Глава 17

Лейла Мариотт

Глаза открылись сами собой, и я уставилась в потолок. Не сразу узнав комнату в доме дракона, я некоторое время пыталась вспомнить события прошедшего дня и сообразить, какие дела ждут меня в течение дня. А потом на меня свалилось осознание всего ужаса произошедшего.

Первым делом я ощупала себя и застонала: одежды на мне никакой не было. Рядом с кроватью стоял тазик с водой, а на спинке стула аккуратно висело полотенце. Я помнила встречу с Аркейном, но вот чем она закончилась — всё было в тумане. Какие-то звуки, вспышки — и никакой целостной картины.

Я села в кровати. В голове немного шумело, но в целом состояние казалось вполне сносным. Вот только не оставлял вопрос: кто меня раздел? Я сама? Если да, то в каком же я была состоянии? А если нет?..

Протяжно вздохнув, я попыталась встать. Тело не совсем слушалось. Меня пошатывало, но я всё же накинула на себя платье, которое определила домашним, и спустилась на первый этаж.

С кухни доносились характерные звуки и ароматы. Должно быть, Рик готовил завтрак, а значит, время было ещё раннее. Но, спустившись на первый этаж, я с удивлением обнаружила, что первая пара давно началась, а куратор при этом всё ещё находился дома.

Заходить на кухню было немного боязно. Хотя мы хорошо провели время в “Лунном Свете”, я всё ещё сжималась, ожидая резкой смены настроения куратора. Поэтому остановилась ненадолго в дверном проёме, зная, что чуткий драконий слух наверняка уловил мои шаги, а нос — запах. Выждав немного и не дождавшись никакой реакции, я прошла в кухню и осторожно села на край одного из стульев, сложив руки перед собой.

В этот момент дракон развернулся на месте и одним движением поставил передо мной тарелку с двумя пышными, источающими пар и сладкий аромат блинчиками. Затем он поднёс небольшую креманку, из которой полил блинчики тягучим сиропом с тонким фруктовым запахом.

Я прочистила горло, пытаясь нащупать собственный голос. Дракон почему-то молчал, словно дулся на меня, но чай налил, а потом поставил на стол ещё одну порцию блинчиков.

— Что произошло вчера вечером? — чуть хрипло спросила я.

— Вы меня ослушались, забыли про микстуру, попали в руки какой-то банды и потеряли сознание от резко поднявшейся температуры, — коротко отрапортовал он.

Я поморщилась. Значит, мне это всё не приснилось.

— Простите, — тихо сказала я. — Не нужно было выходить. Надо было дождаться вас.

Он странно на меня посмотрел и вернулся к плите, молча продолжив печь толстые, нежные блинчики.

— Мы… ждём гостей? — осторожно спросила я.

— Ешьте, — бросил дракон через плечо. — Вчера ваш организм был на грани истощения. Сегодня вам нужно восстанавливаться.

— Я… нормально себя чувствую.

— Пока действует микстура.

— А… а вам не пора на работу? Ведь рабочий день уже начался.

— Сегодня я останусь с вами, мисс Мариотт, и прослежу за вашим состоянием. На ваше счастье, у меня выходной. Иначе вы бы уже лежали на койке в больничном отделении академии. А там паршиво кормят.

Я смущённо потупилась.

— Понятно, — выдавила я, ковыряя край блина. А потом склонила голову, снова посмотрев на дракона. — Почему вы мне вчера не сказали про микстуру?

— Я оставил вам записку. К тому же, не рассчитывал, что вы сбежите. И когда пошёл, чтобы напомнить вам о ней, вас уже и след простыл.

Я повела головой, пытаясь связать концы с концами.

— Но вы могли дать мне микстуру в трактире.

Он обернулся и внимательно на меня посмотрел.

— В каком трактире?

— Что значит — в каком трактире? — совсем тихо спросила я.

Наши взгляды встретились, и в кухне воцарилась тишина, нарушаемая только шипением масла на сковороде. Не знаю, о чём думал он, а у меня в голове крутилась одна и та же мысль: “Запах табака”.

— Вы… курите? — с трудом проговорила я, наблюдая за реакцией. Дракон едва заметно поморщился.

— Ненавижу запах табака. И учтите, если я почувствую, что вы курили…

Я решительно встала, подошла к дракону и, схватив его за отоворот рубашки, прижалась носом к ткани. Долго, протяжно вдохнула, втягивая аромат моющего средства, раскалённого металла и дымки. Лёгкая морозная свежесть ощущалась совсем едва, но опеределённо присутствовала.

Это был не он.

Не он.

Кто?

Кто?!!

Я смотрела на куратора расширившимися от ужаса глазами, он отвечал мне напряжённым, непонимающим взглядом.

И тут тишину нарушил щелчок двери в глубине дома и мужской голос:

— Бро, я воспользовался твоим лосьоном после бритья, и он почти кончился. Сегодня вечером принесу новый. Тебе такой же купить?

Из-за поворота коридора в кухню вошёл… ещё один Рикард. На его бёдрах было повязано белое полотенце, а вторым он лениво тёр мокрые волосы. По широким обнажённым плечам и груди скатывались капли воды, оставляя за собой влажные дорожки.

Он поднял взгляд на нас и замер, наклонив голову к полотенцу. Я всё ещё держала куратора за отворот рубашки и, осознав неоднозначность позы, в которой застыла, резко отпрянула от него.

— О, — сказал Рикард-номер-два. — Кажется, я прервал… какой-то важный разговор?

— Оденься, Рик, — холодно сказал Ри… стоп.

Я переводила взгляд с одного на другого. Одинаковые лица, одинаковые глаза, одинаковое телосложение — они были как две капли воды.

— Что, боишься, что ей понравится? — невинно поинтересовался тот, что только вышел из душа. Он продолжил вытирать волосы, даже не думая уходить. — Не бойся, если уж я ей понравлюсь, то и ты — тоже.

Я почувствовала, как кровь начала приливать к щекам. Медленно разум возвращался ко мне, и всё начало вставать на свои места. Одинаковые — но с разным запахом. Так похожи — но поведение разнится так, будто между ними нет ничего общего. А ещё, Лана Ли упоминала, что у куратора есть брат.

Вот только она не сказала, что этот брат — идентичный близнец.

Злость вспыхнула в моей груди так ярко, что я быстрым шагом покинула кухню, взбежала по лестнице и, влетев в свою комнату, так хлопнула дверью, что она едва не слетела с петель.

Но этого оказалось мало. Поэтому я вышла, спустилась обратно вниз и, вернувшись в кухню, по очереди влепила каждому по пощёчине.

— Вы… — процедила я, потрясая перед собой указательным пальцем. Но не нашла слов, чтобы описать свой гнев, и потому молча, печатая шаг, ушла в ванную комнату.

Рикард Артас

Я тихо присвистнул и потёр щёку. Лейла хоть и не была драконицей, но умела сделать такую отмашку, что кожа буквально горела после её удара.

— Кажется, мне надо было раньше выходить, — заметил я. — Теперь она меня к себе на расстояние плевка не подпустит.

Дрейк только хмуро глянул на меня, но ничего не сказал. Он всегда так делал, когда злился и не хотел, чтобы я это заметил. Но мы знали друг друга слишком долго, чтобы утаить хоть что-то.

— Да ладно, не дуйся, — продолжил я, опершись о дверной косяк. — Я ж не виноват, что ты забыл ей представиться при встрече. Сам виноват.

— Замолчи, — буркнул он, наливая себе кофе.

— О, значит, ты согласен, что это твой косяк, — не отставал я, наблюдая, как он слишком сосредоточенно размешивает сахар. — Мог хотя бы сказать: “Привет, это мой брат, не пугайся, если он будет шляться по дому в полотенце”.

— Рик, — процедил Дрейк, повернувшись ко мне. — Ты опять за своё?

Я пожал плечами:

— Мне показалось забавным поиграть в сурового куратора. Она с таким благоговейным страхом на меня смотрела, будто я её сожру. Скажи спасибо: благодаря мне она не считала тебя конченным злодеем.

Дрейк бросил на меня свой самый уничижающий взгляд, и я развёл руками:

— В любом случае, теперь она будет шарахаться нас обоих, пока не выберет, кто больший идиот. Как обычно, в общем.

— Ты ведёшь себя, как ребёнок, — буркнул Дрейк и сел за стол. Потом указал подбородком на третью тарелку. — Ешь давай и проваливай.

— Я-то веду себя, как ребёнок? А не ты ли за ней бегаешь по всему городу, как собачка? Я ведь был вчера с ней в “Лунном Свете”. И видел, как ты её забрал. Полночи потом оформлял переломанных тобой “псов”.

— Это были “псы”? — Дрейк поднял на меня взгляд.

— Ага, которые “лютые”. Все сейчас в изоляторе, может парни выбьют из них какую годную информацию.

Дрейк резко встал, склонился над столом и, схватив меня за волосы, резко дёрнул на себя. Я в ответ поймал его за руку и надавил на болевую точку, заставив его пальцы разжаться. А когда брат попытался схватить меня другой рукой, перехватил его за запястье. Мы замерли, глядя друг другу в глаза.

— Ты был там, — процедил он, — и позволил им ранить адептку Мариотт?

— Всего лишь царапина, — ответил я. — Меня вызвали принять контрабанду в порту. Пришлось отлучиться. Я велел ей ждать меня, и пришёл всего на пару секунд позже тебя.

— У неё вся шея была в крови.

— Они бы всё равно не причинили ей вреда. Невредимая она им нужнее.

— Ты знал, — вдруг выдохнул Дрейк, отпрянув от меня. — Ты знал, что “псы” придут за ней. С самого начала знал!

Я пожал плечами и, сев обратно на свой стул, засунул в рот большой кусок блина.

— Не смей больше… — начал было Дрейк с неприкрытой угрозой в голосе, но тут с улицы донеслась трель: кто-то нажал на звонок за калиткой. И брат, наградив меня испепеляющим взглядом, покинул кухню, чтобы посмотреть, кого ещё принесла нелёгкая в его необычно оживлённый дом.

Я проводил его взглядом и, усмехнувшись про себя, продолжил уничтожать свой завтрак. Кто бы там ни был, Дрейку не помешало бы переключиться и немного остыть. А мне действительно пора было поторопиться на службу.

Из коридора донеслись шаги, и знакомый голос заставил меня обернуться.

— О, Рик, и ты здесь! — широко улыбалась Лана Ли, проходя в кухню и бесцеремонно усаживаясь туда, где стояла нетронутая порция Дрейка. — Как здорово, что мы вместе собрались. И приятно, что ждали.

Я чуть не поперхнулся. Увидев лишнюю порцию на столе, Лана решила, что это для неё? Значит, Дрейк должен был знать, что она придёт. Но ничего никому не сказал. Как это на него похоже.

— Здравствуй, дорогая, — улыбнулся я и протянул руку, чтобы потрепать её по щеке. — Какими судьбами?

— До меня дошли слухи о… происшествии, из-за которого Дрейк покинул службу. Я волновалась. А сегодня он ещё и не пришёл на работу, так что я решила выполнить обещание и зашла на чай. Вижу, очень вовремя.

Она элегантным движением отрезала маленький кусочек и в несколько движений съела его. Дрейк, который теперь остался без своих блинчиков, встал у плиты, скрестив руки на груди.

— Что ж, добро пожаловать в наш семейный цирк, — усмехнулся я и сделал глоток кофе. — У нас тут не соскучишься.

Дрейк метнул в мою сторону предупреждающий взгляд, но промолчал, а я сделал вид, что ничего не заметил.

Ещё один кусочек исчез за её пухлыми губками, и Лана закатила глаза, сладостно промычав:

— Ох, Великая Праматерь! Дрейк, это божественно! Узнаю твою стряпню! Если ты всё-таки не хочешь жить с Риком, я согласна с ним поменяться, лишь бы каждое утро есть твои завтраки!

— Поздно, место занято, — ехидно заметил я.

Лана чуть приподняла бровь, повернув голову ко мне, и её улыбка стала тоньше — слишком идеально вежливая, чтобы быть искренней.

— Место занято? — протянула она. — И кем же, интересно?

— Тем, кто умеет ценить его брутальную заботу, — пожал я плечами и сделал невинное лицо.

— Хватит, — вмешался Дрейк, и его голос прозвучал так, что даже я предпочёл промолчать. Он стоял, прислонившись к плите, и смотрел на нас обоих холодно, будто раздумывал, не вышвырнуть ли нас вместе за дверь. Впрочем, скорее всего, именно об этом он и думал. Просто сдерживался.

Лана хмыкнула, отрезая новый кусочек, и повернулась к нему:

— Ты всегда так сердит, когда тебя навещают старые друзья?

— Когда старые друзья появляются без предупреждения, да, — ответил он ровно.

— Без предупреждения? — её взгляд скользнул на тарелку, с которой она только что съела половину порции. — Странно, а я подумала, что ты меня ждал. Мы ведь договорились вчера…

Я не выдержал и прыснул, прикрываясь чашкой.

— Ну, Лана, — сказал я, — если он тебя ждал, то явно не для того, чтобы угостить блинчиками.

Она метнула на меня взгляд, в котором смешались раздражение и ревность, но сдержалась, снова повернувшись к Дрейку.

— Нам надо поговорить, — сказала она мягче, чем прежде. — Наедине.

— Мы можем поговорить здесь, — ответил он, не отводя взгляда. — Рику всё равно.

— О да, — подтвердил я, — мне всегда нравилось наблюдать, как вы выясняете отношения.

Лана открыла было рот, чтобы возразить, но в этот момент в коридоре послышался щелчок двери. И из ванной появилась Лейла. Она была в одном полотенце, длинные влажные волосы рассыпались поверх него, а глаза казались особенно большими и блестящими. При мысли о том, что она, возможно, там плакала, скрываясь за шумом воды, мне стало невероятно жаль эту крошку, и больше всего в тот момент хотелось обнять её и защитить от всего этого мира.

— М-мисс Мариотт? — немного растерянно проговорила Лана.

Я шумно выдохнул и кивнул:

— Как я и говорил, место уже занято.