Глава 14

Майя

— Твои карты разблокировали? — спрашиваю у Лерки, наблюдая за тем, как она достает из сумки пачку печеьня и упаковку чая с ароматом лимона.

С лимоном я очень люблю. В рту тут же собирается слюна.

— Нет, — буркает тихо, — Сашка подкинул немного.

— Он у тебя молодец, — заявляю я, потому что действительно так думаю.

Да, много курит и любит выпить, зато забирает ее с работы почти каждый день. И потом, я ни разу не слышала, чтобы они серьезно ругались.

— Молодец, ага... — проговаривает Лерка, а затем, вскинув взгляд, смотрит на мое лицо, — Ты правда упала?

— Да.

— Или врешь?!

Вот врать я никогда не умела, поэтому отворачиваюсь якобы для того, чтобы выдернуть зарядку для телефона из единственной розетки в подсобке и включить чайник.

— Упала, Лер, — смеюсь я, — На моих ботинках подошва скользкая. Повезло еще, что носом лед не пробороздила.

— Ладно... А дома как? Все нормально?.. Ты же с бабушкой живешь?

— Да, — отвечаю, удивленная ее внезапным ко мне вниманием, — Она на пенсии давно.

— Родители отдельно живут?

Мне становится не по себе. К чему все эти вопросы? Лера никогда не была любопытной и не совала нос не в свои дела. Что ей до моей семьи?

— Мама в другом городе живет. Давно, — отвечаю тем не менее, — А что?

— Ничего, — улыбается она, — Просто спросила. Мои вон в деревне живут, и ничего, кроме своих коров и картошки не видят.

Я пробовала их домашнюю сметану и картофель — вкусно.

— Отца нет, да?

— Нет, — мотаю головой, — И никогда не было.

Я даже имени его не знаю. Мама никогда о нем не говорила, а ба, наверняка, и не знает ничего. При рождении мне дали отчество по имени деда — Михайловна.

— Понятно.

Пытаясь понять, что это было, я внимательно смотрю на Лерку еще какое-то время, а потом электронный писк оповещает о том, что в магазин зашел покупатель, и я бегу в зал.

Выручка сегодня хорошая — скоро день всех влюбленных, и некоторые не скупятся на подарки. Везет кому-то. И нам с Лерой хорошо — есть шанс получить премию к зарплате.

— Можешь пораньше уйти, — предлагает подруга, когда до закрытия остается тридцать минут.

— Почему? — смотрю на нее с недоумением, тот час вспоминая все странные вопросы, которые она мне задавала сегодня.

— Чтобы не лететь, сломя голову, на последнюю электричку, — закатывает она глаза, словно каждый день только об этом и переживает.

— Я не опаздаю, да и...

— Что?

— За мной сегодня Славка обещал заехать.

— Славка?

В густо накрашенных карих глазах мелькает удивление, цепляющее меня не на шутку.

— Лера... что-то случилось?

— У кого? — ахает со смехом, но настолько неестественно, что у меня в затылке холодеет.

— Славка тебе что-то рассказал?.. И ты не хочешь делится со мной?

— Что?.. — смеется, прикрывая рот рукой, — С чего ты взяла?

— Ты что-то знаешь?

— Ничего я не знаю!.. У тебя паранойя, Теряева! — отворачивается к стенду, — Иди чай с печеньем выпей.

Я так и делаю. Втискиваюсь между небольшим квадратным столом и стеной на табурет и допиваю остывший чай.

Это все из-за Костяна и его отмороженный дружков. Наверняка сегодня они будут ждать у подъезда с тем, чтобы вытрясти с меня три косаря.

Они у меня есть. Я получила стипендию и зарплату, но не намерена делиться с ними ни копейкой. Прежде им придется убить меня.

Славка задерживается на пять минут. Выходит из машины взъерошенный и веселый. Кивает Лерке и с улыбкой смотрит на меня.

— Привет, — здороваюсь тихо.

Сашка сидит в седане неподалеку, но Лера не торопится к нему. Делая вид, что ищет что-то в сумке, с интересом поглядывает на нас. А затем, махнув рукой, убегает к своему парню.

— Поехали? — говорит Славка.

— Поехали.

Я сажусь рядом и снова машу подруге, когда они с Сашкой на машине проезжают мимо.

— Ты меня до вокзала довези, пожалуйста, — прошу сразу, чтобы он не вздумал снова тащиться в такую даль.

— Как дела, Майя?

Волнистая прядь, падающая на лицо, стала длиннее и теперь закрывает один глаз. На среднем пальце правой руки тускло поблескивает серебряный перстень. На губах гуляет непринужденная легкая улыбка. Я смотрю на его профиль и в который раз задаюсь вопросом — они с Левшой точно братья? Просто я еще ни разу не встречала на столько непохожих друг на друга родственников.

К примеру, у Данила, друга Кости, есть младший брат. Он еще не закончил школу, но уже видно, что он пойдет по стопам своего старшего брата — та же любовь к пиву, хамство, грубость и лишенный интеллекта пустой взгляд.

А Неволины — они как небо и земля. Контраст ошеломляет.

— Нормально. У тебя как? — спрашиваю, изображая ту же непринужденность.

— Работы валом, — роняет негромко и поворачивает ко мне голову, — Потеряла меня?

— Да, в общем... нет.

— Нет?! — переспрашивает, хохотнув, — Нормально!

— Ты хотел, чтобы я скучала по тебе? — перевожу в шутку.

— То есть, ты не скучала?

— Эй!.. — легонько, чтобы это не выглядело неприлично, толкаю его в плечо, — Ты тоже!..

Славка смеется еще какое-то время, а затем смотрит на меня серьезно.

— Не теряй меня, если я пропадаю, окей?.. Так надо.

— Хорошо.

В голове мелькают догадки о важности его обязанностей в общем с братом бизнесе, командировках и завалах на работе, о которых он говорил, но я все равно сбита с толку, потому что никак не пойму, что нас с ним связывает. Наши редкие встречи не назовешь романтическими отношениями. Славка не выглядит и не ведет себя как заинтересованный во мне как в девушке.

Мне очень странно и не по себе.

— Если что-то нужно или... проблемы...

— Нет проблем, — перебиваю его.

— Сразу звони, поняла?..

— Поняла.

— Может, деньги нужны? — спрашивает вдруг, — Тебе денег хватает?

— Хватает!..

Мое недоумение набирает обороты и скоро оборачивается настоящей паникой.

Что, черт возьми, происходит?!

— У меня все хорошо, Слава!

— Если обижают, только скажи... — продолжает парень, словно не слыша меня.

— У меня все отлично! — повторяю громче и смотрю на него, пока он не кивает.

Машина входит в поворот и, станция «Пионерская» оказывается перед нами как на ладони. Ветра почти нет. Старый фонарь на углу дома бросает на снег неподвижный тусклый круг желтоватого света. У подъезда никого.

Я незаметно выдыхаю через одеревеневшее горло и поднимаю с пола свой рюкзак.

— Спасибо большое...

Славка, развернувшись всем телом, вдруг подается ко мне и, положив ладонь на плечо, целует в уголок губ. Оба замираем на мгновение, а потом он отстраняется, глядя на меня с улыбкой.

— Вкусно пахнешь.

— С-спасибо, — бормочу еле слышно.

— И красивая очень.

— Пока... спасибо... — открываю дверь и выбираюсь наружу, — Спасибо, Слава!..

— Постараюсь больше не проебываться! — говорит со смехом, прежде, чем я успеваю уйти.

Меня всю трясет, когда, перепрыгнув сугроб, я торопливо шагаю к пятиэтажке. И внутри и снаружи. Больше от страха, чем от возбуждения.

Его губы приятные, но... будто что-то неправильное в этом поцелуе.

Остановившись на углу, я провожаю взглядом красные огни его удаляющейся машины и захожу в подъезд.

Костян, Данил и Женька ждут меня, сидя на первых ступенях. Мое сердце уходит в пятки.

— Гони три косаря, — цедит Данька, удерживая в одной руке банку с пивом и зажженную сигарету.

— Сейчас... — шепчу, пробираясь между ними и делая вид, что лезу в рюкзак за деньгами.

Делаю шаг, второй, а затем, задержав дыхание, бросаюсь вверх по лестнице.

— Сука!..

Меня ловят между вторым и третьим этажами и опрокидывают на пол.