Глава 21

Я немного прихожу в себя, когда меня встряхивают. Во рту сухо, запястья саднят. Мне трудно держать голову.

Тогда кто-то обхватывает мой подбородок пальцами и насильно приподнимает его.

— Дебилы, — слышу я низкий голос.

В глаза бьет яркий луч.

— Ты сколько в нее засунул?

— Одну дозу, — низкий, с хрипотцой голос бугая.

— Блин, ты видел какая она тощая? Могла и копыта откинуть.

— Не откинула же, — он смеется.

Он считает смешным то, что я могла умереть?

— Короче, она в вашем распоряжении.

Хлопает дверь и остаюсь один на один седым мужчиной, который пристально меня разглядывает. Словно животное.

Его лицо кажется мне смутно знакомым и мне становится не по себе о мысли, что мы могли когда-то встречаться. Что этот тип мог, к примеру, шпионить за мной. Сразу вспоминается история жены Логинова и мне становится жутко.

Мужчина поворачивает мою голову с одной стороны, на другую и тут я только понимаю, что руки у меня по-прежнему связаны и укреплены вверху.

Я тяну их на себя, но без толку. Я едва касаюсь пола мысками.

Тут же меня прошибает холодный пот. Господи, где я оказалась? Кто этот мужчина?

Он чуть отступает и к своему огромному удивлению, я понимаю, что я… в гримерной?

На мгновение я впадаю в ступор. Я ожидала оказаться где угодно, только не вот здесь.

Это открытие немного успокаивает, пока я не понимаю, что одета в белье. Но это не мои вещи.

На мне высокие черные шорты со шнуровкой по бокам. Кружевной лифчик. Я успеваю разглядеть какие-то украшения на шее. На ногах туфли на шпильке и чулки. Да меня нарядили как стриптизершу!

Наконец я задираю голову. Руки стянуты наручниками. Эти козлы просто зацепили наручники за крючок, торчащий из стены, видимо, сделанный для тяжелой одежды.

Наверное, я тут висела, пока они переодевали меня.

От этих мыслей становится разом гадко и стыдно. Я еще никогда не была так беспомощна и так зависима от других.

Я пытаюсь заговорить и тут же понимаю, откуда такие мерзкие ощущения во рту — они засунули мне кляп.

Седой мужчина хлопает меня по щекам.

— Очухалась, — отмечает он. — Вот и славно.

Я пытаюсь отодвинуться, но натыкаюсь на холодную стену спиной.

— Я уже начал беспокоиться, — продолжает мой собеседник. — Доза снотворного была рассчитана на коня…

Он смотрит на мою грудь взглядом профессионала. Мне закрадывается мерзкое предчувствие словно оценивать девушек его работа.

— В тебе максимум пятьдесят пять килограмм, — выдает мужчина и мне становится еще более неудобно, потому что с весом он угадал.

— Красивая девочка, — он касается моей щеки, и я максимально отстраняюсь.

Звякает цепь наверху. И меня немного поводит из стороны в сторону.

— Было бы жаль потерять такую, — его палец все еще скользит по моей щеке.

Тут отворяется дверь. И мужской голос говорит:

— Лот номер семь выкупили. Последний… будете выставлять?

Лот? От этого все внутри замирает.

Он только что назвал меня товаром? Как это вообще возможно средь бела дня в Петербурге торговля людьми? Что за?

Мужчина делает шаг назад, оценивая меня затем кивает невидимому собеседнику.

Мужчина насильно поворачивает к себе мой подбородок и тут я вспоминаю слова Логинова и Даши про странное заведение для богатых.

Я дергаюсь. Какого черта! Я совершенно не собираюсь прямо сейчас уходить с молотка!

— Подайте напитки гостям, — бархатным голосом говорит он. — Я подготовлю лот номер восемь.

Я извиваюсь так, что цепь наручников громко звенит, но моих сил все равно не хватает чтобы приподняться достаточно и снять их с крюка. Попытки убежать, похоже, тщетны.

Собеседник спокойно пережидает мой приступ паники. От его хладнокровия мне становится еще более не по себе.

— Добро пожаловать в клуб, — произносит он так, словно уже сотню раз видел подобное и его совершенно не беспокоит то, что еще вчера я была обычной студенткой.

Мужчина садится в кресло и вальяжно закидывает ногу на ногу.

— Обычно суда приходят сами, — говорит он мне. — Но ты особенная.

Я замираю.

— Это отчасти касается и девушки, с которой ты приехала. Как бы это сейчас ни прозвучало, нам невыгодно оставлять свидетелей, — мужчина смотрит на свои ногти. — С самого начала было понятно, что не стоит связываться с юнцом. Впрочем, вы обе уже тут и это значит, что вы получите такое же точно вознаграждение, как и другие в обмен на ваши услуги.

Вознаграждение?

Я в упор смотрю на него. Все это как-то не вяжется с тематикой стрип-клуба, жертв для которого похищают бугаи в лыжных масках.

— Женщины продают здесь свою свободу, — поясняет собеседник. — Мы оформляем легитимные контракты. Здесь случаются вещи, которые находятся за рамками общепринятой морали. Некоторые члены клуба известны. Им не нужна огласка.

Он переводит дыхание.

— Чаще всего сюда приводят любовниц. Но иногда мы набираем свободных девушек, когда находятся мужчины, заинтересованные в новых встречах. Здесь ты станешь идеальной любовницей и, поверь, он заплатит за это достаточно хорошо.

Я дергаюсь.

Так вот причем тут Логинов! Консультант по сексу в таком заведении действительно кстати! Неужели, он помогал мужчинам уламывать на подчинение своих подруг?! Или же он учил женщин становиться идеальными куртизанками?!

Я чувствую себя так, словно из легких выбили воздух.

Логинов не псих, но пытаясь отомстить за смерть жены, он похоже стал бездушным чудовищем.

Постепенно мои мысли возвращаются к Льву. Он ведь говорил в последние дни о том, что может озолотить меня. Обещал дать все, что я пожелаю в обмен на одно соглашение. То есть он хотел привести меня сюда?

Я холодею. Еще неизвестно, кто из моих мужчин больший моральный урод.

— Стандартный контракт заключается на год, — информирует собеседник. — Поверь, вознаграждением ты будешь очень довольна и, думаю, вынесешь многое для себя. Потому, что если ты откажешься сотрудничать, придется остаться тут надолго.

Он приближается ко мне и пальцем приподнимет подбородок.

— Ну что? Выберешь контракт или могу оставить тебя работать для обслуживающего персонала. Тогда уже навсегда.

Я сглатываю вязкую слюну.