Глава 52

Спускаясь в общую столовую, я наблюдала за необычным оживлением.

Послушницы метались из комнаты в комнату, активно жестикулируя и перебивая друг друга. Дети жались к взрослым. К сожалению, только несколько женщин знали, кто из девочек их дочери. Остальные малышки пытались прибиться хоть к кому и быть полезными.

Но выходило так, что они просто мешались и путались у взрослых под ногами.

Атлин, хмурясь, пыталась хоть чем-нибудь занять малышек.

В центре всей этой суматохи, грозно уперев руки в бока, стояла Светла.

Она вылавливала послушниц по одной и отправляла их в столовую.

Остановившись, я решила обойти её стороной и проверить, что происходит на улице. Завтрак подождёт.

Все варды обнаружились на берегу, мужчины придирчиво обсматривали наши лодки. Да они сильно отличались от тех, на которых прибыли воины северян. Наши-то старенькие рассохшиеся, бока облупившиеся.

Покачав головой, Лассе упёрся в одну из лодок ладонями и оттолкнул её от берега.

— Затопить их, — рявкнул мой мужчина.

— Все? — уточнил Лахлан, но ответ на свой вопрос он не получил.

Лассе, развернувшись, пошёл в мою сторону.

— Брат, — Снежный оказался настойчивым. — Они хоть и старые, но на плаву…

— Затопить, — повторил Лассе раздражаясь.

Подойдя ко мне вплотную, он немного грубо обхватил подбородок рукой и на виду у всех впился в мой рот поцелуем. Оторопев, я не знала, как мне реагировать. Сладость, что дарили его уста, будоражили душу.

Тихий детский смешок привёл меня в чувства. Лассе оставил мои губы в покое и взглянул вниз.

— Подглядываешь? — в его всегда суровом голосе слышались смешинки.

Маленькая послушница покачала головой. Рыжие кудряшки забавно обрамляли личико-сердечко. Девочка улыбнулась, демонстрируя ямочки на щеках. Лассе положил руку на её голову и потрепал волосики.

— Где её мать? — он взглянул на меня вопросительно. Я с трудом вспомнила девушку, что прожила у нас меньше года. Гуроны доставили её к нам беременной и совершенно безумной.

— Её нет, — негромко ответила я, но малышка услышала.

Маленькие плечики опустились, и улыбка погасла. Я в этот момент себя возненавидела. Зачем при ней-то было говорить. Видимо, она надеялась, что и у неё есть мама. Что с ребёнка возьмёшь.

— Плохо. А как малышку зовут? — вопрос моего северянина поставил в тупик

— Никак, — я пожала плечами, — имена даются после обряда в день первой крови. Но мы редко ими пользуемся, некоторые и вовсе свои не помнят.

— Ну да, зачем немым имена, — прорычал Лассе, — они же не люди…

К нам подошла одна из послушниц и увела рыженькое чудо.

— Почему все так взволнованы и зачем топить лодки? — я попыталась себя отвлечь от ребёнка

— Я уже говорил, мы уходим из тумана.

— Сейчас? — мой голос дрогнул. — Утром?!

Он лишь кивнул, а у меня руки затряслись. Нужно собрать вещи! Какие? Да нет у меня ничего. Поесть! Да кусок в горло ведь не полезет.

Словно чувствуя, какой хаос в моей душе, Лассе обнял меня и прижал к себе.

— Иди и поешь.

Кивнув, я не сдвинулась с места.

— Сонья.

— Не хочу. А мы поплывём?

— Да, на наших лодках, — Лассе кивнул.

Я взглянула на их крепкие судёнышки. В нескольких уже сидели женщины.

— А можно мне сразу туда? — я указала в их сторону.

— А поесть? — он приподнял бровь.

— Не хочу, — заупрямилась я.

— Сонья, нужно, — его голос стал строже.

— Нет…

Он сложил руки на груди и нахмурился. Я же больше всего хотела оказаться сейчас в одной из этих лодок и не понимала, зачем мне идти есть, если я совсем неголодная.

— Сонья, помнишь, я спросил у тебя, что ты будешь делать после смерти жриц?

— Да, помню, — закивала я.

— Ты ведь не ответила мне…

— Жить, — резко перебила его. — Я знаю, чего я хочу. Теперь знаю, Лассе.

— Значит, жизни наших пленниц тебя больше не волнуют?

Я хотела было ответить, но призадумалась.

— Знаешь, в чем наша месть, северянин? — облизнув нижнюю губу, я окинула взглядом древний белокаменный храм, что всю жизнь был мне тюрьмой. — Моя месть в том, что я увижу солнце. У меня будет будущее. Настоящее. Мы… — я указала на послушниц, что слушали меня, сжав ладони в кулаки. — Мы будем жить по-настоящему. Вернём наши голоса, наше право быть вольными. Я надеюсь, среди ваших воинов найдутся мужья для всех нас. Дети обретут родителей. А жрицы… Да сдохнут они без послушниц! От голода подохнут. Друг друга жрать начнут, потому как тумана бояться пуще смерти. Они неспособны отличить простую сизую дымку от магии Танука. Это ведь куда страшнее — жить, зная, что вот она смерть за углом.

Лассе, склонив голову набок, медленно кивнул. Ему понравились мои слова. А я ощутила такую лёгкость, свет в моей душе встрепенулся и как-то горделиво подался вперёд.

Впервые со дня смерти моего отца мне стало легче дышать.

Я себя живой ощутила и чуточку счастливой.

Из храма вышла Смэка под руку с отцом. Я гордилась Счастливчиком, и немного завидовала этой послушнице. Её отец не отступился — пошёл за ней в туман. Сдался в плен, лишь бы найти. Вернуть. Мой папа был таким же.

Повернувшись к Лассе, я положила свою ладонь на его руку.

— Что? — тихо спросил он.

— А в твоём Сарскоте найдётся тёплое место для них? — я кивком указала на Счастливчика.

— Ещё бы, — раздалось за моей спиной. — Он хоть мужик и из простых, пустой, но яйц… — Лассе обернулся и тяжело взглянул на Хаука, не дав ему договорить. Тот понял брата мгновенно. — Хм, кремень мужик в общем. Сонья, ты не завтракала. Атлин тебя ждёт…

— Я не хочу.

— Не хоти, но поешь, — пожал он плечами и пошёл дальше.

— Но я не хочу, — выдохнула я, словно ни к кому не обращаясь.

Подняв голову, заметила, как Лассе всматривается в туман над рекой, будто видит что-то. Но всё что там было — это прозрачная дымка.

— Светлая душа, — тихо пробормотал он, — я вижу её постоянно. Молоденькая девушка, красивая.

— За день до вашего прихода умерла Клэти.

— А тело её где?

— Я не знаю.

Лассе задумчиво перевёл взгляд с тумана на меня, потом на послушниц и на своих воинов.

— Рольф! — его бас заставил меня вздрогнуть. — Девушка — мертвячка, её душа рядом. Отыщи её.

— Не нужно, — провидец отмахнулся от нас, — её всё устраивает.

— Лично спрашивал? — прорычал мой северянин.

— Порой безумцам лучше парить в небесах… Ну, я так думаю.

Поджав губы, я поняла, о чём он.

— Да, — эти слова дались мне с трудом, — Клэти была не в себе. Как и Смэка.

— Нет, вторая девушка странная, но её разум при ней, — Рольф оглянулся на Счастливчика, усаживающего свою дочь в лодку. — Хороший из него выйдет старший конюх, а от прикосновения её ладоней любая хворь из животины выйдет.

— А замуж? — я вдруг поняла, что провидец в друзьях не так уж и плохо.

— Так ты же сказала, что не будешь со мной водиться, Сонья. А теперь такие вопросы.

— Вы же обещали нагло помереть на моих руках.

— Я же Иной, чтобы меня убить — одного тумана и пары тёмных теней маловато будет. Так покорячусь немного, и всё.

— Так она выйдет замуж?

— Все выйдут, Сонья, — он по-доброму улыбнулся. Его лицо стало таким открытым, как у мальчишки. В зелёных глазах сверкнул озорной огонёк.

— Все-все?

Он медленно кивнул.

— И Смэка твоя тоже. И будешь ты гулять на её свадьбе, и сама платок ей на голову повяжешь на правах некровной родственницы. Каждой из них повяжешь. Я это вижу так явственно, как тебя сейчас.

Оглянувшись, я посмотрела на послушниц в ближайшей лодке. В их глазах стояли слёзы счастья.

В тумане мелькнула тень Клэти. Что-то удерживало её здесь.