Глава 10

Дирижабль плавно опустился к земле. Я ожидала, что он бухнется пузом о поверхность площади, но он, судя по всему, замер на расстоянии нескольких ладоней да так и повис. Сбежались рабочие посадочной площадки. Они ловили концы верёвок, которые им скидывали с борта и привязывали к крюкам, которые торчали из мостовой. Потом двое сильных мужчин в форме открыли дверь с одной стороны борта и начали выдвигать трап, который вставлялся куда-то под пол палубы. Наконец, она со стуком упала на площадь. Рабочие внизу закрепили её, и пассажиров начали выпускать.

Ступив на твёрдую землю, я отошла в сторону, чтобы не мешать остальным, и осмотрелась. У меня был с собой небольшой чемодан и кожаная сумка, висевшая на поясе. В ней хранился вещатель. Хотя мне не хотелось ни с кем общаться, и почти никому в эти дни я не отвечала, всё же держала его включенным на случай, если придёт сообщение от тренеров или из академии.

Вещатель пискнул.

Я собралась уже проигнорировать его, подумав, что можно будет изучить все сообщения дома и, наконец, ответить всем, кто мне писал, но все же достала, чтобы бросить на экран быстрый взгляд.

Впрочем, в долгом взгляде не было необходимости. На экране высветилось короткое сообщение от Макса, всего в одно слово: “Обернись.”

Я обернулась, не успев даже подумать о глупости этого действия. И почти сразу увидела чуть в стороне, на соседней посадочной площадке, за пробегающими туда-сюда людьми знакомую жилистую фигуру. Чуть вскинутая голова, насмешливый взгляд, лёгкая усмешка, по которой сложно было понять, насмехается он надо мной или просто вспомнил старую шутку.

Я так и стояла, замерев и глядя на него. Не в силах ни отвести взгляд, ни сделать шаг. Словно меня парализовало. Околдовало. Сердце затрепыхалось в груди, потом пропустило удар – и успокоилось.

Так прошло минуты три. Мы просто стояли друг против друга, между нами пролегала площадь и проходили незнакомцы, но вряд ли я их замечала в тот момент. Всё померкло.

Наконец, мы начали идти в направлении друг друга, пока не оказались совсем рядом. Ещё несколько мгновений молчания. Несколько взглядов. Несколько прерывистых вздохов.

– Ты как здесь?.. – начала было я.

Не отвечая, он обхватил мои щёки одарил меня коротким, властным поцелуем. Всего мгновение. Колени едва не подкосились.

– Встречался с родителями. Прости, что не предупредил.

Я закусила губу и опустила глаза. Должно быть, он пропустил пару дней в академии, но мне об этом даже не было известно. Слишком занятая собой и собственными переживаниями, я совсем забыла думать о других.

– Ты сейчас свободен? – спросила я неловко, будто разучилась общаться с людьми. Отчасти так оно и было. Слишком многое было пережито. Слишком много обдумано. И я сама себя уже не чувствовала той, кем была раньше.

– Меня ждут дома, – подумав, сказал он и посмотрел куда-то над моей головой. – Но могу тебя проводить.

Я кивнула, и мы пошли через площадь в сторону одной из больших улиц. Мой дом располагался в небольшом рабочем районе Пантарэи, и с Прилётной площади до него было часа полтора пешком. Теперь, впрочем, это было неважно. Мне больше не нужен был транспорт. Ни омнибусы, ни дилижансы. Теперь у меня были крылья, и хотя я пока не очень хорошо ими владела, вполне могла бы сократить свой путь по воздуху.

Но Макс об этом пока не знал. Если, конечно, ему никто не растрепал. Молча он взял мой чемодан и покатил его, неторопливо шагая рядом со мной.

– Оттепель, – выдохнула я спустя некоторое время. Все тротуары были в лужах, а где дорога оказалась не замощена, стояла грязь, которую мы старательно обходили стороной. – Должно быть, последняя в этом году.

– У тебя всё в порядке? – спросил Макс. Он бросал на меня внимательные взгляды и, казалось, видел насквозь. Я неопределённо пожала плечами, и он добавил: – Странно было встретить тебя на Прилётной. Тем более с чемоданом.

– У меня тоже были кое-какие дела, – уклончиво ответила я.

– Какие это дела заставили тебя летать на дирижабле? – подозрительно сощурился Макс. – Мне показалось, он прилетел со стороны храма.

Я запнулась о край поребрика, и он поймал меня под локоть.

– Что-то ты сама не своя, – заметил Макс и, обняв меня за плечо, встряхнул: – Эй, признавайся, чья ты там? Мне чужую не надо, я твою тебя хочу!

Я смущённо оттолкнула его от себя и с шумным вздохом огляделась.

– Может, присядем куда-нибудь? Кажется, нам есть что обсудить.

– Полагаю, мы найдём для этого лишний час, – улыбнулся он и указал вперёд по улице. – Кажется, вон там есть какая-то забегаловка. Чувствуешь, мясом каким-то пахнет?

– И жареным луком, – согласилась я. В животе действительно было пусто. За сборами и обсуждениями последних событий мы с сёстрами Варгас пропустили обед, а потом я едва успела на свой дирижабль. Можно было, конечно, задержаться, но тогда возвращаться пришлось бы уже поздним вечером.

Поэтому, устроившись в небольшой семейной таверне, я заказала порцию горячего и кусочек яблочного пирога к чаю. Сделав заказ, мы снова замолчали, наслаждаясь уютом небольшого деревянного помещения, в котором было тепло, несмотря на холод поздней осени за окном.

– Если ты не готова, то начать могу я, – предложил Макс и рассказал о том, как прошла встреча с биологическими родителями. Пока он рассказывал, нам принесли наш заказ, а я даже успела доесть своё тушёное мясо с овощами и перейти к душистому чаю.

– Вот, значит, как, – протянула я, поставив чашку на блюдце. – Это непростая ситуация. Как отнесётся клан Дэраго к тому, что ты покинешь Виригию?

Я специально поставила вопрос именно так, хотя Макс ни слова не сказал о том, как собирается поступить. Наверное, легче было самой сказать вслух самое страшное, чем ожидать, когда это сделает он.

– Пока что я не уверен, что буду её покидать, – ответил он. – Если только временно. На зимние каникулы, например.

Макс поймал мой взгляд, словно ожидая чего-то, и я кивнула:

– В этом есть смысл. Тебе необходимо понять, что вообще тебя ждёт, ближе познакомиться с родственниками и самим государством, ведь Шигару – совсем не то, что Виригия. У нас здесь всем правят драконы и Совет Старейшин, даже Золотые имеют власть лишь неофициально. А Шигару – империя. Ты можешь себе представить, что твоё слово станет последним в решении любых важных вопросов?

– Не моё, а наше, – поправил меня Макс и я улыбнулась:

– Да, этим Шигару тоже отличается от остальных. Двойной трон. Уникальное по своей природе явление.

– К тому же, близнецам-императорам помогает Высший Суд и Народное Собрание. Так что, возможно, не так уж сильно наши государства отличаются друг от друга.

Наши взгляды снова встретились, заставив моё сердце ещё раз встрепенуться. Что-то в нём было… необычное. Новое. Что-то, чего раньше не было в его взгляде.

– Ты изменился, – тихо проговорила я и сделала глоток, чтобы скрыть своё смущение.

– Ты тоже, – заметил Макс. Он посмотрел в свою ещё полную тарелку, а потом, словно решившись, спросил: – Ты поедешь со мной?

У меня внутри что-то перевернулось, а потом я нервно рассмеялась:

– Мне сначала показалось, что ты спросил, не выйду ли я за тебя!

– Этот вопрос мы обсудим позже, – пообещал он и склонился над столом. – Слушай, я провёл на борту дирижабля почти трое суток, и имел достаточно времени, чтобы всё обдумать. Вот уже несколько месяцев, как я смотрю на тебя и не могу отвести глаз. С того самого момента, как вытащил тебя из бассейна.

Я невольно улыбнулась, вспомнив тот день. Едва заняв место менеджера команды, умудрилась сразу попасть в такую неловкую ситуацию.

– Мы ведь обсуждали…

– Да, я знаю. Я знаю, Шелли. И вижу, и слышу, и чувствую. Я ведь дракон, причём, чистокровный. Мой нюх не обманешь.

– Ты меня смущаешь, – заметила я, а Макс мотнул головой:

– Это всё неважно. Мы с ребятами хорошие друзья, и я не против того, что они тоже присутствуют в твоей жизни. В некотором смысле, мне это даже на руку.

Я недоверчиво нахмурилась:

– Ты хочешь сказать, что тебя не волнует то, что я не могу выбрать именно тебя?

– Шелли. Я пытался выкинуть тебя из головы всё это время. Бессмысленно продолжать борьбу с самим собой. Я не могу это объяснить, но меня разрывает от противоречивых чувств рядом с тобой. Я одновременно схожу с ума от желания взять тебя прямо сейчас и тону в том спокойствии, которое ты создаёшь одним своим присутствием. И, самое главное, мне этого жутко не хватало в те дни, когда тебя не было рядом. Словно от меня оторвали часть тела. Привычную, родную. Без которой можно жить, но сложно и… больно.

Я закусила нижнюю губу, чтобы не дать волю нахлынувшим чувствам.

– Макс, – выдохнула прерывисто. – Знаю, как тебе тяжело дались эти слова, но хочу, чтобы ты знал: я чувствую то же самое. Я тоже пыталась отказаться от мыслей о тебе и, кажется, чуть не сошла с ума из-за этого. Знал бы ты, что я устроила Маркусу с Даниэлем позавчера!

Я нервно рассмеялась, а Макс склонил голову набок.

– Чувствую, теперь моя очередь слушать. Должно было случиться что-то очень серьёзное, чтобы ты стала такой тихой и замкнутой.

А потом всё было наоборот. Я рассказывала, Макс ел, слушая внимательно, не перебивая и даже не выражая эмоций. Трудно было собраться с мыслями и рассказать только самое главное. Слишком много всего произошло. Слишком много мне пришлось осмыслить за столь короткий срок.

Когда я закончила – вернее, решила, что пока хватит информации, – Макс продолжал молча доедать свой обед. Он пустым взглядом смотрел прямо перед собой и даже не моргал.

Потом кашлянул.

– Ты серьёзно подумала, что мои чувства могут быть ненастоящими?

– А ты бы на моём месте так не подумал? Я ведь простая человечка, и столько внимания со стороны драконов… Это всё равно что прийти на королевский бал и обнаружить, что тебя охаживает принц.

– А ты представь иначе. Словно ты пришла на королевский бал, где девушки – все, как на подбор, капризные принцессы, и среди них случайно оказалась простая, скромная, добрая и внимательная девушка.

– С такой стороны я не смотрела…

– Знаешь, я за всю жизнь почти не общался с девушками, которые бы не являлись драконицами. Может, поэтому что-то в тебе сразу зацепило взгляд. Твоя спокойная мудрость. Ум и сообразительность, упрямство, которое позволило тебе достичь даже места в Академии Золотых. Умение слушать и слышать. У дракониц если эти качества и встречаются, то явно не все сразу.

Я смущённо улыбнулась и опустила взгляд.

– Нет, Шелли, ты не права. Я без ума от тебя с самого первого дня. А ты тогда не обращала на меня никакого внимания.

– Это неправда.

– Лёгкая похоть, любопытство – это не в счёт.

– Макс! – воскликнула я и обиженно скрестила руки на груди, на что дракон заразительно засмеялся.

– А что, скажешь, не так было? Мы с тобой когда сталкивались в коридорах после тренировки, от тебя определённо ощущалось желание оказаться со мной в одной постели!

– Заткнись! – я хлопнула его по голове своей салфеткой, а Макс, подставив руки, засмеялся ещё заразительнее.

Я обиженно отвернулась. Макс, отсмеявшись, быстро доел свой кусок пирога, запил несколькими большими глотками чая и, выдохнув, задумчиво проговорил:

– То, что ты феникс, может изменить твою жизнь. Сейчас вокруг них много шума. Я дома слышал разговоры. Золотые запрещают сильно распространяться о них в газетах и других источниках информации, но фениксов активно изучают. Предположительно, с их… то есть, с вашей помощью удастся снять барьер на Краю Мира.

– Думаешь, меня заберут из академии?

– Да бездна их знает. Я бы не исключал такого развития событий. Вон девчонки Варгас, про которых ты говорила, они ведь в Айсхолле учатся. Там сейчас, конечно, бедлам, новое здание только начали строить, а большинство учащихся отправлены на длительные каникулы. Но их оторвали от занятий, чтобы они несколько дней провели в Храме с тобой. Но ведь ты не одна. Сотни фениксов должны переродиться в ближайшем будущем.

– И кому-то всем этим заниматься, – вздохнула я. – Они пообещали, что расходы на образование Золотые возьмут на себя, как обычно клан покрывает расходы на воспитание и обучение драконов. Так что есть надежда, что всё-таки…

– Раз они предполагают, что тебе понадобится финансирование, значит, они ожидают, что твои оценки ухудшатся, – сказал Макс вслух то, что я думала и чего опасалась, но гнала эти мысли прочь.

– Ты улетишь в Шигару, – тихо произнесла я. – Меня заберут на опыты. Маркус заканчивает академию в этом году. Что от команды останется?

Макс потянулся над столом и сжал мою ладонь, которой я постукивала по столешнице.

– Шелли…

– Я знаю, что ты скажешь. Жизнь идёт, и нам не вечно учиться в академии и не вечно быть командой. Всё меняется. Неизбежно. Так и должно быть, но…

Я шумно вдохнула и отвернулась.

– В любом случае, наше будущее в наших руках. Никто за нас не решит, как нам жить дальше. Вон когда Маркуса с Дэном посадили в камеру, да ещё и приковали к койкам цепями, они согласились там оставаться?

Я прыснула от неожиданного сравнения.

– Да, ты снова прав, – вздохнула я. – Но всё равно грустно как-то.

– Это была лучшая осень в моей жизни, – улыбнулся Макс. – Значит, ты теперь можешь летать?

Я неуверенно повела плечами.

– В Храме мне сказали, что могу. Я тренировалась там во дворах, но ещё ни разу не поднималась в небо по-настоящему и не пробовала преодолевать большие расстояния.

– Может, проветримся? Вещи по домам отнесём, родителям махнём, что в порядке – и куда-нибудь рванём? В Долине Синих Бабочек есть одно место, там огромные хвойные деревья создают естественный навес, а под ним есть костровище. Вид оттуда – просто бомба!

– Есть ещё кое-что, что мне нужно сделать как можно скорее, – тихо ответила я и замолчала, потому что подошла дочь хозяина таверны, чтобы убрать со стола пустую посуду.

– И что же? – спросил Макс, когда она ушла.

– Мне нужно извиниться перед парнями. Они ради меня в Храм забрались, в них стреляли, а потом ещё и на цепь посадили. Мне бы убедиться, что с ними всё в порядке.

– Что, совесть замучила? – ехидно уточнил Макс, и я пожала плечами, дескать, может быть.

Их поступок действительно остудил мне голову. И теперь, особенно после разговора с Максом, я больше не боялась встречи с ними. И почти не боялась собственных чувств.

“Люди ничем не отличаются от драконов, фениксов, керри и многих других рас, когда речь заходит о любви, – говорила Линаэль после того, как Маркус и Даниэль улетели из Храма. – Они могут полюбить одного, а могут – нескольких. Как сложится жизнь. Но времени и возможностей дарить свою любовь нескольким партнёрам у них недостаточно, и потому они склонны к моногамии. Это не хорошо и не плохо. Это просто есть. А феникс по своей природе – эссенция любви.”

“И разрушения, – добавила Эрика. – Синее пламя фениксов не может существовать без безумной тяги к любви. Иначе фениксы уничтожили бы все миры и остались бы одни в этой вселенной.”

– В таком случае, предлагаю оставить вещи дома, написать им на вещатели и закрыть этот вопрос, – предложил Макс. – Невозможно мучиться сомнениями всю жизнь. Чем быстрее ты разберёшься с самой собой, тем легче тебе станет.

– Хорошо, – согласилась я. – Только я совсем не умею ориентироваться в городе с высоты.

– Об этом не переживай, – Макс хлопнул по столу и встал. – Ну что, пойдём расставлять точки над всеми нужными буквами?

И протянул мне руку. Я взяла его за ладонь, а когда встала, он сильным, уверенным движением притянул меня к себе. Вторая его рука легла на мою талию, словно мы были в танце, прижимая меня к дракону.

Я закусила губу, прикрыла глаза и выдохнула, чувствуя, как разгорается внутри пожар. Несколько дней без драконов – и непреодолимое желание охватывало меня при каждом его прикосновении.

– Бездна-а, – выдохнул Макс прямо у меня над ухом. – Как же я долго ждал этого.

Я крепче прижалась к нему бедрами.

– Надо прекращать это, пока мы не зашли слишком далеко.

– Почему бы и не зайти, – Макс сжал в руке мой свитер, с силой проводя пальцами по спине. – Наверняка здесь наверху сдаются комнаты.

– Потому что нас ждут, – напомнила я. – И потому, что это будет нечестно по отношению к Марку и Дэну.

Макс неохотно выпустил меня, потом подхватил свою сумку, мой чемодан и пошёл к выходу.

***

Я уже почти покинул территорию академии, как вдруг резко остановился, не дойдя до ворот всего несколько шагов. Там, на тропинке, которая вела к общежитиям, явственно ощущался запах Шелли.

После ночи в Храме, за которую нам пришлось отвечать перед отцом Маркуса, аромат Шелли ещё прочнее засел в моей памяти. Иногда мне казалось, что я чувствую его, но на деле это было лишь воображением. Но в этот раз всё было иначе. Запах был явным, отчётливым, не похожим на игру воображения. И он явно вёл от ворот в сторону общежитий.

В тот день Шелли всё ещё не было на учёбе. И Робинсон по-прежнему ничего не говорила по поводу того, когда наша малышка вернётся. И тем более странно было ощутить характерный запах во дворе. Не в академии даже.

Сделав несколько торопливых шагов в сторону общежитий, я почувствовал ещё один знакомый запах. Кто-то из наших. Мне потребовалась пара минут, чтобы вспомнить, что этот запах принадлежал Максу. Да, в отличие от собаки, я не запоминал запахи тех, с кем не спал, поэтому сообразил не сразу.

Это меня разозлило. Вернулась в город, даже дошла до академии, и при этом нам не сказала ни слова, а с Максом куда-то намылилась! Я пытался сказать себе, что если я буду злиться, то только отпугну её. Она и так напугана, запуталась. Но уже ничего не мог сделать. Сколько бы меня ни учили контролировать ярость дракона, в тот момент она взяла верх.

Резко выдохнув чёрный дым, я со всех ног бросился по следу.