свой красноречивый ответ.

Быстро набрал новое смс синеглазой пантере:

«присматриваешь парнишу помоложе меня? начни, хотя бы, со школьных выпускных»

Отправить.

Откинулся на спинку сиденья. Нажевывая нижнюю губу, стал ждать её реакции на смс.

Вот, посмотрев острый момент у ворот, она потянулась к заднему карману, достала телефон. Снова прочитала сообщение «в шторке», не разблокировав телефон. Резко вскинула голову и острым взглядом прошлась по трибунам, пока лезвием не впилась в мою ухмыляющуюся морду.

Салютовал ей вялым взмахом руки.

Режущий взгляд полоснул по барби рядом со мной. Тонкая черная бровка выгнулась. Вика снова отвернулась к «коробке», но в этот раз телефон убирать в карман не стала. Судя по положению рук и опущенной голове, она что-то мне писала.

Открыл нашу переписку и с удовлетворением увидел строку «Виктория пишет…»

В: «Похоже, ты только что с выпускного?»

Тихо хохотнул. В груди приятно защекотало. Шкодливый пацан внутри меня достал рогатку.

– Так, как, говоришь, тебя зовут? – обратился к блондинке, очень надеясь на то, что одна брюнетка это точно заметит.