Глава 45

Засыпая на матрасе, укутавшись в одеяло, я вслушивалась в звуки, доносившиеся с первого яруса. Все варды были там.

Что-то происходило.

Снаружи стремительно набирал силу ветер. Он грозно завывал, проникая в щели.

Гремели ставни. Скрипели полы.

Становилось холоднее.

Шаги на лестнице.

Северяне.

Я чётко слышала незнакомые чужие мужские голоса. А ведь их лагерь снаружи, чуть поодаль от храма.

Снова топот, но уже в коридоре.

Тонкие детские смешки.

Сев, я моргнула, отгоняя дрёму.

— Лассе? — тихо позвала, ни на что не надеясь.

— Он снаружи, — услышала я ответ.

— Вард Лахлан, это вы? Что происходит?

— Ничего страшного. Просто сильный ветер.

— Вы сворачиваете лагерь?

— Можно сказать и так. Третью комнату Лассе велел очистить от тазов и лавок и отдать девочкам. Мы сейчас уложим малышек спать и уйдём. Шуметь не будем.

— Это хорошо, нечего детям на улице делать, — я немного успокоилась, но тут же в душе встрепенулась новая тревога. — А воины, вард Лахлан? Вы и их в храм переселяете?

— Да, — занавеска шевельнулась: видимо, он стоял ровно напротив неё.

— Правильно, — я окончательно расслабилась. — Туман опасен для всех.

— Сонья, ты раньше не обращалась ко мне как к варду. Что изменилось?

Я слегка смутилась. Не думала, что он обратит на это внимание.

— Мне сказали, что это немного … неправильно.

— Нет. Всё было правильно. Лассе мне хоть и не кровный брат, но мы росли вместе. Нет у меня друга ближе, чем он. Так что для тебя — я Лахлан, или Лани, как называет меня Атлин. Договорились?

— Хорошо, — я улыбнулась.

Эти мужчины становились всё более понятными.

— А сейчас засыпай. На нас движется ураган. Скоро Лассе присоединится к тебе. Только уберём людей с улицы.

— Спокойной ночи, Лахлан, — прошептала я и улеглась.

Сон быстро спеленал мой разум.

***

Вой. Не человеческий, нет. Ветер!

Лёжа, вслушивалась в этот звук. Вроде и ничего необычного, но всё же. Сон медленно развеялся. Потянувшись, распахнула глаза. В комнате я была одна. Лассе так и не появился.

Ветер снаружи бушевал нешуточный. Он ударял по ставням, расшатывая их.

Поёжившись, села и натянула на плечи одеяло. Поискала взглядом платье. Оно лежало напротив на высоком сундуке.

Ставни снова задрожали. Ветер неистовствовал. Свирепел и грозился ворваться внутрь.

Огонёк свечи затрепетал. На стенах всколыхнулись причудливые тени.

Поднявшись, сделала пару шагов вперёд, желая одеться. Мне нужно было знать, что происходит.

Снова затряслись ставни, но это уже был не ветер, а словно что-то мощное в них врезалось.

Замерев на пару мгновений, схватила платье и отпрянула назад. На деревянные ставни обрушился град ударов. Они не выдержали и распахнулись.

Комната наполнилась карканьем. Огромные вороны метались по кругу, врезаясь друг в друга и падая на пол. Закричав от страха, я повалилась на матрас и укрылась одеялом. Что-то тяжёлое упало мне на ноги.

С коридора донеслись крики, которые заглушали гвалт птичьих голосов.

— Сонья! — Лассе не узнать я не могла. — Тихо. Не шевелись, я сейчас вытащу тебя.

Меня действительно подняли, как-то неестественно мягко. Я попыталась прижаться к своему северянину, но не могла. Его словно не было. Чуть отогнув край одеяла, поняла, что просто парю в воздухе, а вокруг меня кокон — плотный чёрный туман.

Я подавилась своим воплем.

— Тихо, моя девочка. Тебе нечего бояться.

— Лассе, но как?

— Туманник. Разве ты забыла?

Что-то мягко скользнуло по моей руке: шкура, что закрывала дверной проём.

Паря в коридоре, я с неприкрытым ужасом наблюдала, как туман уплотняется, приобретая очертания человека.

— Испугалась? — лицо северянина подёрнулось и стало обычным.

— Очень! Птицы, они…

— На улице бушует настоящий ураган. Скорее всего, стая сбилась с пути.

— И решила переждать непогоду именно в вашей комнате, — съязвили рядом.

— Рольф! — рявкнул мой мужчина.

— Ладно-ладно, — примирительно затараторил зеленоглазый, — не буду мешать тебе врать.

Содрав занавеску, провидец спокойно вошёл в комнату. Карканья и хлопков крыльев оттуда уже не доносилось.

— Что у вас? — в коридор вошла заспанная Атлин, за ней следовал сердитый Хаук. Остановившись у первой комнаты, он заглянул внутрь.

Я услышала детские сдавленные всхлипывания. Мужчина что-то тихо принялся рассказывать. Его глаза неестественно разгорались жёлтым огоньком.

— Он успокоит их, — шепнул Лассе, — у него особенная магия…

— Ага! Он промывает мозги, — съязвила Атлин. — А что у вас?

— А у нас куча дохлого воронья. Нет, ну чего бы гусям не залететь? Всё вкуснее мясо, — Рольф отпинывал в сторону непонятно отчего погибшую птицу.

— Ты шутишь, брат? — Атлин подалась вперёд. — Какая гадость! Это нужно закопать.

Поёжившись, я потянулась и обняла Лассе за шею, удобно устраивая голову на его плече.

— Всё хорошо, — шепнул он и легонько коснулся губами моих волос. — Мы разберёмся со всем.

В углу комнаты послышался шорох. Хаук, подошедший ближе, двинулся туда, но Рольф грубо остановил его, чуть ли не толкнув.

— Ты чего?

— А вот и он! — провидец просиял. — Да. Здравствуй, малыш.

Откинув в сторону мёртвую ворону, Рольф поднял крупного птенца.

— Добей его, а, — Хаук подался вперёд, но Атлин его опередила.

— Какой хорошенький, — она отобрала малыша у брата и поднесла к себе. — У него так быстро бьётся сердце. А глазки — бусинки! Я оставлю его!

— Сдурела! — Хаук потянулся к птенцу. — Непонятно что он такое!

— Он ворон! Что тебе неясно? — Атлин отступила и прижала взлохмаченного воронёнка к груди.

— Ты не заметила, что весь пол усеян его дохлыми сородичами? Атлин?

— Лассе? — она перевела взгляд на нас.

— Рольф? — муж обернулся на провидца.

Как ни странно, но эта их перебранка помогла мне прийти в себя. Я старалась не рассмеяться, а ещё меня прямо подмывало вставить своё имя.

— Ну вот! Сонья уже улыбается, по-настоящему, и без этого лихорадочного блеска в глазах, — Рольф мне подмигнул, то ли поддев, то ли похвалив.

— Так что с вороном? — напомнил о возникшей проблеме мой северянин.

— Он принадлежит Атлин, а я теперь могу спокойно отсюда съезжать вниз. Мне там будет лучше, к алтарю поближе, — радостно хлопнув в ладони, провидец скрылся в своей комнате.

Воспользовавшись заминкой, исчезла и Атлин, утащив с собой птицу.

— Я с ними когда-нибудь свихнусь! — малодушно пожаловался Лассе.

— И всё же я думаю, что ворона нужно убрать, — Хаук недовольно поджал губы.

— Он останется у Атлин. Пусть учится нести ответственность хоть за кого-то, — взгляд мужа стал просто убийственным. — К тому же будет что сожрать в дороге с голоду, — хмыкнул он. — Очистите тут всё.

Этой ночью больше не спал никто, кроме девочек.

А наутро я заселилась в противоположную комнату.

Рольф же перетащил свой лежак на первый ярус.