Глава 22

Проснулся я сам — без Василия, без будильников, без посторонних звуков. В голове роились мысли, как пчёлы в улье. Трактор. Пилорама. Паровые машины. Сегодня — сборка. Сегодня — первый шаг к тому, чтобы всё это заработало.

— Василий! — позвал я, и денщик появился в дверях.

— Слушаю, ваше высокоблагородие.

— Зови того парня, механика. Савву. И кузнеца тоже. Сегодня начинаем сборку трактора и пилорамы.

— Будет сделано, — кивнул Василий и вышел.

Вернулся он через некоторое время с подносом. На столике, водружённом на кровать, дымилась яичница-глазунья из двух яиц, лежали две румяные колбаски и стояла чашка горячего чёрного чая.

Закончив завтрак, я отставил пустую чашку и сказал:

— Василий, надоело мне это кресло-каталка. Сегодня будем вставать на ноги.

Я подмигнул ему. Василий понимающе кивнул, отложил телефон и собрал посуду.

— Помоги одеться, — распорядился я. Не потому что мне нужна была вот прямо помощь, я просто не знал как одеться правильно, соответственно своему положению.

Он подошёл к шкафу, достал домашнюю одежду барина начала девятнадцатого века — тёплую, добротную, для середины апреля. Штаны из плотного сукна, рубаха с длинным рукавом, жилет на пуговицах, сюртук. Всё это Василий помог мне надеть, аккуратно, старательно.

— Ну, с богом, — сказал я, вставая с кровати.

Ноги слушались, но я всё ещё играл больного — пошатывался, держался за Василия, делал вид, что каждый шаг даётся с трудом. Мы медленно двинулись к лестнице. Я одной рукой держался за перила, другой — за плечо денщика. Шаг за шагом, ступенька за ступенькой.

Внизу нас встретила горничная. Увидев, что барин идёт сам, она всплеснула руками и прижала их к груди.

— Батюшки! Ваше высокоблагородие! Встали! — воскликнула она, кланяясь. — Дай Бог здоровья!

В этот момент в дом входил Ивашка. Он замер на пороге, глядя на меня, потом низко поклонился.

— С выздоровлением, ваше высокоблагородие!

— Спасибо, спасибо, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал слабо, но довольно.

Василий рявкнул на Ивашку:

— Чего встал? Кати кресло-каталку для его высокоблагородия! Он сейчас устанет, надо будет присесть!

Ивашка бросился выполнять приказ. А мы с Василием медленно вышли на террасу. Солнце уже поднялось, припекало вовсю. На столике, как всегда, стояла настойка. Я опустился в кресло, которое Ивашка уже подкатил, и с наслаждением отпил глоток.

— Хороша настойка, — сказал я, чувствуя, как знакомый вкус разливается по телу. — Соскучился.

К дому подходили двое. Савва, молодой механик — парень лет семнадцати, с живыми, быстрыми глазами, в простой рубахе и картузе, сдвинутом на затылок. А с ним — кузнец, Фёдор Кузьмин, сухощавый, жилистый, с руками, покрытыми старыми ожогами и мозолями.

Они поклонились.

— Здравия желаем, ваше высокоблагородие, господин полковник! — произнесли они почти хором.

— Здравствуйте, — ответил я доброжелательно. — Сегодня большой день. Сегодня мы будем собирать самоходную машину на паровой тяге и распиловочную машину.

Глаза Саввы загорелись. Фёдор кивнул, сжав и разжав свои мозолистые кулаки.

— Всё сделаем, ваше высокоблагородие, — сказал кузнец. — Не подведём.

— Василий, — скомандовал я, — кати в новый сарай.

Василий подкатил кресло, и мы двинулись. За нами шли Ивашка, Савва и Фёдор. У ворот нового сарая Василий остановился.

— Открывай, — сказал я.

Василий распахнул ворота. Солнечный свет ворвался внутрь, и тьма отступила, осветив блестящие свежей краской металлические конструкции.

Три паровые машины стояли у стены, чёрные, с медными трубками, поблёскивающими на солнце. Пилорама с диском и разобранными направляющими для брёвен занимала центр сарая. Разукомплектованное, шасси трактора, колёсами, редуктор, карданный вал, задний мост — всё это лежало на деревянном полу, ожидая рук, которые соберут их в единое целое.

— Ну что, господа хорошие, — сказал я, оглядывая своё войско. — Начинаем. Савва, Фёдор — за работу. Василий, Ивашка — помогайте.

Солнце поднялось уже высоко, и в сарае стало по-настоящему тепло. Я сидел в кресле, попивал настойку и наблюдал, как мои люди — Савва, Фёдор, Василий и Ивашка — колдуют над грудой металла, которая должна была стать паровым трактором.

— Начинаем с передней оси, — сказал я. — Подкатывайте малые колёса.

Мужики подкатили два передних колеса. Фёдор приподнял раму. Савва молча приладил ось — делал всё быстро, точно, без лишних движений. Василий и Ивашка держали, пока кузнец наживлял болты.

— Ключ на семнадцать, — подсказал я.

Василий нырнул в гору инструментов, нашарил нужный и протянул Савве. Тот кивнул, не говоря ни слова, и начал закручивать.

— Хорошо, что все болты одного размера, — заметил я. — Унификация, великое дело.

— Чего, ваше высокоблагородие? — не понял Василий.

— Гайки и болты одинаковые, говорю. Не надо по всему сараю разные ключи искать.

— А, это да, — кивнул он. — Удобно.

Передняя ось встала на место быстро. Савва провернул колёса — они закрутились легко, свободно, без хруста и скрипа. Парень выпрямился, вытер руки о ветошь и вопросительно посмотрел на меня.

— Теперь заднюю, — сказал я. — Мост и большие колёса.

Задняя ось была массивнее. Тяжёлый мост, два больших колеса с серьёзными грунтозацепами «ёлочкой». Фёдор с Ивашкой поднесли мост, Василий кряхтя приподнял раму.

Савва, не дожидаясь подсказки, достал из коробки новую охапку болтов и принялся за работу. Я смотрел, как он крутит гайки, как проверяет — ровно ли стоит ось, как затягивает крепления. Молча, сосредоточенно.

— Ровно, ваше высокоблагородие, — сказал он наконец, выпрямляясь.

— Добро, — кивнул я.

Омотрел на раму с прикрученными осями и думал: «А получится ли управлять такой махиной? Без гидроусилителя руля?» Руль был большой, удобный — видно, от старого «Урала» или от какого другого советского грузовика. Место оператора — готовое решение, скорее всего от «классики» ВАЗа.

— Поживём — увидим, — пробормотал я себе под нос.

— Чего, ваше высокоблагородие? — переспросил Василий.

— Ничего, Вася. Работайте дальше.

— Теперь двигатель, — сказал я. — Тащите сюда.

Паровой двигатель — тяжёлый, массивный, с топкой и паровым котлом — подтащили к раме. Вчетвером, кряхтя и матерясь, подняли его, уложили на посадочные места. Савва присел, проверил, совпадают ли отверстия для крепежа. Потом поднял на меня глаза и коротко кивнул — мол, всё точно.

— Крепите, — разрешил я.

Болты закрутили, затянули. Двигатель встал намертво. Савва обошёл его со всех сторон, проверил каждое крепление — не спеша, основательно.

— Теперь редуктор и карданный вал, — продолжал я.

Редуктор поднесли, приладили к раме. Савва соединил его с валом, потом достал ремни из комплекта — широкие, прорезиненные, — накинул на шкив двигателя и на шкив редуктора.

— Натягивай, — сказал я Фёдору.

Кузнец надавил на редуктор, выбирая слабину. Савва закрутил регулировочные болты. Ремни натянулись.

— Рулевые тяги, — сказал я.

Савва соединил тяги с рулём и с неким подобием рулевых наконечников. Василий тяжело покрутил руль — колёса послушно повернулись влево, потом вправо.

— Работает, — констатировал он.

Я сидел в кресле, смотрел и не верил своим глазам. Из груды металла, деталей, болтов и гаек рождалась машина. Серьёзная, мощная. Трактор. На пару. Который будет пахать, возить. Который изменит жизнь в имении.

Савва тем временем уже осматривал место оператора. Провёл рукой по сиденью, проверил, как зафиксирован руль, как двигаются рычаги. Всё делал молча, но я видел — парень вникает, понимает, запоминает.

— Только вот что, — сказал я, привлекая внимание. — А где место для топлива? Дрова где возить? Уголь где хранить?

Савва оглядел трактор, почесал затылок. Потом повернулся ко мне и тихо сказал:

— Сделаем, ваше высокоблагородие. Короб сколотим. И лоток, чтоб дрова сами в топку скатывались.

— Вот и хорошо, — кивнул я. — Заодно подумайте, как удобнее оператору топливо загружать, чтобы не слезать, не бегать вокруг.

Савва молча кивнул, взял доску и начал чертить на ней углём. Я смотрел на его сосредоточенное лицо и думал: «А ведь правильно я выбрал этого парня. Молчаливый, понятливый, исполнительный».

Солнце поднималось всё выше, а в сарае кипела работа.

Мужики — Савва, Фёдор и Ивашка — покинули сарай, чтобы приготовить материалы и сколотить короб для топлива. Остались только я и Василий.

— Василий, — сказал я, — мне срочно нужно в шкаф. А ты охраняй сарай. Никого не пускай. Скажешь, барин отдыхает.

— Понял, ваше высокоблагородие, — кивнул денщик. — Исполню.

В будущем я вышел во дворе дома, сразу зашёл в заднюю комнату, устроился на табурете, поставил телефон на зарядку и набрал Сергея.

— Михаил! — раздался в трубке бодрый голос. — Что-то случилось?

— Да нет, Сергей, — ответил я, чувствуя себя немного неловко. — Забыл я уточнить одну вещь. Как паровую машину запускать? Вода куда заливается? Как разжигать? Управление какое?

Сергей усмехнулся, но ответил обстоятельно:

— Слушайте внимательно. Первое — заливаем воду в паровой котёл. Заливную горловину ни с чем не спутаете — она сверху, пробка из нержавейки, блестящая такая с клапаном. Второе — разжигаем котёл. Топливо — дрова или уголь. Но уголь лучше: горит дольше и температуру даёт выше. Третье — система клапанов автоматическая. Когда давление поднимется до нужного — стрелка на манометре покажет, — клапаны сработают, и двигатель запустится сам.

— А управление? — спросил я.

— Управление простое. Рычаг аварийного сброса пара — он красный, не перепутаете. Редуктор — две передачи вперёд, одна назад. Руль — как у обычного трактора, только без гидроусилителя. Всё остальное — тормоза, сцепление — стандартные. Ничего сложного, разберётесь.

— Спасибо, Сергей, — сказал я с облегчением. — Выручили.

— Обращайтесь, — ответил он, и мы попрощались.

Сбросил вызов и краем глаза заметил пистолет, всё так же лежащий на столе. Открыл электронную доску объявлений, зашёл в своё объявление. Просмотров стало больше, добавили в избранное — но звонков по второму пистолету пока небыло как и сообщений.

— Странно, — пробормотал я, закрывая объявление.

И тут же на глаза попалась обүявление: «Продажа: корпуса плугов для минитракторов». Я углубился в чтение. Глубина вспашки — 25 сантиметров. Агрегатируется с тракторами Dongfeng 244 и подобными, а также с Т-25. Неплохой такой плуг, подумалось мне. Для моего парового трактора — то, что надо.

Обратил внимание на место продажи — Нижний Новгород. Что-то меня дёрнуло, и я нажал «Позвонить».

Вызов пошёл. В трубке ответили почти сразу — голос мужчины лет сорока, деловой, спокойный.

— Добрый день! Менеджер Антон. Слушаю вас.

— Здравствуйте, — сказал я. — По плугу звоню. Характеристики те, что в объявлении?

— Да, всё верно. Плуг двухкорпусный, для минитракторов мощностью от 24 лошадиных сил. Глубина вспашки до 25 сантиметров. Вес — около 90 килограммов.

— Сколько стоит?

— 85 тысяч рублей.

— А доставка? — спросил я, назвав адрес.

— Каким способом оплата будет? — переспросил менеджер.

— Наличными.

— Тогда доставим в течение трёх часов. Устроит?

Я взглянул на время на смартфоне — полдень. Если через три часа, то где-то к трём.

— Устраивает, — ответил я. — И ещё… культиватор есть, для такого же класса техники?

— Есть. Дисковый, подходит для Т-25 и аналогов. Стоимость — 112 тысяч рублей.

— Оформляйте оба, — сказал я, не раздумывая. — Буду ждать. Спасибо.

Положил трубку, довольно потянулся. Плуг и культиватор — это уже серьёзно.

В сарае я сразу сел в коляску. Василий заметил моё возвращение, подошёл.

— Всё готово, ваше высокоблагородие, — доложил он. — Короб сколотили. Мужики ждут. Пустить?

— Пускай.

Василий махнул рукой, и в сарай вошли Савва, Фёдор и Ивашка. В руках они несли короб — добротный, из толстых досок, сколоченный на совесть. Савва примерил его к раме трактора, покрутил, повертел.

— Сюда ставить, ваше высокоблагородие? — спросил он, указав место за сиденьем.

— Туда, — кивнул я. — Чтобы оператору удобно было топливо загружать.

Мужики закрепили короб на раме железными хомутами. Получилось крепко, надёжно. Савва дёрнул, проверил — не шатается.

Савва выпрямился, вытер руки о ветошь и спросил:

— Ваше высокоблагородие, а как его запускать-то?

— Сначала надо вытолкать его наружу, — ответил я. — В сарае тесно, а дыма и пара будет много.

Мужики окружили трактор, упёрлись кто в колеса, кто в раму. Я подсказывал, как крутить рулём, чтобы колёса смотрели прямо. Трактор сдвинулся с места с трудом — мощные грунтозацепы на задних колёсах цеплялись за пол, не хотели отпускать.

— Навались! — скомандовал я.

Мужики крякнули, налегли разом. Трактор поддался, покатился к выходу. Ещё несколько метров — и вот он уже на улице, на подсыхающей земле.

— Теперь — дрова и воду, — сказал я. — Воды — вёдер шесть, не меньше. Дров — побольше.

Мужики разбежались. Через двадцать минут вернулись: трое с вёдрами, полными до краёв, один с большой охапкой берёзовых дров.

— Заливай, — разрешил я.

Савва подошёл к правому котлу, открутил пробку заливной горловины. Мужики аккуратно, стараясь не расплескать, начали лить воду. Немного всё же пролили — на землю, на раму. Ничего страшного. Шесть вёдер ушло в котел.

— Хватит, — сказал я, глядя на уровень. — Теперь дрова.

Дрова отправились в топку. Фёдор передал огниво Савве, чиркнул кремнем по кресалу, от трута пошел дымок, трут занялся огоньком, от него поджёг щепки. Пламя лизнуло щепу, перекинулось на поленья. Дверцу топки плотно закрыли, поддувало приоткрыли — для тяги.

— Теперь ждём, — сказал я.

Василий подкатил коляску к трактору. Я уставился на манометр. Стрелка дрожала на нуле, не двигалась. Потом дёрнулась — и потихоньку поползла вверх.

— Давай, давай, — прошептал я.

Тем временем я объяснял механику принципы работы двигателя — то самое, что рассказал мне Сергей. Показывал на рычаги, на рулевое колесо, на редуктор, на тормоза. Савва слушал внимательно, кивал, запоминал.

Стрелка на манометре доползла до красной отметки. Специальный клапан щёлкнул — и двигатель заработал. Шкив закрутился, ременная передача натянулась, передавая усилие на редуктор. Трактор вздрогнул.

— Залезай, — сказал я Савве.

Парень запрыгнул на место оператора, взялся за руль. Потянул рычаг редуктора — трактор медленно двинулся вперёд.

Мужики ахнули и перекрестились.

— Поехал! — выдохнул Фёдор.

— Поехал, — повторил я, чувствуя, как внутри поднимается гордость.

Трактор, под управлением Саввы, проехал вперёд, сделал большой круг, развернулся и поехал обратно. Было заметно, как парень прикладывает огромные усилия для управления рулём — без гидроусилителя это было нелегко. Но с его лица не слезала улыбка. Довольный, счастливый, он возвращался к нам.

— Подкатывай ближе, — крикнул я.

Савва засуетился. Забыл про тормоз, перепутал рычаги — но первым делом нажал на красный рычаг аварийного сброса пара.

Из клапана с шипением вырвался столб белого пара, уходящий высоко в небо. Мотор остановился, а вслед за ним и сам трактор. Тишина наступила такая, что звон в ушах стоял.

Савва спрыгнул на землю, оглядел трактор, потом подошёл ко мне, виновато опустив голову.

— Простите, ваше высокоблагородие, — сказал он. — Я не справился.

— Не всё так плохо, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри ликовал. — Всё работает. Ты почти справился. Хвалю.

Савва поднял голову, и в глазах его зажглась надежда.

— Завтра продолжим, — сказал я. — Все свободны до завтра. Вы сегодня молодцы.

Мужики поклонились и разошлись. Остались только мы с Василием.

— Ваше высокоблагородие, — тихо сказал денщик, — тут это… можно Савва тута проживать будет… Механик этот, Савва, на подселении живёт, тесновато там. У вас в доме место найдется, лучшее ему здесь будет.

Я подумал.

— А точно найдётся место в доме? — спросил я.

— Конечно, ваше высокоблагородие, — заверил Василий. — Всё в лучшем виде сделаем.

— Тогда разрешаю.

Я помолчал, потом добавил:

— А не пора ли обедать?

Василий подкатил меня к дому. У крыльца я остановил его, встал с кресла и, притворяясь, что ещё не совсем выздоровел, опираясь на Василия, зашёл в дом. Поднялся по лестнице, поддерживаемый денщиком. В спальне устроился на кровати — не знаю почему, но я уже привык принимать пищу в таком полулежачем состоянии.

Обед подали быстро. Суп с курицей.

Закончив, отставил тарелку, выпил рюмочку водки. Глаза слипались. Сегодняшний день был долгим, насыщенным — и успешным. Трактор поехал. Плуг и культиватор заказаны.

Кабинет Сергея Павловича Кольцова был мрачен. Тяжёлые шторы были задёрнуты, и только настольная лампа отбрасывала жёлтый круг света на полированную поверхность стола. Заместитель губернатора сидел в своём массивном кресле, барабаня пальцами по подлокотнику. Напротив, развалившись на кожаном диване, расположился Аркадий Моисеевич Фельдман. В руках он вертел серебряную зажигалку, щёлкая крышкой.

— Ну? — Кольцов нарушил тишину первым. — Что по нашему беглецу? «Спортики» твои хоть что-то нашли?

Фельдман отложил зажигалку, потёр переносицу.

— Пока нет, Сергей Павлович. Ищут, но пока безрезультатно. Мужик как сквозь землю провалился. Ни машины, ни телефона, ни следов.

— А ты говорил — серьёзные ребята, — Кольцов скривился. — Найдут за пару дней. Где результат?

— Ребята серьёзные, — спокойно ответил Фельдман. — Но и Миша оказался не дурак. Всё подчистил, все концы обрубил. Такое ощущение, что его кто-то инструктировал.

— Сам, — усмехнулся Кольцов. — Он же инженер, строитель. Головой работать умеет. Жалко только, что головой не в ту сторону повернул.

Фельдман помолчал, потом предложил:

— Может, уточним у Морозова? ОБЭПовцы свои каналы имеют. Может, они что-то нарыли.

Кольцов кивнул, достал из внутреннего кармана пиджака телефон. Нашёл нужный номер, нажал вызов. В трубке ответили после третьего гудка — сухо, формально, без приветствий.

— Владимир Андреевич? Кольцов беспокоит. Есть новости по нашему общему знакомому?

— Есть, — голос Морозова был ровным, казённым. — Установлено транспортное средство, на котором передвигается Стрельцов М. А. в последнее время. Сделан запрос в компанию «Т-Трафик» для получения информации о передвижении из автоматизированной системы управления дорожным движением. В ближайшее время информация поступит.

— В ближайшее — это когда? — переспросил Кольцов, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Сегодня до конца рабочего дня, — ответил Морозов. — Как только получим — свяжусь.

— Благодарю, — Кольцов нажал отбой.

Фельдман вопросительно поднял бровь.

— Менты вышли на его тачку, — пересказал Кольцов, хотя Фельдман и так всё слышал. — Запросили данные с дорожных камер. До конца дня обещали информацию.

— Ну вот, — Фельдман расслабленно откинулся на спинку кресла. — А ты переживал. Менты своё дело знают. Найдут ссыкуна, прижмут к ногтю.

— Ссыкуна, — повторил Кольцов с усмешкой. — Падла собрался нас подставить. Думал, соскочит — и всё обойдётся? Нет, Миша, так не бывает.

— Бывает, — философски заметил Фельдман. — Но не в этот раз.

Он помолчал, потом спросил:

— А что со «Спортиками»? Отбой дать? Или пусть продолжают?

Кольцов задумался, постучал пальцами по столу.

— Давай отбой. Менты взялись — пусть они и работают. У них и ресурсов больше, и рычагов. А твоих ребят придержи. Заодно и деньги сэкономим.

— Это точно, — Фельдман оживился. — Услуги «Спортиков» нынче дороги. Чем меньше их используем, тем лучше.

Он достал телефон, набрал короткое сообщение и отправил.

— Всё, — сказал он, убирая телефон в карман. — Отбой. Ребята отдыхают.

Кольцов кивнул, встал из-за стола, подошёл к окну. Раздвинул штору, глядя на город.

— Найдут, — сказал он. — Менты точно найдут.

Они обменялись короткими прощальными фразами. Фельдман вышел, закрыв за собой дверь. Кольцов остался один. Смотрел на огни города и думал о том, как всё пошло не по плану.