6. Последний совет (3)

Лилайна погрузилась в размышления, машинально постукивая пером по краю книжной страницы. Разгоряченный разум, наконец начавший что-то понимать в описанном «истинном», как здесь говорилось, смысле денег.

Перо снова и снова оставляло черные точки, а порою соскальзывало вниз, царапая листы.

Она вспоминала отца, его решения, его законы, его туманные, почти забытые слова. Она была не здесь, а далеко отсюда, дома, в тот момент, когда мужская ладонь внезапно ляпнула по столу.

Антракс, возникший в комнате, навис над нею, упираясь левой рукой в стол.

— В моей стране за такое бьют по рукам, — сказал он холодным тоном, забирая у нее перо.

Лилайна, взглянув на его холодный профиль, вся сжалась, но не смогла не спросить:

— Тебе тоже хочется меня ударить?

Он резко повернул голову, коротко взглянул на нее, разворачиваясь, и внезапно ткнул ее двумя пальцами в плечо.

— Только если так.

Лилайна, успевшая отпрянуть и спешно убрать со стола руки, машинально коснулась рукою плеча. Боли она не чувствовала, только странный отзвук прикосновения на коже.

Принц же с невозмутимым видом положил перо на место и, сложив руки на груди, внимательно смотрел на растерянно-испуганную Лилайну.

— Просто ты должна знать, что не права, — сказал он строго. — А в данном случае, совсем не права. Этих книг на весь Эштар всего три.

— Извини, я...

— Не надо!

Отмахнувшись, он отступил от стола и сел в кресло чуть поодаль, внимательно изучая Лилайну взглядом.

— Я разобрался со всеми своими делами и теперь в полном твоем распоряжении до самого Совета, — сообщил он, по привычке вытягивая правую ногу.

Он был в дурном настроении. Час назад он был действительно зол, до дрожи в руках. Зол на герцога, который наверняка очень скоро заработает целое состояние. Зол на Кита с его глупыми шуточками. Зол на мужчин Ливна, которым почему-то нравилось развлекаться с чужеземными мальчиками. Зол на мир, в котором есть люди, которых бесполезно спасать. И, конечно же, зол на себя самого. Этот гнев было полезно обратить в жестокость. Принцу не было никакого дела до избитого моряка. Если бы он не тронул его, то же самое сделал бы Дракон и, зная его, наверняка бы не торопился, выбивая дух по капле. Исход был бы один, а принцу на короткое время стало легче, вот только следом за довольной легкостью пришла обычная усталость, естественным спутником которой было легкое раздражение.

Он не злился на Лилайну, но ее небрежность остро била по его привычкам, заставляя реагировать. В конце концов, хорошие книги не так уж и просто добыть, а эта и вовсе была хорошо созданной копией.

Принцесса же, чувствуя себя неловко, смотрела на него, невольно кусая губы, но тут же вспоминая его слова о том, что так делать не стоит, остановилась и сглотнула подкативший к горлу ком.

Антракс был в повязке, но все равно нельзя было не заметить, что он хмурится, глядя на нее.

— Я напугал тебя? — спросил он внезапно.

Лилайна, испугавшись этого вопроса куда сильнее строгого взгляда, с большим трудом кивнула.

— Я не хотел тебя пугать, — сообщил принц, упираясь локтями в подлокотники, и сцепил пальцы перед самым носом. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Лилайна растерянно посмотрела на него.

— Насколько я знаю, у тебя, наконец, пошла кровь, — пояснил Антракс со свойственным ему равнодушным спокойствием. — Это может ухудшить твое самочувствие, поэтому я спрашиваю: все ли у тебя в порядке?

Этот вопрос, заданный так откровенно, заставил Лилайну вжаться в ее кресло, цепляясь руками за юбку, и спешно опустить глаза. Она не понимала и даже боялась понимать, как о подобном можно говорить с мужчиной, чувствуя, что ее уши начинают гореть. Она покрывалась пятнами стыдливого румянца. Безжалостный принц внимательно смотрел на нее, а потом все же спросил, так и не получив ответ:

— И что не так?

— Зачем тебе вообще знать такие вещи? — прошептала Лилайна, с трудом сдерживая желание закрыть руками лицо.

— Хотя бы для того, чтобы точно знать, способна ли ты нормально соображать, — отвечал принц, пристально глядя на нее. — Такие вопросы тебя смущают?

Лилайна коротко кивнула и несмело взглянула на него, жалобно поджимая губки, но глядя на него понимала, что он не оставит ее в покое, не получив ответ.

— Все нормально, — шепнула она робко. — Я скажу, если что-то будет не так.

— Я тебя услышал, — ответил Антракс.

Он, наконец, перестал изучать ее взглядом и посмотрел на стол, еще раз проверив взглядом стопку отобранных книг.

— Ты думала о своем лжекузене? — спросил он, вновь взглянув на принцессу.

Лилайна все так же жалобно смотрела на него.

— Я не прошу тебя дать правильный ответ, — пояснил Антракс. — Это невозможно, но должны же быть хоть какие-то версии. Или ты просто забыла?

— Я не забыла, — прошептала Лилайна, опуская глаза.

Она не понимала, почему ей так тяжело от его взгляда, присутствия и его слов.

— Просто...

Она замялась, боясь озвучивать свои мысли.

— Лил, у меня нет идей, — внезапно сообщил Антракс. — Этот Деран слишком внезапно появился и слишком хорошо подготовлен, чтобы не понимать, что ему помогают, а кто и зачем, я даже предположить не могу. Поэтому любые мысли, любые идеи, все, что пришло тебе в голову — говори.

— Эдиф, — прошептала Лилайна.

— Эдиф? — переспросил принц, не понимая, почему принцесса вспомнила их общих соседей.

— В прошлом году у нас был Дигар третий, он встречался с дядей Огюстом, — шепотом говорила Лилайна, нервно сминая руками ткань юбки. — Я не знаю, зачем он приезжал и о чем они говорили, но потом что-то во взгляде Дигара изменилось.

— Что-то во взгляде...

— Не смейся надо мной, — прошептала Лилайна, вжимая голову в плечи.

— Я не смеюсь, — спокойно сообщил принц. — Я даже попробую это проверить, но, может быть, есть что-то еще? Кто-то внутри страны, тот же Ийван, например. Он же стал советником Огюста, как только двор покинул Вильям Шмарн.

Лила отрицательно покачала головой.

— И почему? — спрашивал принц.

— Я чувствую, что нет, — дрожащим голосом отозвалась девушка.

— Хорошо, — сказал Антракс.

Он немного помолчал, изучая ее взглядом.

— Ты боишься меня, — внезапно сообщил он.

Лила вздрогнула и посмотрела на него. Он едва заметно улыбнулся.

— Наверно, я не лучший наставник, да и советник не самый приятный, — сказал он. — И если я давлю на тебя или кажусь грубым, то прости за это.

Принцесса смотрела на него почти с ужасом, настолько странными были эти слова, но Антракс мягко улыбнулся.

— Не бойся меня.

У Лилайны задрожали губы. Она все же закрыла лицо руками и тихо заплакала.

Антракс отчаянно выдохнул, не понимая, что с ней происходит. Он мог только смотреть на нее.

Девушка же всхлипнув, прошептала:

— Мне просто страшно. Очень страшно.

Он молчал. Что он мог ей сказать? Он хорошо знал, что мир бывает жесток, что в нем есть чего бояться, но это не изменится, сколько бы она ни дрожала и ни плакала. Ему было горько смотреть на ее слезы, но единственное, что он мог сделать, это дать ей спокойно выплакаться. Ничего иного в голову ему не приходило.

А вот Лилайна видела все иначе. Ее пугали не столько ужасы возможного будущего, сколько чувство собственного одиночества на этом пути.

— Обними меня, — попросила она всхлипнув.

Антракс откровенно не понимал, зачем это нужно и как это может помочь, но отказать все равно не мог. Молча подойдя к девушке, он замер, понимая, что Лилайна сама вцепилась в его рубашку, уткнулась носом в его живот и просто разрыдалась. Почему-то от этого стало больно, но он положил руку ей на голову, скользнул пальцами по волосам, давая ей время.

Впрочем, очень скоро принцесса хлюпая носом и вытирая лицо руками отстранилась.

— Извини, я постараюсь больше так не делать, сказала она, отворачиваясь к столу.

Антракс помолчал немного, затем взял карту и развернул ее перед Лилайной.

— Ты думала о том, что Рейн может дать Эштару? — спросил он, плохо понимая, чем ее можно отвлечь.

— Немного.

Она всхлипнула, еще раз потерла красные глаза, затем гордо подняла голову, стараясь быть серьезной.

— Ты знаешь, зачем твой отец приезжал в Рейн, когда я была маленькой? — спросила она.

— Знаю, — улыбаясь, сказал Антракс, ведь он тоже думал об этом.

Ему нравилось, что она старается искать решения, опасливо, неловко, что было естественно при ее неопытности. Главное, она действительно не сдавалась, хоть и смотрела на него, нервно сжимая маленькие кулачки. Ему нравилась ее внутренняя борьба и, подавляя желание прикоснуться к ней губами, он переходил к делу. Времени было слишком мало, чтобы тратить его на глупости.

Оказалось, что не так уж и сложно договориться принцу Эштара с принцессой Рейна, если речь шла о делах. Не имея богатого опыта, Лилайна не могла с ним спорить, но он заставлял именно ее принимать решения, хоть и доводил его потом до ума, медленно внушая ей каждую деталь.

Обучение принцессы вынужденно ушло на второй план, потому что ее знания не имели бы ни малейшего значения в будущем, если она провалится перед Советом, ведь даже если он договорится с каждым, ее не поддержат, окажись она действительно смешной. Антракс это понимал и не питал никаких иллюзий на этот счет, потому заставил ее долго и упорно писать речь. Лилайне казалось, что этот процесс сведет ее с ума. Переписав все больше дюжины раз, она взглянула на лист полный пометок и исправлений и просто отчаянно взвыла, уронив голову на стол:

— Давай ты сам ее напишешь!

— Нет, — холодно сообщил принц.

Он медленно расхаживал за ее спиной, сцепив руки в замок.

— Она должна быть твоей. Моего слога там быть никак не должно. Если хоть кто-нибудь допустит мысль, что ты говоришь по моей указке, ты проиграла в будущем, даже если сразу тебя поддержат, — пояснил Антракс строго. — Если ты не хочешь, чтобы тебя считали моей марионеткой, сиди и пиши!

Он звучно выдохнул и вновь стал кружить по комнате, словно коршун над долиной.

— Но они же меня на суде видели, — жалобно прошептала Лилайна, не поднимая головы.

Ей хотелось снова расплакаться от всей безысходности собственного положения.

— Видели, — согласился Антракс, вновь останавливаясь. — А еще они знали, что я тебя не трогал, а значит, не повелевал, так что скорее меня сочтут твоей марионеткой, чем тебя — моей, если ты будешь вести себя безупречно.

Лилайне оставалось только вздохнуть, смириться и продолжить работу. Она устала так, что, в конце концов, не в силах даже поесть, мгновенно уснула, хотя утром думала о многом поговорить со своим мужем, а в итоге мирно засопела, пообещав утром начать учить свою речь наизусть.

Утром следующего дня Антракс, который обычно спит до полудня, ложась на рассвете, явился к Лилайне сразу после завтрака. Он тихо зашел в комнату, беззвучно притворяя за собой дверь. Просто он поймал зрелище, которым хотел насладиться.

Лилайна одетая, но все же по-утреннему всклокоченная, с копной светлых волос, непослушно торчащих в разные стороны, ходила по комнате и декламировала собственную речь. Читала она ее, подглядывая в записи, порой запиналась, но все это не могло скрыть ее стремлений. Она была эмоциональна, порою даже слишком, взмахивала руками, местами голос у нее дрожал. Она походила на актрису, репетирующую представление очень близкое ей по духу.

Антракс невольно улыбался, понимая, что именно так ей говорить, конечно, не стоит, но быть слишком холодной для этой девочки будет нелепо. Она должна была быть эмоциональной, искренней, но рассудительной.

Лилайна махнула листком и замерла, увидев принца.

— Я тебя ждала позже, — прошептала она растерянно.

Антракс пожал плечами, улыбаясь, пересек комнату и расположился в кресле, которое считал своим.

— Давай сначала! — скомандовал он, приготовившись слушать.

Принцесса подчинилась, вернула записи на стол и начала, но страсть ее поутихла настолько, что выслушав ее Антракс со вздохом скривился.

— И что это было? — спросил он разочарованно.

Лилайна только опустила глаза, сжимая ткань юбки.

— Зачем ты ее держишь все это время? Отпусти! — велел он. — Это по-детски.

Лилайна только сильнее уцепилась руками в ткань. Ей снова было страшно.

— Ты пять раз укусила губу, — продолжал принц. — Смотришь, как будто жалости вместо помощи просишь. Зачем ты топталась на месте? Давай сначала!

Лилайна вздохнула и начала сначала, старательно выговаривая каждое слово, вздыхала и поглядывала на принца.

Не выдержав, Антракс остановил ее жестом.

— Разве ты не была на публике дома? — спросил он. — Насколько я помню, ты сама открывала бал. Неужели ты вот так это делала?

— Но это был бал, а не это!

Принцесса нервно махнула листами с речью.

Антракс развел руками, не понимая разницы.

— Ну да, тон должен быть другой, но манеры-то нужны те же. Давай, сначала!

Он устроился поудобнее.

Лилайна выпрямилась, сложила руки, прикрыла глаза и хотела начать, но принц снова вмешался.

— Голову выше подними.

Она послушалась.

— И чуть повернись. Так. Посмотри на меня.

Он улыбнулся, замечая, как легко она его слушает, даже не задумываясь.

— Вот так хорошо. Кажется, что ты можешь и слукавить, но так и быть, делать этого не станешь. Давай!

Он одобрительно махнул рукой, но принцесса вдруг заговорила дрожащим голосом, готовым сорваться в рев, сказала пару фраз и резко отвернулась.

— Ну что на этот раз? — спокойно спросил Антракс.

— Да ты один страшнее всех моих подданных! — стараясь не расплакаться, заявила Лила.

— Удивила, все знают, что я рожей не вышел.

Но принцессе было не до шуток.

— Я не смогу перед ними говорить, — призналась она.

— Ну ладно, — внезапно согласился Антракс.

Лилайна выдохнула с облегчением, но он заговорил вновь:

— Подождем недельку, может две — Рейна не станет, и ты совсем расслабишься.

Она обернулась, сжимая нервно кулаки, но не находила слов.

— А что ты смотришь на меня? — спросил Антракс. — Это все не я придумал, так что смирись.

Лилайна выдохнула, опуская голову, но Антракс продолжал, внезапно меняя тему:

— Как ты разговаривала со слугами?

Она посмотрела на него растерянно.

— Так же как с Велианом?

Принцесса испуганно кивнула.

— Так!

Антракс недовольно скривился, сложил руки на груди и явно задумался.

— А ну прикажи мне принести вон ту вазу, — внезапно велел он уверенным тоном.

Лилайна растерянно посмотрела на него, потом на вазу, затем испуганно на него, не понимая, что происходит.

— Давай, это важно, — поторопил Антракс.

— Принеси мне ту вазу, — робко попросила она.

— Уже побежал, — иронично отозвался принц.

Лилайна встрепенулась.

— Принеси мне вазу!

Она повысила тон, стала уверенней, но Антракс только смотрел на нее, не двигаясь с места.

— Принеси мне вазу, немедленно!

Но он снова не шелохнулся.

— Принеси мне фарфоровую вазу!

Снова ничего.

— Я приказываю тебе принести мне вазу! — она почти закричала, но он продолжал смотреть на нее с явным скептицизмом.

Принцесса отчаянно выдохнула, закусила на миг губу и, тут же надув губки, посмотрела на него умоляюще.

— Ну, пожалуйста.

Выражение его лица изменилось. Он отвел взгляд, кашлянул в кулак и произнес:

— Если ты так будешь просить слуг, я тебя убью.

Выдохнув и снова став серьезным, он тихо заговорил:

— Когда мне было пятнадцать, отец отдал мне северное крыло, и я не мог им управлять. Меня слушали только те, кто служил моей матери, принимая мои приказы скорее из уважения к ней, чем ко мне. Никто в этом мире не рождался с умением руководить. Это опыт и уверенность в своих силах. Совет должен понять, что ты из тех, кто отдает приказы, даже если им ты приказать не можешь.

Лилайна смотрела на него внимательно. Она не совсем его понимала, скорее, чувствовала смысл его слов.

— С этого дня будешь учиться мне приказывать, должен хоть кто-то тебя этому учить. Впереди у нас два дня. Как хочешь, но через два дня ты должна быть уверена в том, что ты можешь смотреть сверху даже на Мэдина, который непременно скорчит рожу.

Лилайна невольно усмехнулась, понимая, что это едва ли шутка.

В этот момент дверь приоткрылась и в комнату заглянул молодой мужчина и растерянно огляделся.

Антракс жестом попросил Лилайну отступить и заговорил первым:

— Что случилось, Дем?

Тот, кого назвали Дем, растерянно посмотрел на принца, явно впервые видя его без маски. Последнее время Антракс все чаще изменял привычкам: не ходил с тростью, не прятал руки под перчатками, а тут еще и снял маску, но его голос и манера говорить, не выражая никаких эмоций, всегда выдавали его. И молодой человек, проскользнув в комнату, не сомневался в том, кто перед ним.

— У нас маленькое происшествие, — проговорил, наконец, Дем несмело.

Он не был эштарцем. Это читалось в его худощавом телосложении, бледноватых губах и в волосах с каштановым отливом. Да и манеры у этого человека были не эштарские. Он кланялся как житель долины и не имел смелости, чтобы открыто говорить с принцем.

— Неужели новенький? — задумчиво прошептал принц и махнул рукой, явно позволяя что-то не озвученное.

Дем открыл дверь, открывая виду стражника, державшего за шиворот беловолосого мальчишку, тот уже не брыкался и не дергался, только смотрел злобно по сторонам. Стражник, не церемонясь, толкнул ребенка в комнату так резко, что сделав пару шагов, мальчик упал на пол перед Антраксом.

— Конор, верно? — уточнил принц, не полагаясь в таких вопросах на память, ведь порою она его подводила.

Мальчик поднял на него глаза, щурясь. Ему хватило и одного синего глаза, чтобы узнать человека в маске. Понимая, кто перед ним, мальчик оскалился и медленно встал.

— Ну и что он натворил? — спросил принц у Дема.

— Напал на Ширата, — ответил молодой человек тихим шепотом, словно сам факт такого происшествия казался ему невозможным.

Конор, встав на ноги, остался на месте, но глаз с принца не сводил.

— И как тебе пришло это в голову? — спросил спокойно Антракс у ребенка.

Мальчишка не ответил, только смотрел на него все теми же дикими глазами.

— Давай сначала: когда ты пришел сюда, тебя вымыли, одели, накормили, как я и велел, верно? — уточнил принц.

Мальчик молчал, однако он действительно был одет в новую белоснежную безрукавку и короткие штаны, а его белые волосы были аккуратно зачесаны назад.

— И сегодня хоть ты и оказался среди других учеников Ширата, он не задавал тебе вопросов и предупредил, что ты на вольном посещении для начала, правильно?

Мальчик молчал.

Тогда Антракс обратился к Дему:

— Я ведь правильно понимаю, что вы ничего не нарушали?

— Нет, хозяин, разумеется.

Вырвавшееся обращение из уст молодого человека заставило мальчика оскалиться. Принц же снова смотрел на него.

— Объясни мне, что произошло. На объяснения я явно имею право.

Мальчик перестал скалиться, хотел что-то сказать, но только крепче сжал губы.

— Дем?

— Шират ударил Ден-Ли, а этот тут же набросился на него.

— Ден-Ли опять глупостями на занятиях занимается? — спросил Антракс, не сводя глаз с Конора.

— Он складывал журавликов из листов с задачами.

Антракс, узнавая в подобной выходке сына Лени, вполне понимал, почему мальчишка мог получить указкой по спине от своего наставника. Для принца было все логично, даже реакция Конора, которую он, правда, не ожидал.

Он встал, жестом что-то прося у Дема и тут же сделал шаг к мальчику. Тот не шелохнулся, только внимательно смотрел, как Дем подал принцу ту самую указку из светлого дерева.

— У тебя дома был отец? — спросил Антракс, покручивая эту указку в правой руке и глядя на нее, а не на мальчика.

— Только дядя, — глухо ответил Конор.

— А он тебе никогда не говорил, что порой взрослые наказывают мальчишек вроде тебя, чтобы научить их чему-то?

Лилайна, наблюдавшая за всем этим, невольно шагнула к принцу.

— Не надо, — прошептала она, догадываясь, что собрался делать Антракс.

Принц посмотрел на нее с явной неохотой.

— Можешь отвернуться или даже выйти, но не вмешивайся, — сказал он негромко, но жестко и тут же посмотрел на мальчика. — Вытяни правую руку, — велел он мальчишке.

Мальчик посмотрел на него виновато, но руку спрятал за спину.

— Я тебе уже простил один раз, — холодно ответил принц. — Ты этого явно не оценил, а за свои действия нужно отвечать, так что выбирай: или ты сам или я прикажу стражнику тебя держать.

Его голос не был жестким, скорее спокойно-снисходительным, но мальчик, видевший вчера кнут в руках этого человека, зажмурился с ужасом, но все же протянул вперед дрожащую руку.

Антракс неспешно замахнулся, а Лилайна все же бросилась к нему, хватая его за руку.

— Не смей! — вскрикнула она.

Антракс замер, взглянув на нее, как на недоразумение.

— Ты не будешь его бить! — уверенно заявила Лилайна.

Антракс смотрел на нее, изучая внезапную смелость, как природную аномалию. Он не пытался освободить руку, замер, просто наблюдая, как она уверенно забирает из его руки указку. Он едва заметно прищурился, но не стал ей мешать. Он посмотрел на мальчика. Растерянный Конор смотрел на него, машинально прижав к груди руку. Он явно понимал, что сделал глупость, понимал, что виноват, но как все нормальные дети боялся наказания.

Антракс прищурился и быстро без замаха шлепнул мальчишку по щеке левой рукой. Лилайна вскрикнула, а мальчик осел на пол, прижав к горящей щеке руку, не рухнул от сильного удара, а просто осел от страха из-за подкосившихся ног.

— Больше никогда не смей трогать моих людей! — грозно сказал принц, возвышаясь над ребенком. — Если это еще раз повторится, я тебя просто выгоню, ясно?

Теперь он говорил почти металлическим тоном, перехватывая руку Лилайны, которая пыталась шевельнуться.

— Я не слышу ответа, — буквально сквозь зубы проговорил Антракс, силой опуская руку принцессы и заставляя ее скрыться за собственной спиной.

— Простите, — дрожащим голосом произнес мальчик, прижимая к груди колени. — Простите, я просто...

Он внезапно для самого себя заплакал. Заплакал впервые за все то время, что не видел свободы, только теперь признаваясь самому себе, что он напуган, что он устал, что у него просто нет сил бороться со всем миром.

Антракс хмыкнул, быстрым шагом прошел к потайной двери, утянув с собой принцессу, а потом быстро вытолкнул ее в сад. Она даже хотела что-то возразить, но дверь захлопнулась и не поддалась. Она не могла открыться из-за маленькой тумбы, которую принц небрежным движением пнул прямо под дверцу.

Он мгновение молчал, издали глядя на ребенка, а потом все же подошел. Конор уже не плакал, ему хватило короткого приступа слабости, чтобы теперь закрыть лицо руками от стыда.

— Простите, — шепнул он жалобно, видя, что принц снова рядом.

— У Ширата будешь прощение просить, — ответил ему на это Антракс и посмотрел на молодого человека. — С ним, кстати, все в порядке?

— Этот малый ему лицо поцарапал.

Ребенок испугавшись этих слов, закрыл голову руками.

— Успокойся, — сказал ему Антракс. — Можешь идти. Вэрд, проводи его, — велел он стражнику и жестом подозвал Дима, собираясь с ним поговорить.

Молодой человек быстро подошел, почти подбежал к принцу, спешно кланяясь.

Антракс, отвернувшись от двери, дождался когда они останутся вдвоем, а потом спросил:

— Его осмотрела Лен-Фень?

— Разумеется, — тихо ответил молодой человек. — У него много мелких травм, ссадины, синяки, но ничего серьезного.

— Ничего? — переспросил принц, стукнув задумчиво пальцем по столу.

— Она уверена, что они его только пугали, но не насиловали, — машинально оглядываясь, ответил Дим.

— Хорошо, — протяжно проговорил Антракс, размышляя над судьбой этого ребенка.

— Его выпороть? — все же спросил напрямую Дим, с явным сомнением.

— Нет, ты что, — хмурясь, ответил принц. — Это бесполезно, да и пусть у него эти синяки сначала заживут.

Дим закивал, снова кланяясь.

— Дай ему возможность при желании побыть наедине, — сказал Антракс. — Ему нужно время чтобы успокоиться, а там посмотрим. У тебя есть еще вопросы?

Он посмотрел на молодого человека, тот отрицательно покачал головой, странно поглядывая на принца. Антракс понимал причину этого взгляда, но делал вид, что ничего не произошло, жестом позволяя молодому человеку удалиться.

Оставшись один, он устало выдохнул и отодвинул тумбу от маленькой дверцы. Та тут же открылась по воле разгневанной Лилы.

— Ты...! Ты! Как ты мог!? — вскрикнула она, влетая в комнату.

— Заткнись, — шикнул на нее Антракс, наблюдая, как дверца сама закрывается.

Лилайна замерла и обернулась на принца, который так и стоял глядя на потайную дверцу.

— В следующий раз, когда решишь выдать подобную чушь, — проговорил он сквозь зубы. — Лучше просто выйди вон.

— У нас с тобой договор! — внезапно заявила Лилайна.

Антракс медленно обернулся и взглянул на нее, хмурясь.

— Ты в этом договоре сам обещал выполнять мою волю до самой коронации!

Принц улыбнулся, криво дернув правым уголком губ.

— Я не позволю тебе издеваться над детьми, еще и в моей комнате, — продолжала принцесса, которую откровенно трясло от гнева. — Сколько раз ты уже лупил этого мальчишку, что он весь в синяках?

Антракс не ответил, сделав к ней шаг, но Лилайна продолжала:

— Тебе так нравится издеваться над слабыми?! Что это за...

Она не договорила, потому что он схватил ее за руку и притянул к себе, чтобы взглянуть на нее сверху.

— По законам Эштара, я имею полное право убить свою жену за подобные слова, — проговорил он совершенно ледяным тоном.

Он смотрел в ее глаза, горящие, решительные. Его же взгляд становился стеклянным.

Коротко сжав ее запястье, он расслабил пальцы.

— Дура.

Сказав одно только это короткое слово, Антракс вышел, хлопнув дверью, не желая больше видеть свою жену.