Глава 18

Лейла Мариотт

Мне нужна была порция ледяного душа, чтобы привести себя в чувство. Потому что внутри колотилось только одно желание: отрезать кое-что этим двоим за пережитое унижение и стыд. Подумать только! Их всё это время было двое! И чутьё не подводило меня, я ведь точно могла определить, кто есть кто, несмотря ни на одинаковые причёски, ни на одинаковую мимику. Да что там, они даже вели себя по-разному! Как можно было быть такой слепой?!

Теперь же всё вставало на свои места. Я быстро сделала соответствующие выводы и мысленно разложила всё по полочкам: один из братьев лишён силы, он — временная замена куратора отделения Артас, строгий и весь из себя правильный, постоянно читающий нотации и требующий, чтобы я была паинькой и хорошо училась. Второй — офицер полиции Саргонов, поймавший меня на краже серентина из лаборатории, шантажировавший меня и делавший грязные намёки. Он же начинал флиртовать при любом удобном случае, что вводило меня в замешательство каждый раз.

Всё это, впрочем, не отвечало на некоторые вопросы. Например, почему куратор подтвердил мои домыслы, что это он подстроил моё поступление? И почему он настоял на том, чтобы я поселилась у него после аварии в общежитии? С этим мне ещё предстояло разобраться.

Сразу после того, как хоть немного уляжется стыд. Бездново дно, я же сама, по своей инициативе, залезла в постель куратора с самыми сальными нам ёками! Не удивительно, что он так злился! Тем более, что если бы инстинкты взяли верх, он мог безвозвратно повредить свои линии силы и лишиться крыльев окончательно.

Я застонала, уткнувшись лбом в стену душевой. Какой же я была идиоткой, когда считала, что он просто играет со мной. Один за другим в памяти поднимались моменты, в которых я выглядела максимально глупо. А куратор… этот чёртов стальной дракон с лицом покерного дилера! Хоть бы раз остановил меня!

— Так он и останавливал, — процедила я, стукнув кулаком по стене.

Можно было долго себя корить и предаваться самоуничижению, но холод уже пробрал меня почти до самых костей, и я выключила воду. Следовало взять себя в руки, вернуться на кухню и извиниться перед обоими за всё то, что я им наговорила… и не только наговорила. Не сгорать же от стыда вечно. Если я хотела избавиться от этого жгучего чувства, надо было встретить его лицом к лицу.

Поэтому я вышла из душа, замотавшись в полотенце. Отжатые, но всё ещё влажные волосы рассыпались по моим плечам, но я не думала о них. Ведь просушить волосы — вопрос лишь одного осторожного прикосновения магии. Ерунда. Пустяк. Вообще всё в тот момент казалось мне пустяками.

Открыв дверь ванной комнаты, я в одних тапочках и полотенце, придерживая его на груди, вышла в гостиную, которая плавно переходила в кухню. За широким дверным проёмом виднелся небольшой круглый стол, а там, на стуле, который занимала я перед тем, как сбежала в ванную, сидела уже знакомая мне женщина.

Это была Лана Ли, заведующая аспирантурой и исследовательскими грантами. Она была ещё красивее и эффектнее, чем при нашей первой встрече: яркие фиолетовые волны пышных волос казались ещё объёмнее, глаза — большими и влажными, а губки — ещё более пухлыми и чувственно приоткрытыми. Она моргнула и чуть повернула голову набок:

— М-мисс Мариотт?

Один из близнецов шумно выдохнул:

— Как я и говорил, место уже занято.

— Прости, — мисс Лана Ли натянула скромную улыбку и повернула голову к другому из близнецов, хотя взгляд был всё ещё прикован ко мне. — Не знала, что у тебя здесь студенческий пансион.

Я онемела. Полотенце внезапно стало казаться гораздо короче, чем раньше, когда я решила, что вполне могу появиться перед очи драконов в таком виде. Жгучее чувство в груди стало ещё острее, и кровь ещё сильнее прилила к щекам.

— Не хотела мешать, — сказала мисс Лана Ли с приторной вежливостью и поднялась из-за стола, со стуком положив столовие приборы на стол. — Полагаю, и завтрак полагался не мне, а вашей “гостье”?

Она так выделила последнее слово, будто вкладывала в него особый смысл. Я вспыхнула и, крепче сжав полотенце на груди, поспешно пояснила:

— Дело в том, что я жила в пятом общежитии, которое сейчас закрыто на деактивацию источника и ремонт. Меня распределили временно жить в этом доме. И простите, что позволяю себе ходить в таком виде по своему дому. Не ожидала, что в рабочее время кто-то будет находиться дома.

— О, действительно, мне пора. И тебе, Ланочка, тоже, — сказал один из близнецов. Приобняв девушку, он повёл её мимо меня к выходу. — Давай всё обсудим позже. Тебя наверняка тоже заждались в академии.

Я проводила обоих взглядом. Стальной дракон по пути подхватил свою рубашку, которая лежала на спинке кресла, и скрылся вместе с Ланой Ли в прихожей, непрестанно что-то шепча ей на ухо.

Как только дверь за ними захлопнулась, я с шумным выдохом уронила голову на плечо и прижалась лбом к дверному косяку. Гладкая поверхность приятно холодила уже обсохшую кожу, и это было особенно приятно, потому как голова начала болеть от всего пережитого.

“Студенческий пансион”, — мысленно передразнила я и поморщилась. Лана Ли показалась мне очень милой женщиной при нашей последней встрече. Но что-то мне подсказывало, что теперь её отношение ко мне в корне изменится.

В кухне повисла гнетущая тишина. Я рискнула бросить взгляд на второго близнеца. Он вернулся к плите и неторопливо продолжил печь блины. Я могла угадать, как крепкие мышцы, скрытые тканью рубашки, перекатывались под кожей его спины, и это зрелище оказалось таким интригующим, что я даже смутилась своей реакции.

— Так, значит… — осторожно начала я. — Вы не Рикард?

Он даже не посмотрел на меня. Перевернул блин, добавил крошечный кусочек масла, приподнял сковороду и поводил ею из стороны в сторону, чтобы нижняя часть блина хорошо смазалась быстро растаявшим маслом. В какой-то момент мне показалось, что он вообще не собирался мне отвечать, и от того видела себя ещё более глупой в тот момент. Стояла перед ним в одном полотенце, как той ночью, когда впервые явилась в этот дом…

Смутившись ещё больше, я отступила назад и собралась было уже подняться к себе наверх, чтобы хотя бы одеться, но куратор вдруг обернулся через плечо, бросив на меня короткий взгляд властных серебристых глаз, и этот взгляд будто заморозил меня. Я только и смогла, что замереть, коротко вдохнув. Внизу живота затрепетали бабочки, и мне трудно было определить, чего в этом чувстве было больше: страха или неловкости.

— Видимо, вы пропустили общее собрание факультета, адептка Мариотт, — сказал он, вернувшись взглядом к плите. — Раз до сих пор не знаете имени своего куратора.

— Я много училась первые дни, — сказала я, склонив голову на бок. — Как вы сами заметили, моя академическая подготовка не соответствует уровню высшей ступени этого учебного заведения. Мне приходилось проводить ночи над книгами, чтобы подтянуть программу. Думаю, теперь вас не удивит тот факт, что на собрании я уснула ещё до того, как ректор закончил вступительную речь.

— Андреас, — сухо сказал он, опустил готовый блинчик на тарелку и выложил две ложки густого теста на сковороду.

Я кивнула. Брат назвал его “Дрейком”, что, судя по всему, было сокращением от полного имени.

— Простите, — едва слышно проговорила я, но чуткое ухо дракона уловило этот звук. Он отложил кухонную лопатку на стол, пристроив её на небольшом держателе, чтобы рабочая часть лопатки была приподнята над поверхностью. Потом тщательно вымыл руки, так же тщательно вытер их чистым полотенцем, аккуратно повесил его на специальную перекладину и, наконец, обернулся ко мне.

— Адептка Мариотт. Что вас связывает с моим братом?

Я всё так же стояла в дверном проёме, не в силах пошевелиться. Сердце забилось быстрее. Что-то странное звучало в голосе куратора, хотя он выглядел совершенно спокойным, и его лицо, как обычно, не выражало практически ничего — кроме, разве что сосредоточенности.

— Н-ничего такого, — выдохнула я, не решившись рассказать о проступке, на котором меня поймал Рикард. — Я встречала его всего раз, случайно, и потом подумала, что вы — это он и…

Запутавшись в собственных мыслях и словах, я стушевалась. Опустила взгляд и невольно закусила губу.

— То есть для вас совершенно нормально набрасываться с обвинениями на дракона, с которым вас ничего не связывает, а потом являться ночью в его постель?

Он произнёс это, а на лице не дрогнул ни единый мускул, будто говорил о чём-то совершенно будничном и даже скучном. Я же почувствовала, как у меня подкашиваются колени, а потому всё же прошла в кухню и села на краешек стула, плотно прижав друг к другу колени, которые хорошо виднелись из-под недостаточно длинного полотенца.

Сковорода шипела, воздух был наполнен запахом масла и подрумяненного теста, а я сидела на краю стула, будто школьница на выговоре у директора, изо всех сил стараясь не выглядеть полной идиоткой. Куратор коротко вздохнул и, развернувшись к плите, перевернул блин. Потом выключил плиту и, выложив на чистую тарелку два свежих пышных блинчика, обильно полил их тремя видами сладких соусов: кленовым сиропом, клубничным и шоколадным. После чего сел напротив меня и, ловко орудуя вилкой с ножом, быстро начал их уничтожать.

Я молчала, стараясь не смотреть на него. Рассказать обо всём не могла. Врать — тоже. Поэтому оставалось только молчать.

— Адептка Мариотт, — сказал он, перестав жевать. — Поднимитесь к себе, переоденьтесь и спускайтесь к завтраку. Вы всё ещё не поели.

Судорожно кивнув, я поспешила выполнить его поручение. По крайней мере, это позволило мне избежать ответа на вопрос, да и желудок скручивало — возможно, мне действительно стоило позавтракать.

Когда я вернулась на кухню, возле моей тарелки дымилась чашка со свежим чаем, а сам куратор, откинувшись к спинке стула и закинув ногу на ногу, читал газету.

— Он шантажировал вас? — спросил он вдруг, дождавшись, когда я сосредоточусь на еде.

Я поперхнулась и некоторое время пыталась откашляться, а дракон даже не бросил на меня короткого взгляда, продолжая спокойно читать газету.

— Простите? — просипела я, восстановив голос.

— Рик, — куратор сложил газету, положил её на стол, а сверху — свои руки. Подавшись в мою сторону, заглянул прямо в глаза: — Как вы могли понять, я знаю его всю жизнь, и мне известны его методы флирта.

Методы… чего? Я сделала судорожный вдох и снова закашлялась. Куратор не шевелился, только наблюдал за моими попытками восстановить дыхание. Наконец, мне удалось прийти в себя, и я неуверенно покачала головой:

— Полагаю, то, что произошло между мной и мистером Рикардом, должно остаться между нами.

— Вот как? — он задумчиво постучал пальцами по столу. — Вынужден отказать.

— Отказать… в чём?

— Я настаиваю, чтобы вы прояснили для меня всю ситуацию.

— Простите, куратор, но…

— Андреас.

— Что?

— С этого момента всегда называйте меня только по имени, я хочу быть уверен, что вы наверняка знаете, с кем ведёте разговор.

— Мистер… Андреас, — неловко проговорила я. — Но разве не достаточно будет называть вас куратором, как вы просили раньше?

Он ответил немигающим строгим взглядом и я кивнула:

— Хорошо, я поняла, мистер Андреас.

— И без “мистер”.

— Господин?

— Просто Андреас.

Мне стало не по себе, но я вновь кивком согласилась и опустила взгляд, погрузившись обратно в блинчики и надеясь избежать продолжения этого разговора.

— А теперь расскажите мне обо всём с самого начала. И учтите, что вашу ложь я почувствую.

— Вы… владеете ментальной магией? — уточнила я, хотя была уверена, что почувствовала бы это в его запахе.

— Нет, это вы не умеете скрывать своих эмоций, адептка Мариотт, — сухо ответил он и скрестил руки на груди. — Итак, я вас слушаю.

Рикард Артас

— Ты ведь не хочешь потерять лицо, — шептал я, ведя Лану к выходу из дома. — Иначе Дрейк подумает, что ты опять по нему сохнешь. Не то чтобы он был не прав, но вряд ли ты хотела показать ему именно ревнивую сторону себя. Ведь так?

Лана вывернулась из моих объятий, прожгла меня взглядом и толкнула входную дверь, впуская в дом свежий утренний воздух. Где-то в ветвях раскинувшегося вокруг сада пели птицы, заглушая стрёкот цикад, а на небе не было ни облачка. Это мог быть отличный день, если бы мне удалось поспать этой ночью хоть немного.

Достав из внутреннего кармана мундира сигарету, я поджёг её магией и сделал медленную, глубокую затяжку.

— Я думала, ты бросил, — заметила Лана.

— Последние несколько месяцев выдались тяжёлыми.

— Это из-за Дрейка?

Я пожал плечами, уходя от ответа. Мы с Ланой давно не виделись. И с момента нашей последней встречи между нами осталось много вопросов, на которые пока не было ответов.

И, похоже, никто из нас не желал эти ответы искать.

— Зачем ты приходила? — спросил я, открывая перед ней калитку. Лана остановилась на мгновение, глядя в сторону дома, а потом решительно вышла на безлюдную улицу.

— Мне показалось, что ему нужна поддержка. Но, видимо, я опоздала.

Я хмыкнул, но не ответил. Медленно шёл рядом с Ланой, неторопливо выпуская из лёгких облака табачного дыма и наблюдал за тем, как они растворяются в воздухе.

— Неужели во всей академии не оказалось свободных мест, куда можно было расместить мисс Мариотт? — спросила она, не дождавшись моей реакции.

Я внимательно посмотрел на Лану. Её упрямый взгляд был направлен прямо вперёд, а острые скулы то и дело очерчивались, когда она сжимала зубы.

— Насколько мне известно, он сам попросил поселить её в свободную спальню его дома.

— Я так и подумала, — Лана бросила на меня острый взгляд. — Никто в своём уме не стал бы даже предлагать профессору жить с адептом.

— Разве здесь запрещены отношения между профессором и адептом? — искренне удивился я. — Иначе не вижу причин избегать подобной ситуации.

— Ты не понимаешь, — Лана зачесала волны пышных волос назад и некоторое время шла, удерживая руку на голове. — Лейла Мариотт… ты знал, что она получила предложение на практику у профессора Клауриса?

Я выпустил колечко дыма и кивнул:

— Она талантливая.

— Более чем. Профессор выяснил, что Мариотт способна чувствовать тонкие потоки без всякой аппаратуры и производить тонкие операции, основываясь только на собственном восприятии объекта. Ей бы в хирургии цены не было!

Я усмехнулся. Это проливало свет на то, что произошло несколько недель назад. Вскрыть защиту лаборатории без специальных артефактов считалось невозможным, а сами артефакты попросту лишались силы в области окон и дверей из-за блокираторов магии. Однако если девчонка могла манипулировать полем без прикладных устройств… Всё становилось понятным.

— Ей надо учиться, — продолжала Лана. — Такие способности должны стать достоянием этого мира.

— Дрейк для этого её к себе и подселил, — заметил я. — Чтобы никто и ничто её не отвлекало от учебного процесса. Он же вроде как её куратор.

— Ты серьёзно в это веришь? — она посмотрела на меня с такой улыбкой, словно за ней крылась застарелая и очень глубокая боль.

Я вскинул бровь и снова пожал плечом. Лана тихо рассмеялась:

— Да ты и сам всё прекрасно видишь. Чтобы Дрейк согласился с кем-то делить свою жилплощадь, это должен быть либо ты, либо…

— Либо Кара, — закончил я и развеял сигарету по ветру ещё одним небольшим импульсом магии.

Лана остановилась и взяла меня за рукав.

— Что между ними произошло? Я слышала только то, что линии силы Дрейка были повреждены так сильно, что он едва не лишился крыльев. Почему он не на реабилитации? Разве за ним не должны присматривать лучшие врачи?

— Врачи уже сделали всё, что могли, — ответил я, глядя ей в глаза. — Теперь всё решит его способность к регенерации. Они либо срастутся либо порвутся окончательно.

Лана закусила губу.

— Это… тяжело.

Я кивнул, а она потянула меня за рукав, снова спросив:

— Как это произошло? Несчастный случай на работе? Его опять отправили в самое горячее место?

— Зачем спрашиваешь, если сама знаешь, — я перехватил её за руку. — Ты ведь понимаешь: это не мой секрет, и я не могу рассказать о том, чего Дрейк не говорит тебе сам.

Она сделала полшага в мою сторону, почти не оставив между нами расстояния. Я почувствовал, как она едва ощутимо прикоснулась ко мне бёдрами и замер, с интересом наблюдая, что произойдёт дальше.

— Мы с тобой так давно не виделись, — выдохнула она, глядя на мои губы. — Я скучала.

Я улыбнулся кончиками губ и взял Лану за подбородок.

— Не прокатит, малышка Ли, — тихо проговорил я. — Больше я не поведусь.

— Ты мне правда нравишься, — возразила она.

— Потому что у меня его лицо.

Она отстранилась и, скрестив руки на груди, усмехнулась:

— Я должна была попробовать.

— Попытка засчитана, — я засунул руки в карманы брюк и неторопливо пошёл дальше через небольшой лес в сторону главного корпуса. — Но в следующий раз лучше идти сразу к нему и не вмешивай меня в ваши странные отношения.

— Было бы во что вмешивать, — фыркнула малышка Ли. — Могу дать встречный совет: перестань играть в его отражение.

Я чуть не запнулся. Откуда она…

Нет, Лана не могла знать о том, что я играл Дрейка при встрече с Лейлой. Вряд ли она вообще догадывалась, что мы с Лейлой знакомы, пока не увидела нас троих под одной крышей.

— К чему это ты?

— Всё это, — она взмахнула рукой. — Ты одеваешься, как он, стрижёшься, как он, пытаешься копировать его мимику и жесты — и всё ради того, чтобы цеплять девчонок! Я не дура, мы все это видели!

— Работало же, — невинно пожал плечами я.

— И не смей втягивать в свои игры адептку Мариотт, — Лана вскинула указательный палец. — А я позабочусь о том, чтобы её переселили.