Глава 9. Фиолетовая страсть

На следующий день перед открытием Пещеры для гостей у Тарис было, как водится, много хлопот, и она все никак не могла улучить минутку, чтобы проведать Тильдо. Со своей стороны она сделала все возможное, чтобы освободить де Бретона от посетителей хотя бы еще на один день, пока не затянутся свежие раны, но искренне подозревала, что Рагнар не даст ему такой возможности. И не ошиблась. Полукровок обычно заходил в Цветник, только когда ему требовалось развлечение на ночь, когда это развлечение было необходимо бойцам Арены, или когда он приводил новых невольников. Так или иначе, его появление среди «цветочков» не сулило им ничего хорошего, и они об этом прекрасно знали. И теперь сторонились жестокого хозяина «Пещеры наслаждений», с довольным видом прогуливавшегося между рабами. Завидев, Рагнара, Тарис заторопилась к нему: – Зачем пришел? Сейчас не до тебя, гостей много, мне нужно распределить все «цветочки» по пожеланиям. – Ага, я с пожеланием и пришел, – полукровок осклабился. – Где ты тут Тиля спрятала? У меня для него особое задание имеется. – Я его не прятала, – маман ответила настороженно. Рагнар уже и так не без причины подозревал ее в излишней симпатии к новенькому, а в ее работе подобные привязанности были опасны. – Тогда веди его в шестьдесят девятые покои, – улыбка полукровка перешла в хищный оскал. Де Бретон явно ждал ее прихода. Он встретил маман сидя на кровати, прямой и напряженный, словно перед боем. Мужчина отчаянно храбрился, вздергивая подбородок и презрительно кривя губы, но был жутко бледен, буквально до синевы, под глазами его темнели круги – очевидно, нормально поспать ему так и не удалось. Кусая губы от недоброго предчувствия, маман привела Тильдо к указанной Рагнаром комнате. Не сказать, чтобы эти покои выделялись чем-то особенным, кроме названия, но веселый настрой полукровка выглядел подозрительно. – Не переживай, может, тебе даже понравится, – Тарис попыталась подбодрить невольника, но он окинул ее таким взглядом, что маман прикусила язык. Добавила уже менее бодрым голосом, – Я буду приглядывать за тобой. – В ответ на вопрос в его глазах пояснила, – Есть у меня там потайное окошко. Я все сомнительные или важные моменты стараюсь курировать сама, чтобы в случае чего вмешаться. – А я для тебя сомнительный или важный? – Тильдо с трудом разлепил бледные сухие губы. Понимая, что сама она волнуется сильно больше допустимого, маман втолкнула мужчину в покои: – Иди уже давай. И будь хорошим мальчиком. Помнишь, о чем мы с тобой договорились? – она посмотрела на него с показательной строгостью, но мужчина только крепче сжал зубы. – И прости, но мне придется сделать вот так, – с этими словами маман перещелкнула выключателем на цилиндре наудника. Лицо Тильдо окаменело, а Тарис только скосила глаза на его пах – тонкая обтягивающая ткань трико не скрывала его эрекции. А мужчина неожиданно покраснел. Это было так неуместно и нелепо, что маман поспешила оправдаться: – Поверь, лучше так, чем если я отдам управление гостье. Она с тебя с живого не слезет, в буквальном смысле слова. Уж поверь моему опыту. – Это будет гостья? – де Бретон спросил бесцветным голосом. – Я надеюсь, – маман отвела глаза. – Одна? – Надеюсь, – Тарис ответила со вздохом и, спрятав цилиндр в кармашках корсажа, заперла за Тильдо дверь. А сама направилась на свою потайную тропку… …Тарис припала к смотровому окошку. Тильдо слонялся по комнате в одиночестве, с каким-то болезненным любопытством изучая инвентарь. Стойка для фиксации любовников, просторная кровать с пружинистым матрасом, большой стол, на котором в рядок были выложены самые разные приблуды для любовных утех: плетки, кольца, зажимы, веревки, кляпы… Один за другим де Бретон брал их в руки, а затем с презрением отшвыривал в сторону. А Тарис только кусала губы и гадала, кого же Рагнар приготовил для него. Маман про себя решила, что если гость окажется из черного списка, она вмешается сразу же. И плевать, как потом полукровок будет брызгать слюной и желчью. Обидеть Тильдо она больше не позволит. Она испытывала к нему смешанное болезненное чувство: желание защитить и одновременно понравиться. И если со своей потребностью спасать и опекать подопечных Цветника она уже свыклась, то зачем ей было нравиться аристократу-смертнику, Тарис не смогла бы объяснить. А в том, что Тильдо обречен в Цветнике, сомнений не возникало. Вопрос был только в том, как долго он сможет продержаться. И что попытается предпринять… Наконец, в двери звякнул ключ и на пороге появился гость в сопровождении охранников Пещеры. В первый момент Тарис облегченно выдохнула – это была женщина. Но уже в следующий с беспокойством закусила губу – она ее узнала, несмотря на скрывающую верхнюю часть лица черную маску. Это была вторая жена губернатора Окраины, Мариска Орбанс. Одна из четырех его официальных жен. Проблема заключалась в том, что ни губернатор, ни его жены не были людьми. И отношение к браку и сексу у них было весьма необычное. Высокие сиреневокожие плеаранцы отличались исключительно крепким телосложением и невероятным сексуальным темпераментом. Каждый мужчина мог иметь от трех до семи официальных жен или попросту постоянных сексуальных партнерш. Равно как и женщины плеаранцев могли иметь от двух до восемнадцати партнеров и далеко не всегда все эти толпы любовников пересекались друг с другом. И, как правило, дамы отличались гораздо более жарким темпераментом. Если бы не смугло-сиреневый оттенок кожи, плеаранцев вполне можно было бы принять за физически развитых людей. Небольшие различия анатомии под одеждой вообще не были заметны. Мариска ростом была чуть выше де Бретона и едва ли не шире его в плечах. Ее могучая грудь, словно два шара для игры в ролбол, крепкая и упругая, могла бы стать воплощением самых сладких фантазий человеческого мужчины. Или самых страшных его кошмаров… Тильдо смерил свою гостью ошарашенным взглядом, от босых ног – плеаранцы не носили обуви – до мощного торса. И только едва заметно сглотнул. Мариска призывно оглядела его в ответ, чуть скривила губы в ухмылке. – Идите, мальчики. Кажется, мы подружимся, – голос у нее был хоть низкий и грудной, но при этом весьма привлекательного женственного тембра. Чуть помявшись, охранники вышли вон, оставив гостью наедине с ее «цветочком». ***Мариска шагнула к Тильдо, и мужчина непроизвольно отшатнулся. – Не надо меня бояться, мой сладенький. Иди к мамочке, – женщина проворковала, и так не сочетался ее мурлыкающий тон с низким голосом и внушительной фигурой, что у наблюдавшей за этой картиной Тарис свело скулы. Де Бретону тоже так показалось, он наклонил голову, насупясь и сверля гостью недружелюбным взглядом. – Ты у нас дикий волчонок, да? – Мариска снова сократила расстояние, и опять де Бретон отступил. Еще ближе к кровати. – Ты можешь не разговаривать, только кричать, – женщина окинула взглядом фигуру Тильдо, остановилась на его паху, где призывно торчал поднятый наудником член, и плотоядно облизнулась. – Я многих мальчиков заставила кричать. Замершая у смотрового окошка Тарис только вздохнула: с такой фигурой тяжелоатлетки можно заставить кричать кого угодно. Наверно, Тильдо подумал также и снова отступил. Бросил быстрый взгляд по сторонам в поисках то ли пути к бегству, то ли оружия. – Не глупи, де Бретон, – Тарис проговорила одними губами, – за дверью охрана. Если ей сейчас хоть что-то не понравится, в момент скрутят и отправят на Арену. Старика-муорна уже пора кормить свежей плотью. Тильдо словно услышал Тарис, хоть она говорила практически беззвучно. Покосился через плечо, скользнул взглядом ровно по тому месту на стене, где было спрятано смотровое окошко, но не заметил его. – Ну, будь же хорошим мальчиком, – маман прошептала, а Тильдо с шумом выдохнул и повернул голову к Мариске: – Чего бы тебе хотелось, моя… госпожа? – вопрос прозвучал нелепо, но это был колоссальный прогресс в поведении Тиля, и Тарис перевела дыхание. А Мариска рассмеялась, раскатисто и от души. Отсмеявшись, улыбнулась: – Точно не поболтать. Иди-ка сюда! Губернаторша резко метнулась к де Бретону, попытавшись схватить его за руку. Несмотря на раны, Тиль оказался проворнее грузной дамы и с легкостью увернулся. – А как же послушать сладкие речи? Разве женщины любят не ушами? – де Бретон показательно изумился. – Я тебе сейчас покажу, каким местом любят женщины! Иди сюда, я сказала! – раздосадованная, Мариска опять бросилась на Тильдо. Тот снова ускользнул у нее из-под носа. – Что же ты творишь, Тиль? – скрытая в своем тайном убежище, невидимая Тарис с замиранием сердца следила за беготней гостьи и Тильдо. Мариска была не из тех, кто любил добиваться желаемого. Она привыкла, что ей давали это – вот прям сейчас же. Наверно, будучи в хорошей физической форме, Тильдо мог бы долго так издеваться над гостьей, ускользая прямо у нее из-под пальцев. Но мужчина был измотан долгим пребыванием в застенке, раны его еще не до конца затянулись, и в какой-то момент он просто запнулся за угол кровати и неловко упал на белоснежное белье. Без лишних слов Мариска тут же навалилась на него сверху всем весом: – Попался! Меня заводят такие игры, люблю преследовать дичь. Особенно, если ей некуда бежать, – женщина хохотнула, выворачивая руки невольнику. А Тильдо не понимал, как вести себя. И вроде бы перед ним была женщина, существо априори нежное и зависимое, и применять силу в отношении женщин он считал ниже своего достоинства. Но при этом назвать Мариску слабой у него не поворачивался язык, и эта дама без видимых усилий скрутила его, пользуясь замешательством. Тиль уткнулся лицом в кровать с руками, заведенными за спину, а Мариска принялась азартно оглаживать его ягодицы. – Какая у тебя крепкая попка, как два орешка, – одной рукой женщина без труда держала за спиной руки Тильдо, второй уже стаскивала с него трико. Штаны не снимались, зацепившись за стоявший торчком член. Заурчав от нетерпения, Мариска выпустила руки Тиля и оголила его зад. И тут же вцепилась ртом в упругие полушария. Мужчина приподнялся на руках, собираясь отползти дальше от нежеланной любовницы, но она, угадав его движение, одной рукой крепко схватила его за член. – Стоять! – она процедила, не отрываясь от его кожи, а в следующий момент просто впилась в нее зубами, прикусив чуть ли не до крови. Тиль дернулся, но губернаторша только крепче сдавила его фаллос: – Сейчас я покажу тебе кое-что такое, чего ты, могу побиться об заклад, еще ни с кем не пробовал. – Вообще у меня богатый опыт, – Тильдо сделал последнюю попытку отболтаться. Только Мариска его не слушала. Без лишних церемоний она сунула палец мужчине в задний проход. Тильдо дернулся, лицо его окаменело, а на губах любовницы, напротив, расцвела довольная улыбка: – Так я и думала – тугая невинная попка. Первый раз будет немного больно, поэтому ты будешь кричать. – Какого демона? – Тильдо рванулся, с силой отпихнув от себя любовницу и сверкая на нее глазами. – У-у-у, сколько страсти. Ты мне определенно нравишься, малыш, – Мариска вытянулась на кровати, изогнув спину в позе весьма соблазнительной и женственной, и Тиль в очередной раз впал в ступор от этого зрелища. – Хозяин меня предупредил, что ты с характером, и поэтому дал мне вот это. С этими словами губернаторша продемонстрировала мужчине небольшой светящийся зеленым цилиндр, почти точная копия которого была спрятана в корсаже Тарис. Маман закусила губу: в руках требовательной гостьи был управляющий цилиндр, который Арахнис оставил у себя, и теперь, очевидно, передал ей. Тильдо сжал зубы, настороженно следя за цветным мерцанием жестокой игрушки. Мариска небрежно повертела цилиндрик в пальцах, спокойно поднялась с кровати и расслабленным шагом направилась к столу, на котором были выложены, словно на продажу, разнообразные орудия эротически пыток. – Какой возьмем для начала, поменьше или сразу самый большой? – она не спеша перебирала пальчиками изощренные приспособления. – Я не понимаю, чего ты хочешь, – честно ответил де Бретон, с обреченным видом следя за Мариской. – Сейчас поймешь. Мои супруги такого не любят, – губернаторша скривила губы. – Но ты горячий, тебе должно понравиться. Пожалуй, начнем с моего любимого. И с этими словами она повернулась к Тильдо, держа в руках пояс, от вида которого мужчина разом побледнел. – Ты понятливый, даже объяснять ничего не пришлось, – Мариска улыбнулась и принялась облачаться. Она скинула свое короткое платье, оставшись полностью обнаженной. И если бы не трагические обстоятельства, де Бретон мог бы найти ее весьма привлекательной. И даже, как знать, у них вполне мог бы быть секс по доброй воле. У женщины было подтянутое крепкое тело темного фиолетово-коричневого цвета. Под блестящей, словно обмазанной маслом, кожей перекатывались литые мускулы – она двигалась с грацией большой сильной кошки. Объемная шарообразная грудь, узкая талия, роскошные бедра… на которые она принялась нацеплять свою хитроумную сбрую… Эта сбруя была сделана из ремней, а спереди к ней была приделана имитация мужского фаллоса весьма солидного размера. И Тарис, прекрасно понимая, для каких целей используется подобная имитация, лишь закусила губу. Позволит ли де Бретон приблизиться к себе в такой игрушкой или устроит скандал, который может закончиться его гибелью? – Смотри, сладенький, этот достанется тебе, – Мариска провела рукой по имитации, словно лаская живой член, – а вот этот для меня, – она продемонстрировала Тилю фаллос меньшего размера, который торчал на сбруе с другой стороны и, очевидно, должен был помещаться внутрь женского тела. Тильдо сглотнул: – Как-то ты себя обделила. – Ничуть, – Мариска натянула на себя ремни, с видимым удовольствием проталкивая искусственный член в свое лоно. Затянула завязки и с победным видом уставилась на мужчину. – Иди ко мне, красавчик. Ноги Тильдо, словно приросли к полу. Он попытался отступить от любовницы, но коленки его ослабли, и он был вынужден остаться на месте. Тогда она сама надвинулась на него, темнокожая, пышущая жаром. От Мариски пахло мускусом – резко и сильно. Этот запах раздражал де Бретона, хоть и не был ему неприятен. Женщина обхватила его сзади, прижалась всем телом. Ищущие руки скользнули вниз, к мужскому члену, сжали его с силой и страстью – Тильдо только натужно крякнул. Впрочем, боли Мариска пока что не причиняла. Была груба и резка, но не жестока. И она принялась ласкать его фаллос рукой, умело, почти играючи. Проворковала ему на ухо: – Люблю, когда мальчики кричат не только от боли, но и от удовольствия. Тебе понравится, вот увидишь. И Тильдо и вправду потек в ее не по-женски сильных руках. Грудь его вздымалась все чаще от прерывистого дыхания, живот напрягся. Де Бретон сжал зубы и закрыл глаза. – Зачем же ты сдерживаешься, сладенький? – Мариска сменила руки и прошептала мужчине на другое ухо. – Не надо держать это в себе. И вот, в какой-то момент, когда Тильдо уже почти расслабился, Мариска вдруг резко надавила ему на плечи, заставив опуститься на колени. Не ожидавший такого де Бретон, повиновался. А в следующее мгновение губернаторша без предупреждения, разом, засадила фаллоимитатор в его задний проход на всю длину. Тильдо закричал и попытался вырваться, но Мариска лишь еще крепче сжала его член, а кольцо на нем мигнуло желтым. Де Бретон всхлипнул и замер. – Не рыпайся, малыш. Расслабься, так тебе же будет лучше, – женщина промурлыкала и продолжила свою пытку. Двинула бедрами – осторожно, с небольшой амплитудой. Тиль замер, сжался, даже, казалось, перестал дышать. Тарис видела его застывшее лицо, остекленевшие глаза и только кусала губы. Прав был Рагнар: для такого, как Тильдо, жизнь в Цветнике была едва ли не хуже смерти. Мариска продолжала свои жестокие ласки, одновременно оглаживая мужской член и сношая партнера в задний проход. А Тильдо только сжал зубы едва ли не до хруста, закрыл глаза и время от времени вздрагивал. Любовница явно увлеклась процессом, она рычала и стонала, все быстрее двигая бедрами, и в какой-то момент перестала терзать член Тильдо, увлекшись своими собственными ощущениями. Вот, она вскрикнула, прижалась к спине любовника. Ее крепкое коричневое тело содрогнулось в конвульсиях оргазма, но она не остановилась. С каким-то болезненным вожделением вцепилась в плечи ошалевшего Тильдо. – Ты сейчас тоже кончишь, мой сладенький, – прошипела ему на ухо со злостью. И еще ускорилась. Тильдо снова вскрикнул и попытался отстраниться, но Мариска с неженской силой захватила его сгибом локтя за горло. Впилась зубами в шею возле уха. Де Бретон вздрогнул, прогнулся в пояснице, а с кончика его члена брызнула тугая струйка белесой жидкости. А потом еще одна – уже не такая обильная. – Да! Еще! Вот так! – Мариска сношала партнера до тех пор, пока из его члена не стекли последние капельки семени. Но и тогда она не оставила его в покое. Пытка продолжалась еще довольно долго – в том же режиме. Сама губернаторша кончила раз пять или шесть, после четвертого де Бретон сбился со счета. Мужчины хватило только на три раза. После третьего оргазма с его члена не брызнуло ни капельки семени, и Мариске показалось это скучным: – Уже выдохся, малыш? Что-то быстро, – она грубовато оттолкнула от себя любовника, и Тильдо без сил растянулся ничком на полу. И замер. А Мариска принялась с деловым видом избавляться от своей сбруи. Кинула в угол надоевшую игрушку, натянула на свое крепкое тело короткое платье, выполнявшее чисто символическую функцию одеяния, и собралась уже уйти. Бросила быстрый скучающий взгляд на измученного любовника, поковырялась в кармашках: – Ты неплохо держался для первого раза. Держи, вот тебе скромный подарок. Купи себе что-нибудь к моему следующему приходу. И швырнула на пол возле головы Тильдо маленький блестящий камешек.