Глава 29

Фальк ждал мой ответ. От его взгляда хотелось бежать и прятаться. Желательно за спиной Лассе.

Приподняв бровь, тёмный чуть подался вперёд. Он будто знал, что за мысли гуляют в моей голове.

— Сонья, сегодня был плохой день? — повторил он.

— Да, — настороженно ответила я, искренне не понимая, что ему нужно.

Что им всем от меня нужно?!

— А чем он так не задался? — Фальк не унимался.

Возникло ощущение, что он к чему-то меня подводит. Насаживает слова как наживку на крючок и, кажется, я всё же клюну на неё.

— Ну, — я замялась, — вы все на меня одну…

Я не знала, как правильно высказать свою мысль. Да и не привыкла я так много говорить. Мой голос казался совсем чужим. Незнакомым.

— Все на одну? — северянин хмыкнул. — Ты нас боишься?

— Да… Нет… — сжав ладони в кулаки, спрятала их в подоле платья. — Не знаю. Вас много…

Я всё не могла себе объяснить, почему я сижу здесь и разговариваю с этим мужчиной. Желание сбежать просто жалило одно место, но я держалась. Наверное, это была моя гордость: она не позволяла мне с позором забиться в тёмный уголок и схорониться там на веки вечные.

Потянувшись, мужчина внезапно взял мою ладонь в свою. Разжал кулак и размял пальцы. Не ожидая такого, я дёрнулась. Но он не отпустил.

— Страх — это последнее, что ты должна ощущать сейчас. Когда-то мой отец бился за мать Лассе. В детстве меня эта история смешила, а теперь я понимаю, что им двигало. Если бы я не был уверен, что старший брат окажется сильнее, я бы сразился за тебя, Сонья. И Рольфу ты тоже приглянулась. Красавица! Жаль, что действительно не моя. Было бы иначе — я бы не отступил, даже не попытавшись. Да, что там. Сдох бы, но отвоевал. Сегодня, девочка, увы, не моя, и правда плохой день.

— Почему? — вопрос вырвался сам собой. Я даже не до конца поняла, о чём именно спросила.

Он рассмеялся. Его лицо преобразилось и стало более человечным, что ли.

— Красивая молодая сияющая досталась не мне. Есть повод огорчиться, не находишь?

Я смутилась и опустила взгляд. Мужчина продолжал разминать мои пальцы. Эти прикосновения страшно нервировали. С Лассе всё было иначе. И ощущения другие.

— Фальк, отпустите, пожалуйста, мою руку, — тихо попросила я.

Он покачал головой.

— Ты не ответила мне, послушница. Я могу повторить вопрос.

— Не нужно, — меня прошибло ознобом. Вард же скрестил наши пальцы и хищно улыбнулся.

— Значит, отвечай!

— Всё дело в вас…

— Нет, — перебил он меня. — Нет, Сонья! Плохим этот день стал, потому что ты ночь спала на улице и на тебя напали умертвия.

— Отпустите меня, — я снова дёрнула руку, но он, казалось, не заметил.

— Ты ведь понимаешь, что неправильно реагируешь на всё, что происходит с тобой?

— Фальк, перестаньте меня касаться! Мне это неприятно, — мой голос звучал как-то жалко.

— Конечно, неприятно… Я ведь не Лассе. Я отпущу твою ладонь, если ты расскажешь, что случилось сегодня на том острове? О чём ты думала, когда видела мёртвых?

— Ничего там не случилось! — меня начинало трясти. — Просто ходячие напали. Все!

— Нет не все. Ты раньше их видела? Неупокоенных.

— Конечно, — я готова была сорваться с места и бежать.

Непонятный страх холодил душу. Я ощущала, как мурашки бегут по спине.

Ну и жуткий же этот вард!

— Но раньше нападений не было? — допытывался он. — И как часто мёртвые встречались на твоём пути?

— Часто! — рявкнула я, теряя контроль над своими эмоциями. Меня знобило от его прикосновения. — Отпустите меня! Слышите?

— Свет, Сонья, — негромко проговорил северянин. — Против меня и таких, как я, — живых и мёртвых — тебя спасёт свет. Выпусти его.

Я напряглась, готовая последовать услышанному совету, но тут же вспомнила его фразу о том, что он для меня не опасен, а я для него — да.

— Вам будет больно? — спросила я остывая.

— Да, мне будет очень больно, — Фальк улыбнулся.

— Тогда я не могу так поступить.

— Почему? — он сделал удивлённое лицо, но я понимала — лукавит.

— Вы не заслужили этого. Никто не заслуживает боли.

— Но я ведь держу тебя за руку, против твоей воли. Тебе неприятно. Нападай, Сонья!

Создавалось впечатление, что этот мужчина играет со мной, только сути этой его потехи я не понимала. Взглянув на наши сомкнутые руки, заметила, как вокруг струится тёмный дымок.

Его магия!

— Вы что-то делаете, да? — наконец, до меня дошло — он отвлекает разговорами.

Вард кивнул, не отрицая очевидное.

Растерявшись, я замолчала. Нервы были на пределе. Хотелось поесть и поспать.

— Сонья, чего ты боишься? Только честно?

— А что вам нужно от меня, но без лжи? — ответила я вопросом на вопрос.

— Я хочу понять, почему ты не плачешь, не бьёшься в истерике. Ответишь?

— Наверное, потому что привыкла, — я пожала плечами. — Послушницы не всегда возвращаются с охоты живыми. У меня была подруга, мы росли вместе. Однажды она приплыла позже всех. Мёртвая, — я запнулась, оживляя картины прошлого в своей памяти. — В одной руке она держала весло, а в другой — собственную голову. Тогда я сильно плакала. Рыдала ночь напролёт. А потом перестала. Нет, слёзы никуда не делись — просто я понимаю, что жива и нет причин биться в истерике. Но я всё ещё плачу, когда мне страшно и одиноко. Разве это плохо?

— Наверное, нет, — он задумчиво взглянул на меня. — Лассе говорил — ты смеялась на стене, показывая свою седую прядку.

Я поймала свои яркие рыжие локоны и выделила белоснежную прядь. Она смотрелась странно и немного нелепо.

— Все женщины в этом храме — и послушницы, и жрицы — немного сумасшедшие, — ровно произнесла я. — Кто-то больше, кто-то меньше. Там, где нужно горько плакать, мы, бывает, хохочем. Что с нас взять?!

— Ты думаешь, что безумна?

— А вы так не думаете? — я заинтересовано взглянула на него, растягивая губы в улыбке.

— Молодец! — наконец, он отпустил мою ладонь. — Нет, Сонья, я так не думаю. Это — не безумие, а сила духа! Не бойся. То, что ты ощущала сейчас, — это моя магия. Вот так я влияю на тебя. Но ты отлично держалась, я думал, придётся носиться за тобой по всему храму. Светлые не выносят даже моего присутствия рядом. Ты первая, кто проявил такую силу воли. Это внушает уважение! А сейчас ешь и отдыхай. Твоя спина в полном порядке.

— Откуда вы знаете? — поинтересовалась я.

Стоило ему отпустить мою руку, как страх исчез, а вместе с ним и этот вымораживающий душу холод. Не повезёт этому мужчине, если его избранная окажется светлой.

— Я её вылечил, Сонья. Лассе счастливец! Стужа меня дери, даже завидно! Но ладно, переживу, — он широко улыбнулся и подмигнул. — Добро пожаловать в семью истинных тёмных, маленькая светлая послушница. Мне очень приятно, что ты смогла пересилить себя и не убежала прочь.

Поднявшись, мужчина положил ладонь на моё плечо. Мне показалось, он хотел сказать что-то ещё, но передумал.

Убрав руку, светловолосый вард вышел, оставляя меня одну.