Глава 26

Лейла Мариотт

Кажется, у меня остановилось сердце. На мгновение я даже не поверила своим глазам, потому что он мне столько раз в течение дня мерещился, что теперь, среди ночи, мог оказаться плодом уставшего воображения. Проследившая за моим взглядом Эйра подалась вперёд, моргнула несколько раз, словно оживая, и приоткрыла рот.

— А вот и полиция, – заметил Луи, скрещивая руки на груди. – Боюсь, ночка будет длинной.

— Если бы не ваша вечеринка, ничего бы не было, – заметила я, не отводя взгляда от Рика, который приближался к палате. Когда наши взгляды встретились, он немного сбился с шага, но лишь на долю мгновения, так что вряд ли это заметил кто-то ещё.

— Если бы Эйра не проникла в академию по чужому пропуску, ничего бы не было, – хмуро отозвался Луи.

В этот момент дверь открылась, и в палату вошёл Рик. Сейчас его невозможно было отличить от Дрейка: длинные волосы зачесаны в тугой, строгий пучок, выражение лица – строгое и холодное. Но я отчётливо ощущала лёгкий аромат пепла и табака, который отличал именно этого брата.

— Рик, что ты здесь делаешь? – требовательно спросила Эйра, заставив меня мгновенно забыть о собственных переживаний и посмотреть на неё.

— Кто бы сомневался, – выдавил Луи и помрачнел.

Они знакомы?

Драконица хмурилась, сжимая на коленях одеяло и смотрела на Рика исподлобья таким суровым взглядом, что тот едва не дымился от такого напряжения.

— У меня к тебе тот же вопрос, – сухо ответил Рикард и перевёл взгляд на Луи. – Тебя вызовут на допрос утром. Ваша комната временно опечатана, так что ночь проведёшь здесь, в палате общего режима.

Луи кивнул:

— Понял, мистер полицейский.

Рик ещё несколько мгновений смотрел на Луи, и когда тот больше ничего не сказал, с нажимом добавил:

— Я непонятно изъясняюсь? Марш в приёмную – и спать!

Луи поколебался немного.

— Что насчёт Мариотт? Я хотел бы убедиться, что она безопасно добралась до своей комнаты.

— Дело мисс Мариотт вас не касается, мистер Луи Эван Варгас, – Рикард вдруг хищно сощурился, подошёл к Луи и, глядя ему прямо в глаза, процедил: – Ваше присутствие приносит одни проблемы. Я сам сопровожу мисс Мариотт. Вы свободны, мистер Луи.

— Да что вы говорите, мистер полицейский, – Луи расправил плечи и, чуть опустив голову, одарил Рика мрачным взглядом исподлобья. – Ваша сестра сегодня чуть не заразила тьмой моего брата. И это вы говорите про проблемы?

— Из-за вашего брата, мистер Луи, моя сестра нарушила целый ряд законов и оказалась подвергнута опасности. Так что передайте вашему брату, чтобы он к ней больше не приближался.

— Рикард, прекрати сейчас же! – требовательно крикнула драконица, и я отшатнулась на шаг назад, с трудом собирая по осколкам только что разбившуюся реальность. – То, что я сделала, было моим личным выбором, и Эван тут ни при чём!

— Говорил же, – ухмыльнулся Луи.

— А ты, – Эйра поджала губы, тыкая указательным пальцем в сторону ледяного дракона. – Видеть тебя не хочу! Тебе сказали уходить? Так уходи! Тебя наши отношения вообще не касаются!

— Ах ты… – начал было Луи, но встретил потемневший взгляд Рика и, сжав зубы, вышел из палаты.

Я нащупала стул для посетителей и опустилась на него, глядя в пространство перед собой. Рикард назвал Эйру своей сестрой. Теперь я видела их удивительное сходство и в чертах лица, и в жестах, и в мимике – не удивительно, что краем глаза уловив её образ, я вспомнила близнецов. Но она была девушкой, и это сбивало с толку.

Всё оказалось ещё более запутанно, чем я могла подумать. Драконьи кланы переплетались между собой множеством нитей взаимосвязей, и познать их человеку, который никогда раньше не был к ним близок, оказалось сложнее, чем я могла представить.

Моё сердце всё ещё колотилось в груди от волнения при встрече с Риком. Но когда я подняла взгляд и случайно встретилась с ним глазами, почувствовала, что даже вдох сделать трудно. Меня охватило странное оцепенение: не то что сказать что-то, даже пошевелиться было трудно. Я терялась в охвативших меня мыслях и чувствах, и только моргала, не в силах отвести взгляд.

— Тебе повезло, что я был на дежурстве, – наконец, сказал Рик более мягким тоном и сел рядом с Эйрой. – Рассказывай, что случилось.

Девушка тяжело вздохнула, насупилась и, скрестив руки на груди, отвела взгляд в сторону.

— Эйри, если будешь молчать, мы тут до утра просидим. Я должен составить протокол и выяснить, кто виноват в том, что произошло.

Девушка не ответила, и тогда я, осторожно прочистив горло, подала голос:

— Мистер Рикард… это была случайность.

Он посмотрел на меня странным, изучающим взглядом и заметил:

— С вами я тоже поговорю, мисс Мариотт. У меня есть к вам пара вопросов.

От этих слов у меня желудок свернулся в узел, но я тряхнула головой и заговорила чуть более напористо:

— Дело в том, что Эйра ещё не до конца сформированный дракон, и её сила нестабильно. Из-за эмоционального скачка произошёл спонтанный выброс силы, и чтобы наполнить резерв, её организм потянул магию из источника. Это была случайность, что подключение произошло именно к тёмному источнику.

Рик перевёл взгляд на сестру и покачал головой:

— Эйра, ты вообще понимаешь, почему территория академии является закрытой и вход на неё только по пропускам? Это место – переплетение разных потоков, насыщение магией здесь максимально. И для организма молодого дракона попросту опасно находиться рядом. Тем более теперь, когда Виригия наполняется тёмными источниками. Ты получишь допуск после того, как поступишь в академию. И только в учебные блоки, которые имеют дополнительную защиту. Когда твоя сила стабилизируется и ты научишься ей управлять, не будет никаких преград для того, чтобы попадать сюда.

— Я всё равно получу пропуск, – вдруг вскинулась Эйра и с вызовом посмотрела на него. – Отец велел, чтобы я жила у Дрейка, пока он не найдёт мне жильё получше. И что же делать?

Рик раздражённо перевёл дыхание.

— Ладно, я достану тебе защитные артефакты. А пока, будь добра, прекрати свои ночные встречи с Эваном. Или хотя бы делайте это подальше отсюда.

— С каких это пор ты мне указываешь, с кем, как и когда мне спать? Вы оставили меня одну с отцом! Предатели!

Я поморгала и отвела взгляд, смутившись от того, что невольно стала свидетельницей семейных разборок. Что бы между ними ни произошло, Эйра держала на братьев обиду.

— Вот, значит, как, — проговорил Рикард и повернулся в мою сторону: — Мисс Мариотт, вы видели, как всё произошло?

— Д-да, — выдавила я и неуверенно добавила: — Мистер… Рикард.

— Тогда пройдёмте в соседнюю палату и продолжим разговор там. А ты, — он тряхнул указательным пальцем перед Эйрой, — сиди и жди, когда закончится процедура. Стены здесь зеркальные, и если попробуешь сбежать, я тебя поймаю прежде, чем переступишь порог.

Девушка поджала губки, скрестила руки на груди и насупленно отвернулась. Рикард же открыл дверь, жестом приглашая меня выйти. Словно в поисках поддержки и одобрения я попыталась поймать взгляд Эйры, но та была слишком занята своими личными обидами, так что, набрав полную грудь воздуха, я пошла за неожиданно строгим Рикардом в соседнюю палату.

— Садись, — велел он тоном, не терпящим пререкательств, и махнул на кровать. Здесь совсем недавно сидел Луи, и постель, до того идеально натянутая, была немного смята. Я села на краешек, и Рик, наконец, отвёл взгляд от своей сестры. — Как ты там оказалась?

— Я… что?

Этот вопрос оказался неожиданным. Я собралась уже рассказать подробности того, что случилось с Эйрой, что она делала на вечеринке и почему всё произошло, как произошло. Но его словно интересовало совсем другое.

— Ты ведь сегодня начала заниматься с профессором Клаурисом, и нагрузка теперь будет ещё выше. Я видел твои тесты, и хотя кое-где ты показываешь удивительные познания в предмете, средний балл оставляет желать лучшего. Не то чтобы я одобряю его методы, но понимаю причину, по которой Дрейк пытается контролировать тебя.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и вскинула голову. Как бы он ни стыдил меня, я знала себе цену. Себе и своим знаниям.

— Мне действительно нужно время, чтобы нагнать программу. Но это не значит, что для этого мне нужны няньки.

Рикард неожиданно усмехнулся и сел на кровать рядом со мной, опёрся локтями о колени, склонив голову так, чтобы видеть меня, и в это мгновение он снова стал тем Рикардом, которого я знала с первой нашей встречи.

— Няньки, говоришь, — протянул он и хищно сощурился: — Я не смог сегодня найти время, чтобы поговорить с тобой наедине, но должен спросить: как ты узнала, что усилитель звука был заражён?

— Скажем так, у меня наследственная чувствительность к стихиям, — уклончиво ответила я. — Мои родители уделяли много времени тому, чтобы развить эту чувствительность, потому что она позволяет выполнять тонкую работу.

— Это многое объясняет, — покивал Рикард. — А я всё думал, как ты обошла охранную систему… простого магического зрения для этого недостаточно.

Я покраснела, вспомнив свою попытку украсть серентин. В любой другой ситуации я бы никогда не пошла на такое, и тем более использовать свои знания и навыки в таких грязных целях — даже думать об этом было неприятно. Но…

— Меня загнали в угол, — глухо сказала я и отвела взгляд в сторону. — У меня не было выбора, правда.

— Это Аркейн, — понимающе кивнул он. — Я начал следить за тобой за дюжину дней до того, как ты стащила серентин.

— Не говорите так, — ещё гуще покраснев, прошептала я.

— Мы уже год как пытаемся накрыть лютых псов, и почти всё лето я был назначен следить за ними. Тебя приняли за члена банды и хотели было взять в качестве языка, решив, что молодая девушка вроде тебя быстро и легко заговорит…

Я чуть не поперхнулась от такой новости и в откровенном изумлении уставилась на Рикарда:

— Что?! Меня считали членом банды?!

— Некоторые из моих коллег, — усмехнулся дракон. — Вот меня и приставили к тебе. Сначала следить. Потом — охранять.

Мои глаза медленно расширились.

— Охра… нять…

— Ерунда. Я заметил, что ты записалась на вступительное испытание, но не подала документы. Это выглядело подозрительно: зачем кому-то проходить испытание, если без документов его всё равно не примут в академию? И решил проследить. Заметив, что ты взяла серентин, предположил, что ты понесёшь его Аркейну. Так и случилось. И тогда я решил остановить тебя и выяснить, в чём дело, прежде, чем ты успела натворить глупостей.

Прикрыв глаза, я сделала медленный выдох, пытаясь успокоиться и немного расслабиться. Меня охватили смешанные чувства: с одной стороны хотелось кричать и возмущаться, что он следил за мной всё это время и ничего не сказал, а с другой — на душе стало теплее от осознания, что на самом деле он защищал меня… хоть я и не знала об этом.

— А когда я вернула серентин?..

— М? — Рик словно вынырнул из каких-то своих мыслей, снова повернувшись ко мне.

— Когда я вернула серентин и стала скрываться от Аркейна, вы перестали считать меня членом банды?

— Мне было достаточно поговорить с тобой, чтобы всё понять. Тебя перевели из категории предположительных подельников в категорию жертв, и дальше мы продолжали слежку, но с целью не дать Аркейну добраться до тебя, пока ты не окажешься за стенами академии.

— Значит, всё это было спланировано? Вы подстроили моё поступление, чтобы я оказалась в безопасности?

— Скажем так, это была моя личная инициатива, — улыбнулся Рикард. — Дрейк ничего не знал.

— Это я уже поняла, — выдохнула я, запрокинув голову. — Мне пришлось ему обо всём рассказать. И… с тех пор он стал каким-то другим.

— Дрейк не осуждает тебя, тут я готов поклясться. Но у него в голове свои мухи летают. Огромные и противно жужжащие мухи, поверь мне.

Я рассмеялась и кивнула:

— Да уж, вот в этом у меня нет никаких сомнений!

Рикард несколько мгновений с улыбкой смотрел на меня, словно размышляя о чём-то. Потом вздохнул, достал из-за пазухи блокнот с карандашом и сказал:

— Что ж, а теперь расскажи мне всё по порядку. Как ты оказалась у Луи и что произошло с Эйрой?

Рикард Артас

Я заставлял себя отводить от неё взгляд. Бледная, уставшая, напуганная, в лёгком, чуть потрёпанном платье, она оставалась всё такой же красивой, и только ещё сильнее манила. Не знаю, что я в ней нашёл. Но с каждым днём, что я наблюдал за ней, оставаясь в тени, мне всё больше хотелось поговорить с ней, прикоснуться к её руке, заглянуть в большие бездонные глаза…

Она говорила, и удерживать мысль становилось всё сложнее. Я машинально кивал, не глядя делая заметки в блокноте: мои глаза были прикованы к её губам. Небольшие пухлые губки бантиком, из-под которых виднелись белые, аккуратные зубки. Её щёки пылали румянцем, делая свою хозяйку ещё более милой, а грудь вздымалась каждый раз, когда она в волнении делала судорожный вдох.

— Это всё побочный эффект её драконьей сущности, — закончила она спустя некоторое время. — Пока она не сформирована до конца, подобное будет случаться. Ну… я имею в виду, что радиус её контакта с силовыми потоками будет нестабилен.

— Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, — я убрал блокнот обратно во внутренний карман мундира. — Спасибо, что рассказала обо всём. Полагаю, что подобные вечеринки вообще запрещены правилами проживания в общежитии. Придётся доложить.

— Не надо, — она вдруг коснулась моего плеча и, ещё сильнее покраснев, одёрнула руку. — Они стараются никому не мешать, просто у нас двери рядом, а Луи не ожидал, что в комнате кто-то будет. Я просто установлю звуковую заглушку на свою дверь. Всё нормально.

Я улыбнулся. Ей явно дали что-то слегка дурманящее, и теперь Лейла была мягче и податливее, чем обычно. Её крепость чуть пошатнулась, позволяя одним глазком заглянуть туда, куда она отказывалась впускать.

— Хорошо, — я встал с кровати и взглядом указал на Эйру. — Подожди немного, я заберу сестру и… что-нибудь придумаю.

— Что-нибудь придумаете? — она непонимающе нахмурилась.

— Твоя комната тоже сегодня непригодна для ночлега. Утром сможешь вернуться за вещами и одеждой, но на полное обезвреживание понадобится несколько часов.

— Я могу остаться здесь, в приёмной палате, как Луи.

— Ни в коем случае, — ответил я чуть резче, чем собирался. — Судя по тому, что я вижу, он что-то от тебя хочет, и оставить вас вдвоём в одиночестве в пустом медотсеке значит развязать ему руки. Я достаточно близко знаком с этой семьёй, чтобы предостеречь тебя от более близкого знакомства.

— Мне кажется, вы слишком строги к ним, — неожиданно лукаво улыбнулась Лейла, опершись ладонью о кровать. — Может, вы просто ревнуете свою сестру? Или вас мучает совесть из-за того, что вы её бросили одну с отцом, и теперь пытаетесь загладить вину чрезмерной опекой?

— Никто её не бросал, тем более с отцом, — чуть раздражённо ответил я и взялся за ручку двери. — Она преувеличивает. Ей бы в театре играть… а не на моих нервах.

И прежде, чем Лейла успела ответить, я вышел из палаты, чтобы вернуться к сестре.

— Что, всё про меня узнал? — насупленно спросила она, а потом вдруг села поудобнее, скрестив ноги, и подалась вперёд: — И что у тебя с этой девушкой? Мне показалось, она нравится Луи. Неужто решил ему назло влюбить в себя молоденькую адептку? Ты, старый извращенец!

— Великая богиня! Эйри, ты за кого меня принимаешь?

— Сказала же: за старого извращенца, — фыркнула она. — И мне нечего тебе рассказывать.

— Как насчёт того, откуда у тебя чужой пропуск? — я поспешил воспользовать ситуацией, чтобы сменить тему. В отличие от Дрейка, Эйра действительно хорошо отслеживала эмоции окружающих не только по запахам гормонов, но и по жестам и мимике. Мне бы стоило говорить с Лейлой там, где Эйра меня не увидит, но тогда и я не смог бы проследить за сестричкой.

— Всё просто, — Эйра, кажется, пришла в себя, и теперь только изображала недовольство. — Когда кто-то отчисляется, пропуск остаётся активным ещё несколько дней, ведь адепту нужно собрать вещи, сдать всё казёное и так далее. Ты лучше меня знаешь. И когда у кого-то остаются лишние деньги, пропуск продаётся. А вот имён и явок я тебе не дам, и не думай. Просто знай: если захочу, я легко снова сюда попаду!

— Этим явно занимается не дракон из местных кланов, — я нарочно начал рассуждать вслух. — Кланы хорошо обеспечивают своих, им эти гроши не нужны. Скорее всего куплей-продажей занимается кто-то из людей. На стипендии у нас их не так много, так что выборка…

— Ты получил, что хотел? — поспешно перебила меня Эйра, так заливаясь краской, что стало очевидно: я попал в точку. Человек в академии около ста пятидесяти, и не трудно будет найти истинного махинатора.

Если, конечно, мне захочется с этим возиться.

— Ладно, Праматерь с тобой. Продолжим разговор завтра. Вон, доктор Максимус идёт, видимо, время лечения подошло к концу.

Так и произошло. Доктор, вежливо поинтересовавшийся, можно ли войти, отключил Эйру от капельницы и выдал мне её карточку с описанием диагноза и лечения.

— Приложите это в её медицинскую папку, — сказал он. — В случае, если будут рецидивы или смежные болезни, может пригодиться. Полагаю, девушки останутся здесь на ночь?

— Я заберу обеих. Под расписку.

Ещё некоторое время ушло на то, чтобы выйти в приёмный покой и оформить выписку. И когда я вернулся в стеклянную палату, чтобы забрать Лейлу, она уже сладко спала, свесив ноги с края кровати и пристроив голову на подушку.

— Точно чем-то накачали, — пробормотал я, а потом, не раздумывая, взял крошку на руки.