3. Ветер над Рок-Реном (8)

Догорали последние огни гирлянд. Площадь пустела, а они сидели прямо на каменной кладке улицы, прислонившись спиной к не закрытому еще трактиру. Она улыбалась, вылизывая леденец на палочке в форме солнца. Ее старательные движения языком и приоткрытый ротик с измазанными соком губами не позволяли Антраксу много болтать, но отвлечься хотелось, и потому он спросил:

— Исправь дефект моего образования, почему вы отмечаете первый день лета?

Она посмотрела на него как на безумного.

— Просто лето мало что решает, — пожимая плечами, пояснил Антракс. — Связать с погодой я это не могу, едва ли она сильно изменится. Урожай у вас тоже не зависит от лета, насколько я знаю, вы собираете два-три, а то и четыре урожая в зависимости от культуры. Так почему лето?

Она хлопнула ресницами.

— Ты, правда, не знаешь, почему люди Рейна отмечают этот день? — не верила она.

Он действительно не знал, не задаваясь этим вопросом прежде.

— Бог Долины однажды полюбил Богиню Солнца, а она, отказав ему, решила скрыться на небесах, но поднявшись увидела прекрасные сады Бога Долины, его поля, луга и тоже полюбила его, но сойти к нему на землю уже не могла. Отныне каждый год они близки только в пору лета, а значит, летом наш Бог счастливее обычного, а значит, сильнее. Потому и мы счастливы вместе с ним.

— Глупая какая-то богиня, — невольно проговорил Велиан.

Лилайна же не желала спорить, и впихнув в рот весь леденец, заявила:

— Я хофу рому!

Соломинка леденца подрагивала, а она говорила смешно и невнятно, но он хорошо ее понял.

— Он тебе не понравится.

Она достала леденец и нервно бросила его на землю.

— Хочу рома!

Велиан пожал плечами и встал.

— Тогда жди тут.

— Мы не пойдем в трактир? — спросила она обиженно.

— Хочешь, чтобы тебя облапали пьяные мужики? — спросил он.

Она испуганно посмотрела на него и вжалась в стену. Велиан же приблизился, нависая над ней.

— Потом они начнут убивать друг друга, сражаясь за тебя, а мне придется всех спасать. Не хочу.

Он застыл, улыбнулся и совершенно внезапно схватил ее за бока, щипая кожу и заставляя просто визжать от неожиданности. Осознав, что маленькая принцесса боится щекотки, он просто не мог отказать себе в удовольствии хорошенько ее потискать, насладиться жалобным визгом, а потом резко остановиться.

— Просто подожди меня.

Оставив ее сидеть на земле и закрываться руками, которыми она только что отбивалась, Велиан ненадолго скрылся и вскоре вернулся с бутылкой.

— И как мне его пить?

— Прямо из бутылки пей, как пират.

Она скривилась, но взяла бутылку, понюхала ее содержимое и, скривившись, сделала глоток. Быстро, не давая себе опомниться, она хлебнула жидкости и тут же выплюнула ее, разбрызгивая вокруг. Ничего кроме гречи и сильного жара она так и не ощутила.

— Безмозглая деревяшка, что это за гадость? И как ее вообще пьют?

Велиан пожал плечами.

— Давай, научи меня пить ром! — велела она ему.

— Но я сам не пью, — признался молодой человек. — Только если совсем немного, для храбрости.

— И сегодня пил?

— Ты не настолько страшная, — рассмеялся Велиан.

Она протянула ему бутылку, улыбаясь.

— Пей! А то я сейчас буду злая и страшная.

Он взял бутылку покосился на нее, но послушно сделал глоток и тут же снова посмотрел на нее.

— Ну и на что это похоже? — с интересом спрашивала она.

Он пожал плечами.

— Ром, как ром.

— Какой ты скучный!

Она вскочила на ноги.

— Я не хочу домой, пойдем еще куда-нибудь, ну хоть куда-нибудь, пожалуйста!

Она сложила умоляюще ладошки. Он вздохнул и встал на ноги. Его не удивляла ее просьба, он ждал ее, понимая, что ей будет мало впечатлений и оставляя самое удивительное на потом.

— Не хочешь подняться вон туда?

Он указал на высокую башню храма, возвышающуюся над городом.

— Туда?

Она оценила высоту башни, осознала, что это за строение и, опомнившись, спросила:

— А разве можно туда подняться?

Велиан улыбнулся.

— Можно, — прошептал он и протянул ей руку.

Бутылка осталась стоять у стены. В конце концов, он и без рома был сегодня по-настоящему пьян.

— Нас туда не пустят, — уверенно сообщила принцесса, семеня за молодым человеком. — Я тебе точно говорю.

Велиан не ответил, но подойдя к черному ходу в храм уверенно постучал. Ему мгновенно открыл главный жрец, словно ожидал их визита.

— Все же пришел, — проговорил он, но увидев Лилайну, уставился на нее. — А это кто?

— Моя сестра — Эйкана, о которой я говорил, — невозмутимо ответил Велиан.

Он взял ее за руку и подвел ближе.

Лилайна с ужасом смотрела на мужчину, знавшего ее в лицо.

— Она сегодня приехала в Рок-Рен, а завтра уже уедет. Хочется, чтобы у нее остались особенные воспоминания о городе.

Мужчина кивнул.

— Ваш брат — лучший врач из всех, кого я видел, — проговорил он, пропуская их в здание.

— Он мне льстит, — шепотом сообщил Велиан.

Мужчина дал ему ключ.

— Ты знаешь что делать, а я, пожалуй, пойду.

Он бросил еще один взгляд на Лилайну, что пряталась за плечом Велиана.

— Она стесняется, — пояснил врач.

Жрец снова кивнул и направился к двери в покои, ворча что-то о невозвратной молодости, а Велиан открыл дверь, ведущую на винтовую лестницу.

— Как ты с ним договорился? Он же старый вредный упрямец. — Спрашивала Лилайна, слишком хорошо зная старика.

— Он просто больной старик, — ответил спокойно Велиан. — Ему для счастья не много нужно. Просто не думай об этом.

Он ускорил шаг, заставляя принцессу ворчать о том, что лестница слишком крутая.

— Погоди, я устала, — взмолилась она.

— Что? А ты хотела без усилий все получить?

Велиан обернулся на короткий миг и снова ускорил шаг.

— Или ты идешь за мной, или мы просто возвращаемся.

Лилайна почти побежала за ним, но стоило ей сделать рывок, как она едва не врезалась в него. Оказалось, до заветной двери оставалось совсем немного. Она хотела обидеться, даже надулась, собираясь отругать его, но он внезапно положил ей руку на плечо и поцеловал в макушку.

— Молодец, ты прошла испытание, теперь можно показать тебе чудо.

Он открыл маленькую деревянную дверцу и скользнул в небольшую комнату, где, распахнув люк, впустил яркий лунный свет. Первым поднявшись по небольшой деревянной лестнице, он подал ей руку и помог забраться на крышу.

Резкий порыв ветра ударил ей в лицо. Лилайна сделала глубокий вдох, хотела вскрикнуть, но обомлела от восторга. Она возвышалась над Рок-Реном и крепкие руки бережно поддерживали ее.

— И это мой город? — спросила она, не веря своим глазам.

С небольшой площадки башни было видно все: каменные стены, улочки, хаотично поворачивающие в разные стороны, огни дворца и скользящие по переулкам одинокие фигуры с факелом в руках. Велиан бережно держал ее за руку, позволяя изучить все вокруг. Он уже был здесь и потому только улыбался, наблюдая за ней.

Она находила знакомые места в силуэте зданий и радостно называла их, не замечая даже ветра, треплющего ее волосы и надувающего юбку парусом, пока сильный порыв не заставил ее отступить в сторону. Ее чуть не снесло, но Велиан мгновенно притянул ее к себе и обнял со спины.

— Спасибо!

Она подняла глаза, чтобы взглянуть на него и внезапно воскликнула, указывая на небо.

— Смотри! А сегодня видна Улана!

Он поднял глаза к небу. Вот только найти звезду не смог. Не так уж он хорошо знал эту часть мира. Принцесса вырвалась и села на камни крыши, а потом и вовсе легла, раскинув руки.

— Какое небо! Тут же все видно!

Она указывала рукой в разные стороны, называя то звезды, то созвездия и улыбалась.

— Иди сюда, просто посмотри на это!

Она похлопала ладошкой по камням рядом и снова устремила взор к небу.

— Я о звездах знаю почти все.

— А я не особо в них разбираюсь, — признался Велиан, опускаясь на камни рядом с ней.

— Как так? Ты же путешествуешь? — удивилась она. — Разве тебе не положено ориентироваться по звездам?

— Зачем? Я же по земле хожу, — Велиан едва заметно смутился. — Ну, я могу найти Альбу, всегда висящую над Авелоном, но не более того.

— Тогда смотри!

Она радостно ткнула куда-то в небо и нарисовала линию.

— Вот это хвост Ганда, прямо над ним горит Улана, видишь?

Он посмотрел на Лилайну. Звезды не вызывали в нем того же восторга. Находя ночное небо красивым, он всегда принимал его как обыденную данность. Она же явно видела чудо и ее реакция, ее восторг, то, как она улыбалась, и как звезды сияли в ее глазах — вот что действительно завораживало Велиана.

— Ну, видишь?

— Прости, нет.

Впрочем, как он мог видеть, если он смотрел на нее, а не в небо? Лилайна прильнула к нему всем телом, чтобы оказаться совсем рядом. Ее макушка теперь касалась его левой щеки. Ногу для удобства она сама закинула ему на бедро и прижала грудь к его торсу, думая только о звездах.

Он нежно обнял ее за талию, невольно собирая ее платье под рукой в складку и сжимая этот кусок ткани.

Она улыбалась и показывала ему звезды.

Он следил за ее рукой, смутно слышал ее слова. Она говорила о небесных светилах, о каких-то историях связанных с ними, а ему было откровенно наплевать на все это, только бы слышать ее счастливый звенящий голос. В конце концов, вся эта ночь существовала только для того чтобы оставить воспоминания. Он хотел хоть что-то вспоминать, если, конечно, выберется отсюда, а если нет, то ему будет что вспомнить в преисподней, уготованной каждому эштарцу.

Она что-то лепетала, совсем рядом. Ближе, чем сейчас, она уже не будет! Зная это, он коснулся ее правой рукой, привычно скрытой грубой перчаткой, и скользнул по ткани под самой грудью к ее спине, а там по лопатке к плечам, чтобы крепче прижать.

— Велиан? — испуганно шепнула Лилайна, не ожидавшая ничего подобного.

Конечно, она и не думала о том, что добрый человек рядом мог представлять ее обнаженной, мог мысленно раздевать ее, и уж тем более она не ожидала, что он внезапно прильнет к ее шее. Ощущая жар дыхания, чувствуя как сердце мужчины внезапно сорвалось на бег, она испуганно попыталась отстраниться, но слишком робко, чтобы он смог это заметить. Кончик его носа скользнул от уха к ее шее. Губы коснулись ямочки над ключицей. Едва различимое касание кончика носа к ее коже и обжигающее дыхание скользнули вверх к ее щеке.

— Велиан, — жалобно прошептала она.

Сопротивляться она не могла, что-то внутри мешало ей даже закричать.

— Что ты..?

Она не смогла спросить.

— Еще мгновение, — прошептал он у самого ее уха, вдыхая запах ее растрепанных волос.

Сквозь ткань платья она чувствовала его руки. Одна все еще сжимала ткань ее платья у талии, чтобы не уползти ниже, другая скользнула по шее и мягко приподняла ее голову.

Он взглянул в ее испуганные глаза, почти касаясь губами ее губ.

Она была растеряна, испугана и ничего не понимала. В этот момент он мог легко заполучить ее такую маленькую и беззащитную, но простил бы он себе подобное? Нет, потому глядя в ее серые блестящие от эмоций глаза, он позволил себе лишь едва ощутимый поцелуй, похожий на прикосновение ветра. Едва коснулся губами ее губ, замирая так и выдыхая жар. Ее взгляд изменился. Испуг сменился неловкой растерянностью, но он отстранился, вставая на ноги, чтобы не совершить того, о чем потом пожалеет.

Она все же приподнялась, не понимая, что только что произошло, наблюдая, как он подошел к краю и взглянул вниз. Его разум проснулся слишком рано, напоминая ему о том, кто он сам и кто она такая. На краткий миг захотелось шагнуть вниз и исчезнуть, просто потому, что никогда больше всего этого не повторится, но она вдруг заговорила.

— Может быть, ты останешься? — спросила она.

Он обернулся, не веря, что после случившегося она говорит именно об этом.

— Прости, но я должен, — проговорил он, подавая руку. — К тому же нам пора, тебя наверняка уже ищут.

Она с легкой опаской взяла его руку, поднимаясь на ноги, но тут же сама приблизилась, уткнувшись носом в его грудь.

— Не уезжай...

Он только обнял ее и снова поцеловал в макушку.

— Забудь.

Она дернулась, подняла на него глаза и коснулась его лица холодными, влажными от волнения ладошками. Пальцы скользнули по повязке, но он тут же поймал их и отстранил, не позволяя изучать грубый рельеф.

— Покажи мне, — прошептала она. — Если ты не хочешь оставаться, если не хочешь объяснять, что с тобой происходит, дай мне хотя бы запомнить тебя.

Она говорила тихим, но все же уверенным шепотом.

— Забудьте меня, Ваше Высочество, — прошептал он, глядя в ее глаза. — Запомните только ветер над Рок-Реном, остальное пусть исчезнет.

Он поцеловал ее руку и шагнул к лестнице.

— Нам, правда, пора.

Она кивнула, чувствуя боль у самого сердца. Ей было горько и от внезапного «вы», и от холода его голоса. Ей хотелось все вернуть, но Велиан перестал улыбаться, хоть и смотрел на нее с прежней внимательностью.