Глава 39

Лейла Мариотт

Два дня всё было тихо. Даже странно, подозрительно тихо. На практике Рикард не подходил ко мне, как это бывало раньше, и ни разу даже не взглянул в мою сторону. Я думала, от этого мне будет легче, но на деле оказалось, что на душе стало только тяжелей.

Куратор не вызывал лишний раз, не устраивал мне разноса из-за плохой оценки за предзачёт по плетениям, и никто даже не вспомнил про приём и про случившуюся там сцену.

Ну… почти никто.

— Лей, ты снова стала центром внимания, – заговорщицким тоном проговорила Марго, поравнявшись со мной на тропинке в сторону главного корпуса. – Ходят слухи, что из-за тебя подрались профессор Рикард, куратор и какая-то важная шишка с Эллона. Это правда?

Я запнулась о выпиравший из мостовой камешек, сделала несколько быстрых шагов и, восстановив равновесие, повернулась к Марго.

— Что? Подрались?

— Ну, судя по тому, как ты покраснела… – протянула драконица и, приблизившись, похлопала меня по плечу.

— Рикарда там вообще не было, – растерянно сказала я, догоняя подругу. – Да и драки никакой не было. Тот керри просто немного распустил руки во время парного танца, а куратор заступился за свою адептку. Ничего особенного.

Да, ничего особенного… если не считать, что после этого я согласилась на предложение Луи, и совсем скоро мы должны были заключить договор. От этого решения мне хотелось рыдать. Успокаивало только то, что брак – временная мера. И всего через пару месяцев я буду свободна от обязательств с одной только записью в документах, которая будет смутно напоминать о реальности всего происходящего.

— Скучно, – вздохнула Марго. – Как всегда всё переврали.

Я только смущённо улыбнулась, боясь рассказать подруге всю правду.

— Кстати, твои раны уже затянулись? – спросила она, словно забыв про близнецов.

— Остался небольшой шрам, – я потёрла плечо. – Но доктор говорит, что скоро и его не будет.

— Вот это да! Быстро! Руки Лоранов творят чудеса даже с человеческим телом!

— Да…

Два дня прошли спокойно. Только сердце моё каждый раз сжималось сильнее при встрече с кем-то из близнецов. И, когда Луи нашёл меня утром первого дня конференции, я без колебаний пошла с ним к выходу с территории академии.

— Смотри, это же горгулы, – заметил он, кивая на небольшую группку парней, чья кожа с тёмно-синими венами издалека казалась каменной. Чуть выше лба, зарытые в чёрные кудри, у них росли аккуратные закруглённые рога, а из одежды они предпочитали открытые длинные, до пола, жилеты из грубой чёрной ткани, между отворотами которых виднелся каменный торс. Казалось, сгустившиеся холода их совершенно не волновали.

— Я слышала, что соседние гостиницы все заняты съехавшимися адептами из соседних миров. Из-за тёмного источника конференцию хотели даже перенести в другую академию, но ректор настоял на том, что всем найдёт место.

— Тёмные источники всегда привлекают к себе каких-то сумасшедших. Надеюсь, обойдётся без скандала.

Луи усмехнулся, и я ответила ему слабой улыбкой.

Мы вышли через ворота на широкую улицу, и я втянула полную грудь свежего, чуть морозного воздуха, наполненного запахами прелой листвы и дождя. Свобода. Как же мне её не хватало! Может, и Аркейн отступится от меня, если я стану частью драконьего клана? За ним и так охотится Саргоновская полиция из-за незаконного использования артефактов. Привлекать внимание клана личной обидой могло стать для него реальной угрозой.

Да. Точно. И тогда мне не придётся больше носить маскирующее кольцо, и я смогу вернуть его Рикарду, и тогда точно все мосты будут сожжены…

— Кстати, это что за кольцо? Какой-то артефакт?

Кажется, я опять думала слишком громко. Задрав рукав своего нового пальто, я посмотрела на кольцо, в котором отражались лучи утреннего солнца.

— Да, защитный артефакт, – ответила я, невольно рассматривая плетение. У меня была мысль сделать себе такое же, но плетение было слишком тонким и сложным, а моего опыта не хватало, чтобы разложить его на составляющие и воспроизвести должным образом.

— Думаю, тебе придётся надеть его на другой палец, – заметил Луи. – А лучше – носить на шее или в кармане. Потому что этот пальчик будет занят другим колечком.

С этими словами он протянул мне небольшую коробочку, похожую на те, в которых хранят украшения.

— Это кольцо? – уточнила я.

— А ты открой и посмотри, – усмехнулся Луи, направляя меня туда, где нас уже ждал мобиль.

Коробочка была выполнена из светлого камня, холодного на ощупь, словно высеченного из цельного куска льда. Её поверхность напоминала замёрзший металл: матовая, с тонкой сетью прожилок, похожих на ледяные трещины, в которых едва заметно мерцала защитная магия. По углам и на крышке камень переходил в резные элементы — стилизованные чешуйки и вытянутые, острые линии, сходящиеся в изображение драконьей головы.

Внутри она была отделана плотным серебристо-голубоватым бархатом, а само кольцо выполнено из белого золота, гладкого и блестящего. Узор тонких линий повторял движение плетения. В центре, заключённый в оправу в форме драконьих крыльев, располагался крупный прозрачный камень глубокого синего цвета. На дне кристалла ощущалось явственное движение магии.

— Это тоже артефакт, – заметила я. – И… очень древний.

— Всего в нашем клане шестьдесят три обручальных кольца, которые переходят из поколения в поколение. Не всем достаются подобные вещицы. Их создали ещё Древние, задолго до Великих Перемен.

— Должно быть, этому кольцу больше тысячи лет.

— Даже больше двух.

Луи распахнул передо мной дверцу автомобиля. Сев, я отложила в сторону коробочку, пристегнулась и сняла кольцо, что дал мне Рикард.

Правильно. С глаз долой – из сердца вон.

В пути мы не говорили. Луи упоминал что-то о том, как будет проходить свадьба и кто на ней будет присутствовать, но я лишь рассеянно кивала в ответ, глядя на проплывающий мимо город. Мне было всё равно, кто из многочисленных родственников явится на церемонию: через несколько месяцев мы станем друг другу такими же чужими, как и раньше.

Наконец, мы подъехали к главному храму города, который располагался на набережной, прямо у подножия горы. Я замерла на месте, глядя на блестящий золотой храм, возвышавшийся над городом. Вокруг него кружили два чёрных дракона. По характерному отливу чешуи в них легко угадывались именно Артасы.

— Идём, – Луи взял меня за локоть и потянул к широкому крыльцу, состоявшему из множества низких ступенек.

В главном зале как раз шла проповедь. Люди сидели на скамьях и слушали историю о переселении Прародителей, которую читал священник, сидевший на ступенях под статуей целующейся пары. Но мы с Луи не стали заходить, вместо этого свернув в коридор, в конце которого расположился кабинет.

— Мистер Луи Эван, – улыбнулся другой, молодой священник из клана лесных драконов. – А это, я полагаю, мисс Лейла Мариотт. Рад вас видеть, господа. Присаживайтесь.

Я оглядела кабинет. Он ничем не отличался от кабинета любого из наших профессоров. Вдоль стен шли шкафы с книгами и бумагами, в центре стоял внушительный стол, за которым и сидел священник в просторном кресле с высокой спинкой. Для гостей тоже стояли кресла, но более скормных размеров. Луи галантно отодвинул одно из них, помогая мне сесть, а потом сам устроился рядом.

— Что ж, – священник достал какую-то папку. – Позвольте представиться. Моё имя – брат Пепел.

— Простите? – моргнула я, уверенная, что ослышалась.

Дракон улыбнулся, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Некоторым из нас приходится отречься от прошлого, чтобы искупить свои грехи. Тогда, обращаясь ликом к Праматери, мы берём второе имя, символизирующее переход от старого к новому.

— О, – только и смогла ответить я. После чего отвела взгляд.

— Что ж, я бы не стал вас вызывать, но перед церемонией заключения брака нам нужно утрясти кое-какие детали. Для этого вам необходимо подписать согласие на то, чтобы я использовал на вас ментальное воздействие.

Я взяла в руки плотный лист зачарованной бумаги и начала читать, но священник уже пояснял вслух:

— Мне необходимо убедиться в том, что ваше решение вступить в брак осознанное и искреннее, что вас не связывают иные брачные узы и что вы отдаёте себе отчёт в своём уязвимом положении.

— Вы говорите о том, что у нас неравный брак? – напряглась я. – Считаете меня простой человечкой?

Священник сделал терпеливый вдох.

— Связав свою жизнь с драконом Виригии, вы также связываете её с кланом, которому принадлежит ваш муж. С момента заключения брака перед ликом Праматери вы станете его частью, что выражается не только в тех благах, которые он предоставляет, но также в требованиях.

— В требованиях? — тихо переспросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Брат Пепел кивнул, сложив пальцы домиком.

— В обязанностях. В ограничениях. В ответственности. Клан Варгас — не самый жёсткий, но и не самый снисходительный. Вы больше не сможете действовать исключительно как частное лицо. Любые ваши исследования, перемещения, публичные выступления — всё это будет так или иначе проходить через интересы клана.

Я перевела взгляд на Луи. Он сидел спокойно, чуть откинувшись в кресле, и не вмешивался. Раньше мне даже не приходило в голову, что любой дракон вынужден каждый момент времени думать об интересах клана.

Но эта мысль отчего-то принесла мне какое-то внутреннее облегчение.

— А если я не соглашусь? — спросила я.

— Тогда мы закроем папку, — спокойно ответил священник. — И вы уйдёте отсюда без каких-либо последствий. Церемония будет отменена.

Он сделал паузу и добавил:

— Я здесь не для того, чтобы склонить вас к браку, мисс Мариотт, или напротив, отговорить. Я здесь, чтобы убедиться, что вы понимаете, чего именно вы лишаетесь, делая этот шаг. Большинство видит только защиту, статус, финансовое положение. Но брак с драконом — это всегда обмен.

— А что получает клан? — спросила я глухо.

— Право на вас, — без утайки ответил брат Пепел. — В юридическом, магическом и социальном смысле. Не как на вещь, конечно, скорее как на связанный элемент структуры.

— Я… — начала я и запнулась, потому что едва ли понимала, к чему он клонит.

Священник терпеливо ждал.

— У меня есть исследование, — сказала я наконец. — И я не собираюсь от него отказываться. Даже если это будет неудобно клану.

Брат Пепел посмотрел на меня с лёгким интересом.

— Это уже внесено в ваши личное соглашение, которое будет подписано на церемонии. Отдельным пунктом. В случае конфликта интересов вы обязуетесь уведомлять супруга и совет клана, но не должны прекращать работу без прямого на то запрета.

— То есть, запрет возможен, — тихо заметила я.

— Возможен, — не стал отрицать он. — В случае, если ваши действия будут вредить клану, вас могут принудить отказаться от дела. Но, возможно, вы сможете договориться. Всё зависит от того, насколько вы будете для него ценны.

Хоть я и понимала, что брат Пепел не вкладывал в эти слова ничего личного, отчего-то на душе стало погано. Конечно, я ведь всегда знала, что драконы всё рассматривали с точки зрения ценности – и людей в том числе. Особенно тех, кто стремится стать частью клана. И всё равно… неприятно ощущать себя просто ресурсом.

Впрочем, брак ведь фиктивный. Должно быть, Луи с самого начала определил мою ценность, когда впервые предложил эту сделку.

Я посмотрела на лист согласия. Ровные строки, защитные плетения, печати. Всё выглядело так, будто решение уже принято — осталось лишь поставить подпись.

— Хорошо, — сказала я и, взяв перо, решительно оставила свою подпись. Перо вытянуло из меня тонкую струйку силы, скрепив договор. — Давайте перейдём к делу.

Священник кивнул, убрал бумагу в папку и, посмотрев мне прямо в глаза, спросил:

— Мисс Мариотт, вы искренне желаете стать женой мистера Луи Эвана Варгаса, без давления или насилия со стороны кого бы то ни было?

На мгновение я забыла дышать. Давление, насилие? Если подумать, я согласилась на это из-за Аркейна и близнецов, чтобы навсегда отрезать себе любые пути отступления. И всё же я ведь сама пришла к Луи с этим решением.

Так и сказала:

— Это принятое мной лично решение.

Священник кивнул и задал следующий вопрос:

— Связаны ли вы какими-то брачными узами, в этом мире или любом другом?

— Нет, – выдохнула я, хотя сердце отчего-то забилось сильнее.

Взгляд дракона замер, и я физически почувствовала проникновение чужеродной магии в тело. Но это прошло довольно быстро. Немного помедлив, дракон продолжил:

— Вы принимаете права и ограничения, которые накладывает на вас брак с представителем клана Варгас?

Каждый вопрос бил всё сильнее, но на этот раз я собралась и решительно кивнула:

— Принимаю.

— В таком случае, – священник поставил свою подпись на той же бумаге, что до этого я, – жду вас сегодня вечером на церемонии. Гости могут начать собираться в зале за четверть часа до начала. У вас есть кольца?

— Есть, брат Пепел, – отозвался Луи, который всё это время только молча наблюдал за процедурой.

— Тогда мы закончили. Можете идти.

Попрощавшись с драконом, мы вышли на крыльцо и остановились, переводя дыхание. Только в этот момент я заметила, что Луи тоже волновался, и теперь желваки нервно перекатывались под его щеками.

— Зачем тебе это? – впервые спросила я.

— Брак? – он посмотрел на меня сверху вниз, и в бледных солнечных лучах его снежно-белые волосы казались божественным сиянием.

— Брак, – подтвердила я. – Всего на два месяца. Что ты хочешь сделать?

— Кажется, я уже говорил, – он усмехнулся. – Защитить кое-что очень мне дорогое.

— Что это?

— Ты, – он подхватил мою ладонь и прикоснулся к ней кончиками губ.

Это немного смягчило напряжение между нами, и я, смущённо отвернувшись, улыбнулась.

— Когда ты мне впервые предложил эту сделку, мы ещё не были знакомы.

— Может, не были, а может и были, – неопределённо ответил он.

Эта фраза зацепилась за сознание, но я не стала ничего спрашивать. Сейчас мне хотелось только одного — вернуться в академию и пережить остаток дня, не принимая больше никаких решений. Все важные слова уже были сказаны, все подписи поставлены. Дальше оставалось лишь дожить до вечера.

Мы спустились по ступеням храма молча. С набережной тянуло сыростью, вода плескалась о камни, и чёрные драконы всё ещё кружили над куполом, словно безмолвные стражи. Я поймала себя на странной мысли, что это могли бы быть и близнецы Артасы, следящие за мной неуспыно. Но отличить друг от друга стальных драконов в их звериной ипостаси было почти невозможно, и поэтому я едва ли когда-то смогла бы выяснить правду.

Автомобиль ждал там же, где мы его оставили. Луи открыл мне дверь, помог сесть, и мы снова тронулись в сторону академии.

— После церемонии мы переедем в один из домиков на Серебряной улице, — сказал он уже в дороге, словно между делом. — Дом на две пары, с общей гостиной и кухней, но у каждого своя половина дома с личной ванной, спальней и гостевой комнатой.

Я кивнула. Вопросов больше не было. Мне не были важны эти бытовые мелочи. Всё происходило словно не со мной — как будто я наблюдала за собственной жизнью со стороны, через тонкое стекло.

Когда впереди показались знакомые башни академии, сердце неприятно сжалось. Здесь всё было слишком… настоящим, ярким в освещении осеннего солнца. Это место стало мне уже почти родным: каменные дорожки, по которым я бегала между занятиями, окна аудиторий, драконы, которые знали меня не как будущую жену Варгаса, а как Лейлу — человечку, которая всегда опаздывает на занятия.

Луи остановился у внешних ворот.

— Я заеду за тобой ближе к вечеру, — сказал он. — Не опаздывай.

— Я буду готова, — ответила я и потянулась к дверце.

Но стоило мне толкнуть её, как воздух изменился, всё вокруг на мгновение потемнело, а через мгновение с двух сторон от автомобиля тяжело приземлились две грузные фигуры крупных чёрных драконов.

Андреас Артас

Мы опустились почти одновременно — тяжело, с глухим ударом по камню, так что земля под лапами отозвалась дрожью. Крылья я сложил сразу, не желая делать лишнего шума, но всё равно получилось не так мягко, как хотелось бы.

Автомобиль у ворот замер. Я чувствовал Лейлу ещё до того, как увидел — тонкий, знакомый отклик, который отзывался где-то глубоко под рёбрами, неприятно и остро. Живая. Целая. И слишком близко к другому дракону. Её запах смешивался с запахом этого Варгаса, заставляя меня принюхиваться в попытке понять, насколько они на самом деле близки.

Я шагнул вперёд, позволяя звериной форме раствориться. Чешуя сошла, уступая место коже, крылья исчезли, и через мгновение я уже стоял на каменной мостовой в человеческом облике, с растрёпанными от ветра волосами и звенящим холодом в крови.

Рик приземлился следом. Я не смотрел на него — и так знал, что он чувствует то же самое.

Дверца машины была приоткрыта. Лейла замерла, не решаясь выйти на мостовую, будто боялась нас – но запаха стараха с её стороны не исходило.

— Ты выходишь? – спросил я, раздражённый всей этой ситуацией.

Вместо ответа распахнулась дверь водительского места, и из машины вышел этот щенок, Луи Варгас, который уже порядком достал меня за последние месяцы.

… С самого утра зверь во мне не находил себе места. Словно внутренний зуд, желание обернуться драконом и извергать пламя не давало мне покоя. И Лана, которая пришла ко мне за подписями по поводу заехавших адептов, сразу заметила это:

— Смотри не сожри никого, Дрейки, – сказала она, забирая у меня бумаги и складывая их в свою папку. – От тебя раздражением за милю тянет.

— Это всё? – спросил я, возвращаясь к конспекту лекции, которую должен был провести для гостей в рамках конференции.

— Это всё, – передразнила меня Лана и ушла.

Я выдохнул и потёр висок. Профессор Клаурис уверял, что Лейла справится, но я раз за разом возвращался к тексту её доклада и пробегал его глазами, чтобы в случае проблемы подстраховать малышку. Она была, конечно, бойкой и умной, но всё же слишком молодой и неопытной. Если бы только она не взбрыкнула, если бы не ушла в глухую оборону…

… То что? Что бы я сделал?..

Дверь резко распахнулась, и я был готов уже содрать шкуру с того, кто снова вторгся в мой кабинет, но на пороге появился Рик с таким выражением лица, что волнение тут же уступило место собранности.

— Это твоя подпись?! – выпалил он, бросив на стол свиток гербовой бумаги.

Я развернул его, первым делом посмотрев в нижнюю часть документа, где стояло четыре подписи. Одна из них определённо была моей.

— Читать разучился? – рыкнул я. – Если тебя интересовало только это…

— Ты серьёзно дашь ей выйти замуж?! За Луи?! Ты в своём уме вообще?!

Я недоверчиво посмотрел на брата, но потянулся за документом и развернул свиток. Потом моргнул, нахмурился и прочитал снова.

— Я такого не подписывал.

— Сам же подтвердил, что твоя подпись!

— Чтоб вас… Ко мне сегодня каждые пять минут заходят поставить под каким-нибудь документом подпись, должно быть затесался среди приказов о заселении гостей.

— Так и будешь сидеть? Или я один пойду её останавливать?

Зверь во мне зарычал, и я зарычал вместе с ним. Процедил:

— Да пошёл он в Бездну, – после чего быстро убрал свои конспекты, захлопнул книгу и широким шагом направился к выходу. Остановился. – У неё сегодня есть занятия?

— Уже закончились, – Рик промчался мимо, и мне пришлось догонять его после того, как запер кабинет на ключ. – Но у неё мой артефакт, так что найдём по сигналу.

— Сюда, – коротко бросил я и свернул в сторону лестничной клетки. Там были достаточно большие окна.

Взбежав по ступеням на следующую площадку я с силой потянул на себя створку, открывая окно. Встал на подоконник и в прыжке обернулся драконом. Пара ударов крыльями – и тяжёлое тело стало медленно подниматься в воздух. Следом за мной поднялся Рик.

— За мной, – пророкотал он. – Чувствую, она рядом.

Действительно, мы только поднялись над крышами, пролетели несколько сотен метров и преодолели защитный купол академии, как Рикард пошёл на посадку. Теперь уже и я почувствовал её. Не запах, скорее как колебание воздуха в определённом спектра, саму её ауру, которая отчётливо ощущалась в подъезжавшем к парковке мобиле.

— В чём дело, профессор? – ледяной захлопнул дверцу и, скрестив руки на груди, прислонился боком к мобилю.

Я твёрдым шагом направился туда, где Лейла не решалась выйти на мостовую, но Рик остановил меня, поймав за локоть.

— Давай лучше я.

Больше всего мне хотелось просто вытащить девчонку, закинуть на плечо и унести домой. А там уже разбираться. Но Рик был прав. Такое поведение… не одобрялось обществом.

Он подошёл к мобилю и, положив ладонь на край крыши, склонился.

— Лейла… мы можем поговорить?

— Если вопрос не по учёбе, то будьте так добры не тревожить мою девушку.

— Твою девушку?! – взревел я и, прежде чем успел сообразить, уже держал щенка за грудки.

— Хватит! – прокричала Лейла.

Я обернулся. Она стояла у открытого мобиля и смотрела на меня так… так…

… так, что внутри меня будто что-то хрустнуло. Она одновременно была зла и раздосадована, беспомощна и жестка, нежна и снова зла.

Я медленно выпустил зажатую в руках ткань, и Луи одёрнул одежду.

— Луи, – произнёс Рик мягко. Так мягко, как нельзя обращаться к отморозку вроде него. – Позволь нам с ней поговорить.

Мой взгляд снова вернулся к ледяному.

— Ты не приблизишься к ней, – тихо, сухо произнёс я.

— Почему вы так решили, профессор? – не меняясь в лице, смело ответил щенок.

— Потому что я всё о тебе знаю, – я понизил голос ещё больше. – И если снова подойдёшь к ней, обещаю, приговор вступит в силу раньше, чем ты думаешь.

— Моя вина не доказана.

— В этом нет необходимости.

Я хлопнул парня по плечу и кивнул Рику. Он уже достал из мобиля сумку Лейлы, и мы молча направились в сторону прочь от академии.