27

Королевский дворец. Дарий Дирк-ар-Торн — Она мне отказала! — проревел я, врываясь в кабинет Рамстила. — Кто? — спокойно уточнил он, откладывая перо и делая знак секретарю оставить нас. Пожилой мужчина подхватил папки с документами и, опасливо на меня оглядываясь, посеменил к выходу. Я прошагал к креслу у окна и обвалился в него. Сжал подлокотники так, что дерево затрещало, и выдохнул: — Бланшетта! Отказалась выходить за меня замуж! Рам с интересом на меня уставился и протянул, насмешливо округлив глаза: — Да-а ты что-о? Наверняка после этого ты откусил ей голову? Я возмущенно покосился на него. — Издеваешься? — Вовсе нет. Но, зная твои методы решать вопросы, могу предположить всё что угодно. — Не путай войну и врагов с… Бланшеттой! Рамстил ничего не ответил, с интересом изучая мою физиономию. Я продолжил калечить подлокотники кресла и переваривать своё возмущение. — Чем она аргументировала свой отказ? — нарушил тишину Рам. — Сказала, что о таком муже, как я, может мечтать только совсем отчаявшаяся леди. А она до такого состояния ещё не докатилась, — пробурчал я недовольно. — Кхе-кхе… — радостно закашлялся дорогой родственник. — По спинке постучать?! — заботливо поинтересовался я, снова начиная звереть. — Весело тебе?! — Что ты! Это я сочувствую тебе от всей души, — просипел Рам и захохотал. Отсмеявшись, позвонил в колокольчик, вызывая слугу. Через несколько минут на столике у кресла стояла высокая бутыль из тёмного стекла и пара бокалов. Рамстил неспешно наполнил их густой темно-золотистой жидкостью и очень серьёзно произнёс: — Итак, генералу Дарию Дирк-ар-Торну, герою войны, герцогу, кузену короля, богачу и самому завидному жениху королевства отказали. И кто?! Отказала никому неизвестная, неродовитая и бедная, как храмовая мышь, леди. Предлагаю отметить это событие! Хмыкнув, я поднял свой бокал и отсалютовал им другу: — За леди Бланшетту! — За неё! Некоторое время мы сидели, потягивая напиток и размышляя каждый о своём. Я пытался понять, когда моё отношение к Бланшетте изменилось? Как раздражение и бешенство, которые мелкая дерзкая кнессия вызывала у меня в первые дни знакомства, переросли во что-то другое? Думал о том, почему при виде её сегодняшних слёз испытал жуткое чувство вины, хотя не должен был. Всё, что я делал, было сделано для её безопасности. И окажись на месте Бланш кто-то другой, мне было бы все равно, какие чувства вызывают мои методы. Главное – результат! Да, в подобных случаях мне плевать на всех. Но не на Бланшетту и её слёзы… Ещё я спрашивал себя, почему её категоричный отказ от моего предложения о браке, вызвал... Не злость, не возмущение — они появились позже. Ее отказ вызвал у меня разочарование. Странное чувство, которое надо проанализировать… Из задумчивости меня вывел голос Рамстила. — Луциан Гримхарт попросил у меня аудиенцию, как ты и предполагал. — Что хотел? — Леди Бланшетту Эмерли в жены. — Рам отсалютовал мне бокалом. — Леди популярна, как я вижу. Может, она отказала тебе, друг мой Дарий, потому что в её сердце засел этот полудохлый некромант? — Тоже заметил, что он полутруп? — спросил я, игнорируя предположение, что у Блани могут быть чувства к этому поднимателю мертвечины. — Магия у нас с тобой родственная, хотя мне достались только отголоски дара нашей прабабули. Но даже этого мизера хватило, чтобы увидеть, что Луциан Гримхарт сильно ослаблен, — задумчиво проговорил король. — Ещё некромант попросил у меня доступ в пансион, где работает Бланшетта – хочет сделать ей официальное предложение руки и сердца. По крайней мере, так он сказал. Дескать, они давно влюблены друг в друга, но некоторое время назад поссорились. Бланшетта не отвечает на его письма и старательно игнорирует. А он прямо до смерти хочет вымолить её прощение и отвести в храм… — Урод, — прокомментировал я. — В храм он хочет… Только в какой, интересно? И насчет «досмерти» - тут прямо в точку. Насколько я понял, некромант баловался чем-то очень опасным. Какими-то предельными экспериментами с темной силой. Они его и довели до теперешнего состояния. — Возможно, я эти вещи не вижу, как ты знаешь. Но твоему экспертному мнению вполне доверяю. В общем, я не сказал ни да, ни нет, как ты и советовал. Но Гримхарт выразил надежду получить мой ответ завтра. Что мне ему ответить? - Рамстил смотрел на меня вопросительно. — Ответ получит. Позже скажу тебе, что ему предложить, — ответил я, отставляя бокал и поднимаясь. — Прости, покину тебя – мне надо повидаться кое с кем… *** Его Величество Рамстил Первый неспешно шёл по коридору дворца. Задумавшись, почти не замечал кланяющихся ему придворных и вытягивающихся по струнке стражников. Рассеянно кивнув присевшим в реверансах фрейлинам, зашёл в гостиную супруги. Королева Элиана сидела на низеньком диванчике возле окна и читала. Отложив книгу, протянула мужу руки. — Дорогой! Есть новости? — Дарий сделал предложение Бланшетте, — ответил король, садясь с ней рядом. — Неужели она его приняла? — на губах королевы заиграла тонкая улыбка. — Отказала. Да так, что Дарий прилетел во дворец, едва не испепелив всё на своём пути, — кивнул король. – Ну ещё бы, так пройтись по его самолюбию, — фыркнула королева. — Он не откусил Бланшетте за это голову? — Я спросил Дария о том же, и за это он чуть не откусил голову мне, — засмеялся король. Но тут же сделался серьёзным. — Знаешь, мне показалось, он был в таком состоянии вовсе не из-за ущемленного самолюбия… — Думаешь, влюбился? — Стопудово запал на неё! Втрескался, втюрился по самые уши, как говорит наша младшая невестка! — король радостно захохотал. — О да, Клэриси умеет подобрать точные определения! — королева довольно вздохнула. — Не устаю благодарить всех драконьих богов, пославших её нашему Трэвису… — Богов или меня? Вообще-то, если бы не мой приказ, вряд ли наш сын сбежал бы в ту академию…(*) — Конечно, в первую очередь тебя, дорогой! — нежно улыбнулась королева. — Послушай, у меня есть кое-какие мысли в отношении твоего кузена и Бланшетты… Я знаю, как помочь Дарию.