Глава вторая

– Так в чем же заключается ваш план? – спросила я, как только за нами захлопнулась дверь библиотеки.

– Амелия, – с едва заметным нажимом проговорила Лия. – Во-первых, не здесь. Поверь, у инквизиторов крайне чуткий слух, а в доме сейчас целых два, которые, к тому же, занимают высочайшие посты в этой организации.

И с самым невозмутимым видом зашагала дальше.

– А во-вторых? – поинтересовалась я, не отставая.

– А во-вторых, ты узнала все, что тебе надлежит знать на данном этапе, – спокойно обронила Лия.

Я ожидаемо разозлилась.

Ну, знаете ли! Эта ходящая точно напрашивается на неприятности! Мне и в моем мире неплохо жилось.

– Тебе не кажется, что это наглость с твоей стороны? – процедила я. – Я не просила забирать меня из моего мира.

– Хочешь, чтобы я вернула тебя? – Лия вдруг остановилась и пытливо посмотрела на меня. – Естественно, после того, как все закончится. Благо, ждать осталось недолго.

По вполне понятной причине я замялась с ответом. И у этой причины было имя – Джестер.

Сердце грустно защемило от мысли, что мы можем навсегда расстаться. Да, мне не нравился этот мир. Точнее сказать, не нравились его традиции, порядки и отношение к женщинам. Но, с другой стороны, Джестер не показал себя как замшелый ретроград. Полагаю, рядом с ним я без труда примирилась бы со всей несправедливостью этого мира.

– Так я и думала. – По губам Лии скользнула слабая понимающая улыбка. Она снисходительно потрепала меня по плечу и отправилась дальше.

Стоило признать: для своей законной жены Джестер приготовил поистине роскошные покои. Я с трудом удержалась от завистливого вздоха, когда Лия распахнула передо мной дверь и посторонилась, пропуская вперед.

Здесь все дышало покоем и негой. Взгляд упал на пушистый ковер нежного кремового оттенка, затем переместился к дивану и двум креслам, стоявшим вокруг столика с напитками.

Прямо напротив порога была еще одна дверь, ведущая, по всей видимости, в спальню. В настоящий момент она была приоткрыта, и через нее я увидела огромных размеров кровать, накрытую меховым покрывалом.

Под ложечкой противно засосало. Нет, я прекрасно понимала, что Летисия считается полноправной хозяйкой этого дома. Но видеть перед собой очередное доказательство этого было не очень приятно, а сказать честнее – совсем неприятно.

– Заходи. – Лия, устав ждать, подтолкнула меня в спину. – Что застыла?

Я неохотно сделала шаг вперед, и девушка сразу же захлопнула за нами дверь. Знакомым движением набросила на порог легчайшую зеленоватую паутинку какого-то заклинания, по всей видимости – не пропускающего звуки.

– А теперь поговорим без свидетелей, – сказала, обернувшись ко мне. – Лариса, Летисия врет.

– Да неужели? – язвительно поинтересовалась я. – И в чем же она меня обманула? Ах да, позволь догадаться. Сдается, ее чувства к Джестеру совершенно не остыли, и она мечтает о том, что однажды он сменит гнев на милость.

–Абсолютно верно. – Лия благосклонно кивнула мне. – Именно это и жаждет больше всего на свете Летисия. Консумировать свой брак и стать наконец-таки не формальной, а самой что ни на есть настоящей супругой Джестеру.

– А как же ее история про беременность? – спросила я.

– Это ложь. – Лия пожала плечами. – Ложь от первого до последнего слова. Летисия таким образом желала вызвать у тебя доверие. Показать, что не соперница тебе, а, напротив, твоя самая преданная союзница.

– Вот как. – Я медленно прошлась по комнате, заложив за спину руки. Затем обернулась и сухо поинтересовалась: – Другими словами, мне все-таки отведена роль невинного агнца на заклании. Верно?

– Не сходи с ума. – Лия досадливо поморщилась. – Я уже сказала, что не допущу твоей гибели. Если все пройдет по моему плану…

– Да по какому плану-то?! – не выдержав, взорвалась я криком. Лия встревоженно шикнула на меня, и, опомнившись, я продолжила тише: – Лия, у меня уже голова кругом от твоих интриг! То ты признаешься, что выкрала меня из моего мира по приказу Этана. То говоришь, что вступила в коалицию с его дочерью, чтобы покарать верховного инквизитора за все его прегрешения. А теперь оказывается, что ты ведешь игру и против Летисии. Где гарантии, что ты не заключила с кем-нибудь союз и против меня?

– Гарантии? – Лия выразительно всплеснула руками. – Увы, моя дорогая. Гарантий у меня нет никаких.

– Тогда почему я должна тебе верить?

– А я и не заставляю тебя верить. – В светлых глазах Лии заплескалась ирония. – Собственно, маховик событий уже начал набирать ход. Повлиять на происходящее ты больше не в силах.

Я со свистом втянула в себя воздух через плотно сомкнутые зубы.

Уму непостижимо, как меня раздражает эта девица! Пожалуй, только Джестер обладает такой же уникальной возможностью говорить исключительно туманными намеками. Да и то пару раз у меня все-таки получалось вытянуть из него нормальные объяснения.

– Лариса, не злись, – мягко попросила меня Лия. – Поверь, если бы я могла – я бы все тебе рассказала. Но пока это несколько преждевременно.

– Тогда зачем ты меня предупредила об обмане Летисии? – хмуро спросила я.

– Потому что я не уверена в том, что полностью контролирую ее действия, – спокойно сказала Лия. – К слову, насчет своего отношения к отцу Летисия тебе не лгала. Она действительно ненавидит Этана и будет счастлива, если тот навсегда удалится в мир теней.

– И при этом влюблена в Джестера, – хмуро добавила я. – Другими словами, я для нее – как заноза в мягком месте.

– В общем, держи ушки на макушке, Лариса, – посоветовала мне Лия. – Ты девушка умная. Думаю, справишься.

Я вскинулась было задать новый вопрос, но Лия выразительно покачала головой. Приложила палец к губам и быстрым движением сдернула заклятие со двери.

Через пару мгновений в комнату ворвалась Летисия. Было видно, что девушка чем-то донельзя раздосадована. Ее полные чувственные губы кривились, на переносице прорезалась некрасивая глубокая морщина.

– Все в порядке? – спросила Лия.

– Да. – Летисия подскочила к столику. Ловким движением откупорила бутылку вина и сделала несколько глотков прямо из горлышка, не утруждая себя поисками бокала.

При виде столь чудной картины мои брови сами собой поползли на лоб от удивления.

Ничего себе! Кажется, у кого-то серьезные проблемы с алкоголем. Или она у Джестера столь дурную привычку подхватила? Помнится, он однажды поступил так же. Правда, его немного оправдывает то обстоятельство, что произошло это аккурат после ритуала некромантии, на котором мне явился дух его безвременно почившей невесты.

– Простите, – глухо проговорила Летисия, не торопясь поставить бутылку на место. – Просто… – Сделала еще один глоток и с кривой ухмылкой посмотрела на меня, добавив: – Лариса, право слово, завидую твоей выдержке. Не понимаю, как ты терпишь Джестера. Он за пару минут разговора умудряется вывести меня из себя до такой степени, что… что…

Так и не завершив фразу, Летисия лишь махнула рукой, горько скривив уголки рта.

– Вообще-то, тебе надо думать о ребенке, – холодно проговорила я. – Беременным употребление алкоголя крайне не рекомендуется.

И торопливо спрятала язвительную усмешку.

Посмотрим, как теперь Летисия выкручиваться будет.

Та быстро-быстро заморгала, глядя то на меня, то на бутылку в своих руках. Наконец, с нескрываемым недовольством поставила ее на стол и глухо пробормотала с отчетливыми извиняющимися интонациями:

– Ох, и впрямь. Совсем забыла.

– Бывает, – великодушно обронила я. – Так чем тебя так взбесил Джестер?

Летисия как-то тоскливо покосилась на бутылку вина. Затем пожала плечами и неопределенно буркнула:

– Да так.

После чего бухнулась в кресло и нервно забарабанила пальцами по подлокотникам.

Я смущенно переступила с ноги на ногу, не понимая, что делать дальше.

Честное слово, чувствовала я себя донельзя странно. Судя по всему, законная жена Джестера на разговор была совершенно не настроена. И что делать? Стоять и молчать? Или извиниться и уйти? Но куда? По дому рыщет злобный верховный инквизитор, который, как оказалось, прекрасно знает, кто я на самом деле.

Эх, вот бы еще найти способ каким-либо образом рассказать Джестеру о том, что я узнала! Думаю, это будет очень кстати. Из всех разглагольствований Лии и Летисии я поняла одну вещь: вся эта кутерьма с заменой Терезы на меня была затеяна лишь для того, чтобы подставить его. Я так. Мелкая разменная монетка в интриге верховного инквизитора. А предупрежден – значит, вооружен.

Да, но только как это сделать?

– Летисия, если я тебе не нужна, то, быть может… – осторожно начала я, пытаясь придумать причину, по которой мне надо срочно отлучиться.

– Лариса, на твоем месте я бы и носа не показывала из моих покоев, – оборвала меня Летисия, без проблем догадавшись, что я хочу сказать. – Наткнешься на моего папашу – и наш план провалится в самом начале.

– И спать мне тоже здесь? – поинтересовалась я.

– А почему бы и нет? – Летисия флегматично пожала плечами. – Диван выглядит вполне удобным. – После чего подалась вперед и злым свистящим шепотом добавила, глядя мне в глаза: – Поверь, в застенках инквизиции спать тебе придется на каменном полу. Повезет, если ворох гнилой соломы кинут. Так что не привередничай.

Я тяжело вздохнула, мысленно признав правоту женщины. В свою очередь нехотя опустилась на самый краешек ближайшего кресла.

Неужели остаток дня я проведу в столь скучной и неразговорчивой компании? А что будет вечером, когда начнется прием? Меня тут запрут, что ли? И ведь даже с Гейбом не обсудишь услышанное. Неупокоенный дух моего несостоявшегося свекра хоть и сварлив иногда, но дает неплохие советы. К тому же лично знаком с Этаном.

Хм-м… Кажется, я знаю, как надо поступить.

– Извините, могу ли я выйти в уборную? – мило поинтересовалась я, глядя то на Летисию, то на Лию, которая стояла около окна и меланхолично вглядывалась в окружающий пейзаж.

– Да, конечно, – отозвалась Летисия, не удержавшись при этом от вожделеющего взгляда на бутылку.

Ого, милочка. Да у тебя и впрямь проблемы с алкоголем. Знаю я эти голодные алчущие взоры. В свое время налюбовалась у Вадима. Когда человек искренне верит в то, будто контролирует ситуацию, и в то же время отчаянно ждет, когда уже можно будет на законных основаниях выпить. А Летисия сама себя загнала в ловушку, заявив, что беременна.

Полагаю, стоит мне только выйти, как она немедленно нальет себе еще.

Краем глаза я заметила, как Лия едва заметно поморщилась, как будто думая о том же самом. Но ходящая между мирами ничего не сказала, и я благополучно выскользнула из комнаты.

Закрыв за собой дверь ванной, я первым делом включила воду. Затем хмуро уставилась в зеркало.

Из отражения на меня посмотрела бледная от переживаний и немного растрепанная, но все-таки очень хорошенькая девушка.

Немного помедлив, я набрала полную грудь воздуха. Негромко позвала:

– Барон! Вы слышите меня?

– Конечно, слышу, – тут же раздалось скрипучее рядом, и воздух около меня замерцал, медленно сгущаясь в подобие человеческой фигуры.

Материализовавшись полностью, Гейб покачал головой и буркнул себе под нос:

– Безобразие! И как мне выполнить свое обещание не покидать твоих покоев, Лариса, когда тебя по всему дому носит? При всем своем желании я не могу далеко от тебя отлучаться.

– Не переживайте, – мягко проговорила я. – Уверена, что при нынешних обстоятельствах Джестер не будет на вас злиться на нарушение его запрета.

Барон так плотно сжал губы, что они превратились в две тонкие бескровные линии.

– Барон, что вы думаете о происходящем? – задала я вопрос, который тревожил меня сильнее прочих.

– Что ты крупно влипла, Лариса, – честно ответил Гейб. – Полагаю, Этан ждет только вечера, когда все гости будут в сборе. И тогда он обвинит Джестера в пособничестве и укрывательстве темной ведьме при как можно большем скоплении народа. Лия сказала верно: костер Джестеру даже в этом случае не грозит. Но я вообще не думаю, что Этан желает именно убить своего пусть формального, но зятя. Это обычная война за власть. Джестер всего лишь потеряет свое место. Скорее всего, будет выслан из столицы. Ну а ты потеряешь жизнь.

Я скрипнула зубами в бессильной ярости. Заметалась по небольшой комнатушке, то сжимая, то разжимая кулаки.

– А что насчет того, что сказала Лия? – наконец, спросила я, опять замерев около зеркала.

– А что она сказала? – Гейб презрительно фыркнул. – В том-то и дело, что она не сказала ничего определенного. Мол, дорогуша, у нас есть план, но рассказывать тебе о нем мы не собираемся. Поэтому сиди смирно и не рыпайся, а заодно слушайся во всем нас. – Сделал паузу и добавил холодно: – И вообще, я крайне сомневаюсь, что Этан мог каким-то образом принудить ходящую между мирами сотрудничать с ним. Джестер тебе однажды уже говорил, что инквизиция потратила немало сил, лишь бы установить хоть какой-нибудь контроль над такими, как Лия и иже с ней. Об удачных попытках я не слышал.

– То есть, Лия тоже мне врет? – глухо спросила я, ощутив, как сердце болезненно дрогнуло после этого.

На сей раз Гейб молчал так долго, что я подумала, будто ответа не последует вовсе. Но затем все-таки медленно протянул:

– Не знаю, Лариса. Видит небо – не знаю. Ты знаешь, что я встречался с Лией, еще когда был жив. И она не показалась мне подлой или жестокой. Напротив, я бы назвал ее даже чересчур романтично настроенной. Поэтому я так удивился, когда услышал, что она помогает Этану. Что-то тут явно не так.

Когтистая лапа дурного предчувствия немного ослабила свою хватку, но до конца не исчезла.

– Может быть, вы все-таки расскажете мне, от кого родила Розалия Гург? – попросила я, вспомнив то занятие по изучению родословных двух семейств, от которого меня отвлекло неожиданное появление верховного инквизитора.

– Зачем тебе это? – Гейб неодобрительно поджал губы и покачал головой. – Лариса, думай о спасении собственной жизни, а не о чужих семейных тайнах.

– Да, но речь о младшей сестре Этана, – возразила я. – Вдруг это каким-то образом…

– Лариса, некогда я дал слово чести жене, что никогда в жизни и никому не поведаю обстоятельства ее рождения, – оборвал меня Гейб. – В отличие от многих и многих к подобным клятвам я отношусь крайне серьезно.

Барон при этом настолько свирепо сдвинул кустистые седые брови, что стало ясно: уговаривать его бессмысленно. Все равно не расскажет.

Эх, как же тяжело иметь дело с призраком! Даже ментальную магию бессмысленно использовать. Про женские чары тем более говорить не стоит.

– И вообще, – мстительно добавил Гейб. – Надеюсь, теперь ты поняла, какую сотворила глупость, связавшись с этим Джестером. От инквизиторов всегда одни неприятности. Тогда как останься ты женой Петера…

И многозначительно замолчал, так и не завершив фразу.

Вот ведь упрямый старик! Сколько раз ему объяснять, что мне просто не оставили выбора? Да Джестер просто взял – и запихнул меня в фамильный склеп рода Теоль, не спрашивая, хочу я того или нет. А потом забрал с собой.

Но спорить в сотый раз на эту тему не хотелось. Сейчас есть проблемы поважнее.

Эх, ну почему Гейб так отчаянно не желает мне помогать? Уверена, если я попрошу его немного пошпионить за Этаном, то он в ужасе откажется. Хотя казалось бы – чего ему бояться? Все равно уже мертв. А ведь с поддержкой призрака у меня появляется пусть иллюзорный, но шанс даже не на успех – на выживание.

– Что же мне делать? – тоскливо протянула я.

Это не было очередным вопросом к Гейбу. Скорее, жалобой вслух на безвыходное положение.

В отражении я видела, как очертания фигуры барона задрожали, истончаясь по краям. Видимо, он счел разговор завершенным.

– Скажите, а если меня казнят, что будет с вами? – спросила я, повинуясь секундному наитию.

– То есть? – с изумлением переспросил Гейб, даже перестав развоплощаться.

– Ну, Джестер провел ритуал, благодаря которому мы отныне связаны, – пояснила я. – Полагаю, если Этан все-таки воплотит свой план в жизнь, то у Джестера просто не будет времени для того, чтобы дать покой вашей измученной душе. Да и вряд ли ему будет какое-либо дело до вас, барон. Когда спасаешь собственную шкуру, о прочих мелочах уже как-то не думаешь, не так ли?

– Лариса, ты мне угрожаешь, что ли? – Голос призрака зазвенел от сдерживаемого с трудом бешенства.

– Нет, ни в коем случае! – Я в притворном ужасе округлила глаза и замотала головой. Мило улыбнулась и добавила: – Я ведь не Джестер. При всем своем желании я не могу причинить вам никакого вреда или боли.

– Тогда к чему все твои рассуждения?

– Мне просто интересно знать, что будет с вами, если меня убьют, – серьезно сказала я. – Знаете, барон… Я ведь в некотором смысле привязалась к вам. Наверное, я могу назвать вас своим единственным другом в этом безумном мире.

– Лариса, ты же в курсе, что на меня не действует магия внушения? – с нескрываемым скепсисом поинтересовался Гейб, явно не поверив моим словам.

– А при чем тут это? – Я кокетливо взмахнула длинными ресницами и смущенно потупилась. – Барон, я говорю чистую правду. – Доверительно понизила голос, стараясь, чтобы мои слова прозвучали как можно убедительнее: – Вы мне очень нравитесь как личность. Я в курсе вашей непростой семейной истории. И считаю, что вы поступили очень благородно и по отношению к жене, и по отношению к сыну. В вашем мире, как я успела убедиться, с женщинами не принято церемониться. Однако вы… О, вы для меня настоящий идеал мужественности и благородства.

Бросила быстрый взгляд на Гейба, стараясь понять, не переборщила ли я с лестью.

Удивительно, но барон, по всей видимости, действительно купился на мою похвальбу. Он горделиво приосанился, благосклонно внимая мне, и я поторопилась развить успех.

– Джестер поступил подло, не выполнив обещания и обманом привязав вас ко мне, – проговорила я. – И я бы очень хотела, чтобы после моей смерти ваша душа все-таки упокоилась с миром. Вот и спрашиваю: произойдет ли это, если меня казнят?

Гейб мрачно насупился и вновь ссутулился после моего вопроса. Скрестил на груди руки, пристально вглядываясь в меня.

Я усердно продолжала удерживать на лице подходящее ситуации выражение: нечто среднее между виной, сочувствием и печалью.

– Я не некромант, Лариса, – наконец, процедил Гейб. – И даже не маг. Как я могу ответить на твой вопрос?

– Однако в вашей библиотеке, помнится, было много книг по колдовскому искусству, – мягко напомнила я. – И, в том числе, запрещенные инквизицией. Зачем же вы их покупали, если не читали?

Гейб тяжело вздохнул. Задумчиво пожевал губами.

– Я не знаю, – хмуро обронил он. – Могу только предположить, что если ты умрешь до того, как Джестер разорвет связь между нами, то… То… – Замялся, недовольно сдвинув брови. Но после долгой паузы все-таки завершил: – Скорее всего, в этом случае моя душа не обретет покоя до самой битвы богов, знаменующих конец света.

– Ох, какая печаль! – Я горестно вздохнула. – Как несправедливо! Мне так жаль, барон…

Гейб не поверил моим словам. Это было понятно по тому, как рассерженно он замерцал, а температура воздуха в ванной комнате вдруг упала на несколько градусов сразу.

– Демоны с тобой, Лариса! – выплюнул он через пару секунд. – Какая же ты хитрая лиса! Так и быть, помогу я тебе. Говори, что тебе от меня надо!

– Ну… – Я торопливо опустила голову, пряча в тени радостную улыбку. Затем посмотрела на барона и предложила: – Почему бы вам не сходить в гости к Джестеру и не передать ему все, что рассказала мне Лия?

– Джестер запретил мне появляться в его кабинете. – Гейба аж передернуло от моего предложения.

– Полагаю, он не будет злиться, когда услышит, какие новости вы ему принесете, – резонно возразила я.

– Да, но как мне с ним поговорить? – спросил Гейб. – Он не услышит меня.

– Барон, – снисходительно проговорила я. – Проявите сообразительность. Вы ведь можете воздействовать на материальные предметы. Привлеките его внимание чем-нибудь. Книжку со стола, к примеру, скиньте. А вообще, вы можете и черкнуть ему пару строчек на листке бумаги.

– Черкнуть ему пару строчек… – протянул Гейб. Неожиданно расплылся в широкой ухмылке и словно невзначай поинтересовался: – Ты уверена, что хочешь именно этого?

В тоне призрака прозвучали какие-то непонятные предвкушающие нотки. Я вздернула бровь, не понимая, что именно его так обрадовало.

– Лариса, любое мое взаимодействие с окружающим миром отнимает у меня массу энергии, – снисходительно пояснил Гейб. – Я, конечно, могу написать Джестеру письмо. Но учти – заплатить за это придется уже тебе. Собственно, я уже говорил тебе, что после ритуала именно твоя сила обеспечивает мое нахождение здесь.

– Что же, я готова рискнуть, – ответила я.

Барон открыл было рот, желая добавить что-то еще. Но в этот момент в дверь громко постучали.

– Лариса, у тебя все в порядке? – раздался встревоженный голос Лии. – Что ты там так долго делаешь?

– Действуйте! – шепотом приказала я.

Гейб мгновенно растаял. А я повернулась к раковине, бросила себе в лицо пару горстей ледяной воды, выдавила на ладонь немного мыльного раствора и безжалостно протерла им глаза.

Ой!

Я мгновенно ослепла. От страшного жжения слезы потекли нескончаемым потоком.

– Лариса, я сейчас войду! – сурово предупредила Лия.

И тут же распахнула дверь. Замерла на пороге, пока я силилась проморгаться, вновь и вновь умываясь.

– Ты что, плачешь? – спросила удивленно.

– Представь себе, да, – буркнула я.

– Но почему? – В голосе Лии прозвучала такое нескрываемое изумление, что мне стало даже немного смешно.

– Потому что я боюсь за свою жизнь, – сказала я и жалобно шмыгнула носом. – Потому что я понятия не имею, переживу ли следующий день. И потому что я устала уже от всех этих интриг, тайн и недомолвок!

Видимо, моя эмоциональная тирада возымела действие. Ходящая между мирами помолчала немного, а затем я почувствовала, как в мои руки легло пушистое полотенце, которое я немедленно прижала к лицу.

– Я ведь сказала, что тебе нечего бояться, – виновато проговорила Лия, пока я утирала слезы. – Лариса… Прости. Да, наверное, я была слишком сурова к тебе. Но я думала…

– Что ты думала? – вызверилась я. – Ты засунула меня в самую гущу событий! А сейчас, по-моему, получаешь искреннее наслаждение от всего происходящего! Так какой-нибудь садист кидает слепого щенка в бурную реку и следит с берега – утонет или чудом выплывет?

После чего отняла полотенце от лица и с негодованием взглянула на Лию.

Девушку столь обидное сравнение явно проняло. На ее бледных щеках зарделся слабый румянец. Но самое главное – она смотрела на меня с явным сочувствием и раскаянием!

– Лариса, поверь, все будет хорошо, – негромко прошептала она. – Я… Ты не умрешь, я тебе клянусь в этом!

И в этот момент, видимо, барон Гейб Теоль явился в кабинет Джестера и принялся привлекать его внимание.

Это было… Неприятно – не то слово. Это было страшно! Такое чувство, будто меня резко и жестоко ударили под дых. Воздух как-то мгновенно закончился в легких. Я согнулась в беззвучном приступе удушья, силясь сделать хоть вдох. Перед глазами все поплыло от недостатка кислорода. Я немо раззявила рот, а затем просто постыдно грохнулась в обморок.