Глава 39

Ректор привел всю компанию на Стрельбище. Одна из арен была крытой. И хоть на улице накрапывал дождь – осень вступала в свои права, погода не могла помешать нашим намерениям.

Мы с Ялдом замыкали строй. Впереди нас шли Тутто и Рона. Я слышала, как она шепнула демону: «Неужели это он?», но, увидев меня, ускорила шаг. Они тоже были знакомы с ангелом? Но как? Вызывали или тот после вызова короля Верколя так и не убрался из нашего мира?

И тут мне открылось очевидное. В предсказании Великого мага было написано: «Убийство – вот удел каков у девочки с глазами зверя. Летящему среди миров не вздумай верить», а кто может быть летящим среди миров, как не ангел? Он принес в наш мир двух сестер – Рону и Корри. Плюс ко всему, выяснилось, что девочка с глазами зверя – это я.

Если вспомнить слова ректора, что ангел боялся ребенка, а крылатые боятся только Кинжал ангела, то по логике выходило, что я и есть тот самый Кинжал. Я рассмеялась над столь нелепым умозаключением. Ялдвиг посмотрел на меня, но я помотала головой.

– Я просто устала. Слишком долгий и насыщенный день.

Ректор хлопком руки приказал арене зажечься огнями. Попросил всех зрителей сесть на одну скамью. На поле вышли трое – ректор, лорд Джеромо, как главный мастер по открытию порталов, и король Верколя. Лорд Коверд тут же накинул защитный полог, чтобы не подвергать риску наши жизни.

Меня потряхивало от волнения. Ялд положил руку мне на плечи. Я благодарно взглянула на него. Уже зная, что я оборотень, он не отказался от меня. Его шепот «Люблю тебя!» только подтвердил, что мы по–прежнему вместе. Да, я боялась, признаюсь. Хотя, по сути, драконы те же оборотни.

Втроем мужчины быстро нарисовали пентаграмму. Как оказалось, каждый из них знал, как призвать ангела, отчего в голову закралась мысль, что связь с врагом поддерживается более активно, чем можно было представить.

Когда работа была окончена, ректор вытащил из ножен кинжал и встал в боевую стойку.

– Кинжал ангела, – подсказал мне Ялдвиг. – Только его боится ангел, поэтому лучше сразу показать, что мы вооружены.

Я кивнула. Мало ли какие еще есть средства защиты от злейшего врага? Я тоже не испытывала к нему приятных чувств. Его бесчеловечный поступок – выбросить больное беззащитное дитя, не предполагал иных эмоций.

На голове Джеромо выросли огромные рога, и он тоже занял удобную для отражения атаки позицию, встав с противоположной от ректора стороны. Между рогами проскакивала яростная искра. Это было красиво, но вместе с тем пугающе.

Король Верколя встал за кругом и поднял руки. Пентаграмма загорелось слепящим светом. Гортанным голосом лорд Альберт запел слова заклинания. Их невозможно было разобрать. Мне они казались сплошным очень длинным словом. Нечто вроде «уаэрыаодэвоооо!»

Свет стал нестерпимым, и всем нам пришлось зажмуриться. Под веками вспыхивали цветные круги.

– Ого! Да вы подготовились! – я услышала приятный мужской голос и открыла глаза. В центре круга в удобном кресле вальяжно развалился мужчина с белыми крыльями. Невероятной красоты мужчина. Он, улыбаясь, взглянул сначала на рога Джеромо, потом перевел взгляд на Кинжал ангела и громко рассмеялся. – Вы все еще верите, что этот ножичек способен меня убить?

Ректор непонимающе взглянул на свое оружие.

– Не светится, да? – продолжил глумиться ангел. – А ведь должен. Настоящий Кинжал ангела горит в присутствии ангела так, что моя кожа чернеет от жара. Неужели вы думали, что ангелы, уходя из вашего мира, оставили вам оружие против них? Все это, – он небрежно кивнул на лезвие в руках ректора, – бутафория. Чтобы вам, смертным, было спокойно. Настоящий Кинжал ангела появляется раз в тысячу лет. И он совсем не выглядит, как кухонный нож.

– Что с тобой, Лана? – Ялдвиг потрепал меня по плечу.

– Мне жарко, – ответила я, расстегивая пуговки на платье.

Ангел словно услышал мой голос. Он поднялся и стал напряженно всматриваться туда, где сидели зрители. Его взгляд скользил с лица на лицо. Тутто и Рона помахали ангелу, словно старому знакомому, но его взгляд не задержался на них. Чем ближе глаза ангела подбирались ко мне, тем мне становилось жарче.

– А–а–а–а–а!!! – закричала я, поднимаясь и сдирая с себя платье. Оно разлетелось на клочки. Меня распирала огненная сила.

– А–а–а–а–а!!! – закричал ангел, закрывая свое прекрасное лицо рукой.

Неведомая сила подняла меня, абсолютно голую, в воздух. Я уже ничего не боялась. Мне не было стыдно. Я горела так сильно, что вокруг меня огромным пятном отбрасывался яркий свет. Я видела полные ужаса глаза Роны и Тутто. Растерянный взгляд Ялдвига, тянущего ко мне руки. Открытые в ужасе рты королевы Верколя и Корри. Улыбку и восторг, написанные на лице Бадрияра. Он знал, кто я.

Я летела над головами, раскинув руки. И не видела никаких преград. Моей целью был ангел, лицо которого исказила судорога страха. Лопнул защитный купол, отступили в стороны ректор и лорд Джеромо.

Лишь мой отец не сдвинулся с места. Меня удивила его обреченность. Он словно приготовился к смерти. И это остановило жажду крови ангела, хотя моя рука уже была занесена над его головой. Ангел в попытке защититься вытянул вверх руку, и я видела, как кожа на ней чернеет.

– Остановись! – крикнул ректор. – Ты убиваешь не ангела, а своего отца. Его жизнь за жизнь ангела – таков был их уговор!

Я перевела взгляд на короля Верколя и увидела, что тот стоит на коленях, и его рука тоже чернеет. Ему было больно, но он, сцепив зубы, не издавал ни звука. Рядом с ним упала на колени королева Верколя. Ее взгляд, направленный на меня, горел ненавистью.

Я рухнула вниз. Мне было холодно, и я свернулась калачиком, словно дитя в чреве. Мое тело перестало гореть. Подскочил Ялдвиг и, укрыв меня сюртуком, взял на руки.

– Это и есть Кинжал ангела, – на поле вышел Бадрияр. – Ее появление в семье короля Верколя еще два десятка лет тому назад предсказали наши звездочеты.

– Так вот почему ты выбрал меня своей невестой, да? – глаза Корри горели гневом. – Думал завладеть Кинжалом ангела, но тебе обломилось?

– Спасибо, что раздвинула ноги, – бравендорец вернул ей полный презрения взгляд. – Иначе мы никогда не догадались бы, где на самом деле находится Кинжал ангела. Отец вспомнил о странной метке на найденном им ребенке, и все сошлось. Кто владеет Кинжалом, тот и является самым могущественным в мире. Поэтому я настаиваю, что леди Светлячок принадлежит Бравендору.

– Она принадлежит Верколю, – королева Летисия поднялась с колен и гордо вздернула подбородок. – Она моя дочь!

– Но сейчас она невеста наследника Эндороля. Поэтому Кинжал наш, – ректор спрятал ненужное оружие в ножны и встал рядом с Ялдвигом.

Заявления быстро привели меня в чувство. Я оказалась такой нужной! Даже маме. Тут впору плакать.

– Отпусти меня, – потребовала я у Ялдвига.

Запахнув на себе сюртук, я подошла в пентаграмме, где в кресле сидел ангел. Он улыбался мне. Его рука оставалась черной, хотя убийственная чернота больше не расползалась.

– Ты знал, что я не смогу убить тебя, – я старалась говорить спокойно. – Заключив договор с отцом, ты больше не боялся меня. Так почему бросил умирать?

– Родившись Кинжалом, ты была убийцей не только для меня. Ты можешь уничтожить любое зло, которое только явится в ваш мир. Даже если оно не причиняет никому неудобства. Я не мог позволить тебе остаться. Ты была угрозой моему сыну. Я должен был защитить его.

– Кто твой сын? Если он не причиняет никому неудобства, – я специально повторила слова ангела, – то зачем мне убивать его?

– Я не мог быть уверенным, что мой мальчик однажды не обозлится на этот мир. Он был к нему несправедлив. Но слава богам, все обошлось.

– Я его сын, – поднял руку Тутто. Я перевела взгляд на него и прижавшуюся к нему Рону. – Клянусь, что у тебя не появится повода захотеть убить меня.

– Он хороший, пусть и нефилим, – с наивной готовностью подтвердила Рона.

Ангел поднялся. На его лице презрение сменилось жалостью к окружающим его недоумкам.

– Неужели вы не понимаете, что в вашем мире появился повод к раздору? Сейчас на Кинжал объявили права сразу три королевства. А сколько их еще будет, когда о ней узнают другие? Я не хотел войны из–за какого–то полумертвого ребенка. Мне было важно, чтобы жизнь моего мальчика не зависела от желания королей заполучить Кинжал. Да, я поступил не по-человечески, но я и не человек. Оставив ее умирать, я спасал всех вас.

Я чувствовала боль. Болела каждая частичка моего тела. Слышать о том, что только своим существованием я несу этому миру беду, было невыносимо. У меня просто не осталось сил ни понять, ни смириться со словами ангела.

– Мне, наверное, следовало умереть, – сказала я. – Но волею случая я осталась жива. И я не верю, что боги всякий раз дарят этому миру детей, похожих на меня, только для того, чтобы развязать войну. Это какое–то злонамеренное искажение их намерений. Они возрождают Кинжал снова и снова, чтобы защитить всех нас от зла.

Я помнила предсказание Великого мага на Осеннем балу. «Летящему среди миров не вздумай верить».

– Я тоже так думаю, – Ялд встал за моей спиной и положил руки мне на плечи. – А кому не нравится существование Ланы, пусть сам убирается из нашего мира. Из всего, что я понял, она призвана бороться со ЗЛОМ, а в том, что королевства могут начать войну за нее – это уже не ее вина. Не будь злом, и тебе ничто не будет угрожать.

– Я согласен с племянником, – рядом с нами встал ректор. – Если боги присылают в этот мир таких детей, значит, они нужны нам. Уйдет Лана, появится другой Кинжал.

– Сколько их было до нее? – с иронией в голосе произнес ангел. Он перестал мне казаться красивым. – Мир заметил ни того, как очередной Кинжал родился, ни того, как он исчез. Сейчас все вышло из–под контроля только потому, что мне нужно было пристроить девочку с Земли в надежные руки. Я не заставил королеву Летисию убиваться над мертвым дитя. Я – Добро, разве не очевидно?

– Отец, – не выдержал Тутто. – Я тоже не понимаю, как ты мог проявить милосердие к Роне и Корри, но быть таким жестоким к Лане?

– Корри и Рона не несли смерть, – ангел скривил красивое лицо. –  Я боролся до последнего. Даже уничтожил образцы ведьмовского варева в университетской лаборатории. Да что там говорить! Я был в подвале под мельницей, когда эти двое залезли туда. Из-за них мне пришлось разрушить котлы всех ковенов, лишь бы никто не разнюхал, что такое Кинжал ангела и какой разрушительной силой он обладает. Пока она была никто и не знала своей силы, она не была опасна. Изгой. Вечный изгой. Теперь вам придется расхлебывать последствия.

– Она не изгой, – хмуро огрызнулся Ялд.