15

Кнессия Бланшета Эмерли Ещё одна ночь прошла для меня ужасно, полная тяжёлых дум, беспокойства и раздражения. Раздражение, конечно же, было связано с Дирк-ар-Торном и его отвратительным поведением. Я даже отправила королеве Элиане жалобное письмо. В нём слёзно попросила как-нибудь приструнить распоясавшегося вояку. Ответ получила тем же вечером, и ничего хорошего в нём не было. В своем послании Её Величество снисходительно посоветовала «набраться терпения, усмирить своевольный ведьминский характер, стать мудрее и гибче». После прочтения письма я чувствовала себя нагадившим на ковре котёнком, которого натыкали мордой в его безобразия. Ужасно неприятно и... Неприятно! И от этого моя ненависть к генералу стала только сильнее! Ещё меня раздирали противоречия: как быть с лечением его ноги? Я ведь пригрозила, что и пальцем не пошевелю, пока браслет будет на моей руке. И слово должна держать, или я не ведьма! Но дать его ноге сгнить, зная, что могу легко помочь, мне совесть не позволяла. Вот и томилась я половину ночи, придумывая, как выкрутиться из этой ситуации. Правда, кое-какая польза от этих дум была: решая свою нравственную дилемму, я почти не думала о Луциане Гримхарте. Хотя думать о нём было нужно… Разговор, а, точнее, допрос генералом господина Клауса подтвердил мои предположения насчёт письма, отправленного Луцианом. «Милый» родственничек зачаровал его на мою ауру и оплатил отправку по всем (всем!) почтовым отделениям Агера и соседних королевств. В каждом из них письмо лежало две недели и ждало моего появления поблизости. Не дождавшись, отправлялось дальше. Так оно добралось до почтового отделения вблизи пансиона. И как только рядом с письмом появился отголосок моей ауры, имя адресата проступило на конверте. Одновременно отправителю пришло оповещение, что получатель, то есть я, найден. Как рассказал господин Клаус, это случилось два дня назад, когда на магопочте нашего городка появилась моя помощница. Мистресс Талула спешила получить свои вечные чулочки (ну почему бы им не прийти на неделю позже!), и принесла на себе следы моей ауры. Письмо активировалось, на конверте проступила надпись "Бланшетте", даже без фамилии. Но так как поблизости проживала лишь одна дама с таким именем, решили, что речь обо мне, и моя помощница принесла его в пансион. На следующий день Луциан Гримхарт прибыл в Агер вместе с дипломатической делегацией. И теперь только вопрос времени, когда он придет за мной. А он непременно придет: лучший некромант нашего мира не остановится ни перед чем в своей жажде получить мою магию. Магию, которая сделает его не просто всесильным: она сделает его практически бессмертным… *** Дикарь, грубиян и прочее… генерал Дарий Дирк-ар-Торн Ну что же, дорогуша кнессия Бланш, вот вы и попались! Теперь понятно, что вас так перепугало при виде посла из Странсии Луциана Гримхарта. Значит, этот поганый подниматель трупов имеет к вам какой-то очень сильный интерес? Осталось выяснить, какой именно... Но это не так уж сложно: кроме мерзких верблюдов, в Странсии мне довелось познакомиться ещё кое с чем. И с кое-кем… Я дошёл до письменного стола и достал из ящика «Зеркало Теней». Не самое подходящее название для магического коммуникатора, но изготовивший его артефактор всегда был больши́м оригиналом. Главное, функционал устройства безупречен: зеркальная поверхность, обрамлённая обсидианом, позволяла связываться с любым, чьё истинное имя тебе известно. Причём тому, с кем связываешься, даже не нужно иметь своё «Зеркало Теней» – вызов и моё изображение сформируются в воздухе перед ним. Первым я вызвал короля. — Нужна информация, — начал, когда в зеркальной дымке появилось его усталое лицо. — Дарий, ты не забыл, что я монарх, а не твой личный справочник? — пробурчал Рамстил. — Житья от тебя не стало в последнее время. Не обращая внимания на королевское недовольство, я задал свой вопрос: — Рам, что тебе известно о кнессии Бланш Эмерли? В первую очередь о её связях со Странсией? И почему во главе дипмиссии из этой страны к нам заявился Луциан Гримхард? Давно некромант заделался дипломатом? Рамстил с досадой вздохнул: — Начну со второго вопроса. Гримхарда назначили главой дипмиссии буквально в день визита. Почему – понятия не имею, меня это не интересует. Дальше, твоя учительница этикета… О ней поговори с моей женой – это Элиана знала мать и дружила с тёткой Бланшетты. Я их вообще не помню и саму Бланш увидел только три года назад. Рам отключился, потребовав на прощание, чтобы в ближайшую неделю я его не беспокоил и сосредоточился на изучении этикета. Королева Элиана мой вызов отклонила, что вызвало у меня новые вопросы о её отношении к белобрысой кнессии Эмерли. Ну что же, обойдусь и без монаршей информации. Тем более, разговор с директором почты дал мне отличную зацепку. Особенно его слова: «…письмо было зачаровано на ауру получателя… И активировалось при контакте с отголосками…» Отголоски. Не сама аура, а её след. Как, если бы… Я схватил перо и бумагу и торопливо набросал три послания. Одно своему осведомителю в Странсии. Второе – архивариусу в столице. Третье — своему приятелю, тому самому артефактору, который сделал для меня «Зеркало Теней». Запечатал и забросил конверты в магическую почтовую шкатулку. Ответы пришли через час. Прочитав их, я довольно ухмыльнулся, как кот, утащивший все сливки из королевской кухни – вот оно! Откинулся на спинку кресла и произнес вслух, словно меня могли услышать: — Ну что же, кнессия Бланш… Теперь вы точно попались, — и добавил, обращаясь к её мысленно нарисованному портрету: — Ты так самоуверенна, дорогуша, и так яростно ненавидишь меня, что даже не поняла: сегодня после занятия я застегнул на твоём запястье не тот браслет, что перед этим снял. Новое «украшение» не блокирует твою магию, но создаёт видимость блокировки. И у него есть одно интересное свойство, о котором тебе знать пока не следует, потому что… Потому что тогда ты точно меня прибьёшь… Чувствуя, как моё настроение с каждой секундой улучшается, я по привычке потёр раненую ногу, которая почти перестала ныть, и поднялся с кресла. Надо идти спать – ночь уже давно накрыла собой мир. Утром меня ждет кошмар похлеще любого сражения с тварями Бездны – урок комплиментов. И чтобы не назвать кнессию Бланш «сияющей, как начищенная медная кастрюля» или «стройной, как боевой конь на водопое», нужно хотя бы выспаться. Я потянулся, чувствуя, как в груди вздыхает и ворочается дракон – что, друг, и тебе не дают покоя мысли о гадостях, которым учит нас белобрысая ведьмочка? Терпи, недолго осталось! Завалившись в кровать, я мысленно пожелал нахальной, ловко прячущей свои секретики кнессии: «Спокойной ночи, дорогуша. Мечтай этой ночью о чём-нибудь милом. Например, о том, как я завтра научусь говорить тебе что-то, кроме: "Вы живы? Отлично, продолжайте в том же духе“». Уснул с довольной ухмылкой: искусство светской лести – это потяжелее любой военной кампании. Но, кажется, я понял, как ее выиграть.