Глава 21

Ялд ловко развернул меня и подтолкнул, чтобы шла вперед. Я вздохнула. Честно говоря, я чувствовала себя предательницей. Змеей, которую ведьмы вскормили на своей груди. Я сильно надеялась, что на мельнице мы ничего не найдем, и моя совесть окажется чиста.

Но в то же время, я уверяла себя, что ничего страшного не случится, если мы наберем в склянку пару ложечек знаний. Я страстно хотела знать, кто и почему сделал меня изгоем. Если во мне жила магия, значит, я родилась в семье благородных кровей. Или в худшем случае являюсь полукровкой. Простым людям магия не дана.

Правда, я понятия не имела, как пользоваться таким важным магическим артефактом, как котел. Мне не пришлось пройти инициацию, какую проходили все ведьмы. Но я живо представила ритуал: котел, висящий на крюке, Хранительницу, шепчущую над булькающей водой, и себя стоящую столбом.

Что мне следовало произнести или сделать, когда бы мне протянули черпак с непонятной жижей? Может, достаточно было бы просто поверить в судьбу и хлебнуть варева? Мол, нужные знания придут сами? Одно я знала точно, в этот раз хлебать придется не мне, а кому–то в УПС, раз мы несем с собой бутылку.

Похрустывая снегом, мы добежали до темной мельницы. Прежде чем подергать дверь, огляделись. Постояли, прислушиваясь к звукам. Река не шумела, поскольку была скованна льдом. В псарне при постоялом дворе перетявкивались собаки – их привозили с собой охотники. Ведьмы обходились фамильярами. Только у наставницы был такой крупный зверь, как волк, остальные приручали более мелких животных. Змей, сов, кошек или воронов. Их держали отдельно от псов.

– Заперто на замок. Придется ломать, – прошептал Ялд, убедившись, что ведьмы совсем не простаки. Покопавшись в шубе, он вытащил нож.

– Осторожно! Замок могли заколдовать, – предупредила я, но опоздала. Вспыхнула молния, и наследник отлетел метров на пять.

– Черт. С потерей магии совсем не чувствую проклятий, – лежа на спине пожаловался мне Ялд.

– Пошли отсюда, – я потянула его за рукав, посматривая в сторону постоялого двора. Не бегут ли к нам с вилами. Хлопок раздался достаточно громко. Но собаки как брехали, так и брехали.

– Нет, мы близко к цели, – помотал головой лежащий на спине принц.

– Если с тобой что-нибудь случится, мне ввек не отвертеться, – сердито прошептала я, дергая его за рукав. – Решат, что я действую на пару с пересмешником, и мы задались целью угробить тебя. Кстати, не думал зачем ему твоя смерть?

– Думал, – Ялдвиг все же поднялся. Я помогала, как могла. – Король плох, меня не станет, и отец следом уйдет в мир иной. Останется мать, но и она долго не проживет. Все решат, что умерла от тоски.

– И кто тогда будет править Эндоролем?

– Следующий прямой наследник – наш ректор. Эйрад Коверд Третий. Он младший брат моего отца.

– Но он же, вроде, не враг тебе?

– Угу. Пока в нем не сидит пересмешник. Не получилось со мной, Эхари попробует с моим дядей. Надо будет его предупредить.

– Угу–угу. Пересмешник не так глуп, чтобы его можно было просчитать. Я думаю, будет всем нам сюрприз.

– Мы тоже не дураки.

– Ну куда ты такой хромой? – я заметила, как Ялдвиг кривит лицо от боли, припадая на одну ногу. – Пошли назад. Нам через дверь не попасть.

– Обойдем вокруг. Вдруг есть лаз? – отмахнувшись от меня, принц направился к мельнице.

От реки тянуло холодом. Во льду зияла прорубь. Вода в ней казалась черной. Меня передернуло, стоило представить, как мы с наследником проваливаемся под лед. А Ялд как специально лез на рожон.

Никаких лазов мы не нашли. Оставалось только попробовать проникнуть в мельницу через дыру для ворота, который приводил в движение жернова. Ялд был слишком крупным, и я сердцем чувствовала, что придется лезть мне. Я вцепилась в полушубок. Я и так приплясывала от холода, а без овчины вовсе околею.

– Иди сюда, – позвал меня Ялд, скользя к берегу по льду. Протянул мне руку.

– Я не пойду! – запротестовала я. – Там темно, а лампу мы с собой не захватили.

– Я посвечу, – Ялд показал мне палец, на котором еле трепыхался огонек.

Я неодобрительно хмыкнула, но спорить не стала. Пусть увидит, что мне не пролезть. Даже если пролезу, где уверенность, что я тут же не сорвусь в яму? Я вспомнила, что за стеной стоит еще одно огромное колесо, наполовину утопленное в основание мельницы.

– Нет, не получится, даже если втяну живот, – я продемонстрировала Ялду, что не такая уж худенькая даже без полушубка. – С меня осталось сдернуть кожу, может тогда пролезу.

– Идея хорошая, – задумчиво сообщил наследник, что заставило меня закашляться, – но с кожей ты мне нравишься больше.

– Все, снимай меня отсюда. Затея никуда не годится, – я торопливо натянула свой зипун.

У меня даже поднялось настроение. Я не предала ведьм, действуя на пару с монаршим сыночком. Даже не так. Я не оказалась предательницей, помогая шпиону – представителю совсем другой страны. Королеве Федейры наше ночное приключение точно не понравилось бы.

Но мы опять упали. Принц забыл, что в овчине я совсем не пушинка, а он не силач. Я с ужасом услышала, как под нами трещит лед. Попыталась встать, но неудачно. Поскользнулась и опять рухнула на Ялда.

– Бездна меня побери! – выругалась я. И почему у меня никогда не получается быть изящной? Вечно куль кулем. Правильно меня в детстве обзывали кулемой.

Лед под нами с шумом лопнул. Я закрыла глаза, понимая, что сейчас будет страшно. Но свалились мы вовсе не в воду, хотя я успела набрать полные легкие воздуха и отцепить от себя руки принца, чтобы не утянул меня на дно. Мы оказались в каком–то темном помещении. Двустворчатая крышка медленно сомкнулась над нашими головами, отрезая от лунного света.

– Ты как? – спросила я Ялда. Ему досталось больше всего. Мы рухнули с небольшой высоты, но падение выбило из него дух.

– Слезь, я не могу дышать, – выдавил он из себя.

Я поторопилась скатиться. Рукой пощупала каменный пол. Он был относительно сухой, правда, с крышки на потолке громко капала вода.

Ялд сел и выставил вверх палец, на кончике которого трепыхалось пламя. Мы разглядели, что от люка вниз вела железная лестница. Очевидно, ведьмы спускались по ней, а не падали кулями, как мы. Внутреннее помещение оказалось небольшим. На стенах висели факелы, под ними стояли скамьи. А в центре на постаменте возвышался огромный котел.

– Я думал, под котлом все время горит огонь, – сказал Ялд, подходя ближе. Он зажег все четыре факела, и теперь мы не чувствовали себя слепыми котятами. – Я слышал, что варево должно кипеть.

Котел закрывала массивная крышка. Рядом на постаменте лежал черпак с длинной ручкой. Он оказался таким тяжелым, что я с трудом его подняла. «Интересно, как с ним справляется Хранительница, ведь на вид в ней сил еще меньше, чем во мне?»

– Отойди, я попробую снять крышку, – Ялд поднапрягся, но не смог даже сдвинуть ее.

– Подожди, я помогу, – я положила черпак на место. – На крышке четыре ручки, значит, ее поднимают двое.

– Или четверо, – с сомнением произнес Ялд. – Зачем сотворили такую тяжесть?

– Чтобы никто не справился в одиночку, – предположила я. – Мало ли, вдруг какая-нибудь слишком любопытная ведьма захочет узнать древнюю тайну? И вообще, может, мы нашли совсем не котел, а жертвенную чашу. В старину ведьмы частенько приносили людские жертвы. Вдруг там все еще плавают череп и кости последней жертвы?

Мое предположение не остановило наследника Эндороля. Он принял к сведению, что может увидеть нечто тошнотворное. Цель была важнее, чем опасность потревожить чужие кости. Принц схватился за ручки крышки на своей стороне. Мне пришлось взяться за две другие.

– Двигай влево. Здесь есть углубление для крышки, – подсказал Ялдвиг.

Мы напряглись, но крышка неожиданно легко поддалась. Наконец–то нам удалось разглядеть содержимое котла. Жижа все же кипела, хотя нигде не было видно живого огня. На вид она походила на густую кровь, переливающуюся мелкими искорками. И пахла волшебно. Приятно. В воздухе поплыл аромат лесных цветов и ягод.

Я восхищенно выдохнула. А Ялд озабоченно похлопал по карманам.

– Уф, не разбилась, – сказал он, вытаскивая небольшую склянку.

– Что дальше? – спросила я, берясь за черпак. Он, в отличие от крышки, не стал легче.

– Держи бутылочку, я сам зачерпну, – наследник заставил обменяться предметами.

Застыл с черпаком над варевом. Его глаза блестели от возбуждения. В них отражались кровавые искорки.

– Ты уверен, что зачерпнешь то, что надо, а не какие-то ненужные знания? – я умею настроить на нужный лад. – К примеру, рецепт сидра из волчьих ягод, после которого кожа становится гладкой, а волосы блестящими. Может, нужно что-нибудь пошептать?

– Ты права, – Ялд отложил черпак. Потянувшись ко мне, неожиданно вырвал из моей головы длинный волосок.

– Ты чего? – возмутилась я.

– Некоторые артефакты требуют генетического материала, – объяснил Ялдвиг, медленно опуская мой волосок в котел.

– Генетического? – повторила я незнакомое слово.

– Это мне Геля – невеста моего дяди, объяснила. В кабинете ректора хранится один очень странный артефакт, сделанный в виде жука. Он по капельки крови – а это тоже генетический материал, может определить принадлежность к той или иной расе. Ангелина Синичкина знает много умных слов.

Я преисполнилась уважения и к невесте ректора, и к наследнику короля. Затаив дыхание смотрела, как волосок медленно погружается в варево. Он, вопреки законам, не просто улегся на плотной поверхности жижи, а тонул так, словно на его конце висел груз.

Когда до пальцев принца, держащих волос, осталось совсем немного, и он мог бы обжечься о кипящее варево, Ялд начал обратное движение. В тот же миг огонь во всех четырех факелах затрепетал, словно к нам присоединился кто–то еще. Я лихорадочно оглянулась на дверь в потолке. Нет, она была закрыта.

– Смотри! – позвал меня принц, не замечая странного поведения огня. Он был увлечен своим делом.

– Ничего себе! – сказала я, видя, что волосок превратился в нечто, напоминающее веточку облепихи, только не с оранжевыми, а красными ягодами. – Никогда не видела такого прежде.

– Я тоже, – шепотом ответил принц.

– Но все это не поместится в твой пузырек.

– Нащупай в моем кармане еще одну бутылку. Правда, она не пустая. Я думал, мы с тобой потом выпьем. Отпразднуем нашу удачную вылазку.

– А если бы она оказалась неудачной?

– Тогда выпили бы с горя.

У Ялда на все был ответ.