Глава 6. Ужин с послом

Форт Седловина готовился к ужину, который должен был стать первой частью их плана.

Мэри наблюдала, как слуги готовятся к визиту посла во внутреннем дворе. Даже они не хотели собирать Мэри и Кайдена в помещении, где может что-то вспыхнуть. Для ужина натянули тент между двумя башнями — который напоминал парус на ветру. Слуги бегали с блюдами, всё время поглядывая на Мэри. Кто-то уронил поднос — звон посуды разнёсся по всему двору. Пахло жареным мясом и почему-то гарью. Мэри надеялась, что это не знак свыше.

Посол Верданны, лорд Эдвин, прибыл час назад. Мэри видела его из окна — низенький мужчина с седой бородой и маленькими глазками. Он не улыбнулся, когда увидел её, только кивнул и сразу ушёл в отведённые для него покои. Но по пути он задержался у портрета матери Мэри, который висел в коридоре. Смотрел довольно долго, покачал головой и ушёл, не оборачиваясь.

— Он злится, — подумала Мэри вслух.

— Или грустит, — отозвалась Сена, которая перебирала склянки на кровати. — Я бы на его месте тоже злилась. Ему же придётся ужинать с вами двумя.

— Ты пойдёшь?

— Мы со Скаем сидим отдельно. «Чтобы не мешать важному разговору», — Сена скорчила рожу. — Как будто я могу кому-то мешать. Я же украшение любого ужина.

Она вдруг хитро посмотрела на Мэри.

— Кстати. Я тут утром проверила кое-что...

— Что именно?

— Я как бы случайно подсыпала Кайдену в кофе сон-траву. Лошадь бы спала до обеда... А он выпил и даже не чихнул.

Мэри медленно повернулась.

— Ты что?

— Не перебивай. Тогда я решила уже намеренно проверить и добавила ему болиголов — ноль реакции. — Сена пожала плечами с видом человека, который только что открыл новый закон природы. — Он невосприимчив к ядам, Мэри.

— Ты пыталась отравить военного министра Торнхолла?

— Первый раз была случайность, — надула губы Сена. — А потом я проверяла научную гипотезу. Это разные вещи.

Мэри закрыла лицо руками. Она уже не знала, что хуже — клятва, Кайден или её лучшая подруга.

— Больше не трави его, — не убирая рук от лица сказала она.

— Поздно, — Кайден вошел в комнату без стука.

Мэри и Сена замерли.

— Я всё слышу. Уши у меня не только торчат, но и прекрасно слышат. — Он подошёл к столу, взял пузырёк, который Сена забыла убрать, понюхал. — Белена. Сон-трава и... — он принюхался получше. — немного болиголова. Для остроты ощущений?

Сена побледнела впервые за всё время.

— Ты... знал?

— С первого раза. — Кайден поставил пузырёк на место. — У меня нюх на отраву с детства. Мать меня тренировала.

— И ты всё равно пил? — Мэри посмотрела на него с ужасом.

— Я не восприимчив к большинству ядов, — Кайден лениво расхаживал по комнате. — Ты хоть и талантлива, но очень предсказуема.

Сена открыла рот. Но не нашлась что ответить.

— Ты следил за моими экспериментами? — спросила она тихо.

— Мне было скучно, а ты добавила разнообразие, — Кайден ответил с полной серьёзностью.

Мэри переводила взгляд с одного на другого.

— Вы оба ненормальные, — подвела итог она.

— Возможно, — согласился Кайден. — Но, Сена... не делай так больше.

Он вышел и отправился в свои покои. Сена рухнула на стул.

— Я влюблена, — раскинул руки в разные стороны она. Мэри не понимала то ли она сошла с ума, то ли она так рада новому подопытному. — Он умён и опасен. И самое главное — он не злится.

— Это называется «он тебя переиграл», — ответила Мэри. — Смотри, чтобы в следующий раз не было «и уничтожил».

Сена больше ничего не ответила.

В соседней комнате Кайден уже начал готовиться к визиту посла. Сегодня он надел тёмно-синий мундир, почти чёрный. Официальный.

— Ты похож на похоронного агента, — Скай сидел на стуле и крутил в руках ложку.

— Это мундир, — Кайден не повернул голову в его сторону, только продолжил застёгивать пуговицы.

— Я знаю. Но у тебя даже лицо стало официальным. Как будто ты собрался не ужинать, а подписывать смертный приговор.

— Может, и подпишу. Послу Эдвину.

Скай перестал крутить ложку.

— Ты его не знаешь, а уже ненавидишь?

— Он южанин. А южане...

— Не все южане одинаковы, — перебил Скай. — Твоя невеста — южанка.

— Она не моя невеста. Она — временное неудобство.

Кайден закончил с пуговицами, одёрнул мундир и посмотрел на себя в маленькое зеркало. В нём отражался чужой человек. Военный министр. Наследник. Жених.

Наконец всё было готово для ужина. На столе стояли три прибора. Сена и Скай сидели в стороне, за отдельным столом. Мэри то и дело поправляла салфетку. Пальцы слушались сегодня особенно плохо. Кайден сидел рядом, но смотрел в противоположную сторону, как будто они существуют в разных мирах.

Мэри сидела слева от пустующего места посла. Кайден — справа. Между ними, на середине стола, лежала карта спорных земель.

Посол двигался медленно, с достоинством человека, который привык, чтобы его ждали. Седые волосы зачёсаны назад, борода идеально уложена, на груди — золотая цепь с гербом Верданны, но в его образ не укладывалась одна деталь. Глаза. Они смотрели на Мэри не с уважением, а какой-то особой неприязнью.

— Леди Мэри, — склоняя он голову, но как то небрежно, словно для него это было в тягость. — Лорд Кайден.

— Лорд Эдвин, — ответила Мэри.

Кайден сухо кивнул, как того требовал этикет.

Посол сел. Слуги наполнили бокалы вином.

— Хорошая погода сегодня, — Эдвин поднял бокал.

— Для севера — да, — ответила Мэри. — Для юга — нет.

— Вы скучаете по дому?

— Да, особенно по теплу.

— Тепло — это важно. — Эдвин отпил вино. — Особенно когда живёшь среди... — он посмотрел на Кайдена, — ...северных скал.

Кайден не ответил. Он смотрел в свою тарелку, как нашкодивший кот.

— Лорд Кайден, — Эдвин кивнул на нетронутый бокал. — Вы не пьёте?

— Пью.

— Тогда пейте. Вино из Верданны, очень хорошее. Хотя вы, наверное, не привыкли к такому?

Кайден поднял бокал. Сделал один глоток и поставил обратно.

— Кислое. Я привык к более тёрпким напиткам.

— Тёрпкое вино — это для тех, кто не понимает вкуса, — Эдвин покрутил бокал в руке, с вызовом смотря на Кайдена.

— Или для тех, у кого нет денег на сладкое, — Кайден отвечал колко и без тени улыбки.

Тишина.

Мэри сжала под столом кулак. План был простым: оскорбить посла и поссориться. Но она не ожидала, что Кайден начнёт так грубо.

— Лорд Эдвин, — начала она, пытаясь спасти ситуацию. — Вы хотели обсудить компенсацию за ковёр?

— Ковёр, — повторил Эдвин. — Да. Ковёр, который вы сожгли...

— Это была случайность.

— Случайность? — Эдвин поставил бокал. — Дракон улетел. Форт без защиты. Послы соседних королевств отказываются приезжать, они боятся быть оскорблёнными... как там было? Змеюка?

Мэри посмотрела на Кайдена. Тот сидел неподвижно.

— Это был обмен мнениями, — она сильнее сжала кулаки, ногти впивались в ладонь, оставляя следы.

— Это был позор, — Эдвин хлопнул рукой по столу. — Ваш отец, леди Мэри, попросил уладить конфликт. Но я не могу обещать то, что зависит от вас.

— От нас?

— От вас и вашего... жениха. Если вы не сможете вести себя как взрослые люди — зачем вы вообще здесь?

Кайден медленно поднял голову.

— Затем, что нас сюда привезли, — он смотрел прямо в глаза Эдвину, бросая вызов. — Против нашей воли. Вы, лорд Эдвин, должны радоваться. Вы получите свою компенсацию за свой ковёр и, возможно, нового дракона.

— Я всего лишь ищу мира!

— Тогда не начинайте войну из-за ковра.

Эдвин встал.

— Я не буду ужинать в компании человека, который не умеет вести дипломатическую беседу. А вы, Мэри, очень похожи на свою мать, такая же доверчивая. Знали бы вы, до чего это её довело.

— Я умею вести бой, — сказал Кайден. — Это важнее.

Мэри тоже встала.

— Лорд Эдвин, — она попыталась остановить его. — Пожалуйста...

— Нет, — перебил Эдвин. — Я уезжаю. Завтра утром. Передайте вашему отцу, что я сделал всё, что мог.

Он развернулся и ушёл.

Слуги замерли с блюдами в руках. Ветер хлопал тентом. Где-то на конюшне заржала лошадь. Мэри опустилась на стул. Она посмотрела на пустое место посла — он даже не допил бокал вина. Кайден отошёл к столбу и опёрся об него лбом. Она не видела его лица, но знала — ему тоже паршиво от этой ситуации.

Кайден и Мэри остались одни.

— Ты перестарался, — Мэри опустила руки и выдохнула.— Я просила оскорбить посла, а не выгнать его.

— Он сам ушёл.

— Потому что ты сказал, что бой важнее дипломатии.

— Тогда почему ты не остановила меня?

Она хотела ответить: «Потому что я тоже хотела, чтобы он ушёл». Но это была правда. А правду страшно говорить.

— Потому что ты не умеешь врать, — протороторила она вместо этого. — Ты не можешь даже поссориться нормально — просто рубишь с плеча.

Она выпалила это, и тут же лёгкий фиолетовый пушок появился у неё под носом. Кайден мгновенно спрятал лицо руками.

— Ты ведь тоже хотела, чтобы он ушёл? — спросил Кайден, не убирая руки от лица.

Мэри хотела ответить. Открыла рот, передумала, развернулась и ушла.

За маленьким столиком в углу двора Сена и Скай сидели так близко, что их плечи касались.

— Кажется, у них был план и они его придерживались, но всё равно поругались, — Скай развалился на стуле, словно досмотрел только, что интересный спектакль, но остался не доволен.

— Они просто боятся, — ответила Сена.

— А мы?

— Мы не боимся.

Сена посмотрела на него. Его лицо было на удивление серьёзным, только растрёпанные волосы выдавали обычного Ская. Его рука лежала рядом с её рукой.

Ночью, когда все разошлись, Мэри сидела в своей комнате и держала письмо отца.

Сена его нашла среди бумаг посла — тот забыл на столе, когда поспешно уезжал.

«Дочь моя, — писал Лорен. — Я знаю, что ты не хотела этого брака. Я понимаю, что ты злишься. Но и ты пойми: у меня нет выбора. Из-за долгой войны страдают люди, союзники отворачиваются от нас, голод придёт и в наше королевство. Единственный способ спасти королевство — это союз с Севером. Сделайте это не ради меня или ради Эльзы. Сделайте это ради тех, кто не сможет выжить в этой войне».

Мэри перечитала письмо три раза, прежде чем Кайден вернулся в комнату.

В покоях было тихо.

— Ты злишься? — спросил он, не подходя близко.

— Нет, — солгала Мэри.

Она сразу почувствовала, как над губой из уже и без того лёгкого пушка стали расти новые волоски. Они начали закручиваться вверх, как у злодея из дешёвых книжек.

Кайден повернулся и посмотрел на её усы. Усмехнулся.

— Тебя сдают усы. Ты же врёшь?

— Не вру, — усы выросли ещё сильнее.

Она поднесла руку к лицу. Усы свисали почти до подбородка, фиолетовые, пушистые.

— Проклятье, — выругалась она.

— Просто скажи правду.

— Ладно, — выдохнула Мэри. — Я злюсь. Немного, но злюсь.

Усы мгновенно начали скручиваться обратно. Они стояли рядом — на расстоянии вытянутой руки. Мэри видела, как пульсируют его вены на шее.

— Что это? — показал пальцем Кайден на пергамент.

— Письмо отца.

— Можно?

Она протянула ему письмо. Кайден молча и внимательно читал.

— Он любит тебя, — он вернул письмо.

— Он использует меня и тебя.

Они помолчали. Где-то скрипнул пол. Она ждала, что он скажет что-нибудь. Колкость или оскорбление. Да что угодно, чтобы снова можно было злиться.

Но он молчал.

Она ненавидела его за то, что он видит всю правду о ней. Ненавидела себя за то, что не может скрыть её от него. И больше всего она ненавидела то, что они стоят в темноте и молчат.

— Спокойной ночи, тролль, — отвернулась и пошла на свою сторону кровати.

— Спокойной ночи, змеюка, — ответил он.